Глава 3
– Чтооо? – недоуменно переспрашивает парень, которого держу пока под сомнением.
Я ещё не определилась, как реагировать на внезапное появление брата. Однако судя по выражению его перекошенного лица, ой, как мне должно хотеться, чтобы он был не настоящим.
Хотя... думаю, нам обоим стоит обсудить новоприобретенные замашки клептоманов-лунатиков, любящих наведаться в один и тот же драм кружок. И у Дэна проблемы определённо, куда серьёзнее, чем у меня. Если, конечно, тырить ещё и корону это не шутка такая, а развитая на почве потери капитанских погонов душевная болезнь.
Кажется, Гром не замечает наряда брата, потому что на бледном лице расплывается широчущая улыбка.
– Хорошо, что ты здесь, – выдыхает он с облегчением.
Но на Дэна облегчение не распространяется, его лицо в секундах от полного расщепления возмущением.
– Хорошо? – снова переспрашивает он, взвиваясь до уровня крика. А я даже и не знала, что Дэн можно брать такие высокие ноты. – Это ты так образно пытаешься донести, что я буду рад видеть, мою просьбу в действии? Бесово создание! Лександр, когда я просил прижать Алисию, я не имел в виду «в прямом смысле слова» её прижимать!
Лександр? Алисия?
Ох, нет-нет-нет, да какую же я бабушку через дорогу не перевела, что меня так наказывают?
Замершее надо мной дыхание ясно даёт понять, что и Гром пытается вспомнить свой наивеличайший проступок. Он сокрушенно впечатывается взглядом в мои глаза, смотрит с мгновение, а затем утвердительно кивает.
– Пруд.
На этот раз я не успеваю схватить ремень, Гром молниеносней разумного оказывается на ногах и устремляется к берегу.
– Команд Громской! – взрывается копия Дэна, когда тот подходит к кромке воды. – Почему ты меня игнорируешь? Поверь, демонстрация того, как ты снова рвёшь моих зульбаеров на части, не поднимет мне настроение так, что я забуду увиденное. Их и так осталось всего четверо, после тех, – будь они прокляты Патриархатом, – восьми поддельных бутылок вансарки, которые ты добыл, как сказал, по баснословной цене.
Кажется, что-то подобное я уже слышала.
Тьфу ты! Они что, как магнитом притягиваются друг к другу везде, где возможно? Это определённо какая-то высшая степень моего наказания. Но сейчас не время придаваться стенаниям о несправедливости.
Гром замер, подозрительно уставившись на моего псевдобрата. По его лицу видно, что парень всерьёз поддался анализу сказанного. Сложно упустить не такой уж и скрытый подтекст в названии «зульбаеры».
– Зульбаеры... – непонятно то ли фырканье, то ли проклятия начинают слетать с его уст, но Гром определённо не щадит опустошать огромный запас ругательств, яростно пиная землю и отходя подальше от воды.
Я медленно поднимаюсь на ноги, слева Гром всё также ворчит на поверхность воды, уже переходя на откровенные словосочетания, придуманные на ходу лично им, швыряясь в неё чем попало, когда в тот же момент копия Дэна, клянусь, ещё немного и заработает разрыв аневризмы, пытаясь постичь, что здесь происходит.
– Брат? – пробую прощупать почву, чтобы хоть немного прояснить ситуацию.
– Да какой он тебе, к черту, брат! – искренне возмущается Гром, кривя лицо в отвращении. – Дэн бы никогда добровольно не вырядился в такое! Лосины... – снова фыркает он, словно эта вещь совершила в отношении него преступление.
И я даже не сомневаюсь, по какой именно причине. У самого-то вон какие обтягивающие, любая модница отдала бы всё, лишь бы заполучить такие же.
– Гром! – мы восклицаем с двойником брата одновременно, и тут же смотрим друг на другу. Но продолжает только он один. – Кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – взгляд останавливается на мне. – Алисия?
Гром резко выдвигается вперёд.
– Не смей к ней... – он как раз достигает расстояния, чтобы я могла врезать ему в плечо, отвлекая от объекта его ярости. Он с обидой и недоумением смотрит на меня. – За что?
Дарю Грому предельно красноречивый взгляд, предлагая заткнуться. Наше положении и так шаткое, пока мы не выясним, что происходит, и я не хочу, чтобы парень, кем бы он ни являлся, в чём-то нас заподозрил.
Гром в долгу не остаётся, в свою очередь возвращая взгляд, обещающий, что даром мне это не пройдёт.
Ну и ладно, тысячи подлянок пережила, значит переживу ещё одну. Куда важнее докопаться до истины.
– Прошу простить Гро... – резко запинаюсь, пытаясь вспомнить имя. – Лександра! – оживаю я, восклицая. – Сегодня он получил серьёзную травму головы, и ему учудилось искупаться с зульбаерами.
Придуманные на ходу оправдания не так далеки от правды, но Гром снова прищуренным взглядом даёт понять, что коллекция подлянок пополняется. Его глаза так и сияют, словно ничего для него не имеет большего смысла, как фантазировать расправы надо мной. Голос слегка подрагивает, когда продолжаю подписывать себе смертный приговор.
– По его словам, он считал, что они подружились, и не плохо было бы поиграть с ними в дантиста. То, что ты застал, было ничем иным как попытка удержать его от глупости.
Про возможно странные слова для незнакомца понимаю уже в последний момент, но ничего исправить не в состоянии, надеясь, что и здесь водятся этакие страшные существа, которыми родители пугают всех сладкоежек.
Песевдо-Дэн с секунд двадцать переводит взгляд с меня на Грома, нахмурившись в подозрении. Слабенькая получилась история, но я пыталась не врать, желая избежать в самом начале будущей путаницы, которая запросто могла подорвать положение.
– Как это случилось? – уточняет Дэн, и я вижу в его глазах негласное недоверие. – Ещё минут двадцать назад весь дом был свидетелем вашей ссоры. И Команд в тот момент определённо был в самом что ни на есть здравом уме.
Что-то мне подсказывает, что Дэн, пусть даже и не настоящий мой брат, узнав, что Гром случайно столкнул меня с балкона, может не на шутку разозлиться. Судя по тому, что он говорит, здешние события копируют точь-в-точь происходящее между мной и Громом. А значит и отношения у них всех должны быть такими же. Отсюда плясать и начнём. Вот только с фантазией скудненько малость, когда на тебя взирают два ожидающий взгляда. А по лицу Грома только дурак не поймёт, что мерзавец предвкушает мой фееричный провал. Самодовольную рожу украшает кривая ухмылочка, заводящая меня думать усерднее. Я натягиваю сахарную улыбку в ответ, так и представляя, как высокомерие сползает с холёного лица.
– Ну ты же знаешь нашего Команда, которому всё по плечу. Захотел остыть после ссоры, прогулявшись под луной, – смотрю на «братца», невинно передёргивая плечом. – Вот и вышел прямо с балкона, решив научиться передвигаться по воздуху.
Слабое рычание предназначено только для моих ушей, поэтому брат моего нынешнего тела воспринимает молчание Грома как подтверждение сказанного. Всего за секунду его лицо сменяется с гнева на искреннее участие. Видимо, и здешнему Громскому присуще суицидальные наклонности, в виде безбашенных идей, что и голову нашего Громова частенько терроризируют. Ещё неделю назад на виске нового капитана Лис красовалась приличная гематома, когда он удумал, что с разбегу с трибун на лёд выходить намного эффектнее.
– Что ж... – растерянно протягивает брат, очевидно обдумывая, как помягче реагировать на очередной выкидон Команда. А затем решает, что игнор будет уместнее всего. – Значит, я полагаю, вы, наконец, пришли хоть к какому-то компромиссу той ситуации. И раз Грому понадобилось после разговора остыть, понимаю, что выбор ты сделала в пользу участия?
Вау, да что я знала до этого о «крутых поворотах»?
Несколько секунд тупо хлопаю ресницами. С надеждой перевожу взгляд на Грома, может хоть у этого облученного чрезмерной дозой высокомерия ума есть идеи, как нам лучше ответить, чтобы не спалиться? Но нет, у Великого разума сегодня выходной. Не менее обескураженный взгляд таращится на меня во все глаза, ожидая от меня проявления каких-то сверхспособностей.
Н-да, кажется, шестерёнки в голове пора смазывать, так как функция «искусно отмазаться», которую частенько приходится использовать перед родителями, больше не работает и ни одной нормальной идеи не подаёт. Но есть ещё одна неплохая «включить дурочку», не забыв при этом ангельски улыбнуться. Именно ей я и пользуюсь.
– Смотря что для тебя будет «положительным» выбором?
Нарочно избегаю прямых уточнений, и это работает, пусть и не совсем идеально. Брат выглядит недовольным.
– Ты знаешь, что я хочу, чтобы ты отправилась на отбор, – говорит он. – Не в нашем положении отказываться от такого приглашения.
Вот же засада, теперь я запуталась ещё больше. Бросаю быстрый взгляд на Грома, но тот также пытается понять другого Дэна, не отводя от него хмурого взора. Ему не нравится, к чему ведёт разговор, и мне, кстати, тоже. Поэтому я решаюсь уже идти на таран.
– На какой ещё отбор я должна отправиться? – требую разъяснений, плюнув на свой первоначальный план «не палиться», так как ситуация основательно изменилась.
– Отбор невест десяти королевств, – огорошивает он, как ни в чём не бывало, и это последнее, что я слышу, перед тем, как меня подхватывают в воздух и несут в неизвестном направлении, закинув на плечо.