Близость
Весна ворвалась в Дерри бурными ручьями и первыми листьями.
В ту ночь что-то изменилось. Они сидели на полу у камина, и он гладил ее волосы, пропуская рыжие пряди сквозь пальцы.
- Эмили, - позвал он.
- М-м?
- Я никогда не делал этого. Но я хочу попробовать. С тобой.
Она подняла на него глаза и все поняла без слов.
- Ты боишься? - спросила она.
- Я? - усмехнулся он. - Я не знаю страха. Я знаю только голод. Но сейчас... сейчас я голоден не по страху.
Она коснулась его лица, провела пальцами по бледной щеке, по губам.
- Тогда иди ко мне.
Он подхватил ее на руки и понес в спальню. Комнату заливал лунный свет, падающий на старую кровать с высокими столбиками.
Пеннивайз опустил Эмили на прохладные простыни и навис сверху, рассматривая ее. В его желтых глазах плескалось что-то, чего она никогда раньше не видела: не голод, не любопытство, а нежность.
- Ты прекрасна, - сказал он, и его голос сорвался на хрип.
- Я люблю тебя, - ответила она.
Он наклонился и поцеловал ее. Медленно, осторожно, словно боялся разбить. Его холодные губы скользили по ее шее, спускаясь к ключице. Эмили выгнулась навстречу, запуская пальцы в его рыжие волосы, такие же яркие, как ее собственные.
- Ты дрожишь, - прошептал он.
- Мне не холодно.
Он усмехнулся и провел языком по ее коже. Длинный, раздвоенный на конце, он оставлял за собой дорожку из мурашек. Эмили закусила губу, чтобы не застонать слишком громко.
- Не сдерживайся, - приказал он. - Я хочу слышать тебя.
Он стянул с нее ночную рубашку, обнажая бледную кожу в лунном свете. На секунду он замер, рассматривая ее, и Эмили показалось, что даже воздух вокруг них замер.
- Ты как огонь, - прошептал он. - Горячая. Живая.
- А ты как лед, - ответила она, касаясь его груди, разрывая на нем рубашку. Под ней была не человеческая плоть, а что-то иное - бледное, переливающееся, словно покрытое чешуей или древними шрамами. Но Эмили это не испугало. Она приняла его таким.
Их тела сплелись в лунном свете. Контраст тепла и холода, жизни и того, что за её гранью, создавал невероятное, обжигающее ощущение. Каждое его прикосновение отдавалось в ней электричеством. Когда он вошел в нее, Эмили вскрикнула, вцепившись ногтями ему в спину.
Пеннивайз двигался медленно, мучительно медленно, словно пытаясь запомнить каждое мгновение, каждое ее дыхание. Он шептал ее имя, и его голос эхом отражался от стен.
- Эмили... Эмили..
Она слышала в этом имени не просто звук, а молитву.
Оргазм накрыл их одновременно. Эмили закричала, выгибаясь дугой, а Пеннивайз замер, издав низкий, вибрирующий звук, от которого задрожали стекла в окнах.
После они лежали в тишине. Он обнимал ее, прижав к себе, и впервые за всю свою бесконечную жизнь чувствовал себя... целым.
- Я никогда не вернусь к тому, чем был раньше, - прошептал он в ее волосы.
- Это хорошо? - спросила она сонно.
- Я не знаю. Но ради тебя я готов попробовать.