Деревня безумцев

 - Ты уверен, что мы идем правильно? – спросила я у Хельма, который вел нас через колючие кустарники уже несколько часов подряд.

- Я был там всего лишь раз.

- Это верный путь, глупышка, не отставай от нас, - перебила его Тас в своей манере, она присоединилась к нашему шествию, недавно прямо вывалившись из кустов.

Интересно, чем она занимается, периодически покидая наш лагерь? Хотя нет, до сих пор неинтересно.

Мы пересекли маленький ручей. Он пробивал себе дорогу через каменные валуны.

- Удивительно, в такое время, когда все кругом гибнет, этот маленький ручей ищет дорогу туда, где ему будет лучше, - заметила Дитрин, наклоняясь к нему.

Все мы устали, просто об этом никто ничего не говорил. Запасов еды не осталось, живот Муни урчал, не переставая.

Хельм остановился, и я чуть не уткнулась носом в его спину.

- Она прекрасна, как мать-природа, - сказал он, завороженно наблюдая за Дитрин.

- Иди уже, - прогнусавила я, потирая ушибленный нос.

Вор был прав: Дитрин была прекрасна и очаровательна. Ее распущенные огненные волосы ниспадали на плечи. Даже в этом нелепом платье, которое больше напоминало кольчугу на голое тело, она выглядела совершенной.

- Почему ты ее поцеловал? – спросила я, когда Дитрин от нас заметно отстала.

- Когда критории стали лопаться, как почки деревьев по весне, Дитрин использовала все свои силы, чтобы спасти пламенного скакуна и меня, хотя она могла просто принять облик своей сущности и улететь прочь. Я впервые видел, чтобы кто-то так самоотверженно отдавался делу ради того, кого с нами даже нет. Это восхитило меня. А потом, на озере, перед ликом свитов она была беспомощна, я прочитал это в ее глазах. Как будто она переживала их смерть снова и снова. Я был нужен ей, и я не смог устоять.

Я посмотрела в спину лесной принцессы. Дитрин - вот кто должен быть избранной. А не такая толстуха, как я. Я даже не чувствую ничего, кроме отвращения ко всему, что с нами произошло и, пожалуй, толики печали. Может это потому, что я родилась в век общепринятого цинизма?

- Но ты тоже была на высоте, когда попыталась спрыгнуть с пламенного скакуна, - напомнил Хельм.

- Я не хочу об этом вспоминать, - проскрежетала я, пихая его в спину.

Мой взгляд упал на искалеченную руку. На печати Богов виднелись две зарубцевавшиеся раны. Я поняла, что пора перестать себя жалеть, и нашла пацаненка глазами. Ему только восемь или девять, а он столько всего перенес, не чета моим царапинкам. Он вырастет сильным, очень сильным мужчиной и, наверное, у него будет красивая жена. Если вырастет, ведь всего этого может не быть, если мы... Стоп, когда это я начала строить планы на будущее здесь, я возвращаюсь домой и точка. Я прибавила ходу.

К середине дня мы все-таки сделали привал. Ребята отправились ловить козыля или тиранис, на худой конец. Дит достала с верхушек кустарников странные плоды, напомнившие мне картошку.

- Это жемелис, - сказала она и кинула каждому по штуке. Тас отшвырнула корявый плод.

Дит рассвирепела:

- Не хочешь, так отдай обратно, - буркнула она.

- Неужели ты не слышала ничего об этом плоде? – поинтересовалась Тас.

- Я ем его с самого детства и, уж поверь мне, со мной ничего не произошло, - ответила Дит.

- А что может случиться? – спросила Ренеко, отводя руку с еще нетронутым плодом в сторону.

- Те, кто ест его, могут превратиться в лиса, поэтому его и назвали жеме-Лис.

Я поперхнулась, но каким-то образом удержала плод в руках.

Дит рассмеялась:

- Ваши цыганские байки просто бред бродячего народа.

Тас ядовито улыбнулась:

- Может быть, может быть. Я пойду прогуляюсь, оставляю избранную на тебя, лесная принцесска.

Мы проводили глазами Тас. Ренеко тоже соскочила с валуна, где мы сидели.

- Я пойду, догоню Гила, - сказала она, не сводя с меня глаз.

Дитрин усмехнулась, когда Ренеко исчезла за кустами.

- Замечу, что между вами всё непросто.

- Не буду о ней с тобой говорить, наверняка за время, проведенное в Великом лесу, вы сдружились, - буркнула я.

- Можешь поделиться, - полюбопытствовала Дит.

- Тогда как я пойму, что ты все ей не расскажешь?

- Не знаю.

- Тогда ты первая поделишься секретной информацией. Почему ты не хочешь дать Хельму шанс? Он ведь такой душка.

Дит неосознанно раздавила плод у себя в руках:

- Я...

Она сама удивилась тому, что сделала и постаралась съесть все крохи до остатка.

- Когда я жила с сестрами, я поняла, что в какой-то мере никогда не была свободна. Пока росла у Богов, мне властно приказывала их мать. Она решала всё за меня от того, чем заниматься до того как выглядеть. По ее указке я была прилежной ученицей по игре на фиорее и танцам на балу. Но меня всегда привлекали бои, которые устраивали братья...или я больше так не могу их называть.

Я ничего не ответила. У меня были сложные отношения с Деримом, мерзким, но очень красивым типом.

- Я смотрела, как Зиас с Деримом сражаются, и мечтала тоже взять в руки оружие. Как-то Зиас застал меня за разглядыванием его меча. Он ничего не рассказал родителям, дал мне два коротких кинжала и сказал, что с этим мне будет проще сладить, ведь я девчонка. С этих пор начались мои тайные тренировки. Ему бы крепко влетело от матери, узнай она, чем мы занимались. Зиас не боялся рисковать и однажды я его превзошла. Я всегда искренне считала, что Зиас был предначертан мне судьбой. Но после всех этих событий я не понимаю, почему он отказался от меня.

- Я не знаю, - ответила я искренне, - Зиас не похож на того, кто принимает спонтанные решения. Я его не люблю, если тебе интересно. И ко мне он не испытывал симпатии, а наоборот, надсмехался и издевался.

Дитрин рассмеялась.

- Уверена, я лучше тебя подхожу на роль его невесты.

- Да, – согласилась я без тени обиды, - не думала, что у вас была такая история. Если бы я знала, то отказалась бы от сомнительной затеи со свадьбой.

- Грайн рассказал мне про вашу с Зиасом сделку, но в любом случае...ты не виновата, - с трудом выдавила Дитрин, - у Зиаса должна быть причина.

- Понятно, - протянула я, - значит, у Хельма шансов нет?

Дитрин загадочно улыбнулась.

- Сейчас я чувствую, что вольна выбирать свой путь. Пусть свобода немного пугает, но в этом есть своя прелесть. Теперь твоя очередь, что там с Ренеко?

- Я не уверена, но мне кажется, что она очень зла на меня.

Муни встрепенулся и отвлекся от жемелиса на мой рассказ.

- Когда она пришла в себя, то сначала врала всем о том, что ничего не помнит, а теперь, когда она якобы все вспомнила...

- Ты ведь знаешь, какую хворь подцепила в Мадахате Рен? – осторожно спросила Дитрин.

- Да, но...

- Ты должна понять бездну ее отчаяния, думаю, она не способна причинить тебе вред.

Я улыбнулась, хорошо, что Дитрин не знала, на что способна Ренеко, да и мне проще было забыть о ее прежних злодеяниях. Дитрин заговорщически подмигнула:

- Она безнадежно влюблена в Гила, но он никого не видит, кроме...

Дитрин хохотнула, я поддержала. Интересно, над какой такой шуткой мы смеялись и отчего она не закончила фразу про Гила? Но почему-то было очень заразительно смешно. Мы смотрелись как две подруги, которые присели на скамью после долгой езды на роликах. Только тут не было роликов, как и скамьи.

- Скучали без нас? - спросил Хельм, появляясь перед нами и удерживая на весу целый ворох тиранис. Бедняжки,...но как же вкусно.

Мы продолжили путь уже все вместе. Тас хромала чуть меньше и все равно рвалась вперед. Дорога, ведущая через кустарники, привела нас к равнине. Вдалеке виднелись горы, а земля была плодородна, о чем говорила зеленая поросль.

- Итак, избранная, мы приближаемся к парящей над нашими головами тверди, где стоит Заоблачный храм, наполненный приветливыми небесными магами, которые славятся своей культурой и знаниями, - продекламировал Хельм.

- Не утруждайся так, она уже побывала в Мертвом граде и ее не удивишь парящими замками, - отмахнулась Дитрин.

Я положила руку на плечо приунывшего вора.

- Все равно спасибо.

Он посмотрел на мою руку с подозрением. Я проследила за его взглядом и увидела на коже каплю, красную, как сам багровый.

- Что это?

Муни зарылся в плаще.

Я посмотрела на небо: не видно было ни облачка, ничего не предвещало дождь.

- Эй, чего вы встали? – окликнула нас Дит.

Мне на лоб шлепнулась капля. Я стерла каплю со лба и посмотрела на руку. Это была не вода. На ладони остался кровавый след. Дитрин поспешила ко мне. Я с отвращением потерла руку о плащ. На нос плюхнулась еще одна капля крови.

Тас заулюлюкала и, раскинув руки, стала хватать капли ртом с радостным криком:

- Кровь, такая свежая кровь!

- Что происходит? – обратилась я к остальным.

Дитрин воздела руки над головой защитив нас от начинающегося дождя. И хлынул ливень.

- Небеса плачут, потеряв своих хозяев, небеса плачут их кровью! - кричала Тас.

- Можно не идти в Заоблачный храм, - тихо произнес Грайн, пораженный собственными словами.

- Да о чем вы?

Рен прижалась к Гилу. Все хранили мертвое молчание.

- Мы опоздали, - сокрушенно сказал Хельм, - но как такое возможно? Там же тысячи магов, неужели они превзошли их всех? Из всех мест, где спрятаны свитки, я был уверен, что это самое безопасное.

- Объясните, наконец! – потребовала я.

- Это дождь из крови тех, кто жил в Заоблачном храме, - ответила Дитрин.

Земля стала кроваво-красной. Это была кровь тех, к кому мы так и не дошли.

Тас продолжала бегать в радостном исступлении, ловя капли теплой, еще свежей, крови.

Тут ужасная мысль пришла мне в голову. А что, если они все еще здесь? Я не успела поделиться ею с остальными, потому что раздалось ржание коней и знакомый писклявый смешок. Я обернулась, чтобы встретиться лицом к лицу с убийцами.