Деревня безумцев

- Я увидел Ренеко на хатале, но не успел ее окликнуть, как меня повязали, - сказал Гил.

Я вздохнула и посмотрела сквозь решетку. Наша клетка высилась на четырех толстых столбах. Мы находились в двух метрах от земли. Помещались мы тут с трудом, так что мне приходилось сидеть, прижавшись к Гилу. Внизу караулил исполин в сером плаще. На полу клетки без сознания лежала Дитрин. Она лишилась своего пурпурного плаща и богатой одежды. На нее натянули нечто, сильно смахивающее на мешок с дырочками для рук, ног. Нашу одежду не отняли, уж больно неказиста была, но все оружие, тюки провизии и лошадей вместе с моим рюкзаком я больше не видела. К тому же в клетке нас было трое.

- Что будет с Грайном? – спросила я взволнованно.

- Его отправят обратно домой или продадут, - немного подумав, сказал Гил.

- Но этого нельзя допустить!

Я попыталась расшатать клетку, но за это получила тычок острой палкой в пятку.

- Я в туалет хочу, - взмолилась я, припоминая похожие ситуации из фильмов.

Надзиратель поднял голову. Ох, лучше б не спрашивала, от этого зрелища дефицита глаз тошнота подкатила к горлу.

- Что за тва..., - чуть не вырвалось у меня.

Гил зажал мой рот рукой и глупо улыбнулся хату, которого я за спиной охранника не заметила. Низкорослик зло сощурился:

- Помалкивайте там! - рявкнул он.

Хат сплюнул и отправился к другой клетке, которых здесь было немерено. Гил медленно отпустил меня.

- Но я и вправду хочу...

- Они продают тебя и им все равно, хочешь ты по нужде или нет, - прошептал он.

- Только не подумай тут сходить, - огрызнулась Дитрин. Когда это она встала?

- Используй магию, вызволи нас отсюда, - прошептала я.

Дит встала во весь рост и, упершись головой о решетку, усмехнулась:

- Думаешь, они настолько глупы, чтобы позволить пленникам сбежать? Магия тут не действует.

Надзиратель снова ткнул палкой, но девушка ловко перескочила на другой железный прут. Я понурила голову. Гил толкнул меня в плечо и улыбнулся.

- Это ужасно, - прогнусавила я, окидывая взглядом ряд клеток, который тянулся до самого горизонта.

- Это место называется Северный Мадахат, расположен он прямо на топях. Нам еще повезло, что мы не попали в Южный.

- Почему?

- Они истязают своих пленников – выворачивают им носы, поджигают уши, рисуют диковинных животных, засовывают под кожу багровые...

- Зачем?! – возмущенно прошептала я.

- Говорят, это искусство.

Дрожь пробежала по спине. Дикие порядки этого мира заставляли трепетать, хотя от нашего он отличался только тем, что подобные манипуляции над телом проводятся чаще всего на добровольной основе.

- Откуда ты столько знаешь об этих местах?

- Я ведь не родился в Бархаке. На самом деле я ребенок вольного раздолья. Но не помню своего детства...только Мадахат. Я жил здесь в такой же клетке, пока Хихира не повстречала меня.

- Что? – удивленно спросила я, не веря собственным ушам.

- Она купила меня на этом хатале.

- А как же твои родители?

Гил пожал плечами и наклонился еще ближе:

- Похоже, из купели я попал прямиком сюда, помню себя таким же мальчишкой как Грайн.

Я с участием посмотрела на торгаша. А ведь его детство нельзя назвать счастливым.

- Не думал, что когда-нибудь сюда вернусь, - с горечью произнес он.

- Это ужасно.

Гил положил свою теплую ладонь на мою.

- Ты держишься молодцом.

- Почему ты так думаешь? – спросила я, припоминая, какие корыстные мысли мною движут.

- Другой бы сошел с ума, другой, но только не ты.

- Ох, оставьте сопли до заката, если мы отсюда раньше не выберемся, - кинула Дитрин разозлено.

Охранник вонзил свое копье между прутьев, но снова промахнулся.

Я подмигнула Гилу.

Дитрин прижалась к клетке и стала перебирать решетку руками.

- Ни дырки, ни зазора - ничего, что могло бы дать волю магии, - вздохнула она.

Надзиратель снова закопошился.

- Бей в меня! - крикнул Гил. Дитрин оторвалась от решетки и посмотрела на него с удивлением.

Гил не успел отпрыгнуть. Его так кольнули палкой, что он покраснел от боли, но не закричал. Его рука сжала мою.

- Ты чего удумал деревенщина? – наконец, шепотом спросила Дитрин.

- Не все же тебе получать нагоняи, - справившись с болью, сказал Гил.

Она только покачала головой и рухнула вниз, обреченно уставившись в решетчатый потолок.

К своему удивлению я перестала бояться, в конце концов, я не одна, и я избранная. Но другие узники боялись. Это можно было прочитать по их скорбным лицам. Дети, мужчины и женщины. Даже старики сидели по клеткам. А под нами проходили толпы других людей. Точно таких же, как и мы, отличали их только одежды - красивые и богатые. Они показывали на нас пальцами и что-то говорили. Они мерялись с хатами взглядами и кивали, потом кого-нибудь из клетки вытаскивали, хватая плетью за шею, и толкали пленника дальше по дороге, садили в повозку людей, что их приобрели. Когда покупатели проходили мимо нашей клетки, они долго судачили о цвете моих волос. Гил дремал с полузакрытыми глазами, а Дитрин сидела на одном месте, не двигаясь. Ее спина была прямая как струна. Вот оно, высокородное превосходство. Манерам ее обучили.

- Что будет, если кого-то из нас выберут?

И снова болезненный удар в ягодицу. Я скукожилась и облокотилась об угол клетки. Гил отпустил мою руку, больше мы не говорили.

На решетке было нелегко усидеть. Я пыталась менять свое положение, но все без толку.

Прошло несколько часов, я боролась со сном и даже вздремнула. Но тут же себя пробудила, сейчас я не могла позволить себе расслабиться, меня не отпускала мысль, что мы должны отсюда сбежать. Вечерело. Покупатели рассосались.

Я посмотрела вниз. Охранник оперся на палку, похоже, он задремал.

- П-ссс, - раздалось прямо над нами. Все, кроме меня, спали. Я подняла голову. На клетке сидел Хельм, в темноте свет луны падал на его кудрявые волосы, которые я сразу узнала. Я приподнялась, и решетка под моим весом скрипнула. Нет!

Гил с Дит проснулись, впрочем, как и охранник. Я упала на живот, закрыв Хельма от взгляда безглазого. Я ждала, когда последует удар, но удара не произошло. Гил похлопал меня по плечу и помог подняться. Хельм уже снял замок и открыл решетку, совершенно бесшумно, мне даже показалось, что звук выключили, но то была магия воров. Хельм подал Дитрин руку, чтобы помочь выбраться из клетки, но она отмахнулась.

Я была следующей, Гил посадил меня к себе на плечи и помог выбраться. Мы не успели слезть с клетки, как Дит резким ударом ноги толкнула Хельма в живот, и тот с грохотом упал в клетку. Замок магическим образом затворился. Охранник, разбуженный шумом, поднял голову.

- Люблю таких непредсказуемых, - ухмыльнулся Хельм вместо того, чтобы разозлиться.

Дит схватила нас за руки, и мы тут же очутились под навесом плакучей ивы в прохладном лесу. Под ногами твердая земля, а не топи.

- Ты чего?! – накинулась я на нее, - он нас спас!

- Я ему не доверяю, - призналась Дитрин.

- Да ты никому не доверяешь. Мы вернемся за ним! - пригрозила я, вставая перед ней. Я ей в грудь дышала и это не выглядело столь эпичным, как хотелось бы.

- Вор сможет вылезти и сам, если ты так о нем печешься. Я не хочу, чтобы он шел за нами. И вообще, я не обязана отчитываться перед тобой, безродная.

Я хотела наброситься на нее с кулаками, но шансы дать ей хотя бы пощечину были не велики. Гил покачал головой:

- Я вернусь обратно и найду Ренеко, - сказал он твердо.

- Ты уже возвращался за своей Ренеко, и чем это для нас закончилось? Тем более ее наверняка продали, - усмехнулась Дит.

Гил посмотрел на нее так, что я готова была поклясться, он горел сильным желанием дать ей пощечину. Она явно нарывалась!

- Ноги моей здесь больше не будет! - раздраженно вскрикнула Дитрин.

- А как же Грайн? – возмутилась я, - как же твои слова о том, что ты мне поможешь, как же Зиас?

- Вот именно, Зиас, о нем вы и слова не молвили с тех пор, как мы покинула Градскромстармилль. Все время перешептывались, думая, что я этого не замечаю. Я пойду искать Зиаса, а вы - как хотите.

Гил остановил ее, преградив путь.

- Уйди с дороги, нищеброд!

- С тобой поступили скверно, не рассказав правду с самого начала, но теперь я вижу, что тебе можно доверять...давай послушаем избранную.

Я недоуменно на него покосилась. Что он задумал?

- О чем вы? – усмехнулась Дитрин, переводя взгляд с меня на Гила. - Так ваши вечные перешептывания с Грайном... Свитки! Ты...избранная из пророчества? Да ни за что! – вскрикнула она. Я про себя усмехнулась. В каком бы плачевном состоянии мы ни находились - это выглядело уморительно.

Я терпеливо выждала несколько минут, после чего повелительным тоном сказала:

- Ты постараешься найти Грайна, а мы - Ренеко. Ты же помнишь, что Зиас присягнул мне на верность?

Дитрин согласно качнула головой.

- Операция будет называться ГАД, - сказала я серьезно, лишь брови скакали у меня на лбу. А что, если Дитрин вдруг превратит меня в козыля?

- Вот значит почему! - вскрикнула Дит, схватив мою руку с печатью Бога, - это все не просто так! – сказала она, теребя мою несчастную кисть.

- Он вышел за тебя, потому что ты избранная, а не потому, что влюблен, я знала!

Ее голос звучал победоносно.

Я переглянулась с Гилом и пожала плечами, додумывать происходящее у Дитрин вошло в привычку. Если верить Грайну, то Зиас женился бы и на козыле, лишь бы не на Дит.

- Вернемся к операции ГАД, - напомнил Гил о своем присутствии.

- Да что еще за ГАД такой? – насупилась Дитрин наконец отпустив мою кисть.

- Да бросьте, это же первые три буквы наших имен.

Дит и Гил серьезно на меня посмотрели. В принципе, оно и верно, некоторые мои шуточки были плоскими.

Дит, не сказав больше по этому поводу ни слова, наколдовала Гилу кинжал:

- Только помни, он испарится с восходом солнца.

- Надеюсь, он не пригодится, - хмыкнул Гил.

Дит исчезла в кустах. Гил повел меня через лес, уверяя, что там стоит хаталь, где он еще утром видел Ренеко. Гил осторожно раздвинул ветви кустов. Перед нами и правда высился хаталь. К столбам были привязаны рабы, но Ренеко и Грайна там не оказалось. Под трибуной коряво была нацарапана вывеска.

- Что там написано? – спросила я шепотом.

- Части тела, оптом и в розницу.

Я почувствовала горечь во рту, мы попали на уцененку?

- Их тут нет, - подтвердил Гил, мы отошли на достаточное расстояние от трибуны, когда Гил развернулся:

- Надо вернуться к топям, прочесать все клетки, но ты не пойдешь.

- Я должна... - стала я геройствовать.

- Это опасно, там могут быть безликие.

- Кто?

- Твари в серых плащах.

Мне пришлось согласиться, все-таки в борьбе с безликими от меня толку мало. Гил скрылся за кустами.

Ветер теребил листву деревьев. В ночи они бросали страшные тени на землю. Я стала топтаться на месте и, вконец измучившись от ожидания, влезла на камень, стоящий под большим раскидистым дубом. Свет мерцающих звезд озарил мое избитое тело. На лодыжках красовались царапины, колени были разбиты, синяки на руках. Я почувствовала тревогу, а вдруг с Гилом или Грайном что-то произойдет? А вдруг Дит побежала к хатам рассказывать, что нашла избранную? Меня, наверное, можно будет разрезать на тысячи сувениров. Я давно не спала, и меня стало клонить сон. В голове все плясали части тел, которые так и норовили забраться на хаталь.

- Девочка из другого мира, - произнес тоненький голосок.

Я подпрыгнула на месте. Сердце забилось в ужасе, и я медленно обернулась. Передо мной стоял бледный мальчик, тот самый мелкий паразит, которого я повстречала в лесной чащобе перед замком Богов. Он все так же улыбался.

- Гаденыш, - прошипела я, припоминая минувший его розыгрыш. Мальчик заливисто рассмеялся и скрылся за противоположным кустом. Я прошмыгнула мимо кустарников вслед за ним и зависла в сантиметре от обрыва, мое сердце ухнуло в пятки. Я схватилась за ствол кривого дерева, чтобы не упасть. Камни под ногами покатились вниз по склону. Мальчик ехидно засмеялся. Меня прямо распирало от злости, я покосилась на него, он подмигнул мне и побежал вдоль обрыва. Я, хватаясь за деревья у обрыва, последовала за ним. Он свернул с узенькой тропки над обрывом в кусты. Деревья больно царапали меня, но я не могла его упустить. Скоро я оказалась на открытой поляне. Мальчик исчез из поля зрения. Он привел меня на кладбище. Косые надгробные камни тянулись к самому горизонту. Вдалеке послышалось хихиканье мальчугана.

- Ну, иди же, я покажу тебе нашу жизнь, конечно, если избранная не трусиха, - позвал мальчонка.

Как эта мелюзга посмела назвать меня трусихой?! Я кинулась за ним, он вихлял между надгробными плитами. Я отставала, дыхание сбилось и мне пришлось остановиться.

- Откуда ты знаешь, что я...

Не договорив, я краем глаза увидела за ближней плитой, существо, низко склонившееся над землей.

Существо услышало меня и остановилось, неподалеку раздался смех мальчишки:

- Яви свою силу, если ты и в самом деле избранная!

Я попятилась назад. Существо, тяжело дыша, стало медленно разворачиваться. Солнце начинало вставать, освещая его. Оно было не человеком. Это оказалось нечто из лоскутов плоти, повисших на костях. Его голова, когда-то напоминавшая человеческую, теперь превратилась во что-то иссушенное и расплющенное с длинным черным языком, который облизывал кости из недавно вырытой могилы. Я не могла отвести взгляда и медленно пятилась, пока не уперлась во что-то твердое, почувствовав холодное дыхание, я обернулась. Врезаться во всяких уродов входило в привычку, особенно когда они выше тебя на шесть голов. Передо мной стояло еще одно скелетообразное чудовище под два метра ростом. Глаза его, не потерявшие эластичность, расплылись до самых ноздрей, а рот вытянулся до грудной клетки. В нем я насчитала несколько десятков острых как иглы, зубов. Его тело составляли бордовые мускулы, обтягивающие серые обугленные кости. Руки и ноги были как ветки: тонкие и длинные. Изо рта показался язык, длинный и бугристый. Я огляделась, существо позади меня теперь стояло в пяти шагах. Я побежала в сторону, впереди снова мелькнул мальчишка.

- Разве ты не избранная? Тогда борись, - приказал он.

Я пробежала сквозь него, и только это заставило меня остановиться.

Я развернулась, мальчишка до сих пор стоял, не двигаясь с места:

- Мою могилу разрыли и съели давно погребенное тело, это трупоеды, иноземка, но ты говоришь, ты избранная, тогда ты должна с ними бороться!

Я в недоумении подошла к нему и попыталась дотронуться до его тела, но всякая попытка приводила к тому, что мои руки проходили сквозь него.

- Ты призрак, - выдохнула я.

Мои руки затряслись, а я-то думала, что он просто маленький засранец, но оказалось, что ко всему прочему он еще и мертв. Грусть, нет, страх мной овладел, я, еле волоча ноги, пошла прочь.

- Значит, не можешь, - кинул в спину мертвый мальчишка, - тогда трупоеды заберут и тебя.

Что-то скользкое схватило меня за талию и подняло в воздух. Это оказался третий трупоед, который был куда выше предыдущих. Я закричала во всю глотку. Трупоед встряхнул меня над землей, и я чуть не разбила нос о плиту, он подбросил меня в воздухе и снова опустил, не хуже американских горок. В третий раз я полетела без поддержки. Падение на сырую землю оказалось болезненно жестким. Вокруг темнота, это была яма. Опять яма! Только глубже той, в которую я угодила прежде, и она была в форме... гроба.

- Могила! – закричала я неистово.

Я попыталась встать, но упала, тело после падения совершенно не слушалось. Я посмотрела вверх. Над ямой склонился призрак, он улыбался:

- Глупая, глупая...

Сверху посыпалась земля, я старалась увернуться, но через пару секунд мои ноги уже на треть были под землей, трупоеды закапывали меня живьем! Я почувствовала настоящую панику. Я схватилась за сырую землю и отодрала кусок глины, вместо того, чтобы выбраться. Комки земли продолжала падать мне на голову.

- Эй, давай договоримся, я - спасение многих, но если я умру здесь, то пророчество не сбудется! – крикнула я козырной аргумент, пока он срабатывал, сработает и в этот раз.

Мальчик спустился ко мне и встал напротив, к тому времени уровень земли поднялась до подбородка.

- Наши земли охватила страшная хворь: из ниоткуда стали появляться трупоеды и критории; людоглоты вышли из-под контроля. Они убили моих родителей, а потом сварили и меня. Если ты считаешь себя избранной, почему же не борешься с ними? Думаешь, я так просто клюну на твою уловку? Сейчас ты лишь хочешь спасти свою шкуру и вернуться домой.

Я неожиданно заплакала, земля стала забиваться в мой рот. Мне было жалко и обидно, но жаль уже не себя, как раньше. Теперь я плакала потому, что этот мелкий гаденыш был прав. Я думала лишь о себе, и плевать хотела на пророчество!

- Замолчи! – промычала я. Мне нечего было добавить.

Мальчик усмехнулся:

- Скоро ты станешь такой же, как я, блуждающей. Очень скоро.

Последний луч света померк. Последний раз вскрикнув, я перестала дышать, воздуха катастрофически не хватало. Я чувствовала землю в кедах, под ногтями, под кожей, во рту, в носу, в волосах - так выглядит погребение заживо, теперь я знаю. Неужели так я и умру? Папа, извини, ты никогда не узнаешь, где похоронена твоя дочь. Эта мысль меня немного взбодрила, сам виноват, нечего было настаивать на моей поездке в деревню. Я начала задыхаться.

Неожиданно мое тело что-то с силой вытолкнуло из-под земли. Я не могла открыть глаза, но чувствовала, что меня держат на руках. Я выплюнула землю и зашлась тяжелым кашлем, глаза слезились. Протерев лицо, я прищурилась. Я лежала на коленях Хельма.

Я перевела дыхание, перед глазами все еще стояла кромешная темнота и страх умереть заживо.

- Жена Бога, примите великодушно мою помощь.

Я подняла на него свои покрасневшие глаза, слезы покатились по моим сухим щекам, превращая землю в грязь. Я что-то промычала и кинулась ему на шею. Я зарылась в его длинные волнистые русые волосы, я рыдала все крепче прижимаясь к нему, как будто боялась упасть.

- Спасибо, спасибо, я жива, я здесь! Я могу дышать! – слова благодарности смешивались с рыданиями.

Он ободряюще улыбнулся, и я снова заметила красивые черты его светлого лица. Широкие скулы, темные, почти черные большие глаза, подбородок с ямочкой. Он щелкнул пальцами. На его ладони образовался маленький пузырь.

- Всегда к вашим услугам.

Он сдул пузырь, и меня окатило приятной прохладой. Когда я оглядела себя в следующее мгновение, я была чистой. Он снова засмеялся:

- Так, думаю, будет лучше.

- Почему ты пришел мне на помощь? Мы же так гадко обошлись с тобой? – удивленно спросила я. По-другому нас можно было назвать предателями.

Вор помог мне встать на ноги:

- Я не обижаюсь на девушек. И потом, ваша провожатая высокородная запала мне в сердце. Прошу, позволь сопроводить вас хотя бы до Великого леса.

Я удивленно вскинула брови. Он втюрился в Дитрин? В ту, которая упекла его за решетку? В эту чванливую, длинноногую, большегрудую, красивую... так рассуждая, скоро сама в нее влюблюсь.

- Спасибо, конечно, я не могу отказать в твоей просьбе, - скиснув, процедила я.

Он на радостях обнял меня.

- Так-так, это за спиной Зиаса-то? Я против вашего брака, но все же, ради приличия не стоит вешаться на других мужчин! - послышался рассерженный голос позади.

Я оттолкнула спасителя и обернулась. Дитрин стояла облаченная в свой плащ и костюм, она держала в руках мой рюкзак. Видимо, ей удалось найти украденное. Желание поделиться с Дитрин новостью, что в нее влюбился вор-красавчик, тут же испарилось, когда я увидела ее перекошенное от гнева лицо.

- Да, верностью я не отличаюсь, - язвительно заметила я.

И почему в нее влюбился Хельм?

- Да как ты смеешь! – в голосе Дитрин таилась неприкрытая злость. Она подняла руку.

- Смею, потому что я ...

- Пора заканчивать этот разговор, - прервал Грайн, выходя из-за спины Дитрин. Он был одет точно так же как при нашей последней встрече, будто и не попадал в плен. Я обрадованно вскрикнула и обняла мальчонку. Грайн поежился, но не оттолкнул меня.

- Мы услышали крики, но нас опередили, - сказал он, придирчиво разглядывая Хельма.

- Да, меня спас мистер вор.

Хельм глубоко поклонился:

- Почту за честь следовать за Богом.

Грайн хмыкнул:

- Видно, я должен тебя благодарить за спасение Гел. Но провожатые нам не нужны. Держи!

Он кинул мешочек под ноги вору. Хельм аккуратно поднял его и вернул Грайну:

- Я вор, но подаяния мне не нужно. Я предлагаю помощь жене Бога...

- Меня зовут Гел, и я с радостью ее принимаю, - сказала я быстрее, чем Грайн успел вставить слово против.

Вор доброжелательно улыбнулся. Грайн побагровел, но придержал язык.

В этот момент из-за кустов выглянул Гил, он держал на руках Ренеко. Она была без сознания. Я заметила на ее лице глубокие зарубцевавшиеся под подбородком раны и порезы, нарывы по всему телу, ногам и рукам, некоторые пальцы ее были сломаны, а губа рассечена, волосы кое-где были выдраны с корнем, от былой крепкой девушки не осталось и следа.

- Ужас, - пробормотала я. Дитрин оттолкнула меня с дороги и кинулась к Ренеко.

- Я ее вылечу, - сказала она твердо.

- Бедняжка, - охнул Хельм, поглядывая на раненую. Я не могла смотреть в ее сторону и отошла.

- Ты в порядке? – спросил Грайн, перехватывая мой изумленный взгляд.

- Я...что они сделали с ней? – тихо спросила я, опешив.

- Об этом знает только солнце и луна, - спокойно заметил пацан, - если тебе тяжело - не смотри.

Да я готова была поклясться, что в ней еле теплилась жизнь! Какую цену она заплатила, последовав за избранной? Ведь она не желала этого.

- Ты избранная? – спросил тоненький голосок.

Я резко обернулась. Передо мной колыхались деревья. Но я знала, что это не шелест ветра, а голос блуждающего. Я слышала его едкий смех. Это уже не было похоже на приключение, теперь меня посетили муки совести. Ведь это все моя вина. И блуждающий об этом догадывался.

Мы разместились далеко от старого кладбища, на котором меня чуть не похоронили. Под кронами деревьев на берегу Сальмильстрат. Все еще стоял день, но меня убаюкал шум быстрой воды. И в полудреме я слышала отрывки истории о том, как Дитрин героически вытащила мальчика из плена. Меня укутал сон. Когда я встала, было уже темно. Рядом со мной пристроился Грайн, Дитрин по другую сторону дремала. Хельма определили поодаль, он кутался в свой плащ. Гил, обложив себя своими мешками, в которых я не знала, что он хранит, спал.

- Багровый тебе и мне... Багровый в твоей судьбе... Багрово как свет во тьме... Я с тобой, - донеслись невнятные бормотания Гила.

Я посмотрела на его счастливое лицо. Он выглядел словно котенок, пригревшийся к маме. Его косичка мило легла на ближний мешок. Похоже, ему снился хороший сон. Он был красивый. Очень. Я одернула себя от навязчивых мыслей и залезла в рюкзак. Достав одно из прихваченных раньше горьких семян, я его разжевала. Кто знает, вдруг я словила очередной любовный поток.

Я перевела взгляд на мелкого. Мне хотелось растолкать Грайна и спросить, что произошло с ним, когда он попал в рабство и поделиться тем, что сама пережила, но пожалела мальчонку. Последнее время нам мало где случалось отдохнуть. Я осмотрелась. Среди нас не хватало Ренеко. Но где же она? Я приподнялась и проследовала к речонке. В воде отражался свет звезд. Это было так красиво. Как фейерверк. Я не сразу заметила худую фигуру, сидящую на берегу. А когда заметила, то моё сердце екнуло. Хоть и сложно себе представить, что можно целехоньким выбраться из Мадахата, проведя там столько времени, но перемены в Ренеко были уже не столь очевидны. Дитрин поколдовала и излечила раны на ее теле. Помимо не присущей ей худобы, кое-что точно изменилось: ее строгие глаза теперь блестели безумием.

Она заливисто рассмеялась:

- Ренеко, - обратилась я к ней, испытывая смешанные чувства. Я подошла ближе. Она теребила свои длинные волосы и заливисто смеялась, как ребенок.

- Ренеко! - снова окликнула ее я.

Девушка встала во весь рост. Она, сделав два быстрых шага, нависла надо мной.

- Избранная, - сказала она.

Я облегченно вздохнула, вся эта ерунда мне только показалась, наверняка это игра света и тени. Жертвы хатов часто теряют память и сходят с ума, но Ренеко помнила меня, значит, все в порядке.

- Я волновалась, мы все волновались. Я рада, что ты вернулась, - облегченно произнесла я.

Ренеко улыбнулась, и тут в глазах снова появился этот блеск.

- Куда же ты подевалась, когда я заходилась кровавым кашлем? – спросила она, перейдя на шепот.

- Я попала в дом Богов, - пролепетала я.

- Где же ты была, когда меня очернили публично, когда не оставили мне даже саму себя. И я танцевала с тенью?

- Я танцевала на балу, - снова выскользнуло из меня. Я не хотела говорить этого, но мой язык был будто заколдован.

- Теперь я унижена и лишена магии, но как же сладостна будет месть тебе, когда я отберу то, что тебе дорого.

Она наступала мне прямо на носки, я скорчилась от боли.

- Жди, избранная.

Она стукнула меня своим лбом, и я утонула во тьме.