Глава 6, эпизод 2
Из-за угла таверны за моей спиной вырулила ещё одна четверка с мечами в руках, и стало понятно, что мы влипли. До боли знакомая ситуация, и я знала, что наступаю на те же грабли, но позволить Киандре умереть вот так, на опустевшей улице брошенного города от рук, вероятнее всего, призраков. Это же были призраки, я чувствовала их приближение всем телом, их тёмную частицу драконьей души, вспоминала красные глаза Эза, что вызывали ту же холодную дрожь. Я вцепилась в её локоть.
— Не надо, Киандра, у него дело ко мне, и я пойду с ним, а ты возвращайся и жди меня в цитадели.
— Что? – взвизгнула Киандра, топчась на месте и, похоже, прикидывая, с какого из расположившихся вокруг нас полукругом воинов начать, — я не брошу тебя, у меня приказ правителя, а тебе я, вообще-то, не подчиняюсь.
— Она дело говорит, островитянка, — вставил эльф, от слуха которого наш разговор не утаился. – Ты умрёшь, а девчонку мы доставим к королеве при любом исходе. Нас в шесть раз больше, и, если ты не знала, призраки не чувствуют боли.
— Теперь знаю, — сказала Киандра, и меч в левой руке гладко вошёл в плоть стоящего с правого края воина, тот вскрикнул, согнулся, изо рта пошла кровь, и он рухнул на бок, держась за живот.
Все застыли. Мы с Киандрой проводили тело взглядами.
— Это был не призрак, — сказал стражник.
Тоже мне, капитан очевидность. Воины зашипели, залязгали кинжалами и стали подбираться ближе. Стражник поднял руку.
— Последний раз предлагаю сдаться, — проговорил он медленно, чеканя каждое слово, и добавил, — Мира.
— Её зовут Мирослава, — буркнула Киандра, снова приняв боевую стойку, — запомни это, страшилище.
Я задержала дыхание, предчувствуя бурю, эльф побагровел и в следующую секунду из его пальцев в Киандру полетел кинжал. Блеснув в свете полуденного Птухайла, меч в руке островитянки, со звоном встретил атакующего собрата и отправил его остриём в землю.
— Схватить их, — скомандовал изуродованный страж, и ко мне тут же ринулись несколько воинов, а я лишь попятилась, выставив Танго вперёд, хотя и знала, что за моей спиной стена и отступать мне совершенно некуда. Киандру это не смущало, она уже исполняла свой смертельный номер, кружась с двумя мечами в центре, но противников было слишком много, а я не могла ей помочь.
Страж сложил руки на груди и предоставил возможность разбираться с нами своим воинам. Я пыталась отбиваться мечом, краем глаза поглядывая на Киандру. Она разбрасывала мужиков направо и налево, но тень, поднявшаяся на месте, где упал один из них, видимо, испугала её, и моя телохранительница от неожиданности споткнулась и повалилась на землю. Чёрная густая тень, клубящаяся, как грозовая туча, поднялась над ней и протянула дымчатые пальцы к её шее. Киандра без толку размахивала мечами.
— Что с ним делать? – крикнула она.
— Ничего, — прокряхтела я, упираясь с помощью Танго в меч противника.
Призрак сдавил горло Киандры, и я услышала, что она начала задыхаться, взмахнув мечом несколько раз, чтобы заставить воинов отпрыгнуть хотя бы на пару секунд, я бросилась к ней, и жёлтые глаза сами собой возникли в моём воображении, а невидимые нити метнулись к кончикам пальцев, и в призрака полетело пламя с такой внезапностью и шумом, что я сама сделала шаг назад, призрак запротестовал, замахал полупрозрачными тощими руками и взорвался, рассыпаясь в пыль.
Внутри меня тоже пылал огонь, точно страх вперемешку с адреналином служили топливом для него, и я чувствовала, как он рвётся наружу, и никому сейчас не стоило прикасаться ко мне, если он не хотел обжечься. Я провела по воздуху рукой, и вокруг нас образовалась горящая полоса, воины и призраки, а я уже не различала, кто из них, кто, попятились назад, поглядывая на своего командира. Стражник тоже растерялся и только кричал на подчинённых.
— Ну же! Вы же призраки, исполните свой долг, вы не имеете права ни бояться, ни отступать.
У меня в ушах шумело, перед глазами рябило от поднимающегося вверх горячего воздуха, а каждый, кто осмеливался сделать шаг в нашу сторону, получал порцию огня, и вынужден был спешно стряхивать его с одежды, волос, тела, но мой страх не угасал, а лишь подпитывал разбушевавшуюся внутри меня силу, поэтому, когда в переулке появился Орилин на лошади, я бросилась к нему, точно он мог спасти меня от себя самой. Я сама не знала, на что рассчитывала, но страх перед противником сменился страхом перед собой, перед своей необузданной магией.
— Орилин! – крикнула я, беспрепятственно пробегая мимо расступившихся передо мной врагов.
Орилин улыбнулся, прищурился, и только тогда я обратила внимание на то, что в его руках была блестящая цепь, конец которой он бросил в мою сторону, произнеся слова, которые я не разобрала, но цепь, как ручная змея, скользнула к моим рукам и мигом скрутила их, обмотавшись вокруг запястий, я ничего не успела с этим сделать. Орилин дёрнул за второй конец, и я едва удержалась на ногах. Он бросил этот конец стражнику, тот поймал и начал наматывать его на руку, заставляя меня идти за ним.
— Что хочешь за девчонку? – спросил он Орилина, который сидел на лошади, как ни в чём не бывало, и только с ухмылкой глядя на меня.
— Я сделал то, что должен, — ответил Орилин, отряхивая ладони, — цепь зачарована против магии, так что она не сможет бросаться огнём.
Он развернул лошадь, потом оглянулся и посмотрел на Киандру, всё ещё лежавшую без сознания.
— Островитянку я возьму с собой, — сказал он, и стражник тут же мотнул головой, отдавая молчаливый приказ своим головорезам. Двое подбежали, подняли эльфийку и поднесли к Орилину. Тот не перекинул её через спину лошади, а усадил перед собой, оперев о своё плечо, с видом освободителя.
Меня обожгло, когда до меня дошло, что он задумал. Я посмотрела ему в лицо, а он лишь подмигнул и развернулся в обратный путь.
— Мирослава, — окликнул Орилин, когда стражник подсадил меня на своего коня, — я же говорил, что всегда добиваюсь своего. Он свистнул, и наши лошади поплелись за ним.
Я молчала, а в голове кружились вопросы вперемешку с негодованием.
Тронулись быстро, вся компания откуда-то вывела лошадей и целым конным отрядом мы поскакали к главной дороге, а там и к выходу из одиноко спящего города. Окна домов в большинстве своём были закрыты ставнями, значит, жители либо покинули свои жилища, либо спрятались, не зная, чего ожидать от одетых в военную форму Последней Земли воинов, а я не знала, чего ожидать от Чиинаны.
Выехав из города, мы сразу же свернули к морю. От тяжести цепей мои руки начали ныть, и я уже мечтала прибыть хоть куда-нибудь, чтобы избавиться от этой обузы, хотя вряд ли мне это удастся. Ведь теперь я опасна даже для Чиинаны.
— Будем добираться морем? Колдунья не в состоянии открыть врата, или она боится Совета? – спросила я, чтобы как-то отключиться от созерцания физической боли.
Стражник, имя которого я до сих пор не знала, и сейчас было не совсем удобно этим интересоваться, фыркнул.
— А нам и не куда переправляться вратами, повернём за утёс, и мы на месте.
— Хочешь сказать, Чиинана здесь? В море?
— Угу, — промычал он, — в нетерпении ожидает встречи с тобой.
Я поёжилась, вспоминая леденящий взгляд колдуньи, а впереди показался заросший цветущим кустарником тощий утёс. Мы спустились к морю мимо небольшого поселения, огибая его с правой стороны. Похоже, в нём посланники Чиинаны и брали лошадей, потому что, уцелевшие в битве с Киандрой воины и призраки в эльфийском обличье попрыгали с животных, вверяя их молчаливому эльфу конюху на берегу у небольшой пристани.
Стражник же накинул на меня плащ, чтобы скрыть от посторонних глаз железо на руках, и снял меня с кобылы только когда мы верхом обогнули утёс и вышли в бухту с единственным покачивающимся на волнах двухпалубным кораблём под флагом Последней Земли. То ли прохладный ветер, то ли близость колдуньи вызывали в моём теле дрожь, пока мы добирались до корабля на лодках. Потом была сброшена верёвочная лестница, и я, держась скованными руками, влезла на борт.