Нас объединяло молчание

Настал вечер выпускного бала. Леонард стоял перед зеркалом, вновь и вновь пытаясь довести до идеала то, что и так было безупречно.

Его образ состоял из чёрных джинс и кед, выглядевших заметно новее прежних. Сквозь расстёгнутый ворот чёрной рубашки поблёскивал кулон, подаренный Нетти. Поверх он накинул объёмный вязаный кардиган, скрывающий худобу плеч, а тёмные распущенные волосы небрежно спадали на лицо, прикрывая глаза. Он выглядел как парень, который очень хочет быть замеченным кем-то одним, но спрятанным ото всех остальных.

— Ты идёшь или будешь любоваться собой до утра? — крикнула мама из коридора.

— Я не любуюсь, — буркнул Лео. — Я пытаюсь понять, не выгляжу ли я как Джерард Уэй на похоронах My Chemical Romance.

— Ты выглядишь как мой Лео, лучше уже некуда.

Сын улыбнулся её отражению в зеркале. Сьюзан остановилась в дверном проёме. На ней было лаконичное, но элегантное платье, которое она выбрала для сегодняшнего ужина с Гаррисоном.

— Иди, — сказала женщина. — Она ждёт.

Окна дома Нетти светились уютным светом. Когда Лео поднялся на крыльцо и постучал, на пороге появилась она. В тот же миг у него перехватило дух — настолько она была прекрасна.

На девушке было струящееся платье в пол оттенка запёкшейся крови: в глубоких складках бордовая ткань сгущалась до черноты. Глубокое декольте открывало вид на небольшую грудь и выгодно подчёркивало белизну кожи, а широкие, расширяющиеся к низу рукава придавали силуэту сходство с готическим изваянием. Талию туго стягивал шнурованный корсет из кожи. Ноги украшали тяжёлые Demonia на запредельной платформе. Сложная причёска, где высокая укладка соседствовала с волнами распущенных прядей, и макияж с дымчатыми тенями и губами цвета вишнёвого сока довершали этот притягательный портрет.

— Замазала тональником два прыща, которые выскочили сегодня утром, — сообщила она вместо приветствия. — Очередное доказательство того, что Иисус ненавидит меня.

— Я не вижу прыщей, ты выглядишь потрясающе, — признался Лео.

— Видимо, потому что я их замазала. А ты выглядишь... — она запнулась, подбирая слова, — больше напоминаешь Джерарда Уэя в эпоху «Three Cheers for Sweet Revenge», чем Ника Фиенда.

— Ты издеваешься?

— Да, заходи, познакомишься с родителями, пока мать не убила папу.

Обстановка в гостиной была традиционной: диван, журнальный столик со стопкой газет, ковролин и вечно включённый телевизор. Мистер Осборн, невысокий человек с редеющими волосами и утомлённым видом, встал из кресла при их появлении. От него слегка веяло спиртным, но глаза приветливо светились искренней добротой и лаской.

— Так вот ты какой, Лео, — произнёс он, подавая вперёд мозолистую, грубую ладонь для рукопожатия. — Наслышан от Нет. В последнее время только о тебе и говорит.

— Только хорошее? — Лео ответил на крепкое рукопожатие, стараясь держать лицо.

— Она вообще мало чего говорит, но про тебя все уши прожужжала нам с Конни.

Из кухни плавно, словно в вальсе, вышла миссис Осборн. Она была полной противоположностью супругу: ухоженная брюнетка в дорогом, хоть и слегка безвкусном платье. На лице — яркий, грамотный макияж, а в самых краешках губ затаилась натянутая улыбка, которой женщины стараются удержать уходящую молодость.

— Леонард, — нараспев произнесла она с любопытством оглядывая парня. — Какая необычная пара у вас, очень современно. Нетти сегодня выглядит гораздо лучше, чем на своём празднике. Ты знаешь, Лео...

— Мам, пожалуйста, — предупреждающе отозвалась Нетти.

— Я ничего, просто отмечаю, — миссис Осборн поправила причёску и продолжила: — Вы уже убегаете? Бал, наверное, будет чудесным. Помню, я в вашем возрасте обожала балы.

— Ты была всего на одном, да и там почти всё время сладко проворковала с Эвансом, — беззлобно усмехнулся мистер Осборн в пышные усы.

— Дорогой, не порти момент.

— Нам ещё нужно кое-что доделать. Увидимся позже! — Нетти схватила Лео за руку и потащила к лестнице.

— Прости, такие у меня родители, — со вздохом произнесла она, когда они оказались в комнате.

— Нормальные, — успокоил её Лео. — От твоего отца веет добротой.

— Он правда хороший, просто устал от жизни, от работы, от неё, — она махнула рукой в сторону двери. — А она всё продолжает вести себя как девчонка из сестринства в свои сорок три.

Нетти одарила его бесконечно долгим взглядом. Затем подошла к комоду и, словно сокровище, достала две вещи.

— Давай тебя немного украсим.

На его запястье она застегнула кожаный браслет с металлической застёжкой. А после украсила и себя, повесив на шею кулон, похожий на его, только меньше.

— Теперь мы готовы, — улыбнулась она.

— Выглядишь так круто, — Лео притянул её и долго нежно поцеловал, не думая о том, что испортит макияж.

— Сегодня сделаем кучу фотографий, — проговорила она, отрываясь.

Спортзал преобразился в мерцающий огнями и украшенный с трогательным старанием выпускников банкетный зал. Обычно Лео ненавидел подобные школьные мероприятия: ярко, громко и слишком фальшиво. Но сегодня — его первый и последний бал, который больше никогда не повторится. К тому же, рядом Нетти согревала взволнованную, чуть влажную ладонь своей.

Они шли сквозь череду удивлённых взоров — словно две таинственные ночные птицы, залетевшие в сад, полный пастельных цветов. Подростки вокруг шептались и откровенно пялились, но паре было всё равно.

— Лео! Нетти! — Майлз радостно замахал рукой. Рядом с ним стояла Хлоя в тёмно-синем платье, с вечерним макияжем и скептическим выражением лица, которое, впрочем, смягчалось, стоило ей посмотреть на спутника.

— Выглядишь как воплощение ночного кошмара для примерных семей, — заметила Хлоя. — Мне по душе.

— Ты тоже ничего, — Нетти окинула её оценивающим взглядом. — Неплохое платье. Кто выбирал?

— Она сама, — гордо сказал Майлз. — У неё есть вкус. Хлоя умеет выцепить классные вещи.

— Мой вкус плюс твой гардероб из гиковских футболок — вот он, путь к идеальным отношениям, — усмехнулась шатенка, но по тому, как она посмотрела на Майлза, было ясно — она не шутит.

— Зато мне не нужно объяснять разницу между «Star Trek» и «Star Wars», — парировал Майлз с такой же самодовольной ухмылкой.

Подростки болтали, смеялись, не переставая щёлкать затворами камер. Лео находился посреди спортзала с широкой улыбкой на лице. Здесь, на выпускном балу, среди близких, он был счастлив. Глубоко в памяти тлел горький привкус последнего праздника в этих стенах, когда он уходил отсюда, раздавленный болью и унижением, но часы пробили своё, и реальность заиграла новыми красками, вытесняя старые воспоминания. Наслаждаясь свободой от смешков и обсуждений, он повернул голову и заметил пару, стоявшую под ослепительным светом фиолетовых софитов.

Картер и Рид стояли вместе, держась за руки. Увиденное настолько сильно контрастировало с его внутренней гармонией, что Лео на секунду стало физически нехорошо.

Хейли сильно похудела. Серебристое платье в пайетках висело на ней мешком, обнажая выпирающие ключицы. Лицо осунулось: ввалившиеся глаза, кожа, потерявшая всякий оттенок, выдавали крайнюю степень измождения. Былая лучезарная улыбка превратилась в пустую, безжизненную гримасу, которую она с трудом удерживала для окружающих.

Джейк, напротив, сохранял привычный облик — мужская красота, непоколебимая уверенность и безупречный костюм. Однако создавалось впечатление, что за маской лихости металась затравленность загнанного зверя.

Джейкоб не отвёл взгляда от Лео, даже когда тот инстинктивно прижал Нетти к себе крепче. Усмешка первого стала шире, холоднее.

— Смотрите-ка, — сказал он достаточно громко, чтобы все присутствующие обернулись. — Моррис привёл свою... Это кто у тебя? Где ты таких вообще выкапываешь? Боже мой, Моррис, ты что, ходишь по городскому кладбищу с лопатой?

Брэндон и Тайлер прыснули за его спиной, но их смешки были полны замешательства, будто парни ждали команды, что им наконец разрешено смеяться в полную силу.

— Так ты, значит, Картер? — Нетти вплотную приблизилась к нему, обжигая собеседника льдом. — Заткнись, из твоего рта воняет тухлым сыром так сильно, что не перебьёт даже пачка жвачки. Исчезни отсюда, пока мы все не задохнулись.

Джейк на секунду потерял дар речи. Он не привык к отпору, особенно со стороны девушек, а уж тем более — от таких, как она.

— Чё ты сказала?

— Иди в бассейн, тебе явно не помешает лишняя тренировка, а то вдруг кто-то окажется быстрее на соревнованиях? Хотя, думаю, уже оказался. Наверное, обидно видеть, как другие добиваются успехов, пока ты захлёбываешься в собственной желчи. Можешь даже не стараться — все твои фразочки на меня не подействуют. Оставь этот спектакль для школьных фанаток с трибун, я насквозь вижу, какое ты пустое ничтожество.

Все звуки в зале стихли. Лео наблюдал за Нетти, разрываясь между восхищением и ужасом. Крошечная фигурка в тяжёлых ботинках, с вызывающим макияжем и ядовитым оскалом стояла перед Картером, не выказав ни капли страха.

Лицо Джейкоба налилось кровью. Его челюсти разжались, готовые выпустить на волю поток оскорблений, но Хейли вовремя остановила его, потянув за рукав пиджака.

— Джейк, пойдём, не надо.

Пловец дёрнулся, словно от пощёчины, и одарил её яростным взглядом, но всё же покорно пошёл следом. Весь остаток вечера Лео ловил на себе тяжесть взора Джейка, в котором обида смешалась со злостью и ревностью. Парень не мог смириться с тем, что тот, кого он всегда мешал с грязью, наконец-таки обрёл покой, который самому Джейку был недоступен. Хейли же смотрела на Лео совсем по-другому, и от того, как она это делала, ему становилось не по себе.

Мало кого удивило объявление имён короля и королевы, учитывая состояние Рид в последнее время. Ослепительная Ванесса в алом платье взошла на сцену под шквал оваций, озаряя зал улыбкой победительницы. Джейк занял своё место подле неё, с трудом сдерживая кривую усмешку.

— Конечно, король и королева, — прошептала Хлоя. — Как в плохом фильме. Разница лишь в том, что в сценариях обычно хэппи-энд.

— Считаешь, это не принесло им радости? — негромко поинтересовался Майлз.

— Ну, Хендерсон, может, и рада, но самодовольный оскал Ванессы ничего не стоит — за ней скрывается гнилая душа. Статус королевы ничего не меняет. А Джейк... — Хлоя качнула головой. — Он потерпел фиаско и прекрасно знает об этом.

Джейкоб растерял весь свой былой апломб — на смену высокомерию пришла бессильная ярость, которой некуда было излиться. Хейли же держалась поодаль, в её планах явно не значилось поздравлять молодого человека. Девушка даже не расстроилась, перспектива стоять на одной сцене с ним не прельщала.

— Пойду возьму воды, — сказал Лео, сжимая ладонь Нетти. — Ты как?

— Я в порядке, иди, только быстро.

Коридор за поворотом у спортзала был абсолютно пуст. Он нажал кнопку автомата, забрал бутылку, но стоило ему развернуться, как он наткнулся на Хейли, стоящую за ним всего в паре шагов.

Сейчас девушка выглядела совсем умирающей, изнеможённее, чем под софитами зала. Лео обратил внимание на потрескавшиеся губы, тени под глазами и пальцы без маникюра, нервно перебирающие друг друга.

— Лео, — произнеся это имя, голос дрогнул. — Можно с тобой поговорить?

— Хейли... — он быстро оглянулся, проверяя, не стал ли кто-то свидетелем их встречи, но коридор по-прежнему пустовал. — Мы разве не всё уже сказали друг другу?

— Нет. — Она шагнула ближе. — Я хочу... я должна...

Она смотрела на него с такой отчаянной мольбой, будто Леонард остался единственным живым человеком в пустыне.

— Тогда в лесу, — начала она. — Ты, окружённый сводами деревьев и залитый лучами солнца, до сих пор стоишь перед моими глазами. Ты был так красив, казался мне воплощением самой жизни.

— Хейли, что ты делаешь? — он попятился.

— Ты не выходил у меня из головы, — она сократила дистанцию ещё на шаг. — Я каждый день вспоминала наш вечер на крыше. Какой же дурой я была. Джейк просто использует меня, а ты... ты бы никогда не поступил так со мной.

Её ледяная кисть легла ему на сердце. Холод, исходящий от девушки, просочился даже через ткань рубашки.

— Я хочу всё вернуть, — взмолилась она, заглядывая ему в самую душу. — То, что между нами было, и то, что могло бы быть. Я сделаю всё, всё что потребуешь. Только дай мне шанс всё исправить.

Она подалась к его губам, но Лео резко отпрянул, впечатавшись лопатками в стену.

— Хейли, нет.

— Умоляю, — прошелестела она, теряя голос. — Я знаю, я была ужасной, но я изменюсь, стану другой ради нас. Я буду такой, какой ты захочешь, только не отталкивай меня...

Женская рука, белая как лилия, прокралась ниже, направляясь к ширинке, но Лео стальной хваткой перехватил её запястье, не давая дотронуться до себя.

— Хейли, нет, — повторил он твёрже. — Не надо.

— Но я хочу тебя, — слёзы застилали ей взор. — Пожалуйста, Лео. Я хочу почувствовать хоть что-то живое. Ты здесь единственный, в ком теплится жизнь. Прости меня, я больше никогда...

— Хейли, пойми, — он продолжал держать её руку, не отпуская, но и не прижимая к себе. — Я ценил в тебе совершенно иное, ты мне не этим была интересна, совсем не... этим.

— Чем тогда? Всем парням нужно только одно, я выучила это.

— Мне — нет, — Лео посмотрел ей в глаза, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Неужели не понимаешь? Ты была мимолётной вспышкой... Я сам тебя выдумал от начала и до конца и влюбился в эту выдумку, а не в живого человека. Мы — чужие люди, которые никогда друг друга не знали. А то, что происходит сейчас... это просто отвратительно.

— Ты не хочешь меня, — она отдёрнула руку и попятилась, увеличивая расстояние между ними.

— Я влюблён в другую, — спокойно произнёс Лео. — Она видела меня всего и не использует мои слабости как рычаги давления. Я больше не живу в вечном ожидании, не проверяю телефон каждую минуту. Дело не в том, что я могу получить от неё, а в том, кем я становлюсь в её присутствии.

Хейли всматривалась в парня, а по щекам ползли чёрные дорожки слёз, размывая макияж.

— Ты... ты можешь мне помочь? — голос её почти угас. — Я не знаю, что делать, я... мне плохо, постоянно плохо, я потерялась и не знаю, как вернуться. У меня не осталось сил даже на то, чтобы порезаться, я такая слабая. Внутри меня сплошная темнота, и это не проходит.

Сердце Лео сжала в комок чистая человеческая боль за неё. За то, как глубоко юная девушка увязла во тьме.

— Хейли, — с сочувствием начал он. — Я не смогу помочь тебе, правда, не умею. Я сам недавно научился помогать себе. Помочь себе сможешь только ты сама. Главное... не теряй человечность в себе. Не убивай то хорошее, что в тебе есть, не поступай так с собой.

— Какое хорошее? — горько усмехнулась она. — Во мне нет ни капли хорошего. Я не та девушка, которую стоит спасать, я сломанная, плохая... И ты это только что подтвердил, разве не так?

— Боже, Хейли... зачем ты... Я даже не знаю, что ответить, — Лео растерянно всматривался в её лицо. Блондинка, ранее выглядевшая как сошедший с небес серафим, сменила облик. — Как бы там ни было, ты была солнцем для всей школы. Тебе верили, за тобой шли, тобой восхищались. Просто в какой-то момент ты перестала светить для себя и начала выгорать ради других.

Девушка продолжала плакать, но в зрачках проявилось понимание — как раньше уже точно не будет. Последние, пусть даже фантомные, мосты сожжены безвозвратно.

— Мне нужно возвращаться, — сказал Лео. — Меня ждут.

— Как же ей повезло... И ты... ты её любишь? — негромко спросила Хейли.

— Мои чувства к другому человеку — это не то, чем я готов делиться с тобой.

— Тогда иди. — Она размазала слёзы по лицу. — Но знай, что твоя фриковатая подружка с клоунским гримом и кривыми ногами никогда не сравнится со мной. Ты...

— Не сравнится, Хейли, — Леонард остановился у поворота. — Поговори с кем-нибудь: с родителями, а лучше со специалистом. Просто не будь одна сейчас. После выпуска мы больше никогда не встретимся. Я желаю тебе не искать утешения в боли — ищи силы, чтобы перерасти её. Прощай.

Ответа не последовало. Хейли осталась стоять посреди бесконечного коридора. Расшитая пайетками ткань платья по-прежнему ловила блики редких ламп. Опустошение накрыло её с головой. Девушка шмыгнула носом и, не оборачиваясь, побрела в противоположную сторону.

Вернувшись в зал, Лео сразу заприметил Нетти в компании Майлза и Хлои. Троица была увлечена бурным обсуждением, но стоило ему подойти, как голоса стихли.

— Ты в порядке? Хорошо себя чувствуешь? — Нетти внимательно всмотрелась в его лицо, не скрывая беспокойства.

— Да, — он накрыл её ладонь своей и притянул к себе. — Теперь — абсолютно точно да.

— Тебе Хейли не попадалась? — Хлоя задала вопрос ровным тоном, без тени ехидства. — Она опять куда-то исчезла.

— Попадалась, — коротко ответил Лео. — Она... ей, кажется, нехорошо.

— Знаю, почти все в курсе. — Она выдержала паузу и продолжила: — Хейли на коксе, Лео, и не только. Джейк обчистил заначку отца и втянул её в это, когда она была на грани после очередной ссоры. Сказал, это снимет стресс и станет легче. Теперь она нюхает чаще, чем пьёт кофе.

— Господи, — буркнул Майлз.

— Я честно пыталась до неё достучаться, — Хлоя поджала губы. — Но она будто в скафандре. Верит, что если будет сохранять прежний образ, всё наладится, а на самом деле разваливается на части.

— Ты же тоже уезжаешь скоро? — спросил Лео.

— Ага, в Юту. Прошла в неплохой колледж, и Майлз будет в соседнем городке. — В её взгляде заплясал задор. — Но не надейся, что так просто от нас избавишься, ньюйоркец.

— Вы хорошая пара, — заметила Нетти.

— Мы пара не из книжек, — поправила Хлоя, — но нам норм.

В помещении надрывались колонки, Ванесса и Джейк старательно исполняли «королевский» танец, но толпе подростков не было до них дела. Чего уж там, даже их собственное окружение наблюдало за спектаклем с плохо скрываемой скукой.

— Потанцуем? — спросила Нетти, глядя на Лео снизу вверх.

— Ты же знаешь, я не умею.

— Сегодня это неважно. Двигайся в такт этой тупой музыке и смотри только на меня.

— Так я могу.

Они затерялись среди других пар в центре зала. Ладони Нетти легли ему на плечи, а руки Леонарда уверенно обхватили её талию. Ему приходилось чуть склоняться к ней, а ей — приподниматься на носочках, но нестыковка в росте совершенно не мешала.

— Я люблю тебя, — негромко проговорил Лео, уткнувшись лицом ей в макушку.

— Я знаю, и я тебя тоже, — она вскинула голову. — Мистер Фиенд.