Сердце владыки моря

— Если не можешь меня прям сейчас от этого избавить, то и не спрашивай. Надо выдвигаться и как можно скорее. Ты хорошо искал? Больше точно никого нет?

Веир развёл руками. Через всю его левую щеку пролёг кровоточащий надрез, будто её распороли тупым орудием. Меч оставил бы более тонкий и изящный след. Эльф заметил взгляд правителя и отвернулся.

— Осколок мачты. Да, я обыскал берег, никого больше. А если бы и был кто живой, то также, как и ты, пришли бы на стук.

— Пожалуй, — ответил Дариен и повернулся к раненому, — Анхаил, можешь идти?

Тот уставился бледно-синими глазами, в которых сонно колыхались язычки пламени, но ответить не успел.

— Правитель, ты сейчас серьёзно? – заговорил Веир, — я правильно понял, ты хочешь, чтобы мы вдвоём, прости, Анхаил, ты, практически, не в счёт, взяли корабль, где порядка сорока вооружённых эльфов, ещё призраки и колдунья, бросающая молнии направо и налево?

— Ты правильно понял, Веир, это наш единственный выход. Если колдунья обнаружит моё отсутствие в темнице на берегу, первым делом она поднимет паруса и уйдёт вместе со всей выжившей командой «Летящего». Даже если и попытается меня найти, корабль она всё равно отправит в Зеелонд.

— Дариен, это самоубийство, — сказал Веир, не глядя ему в глаза.

Дариен подошёл к выходу из пещеры. Птухайл уже выкатился розовым яблоком на сиреневый небосклон. Он прикрыл веки. Волна из воспоминаний тут же поднялась, готовая разрушить всё на своём пути. Он как никогда чувствовал уверенность в том, что справится с захватом корабля королевы, сколько бы воинов и призраков на нём не находилось. Сила закипала в нём, как вода в котле, бурлила и обжигала изнутри, рука сама рвалась к мечу, зрение обострилось и там, где недавно можно было разглядеть лишь мутное пятно парусного судна, теперь отчётливо просматривалась каждая мачта и даже головы скучающих на борту воинов. Но чувствовал он также и то, как стоя на верхней палубе своего чёрного изъеденного солью и рыбами корабля, король фоморов с довольной ухмылкой потирал руки, предвкушая, как получит правителя Зеелонда в свою власть и заставит нести вечную службу на судне смерти.

Дариен потряс головой и повернулся к Веиру.

Тот подошёл и крепко сжал плечи.

— Колдунья с тобой что-то сделала. В твоих глазах я вижу безумство, Дариен. То, что ты предлагаешь, погубит тебя, меня, Анхаила, и всех, кто ещё выжил.

Дариен стряхнул руки Веира.

— Да, она кое-что сделала, и я чувствую, — сказал он, ударив себя в грудь кулаком, — что справлюсь. Смогу захватить корабль даже в одиночку, и никто не в силах остановить меня сейчас. Королева просчиталась, и это будет стоить ей поражения. Одевайся, Анхаил, мы выдвигаемся, я впереди, вы следом. Не высовывайтесь и слушайте мои приказы.

— Не сочти за наглость, правитель, но я согласен с Веиром, это верная смерть, — произнёс Анхаил, потянувшись за рубашкой.

— Молчать, — рявкнул Дариен, и заметил, как съёжился эльф под его взглядом, — правитель не давал тебе слова, воин. Ты встанешь, пойдёшь на корабль и при необходимости будешь драться здоровой рукой, а если посмеешь умереть, то перед своей супругой Жаниной будешь объясняться сам.

Сказав это, Дариен, поднял с земли меч Анхаила и бросил его хозяину.

Анхаил несколько мгновений часто моргал, а потом принялся наскоро натягивать на себя одежду.

Вскоре они втроём вышли из укрытия и направились в сторону моря. Птухайл набирал силу, прогревая скалы, отчего в утреннем воздухе мерцали тёплые потоки. Пробираться пришлось на полусогнутых мелкими перебежками, Анхаил кряхтел, плевался, но шёл, хоть и обливался потом. Веир угрюмо шагал, глядя вдаль.

Дариен шёл первым, постоянно оглядываясь на спутников, и держал пальцы на рукояти меча. Из-за прибрежных скал были видны уже все четыре зелёных паруса, флаг трепыхался на проснувшемся лёгком бризе. Хлюпанье волн о берег становилось всё громче, и слышались голоса эльфов с жёстким акцентом, свойственным жителям Последней Земли. Припав за валуном, Дариен осмотрел берег и оценил расстояние до судна. Лодок у берега не было, вплавь, вероятнее всего, добраться смогут только двое из них, но и то при том, что их не заметят, а уж это, практически невозможно.

Оставалось два выхода – подождать, что кто-то сойдёт на берег, напасть и захватить лодку, а потом плыть до корабля под обстрелом из луков и каскадом молний, или же поплыть одному под водой, с чем он прекрасно справлялся и раньше, ну а сейчас без сомнения проплыл на гораздо большее расстояние. При таком раскладе, придётся захватывать корабль в одиночку. Анхаил, тяжело дыша, ухватив паузу, сел на камнях и прислонил голову к валуну.

Веир с недоверием поглядывал на правителя, протирая рукавом остриё меча.

Между кораблём и берегом показалась лодка с головой лани, Чиинана стояла в окружении двух воинов, у одного в руках лук, у другого – меч.

Дариен готов был поклясться, что королева едет проведать своего пленника, а это был отличный повод, чтобы выманить на берег всё её войско.

Лодка причалила к берегу, воины затащили её на камни и вместе с Чиинаной зашагали к подземелью, которое на рассвете покинул Дариен. С небольшой возвышенности это место хорошо просматривалось, хотя самого входа и не было видно.

— Ну же, королева, зови всех прочёсывать скалы, — прошептал он, выглядывая из-за камня.

Не успел он сосчитать и до десяти, как воины выбежали наружу, в растерянности шаря глазами по валунам, Чиинана выбежала следом и подала знак рукой, для верности снабдив его летящими вверх искрами. На корабле зашевелились, в воду каскадом одна за другой, опустились лодки.

Восемь, шестнадцать, двадцать четыре – считал Дариен плывущих эльфов. Он чуть было не присвистнул, но остановил себя, заметив, как близко уже лучник, обыскивающий скалы. Нужно было дождаться, пока лодки будут вытащены, и войско ринется в глубь острова. Вот и первая группа уже спрыгнула на гальку, и выслушав приказ старшего, побежала вдоль прибрежных скал вправо, другая – влево, а вот теперь, когда и третья группа причалила и вытолкала лодку из воды, можно было и начинать спектакль.

— Веир, присматривай за раненым, — бросил он, выскальзывая из-за валуна навстречу первой отбившейся от стада колдуньи жертве.

Лучник не успел даже вскрикнуть, как рухнул на колени, только лишь на миг соприкоснувшись со взглядом Дариена.

Тот ухмыльнулся. Такая игра ему нравилась, и животная жажда охоты растекалась по телу приятным бальзамом. Первый отряд воинов ещё не разбрёлся по каменистым тропкам, когда Дариен, выскочил навстречу. Стоило только переводить взгляд с одного эльфа на другого, чтобы у них подкашивались ноги, и они падали на камни, оставаясь неподвижными, как разрушенные статуи. Чиинана, увидев это, хрипло закричала:

— Не смотрите на него! — тем самым привлекая внимания двух других отрядов, и отвернулась. Закрыв лицо рукавом, она заспешила к морю.

Дариен видел, как взлетали белые волосы, отбрасывающие яркие блики, но до неё было далеко, сперва предстояла встреча с её верными подданными, что уже нацелили стрелы в правителя Зеелонда и лишь ожидали приказа.

Приказ прозвучал. Стрелы выпорхнули из луков, как испуганные птицы, описали в воздухе дугу и рассыпались моросящим дождём, не долетев до Дариена десяти шагов.

Озадаченные лучники переглянулись, но стоило им посмотреть на правителя Зеелонда, бывшего всего несколько мгновений назад для них мишенью, как их постигла та же участь, что и предыдущий отряд. Не все, конечно, рухнули, некоторые вняли приказу колдуньи и неуклюже отступали, наверное, не понимая, как можно не смотреть на него и при этом стрелять.

Дариен бросил взгляд на колдунью. Та подняла руки, сосредоточившись на оставшихся воинах, которых всё ещё было более десятка. Его рука рванулась за кинжалом, и только потом он вспомнил, что у него нет никакого оружия, кроме отобранного у стража меча.

На миг его охватило чувство досады, но тут же следом тело бросило в жар. Он замер на кажущийся долгим миг, часто моргая, ведь желание метнуть в королеву кинжал, чтобы прервать заклятье, а может, даже её жизнь, ему не принадлежало, оно было надиктовано извне, и сейчас, натолкнувшись на его личные позиции, как на каменную стену, больно заскрежетало в груди.

Дариен потряс головой и посмотрел на воинов, что в растерянности переглядывались, покрытые плотной синей дымкой. Только услышав приказ Чиинаны, они бодро зашагали вперёд.

— В чём дело, Дариен? — не выдержал Веир, уже давно приготовившийся орудовать мечом.

— Фокусы закончились, — ответил Дариен, безуспешно попытавшись пробить синюю дымку взглядом, — Анхаил, держись, Веир, твои справа, мои слева, за мной.

Он пробежал чуть вперёд и занял удобную позицию между валунами, не позволившую их окружить. Привычный звон мечей оживил мёртвую атмосферу Брошенного острова. Веир дрался бок о бок с ним, а Анхаил прикрывал со спины на случай, когда кто-нибудь решится обойти препятствия и подкрасться.

— Убейте двоих, — раздался голос Чиинаны, — Восставшего на корабль.

Он видел, как она вошла в лодку, прикрываемая двумя воинами, видел поднятую вверх руку и голубые искры на кончиках пальцев.

Отбив очередной удар худощавого паренька, что дрался так вяло и с таким непонимающим лицом, что Дариену было жаль даже ранить его не то, что убить, он зажмурился на миг, поймав наступающую из воспоминаний волну, а когда открыл глаза, руки сами знали, как действовать.

— Вниз! – крикнул он, и Веир подчинился моментально, а, глядя, на него упал и Анхаил, сложив на затылке руки.

Дариен, словно разрубая глиняное пространство, ставшее тягучим, крутил над головой меч, перебирая пальцами, и каждая ослепляющая молния, летящая с неба, отскакивала от него, рассыпаясь искрами. Он чувствовал, что энергия этих молний проникает в его оружие, наполняет его неизвестной ему силой, и он точно знал, что сила это против воли или нет, но станет ему послушна. И чем больше он крутил меч, чем больше молний с треском врезались в него, тем большая жажда крови скапливалась в теле, от которой, ему казалось, он начинал разбухать. Выпущенный колдуньей град скоро иссяк, и Дариен, перехватив в пальцах меч, резким движением очертил перед собой полукруг, как бы выдыхая, скопившуюся в теле силу, и его меч с этим выдохом, выпустил магию на волю.

Раздались вопли боли и ужаса, и воины повалились на камни, как скошенные травы. И ещё одним жестом, подняв меч над головой, а потом опустив, направляя в Чиинану, Дариен, наконец, выпустил распирающую его изнутри силу.

Чиинана взвизгнула и упала прямо на воина, стоявшего на корме лодчонки, тот не удержался и рухнул в воду, лодка закачалась, сбросив второго. Глаза королевы вспыхнули, улыбка послала Дариену последний злобный привет, и колдунья исчезла из виду.

— Бегом! – приказал Дариен, уже вскочившим на ноги спутникам, и кинулся к морю.