5 глава «Подснежник»
🎧 От автора: Эту главу лучше всего читать в наушниках, чтобы полностью прочувствовать атмосферу. Все треки, которые звучат фоном или в мыслях героев, вы можете найти у меня в ТГ-канале. Погружайтесь))
В школе всё было на удивление тихо. Мама пришла после второго урока. Она не кричала, как вчера после разбитого окна, а стояла в коридоре у окна и негромко, но твердо разговаривала с Флюрой Габдуловной. Елена Рашидовна выглядела постаревшей за одну ночь, её пальцы нервно перебирали пуговицу на пальто.
- Я просто хочу, чтобы мой ребенок был в безопасности, - говорила она, стараясь сохранять голос спокойным. - Вы же понимаете, какое сейчас время. Таня - девочка впечатлительная, после болезни... Ей не место в сомнительных компаниях. Я не хочу, чтобы она учила этого мальчика. Вчера он разбил нам окно, Флюра Габдулловна. Это переходит все границы.
Учительница английского поджала губы и сочувственно кивнула, глядя на маму Тани через очки: - Елена Рашидовна, я вас услышала. Мы усилим контроль. Раз ситуация такая серьезная... - она перевела строгий взгляд на Таню. - Значит, так. Каримова, дополнительные занятия с сегодняшнего дня прекращаются.
Татьяна стояла в паре метров, рассматривая носки своих сапог. Каждое слово учительницы вбивало гвоздь в её надежду на нормальную жизнь. Рядом замерла Айгуль. Они начали дружить недавно, и Айгуль, испуганно переводя взгляд с учителей на маму Тани, молча сжала руку подруги. Ученики проходили мимо, смеялись, обсуждали свои дела - на них никто не обращал внимания.
- Всё, Таня, - Елена Рашидовна повернулась к дочери, её лицо было каменным. - Иди в раздевалку, забирай пальто. Мы уходим домой. Прямо сейчас.
- Мам, еще уроки... - попыталась вставить Таня, но мать даже слушать не стала.
Она перевела строгий взгляд на Айгуль и бесцеремонно отцепила её ладонь от руки дочери. - И ты, Айгуль, тоже хороша. Видишь же, куда подругу тянет, и молчишь? Больше никакой гульни после школы. Я с твоей матерью поговорю.
Мама потянула Таню за рукав к лестнице. На первом этаже у самого входа стоял Марат с пацанами. Увидев Елену Рашидовну, он сразу её узнал. В памяти мгновенно всплыл вчерашний вечер, её крики и тот камень, который он сдуру запустил в их окно. Мама вцепилась в Таню и посмотрела на него с такой ненавистью, что Марат невольно выпрямил спину.
Он нацепил свою самую наглую ухмылку, пряча за ней жгучую обиду и неловкость. - Слышьте, мамаша, - громко, чтобы слышали пацаны, бросил он. - Да не тряситесь вы так за неё. Больно надо мне за вашей дочкой бегать. Скучная она, как ваши гаммы.
Он обернулся к пацанам, коротко и резко засмеялся, заставляя их посмеяться следом, и быстро зашагал в сторону мужского туалета, даже не взглянув на Таню. Будто вчера он не защищал её от лоба на «девятке» и не нес её скрипку до самого дома.
Вечер дома прошел в тяжелом, вязком молчании. Заклеенное скотчем окно на кухне напоминало о вчерашнем погроме. Елена Рашидовна сидела за столом, помешивая чай. - Ты же слышала его? - негромко сказала она, когда Таня зашла за водой. - Ты для него - забава. Посмеяться над «домашней» девочкой. Занимайся музыкой, Таня. Это единственное, что тебя не предаст.
Татьяна ничего не ответила. Дождавшись, пока мама уйдет в ванную и зашумит вода, она накинула куртку и тихо выскользнула из квартиры. Ей нужно было просто выйти на мороз, чтобы это давление в груди прекратилось.
На улице было колюче и темно. Таня шла быстро, не разбирая дороги, пока не оказалась в чужом районе, где фонари почти не горели. И тут её накрыло. Резкий толчок в груди, дыхание перехватило так, будто легкие превратились в лед. Она прислонилась к железному забору, пыталась вдохнуть, но ноги стали ватными, и Таня медленно осела прямо в снег. Ладонь судорожно сжала в кармане флакон с таблетками, но сил открыть его уже не было.
Мир вокруг начал медленно гаснуть, превращаясь в одно сплошное серое пятно. Таня слышала только собственный хрип и оглушительный стук сердца, который отдавался в ушах тяжелыми ударами. Пальцы одеревенели и не слушались, флакон просто выскользнул из рук в рыхлый снег. Она попыталась его нащупать, но перед глазами всё поплыло.
Хруст снега раздался совсем рядом - резкий, отчетливый. Из темноты гаражей выплыла высокая фигура. Парень в куртке нараспашку, кудри торчат из-под шапки, взгляд холодный и колючий. Он остановился в паре шагов, сплюнул и окинул Таню недоуменным взглядом.
- Э, - голос парня был низким и хриплым. - Ты чего тут устроила? Место нашла, где подыхать?
Таня не ответила. Она лишь судорожно глотала воздух, пытаясь дотянуться до белого пластикового пузырька, лежащего в снегу. Незнакомец проследил за её взглядом, прищурился и, нагнувшись, поднял флакон.
- Это че еще за приколы? - он встряхнул пузырек, в котором глухо загремели капсулы. - На нашем районе заторчать решила? Слышь, ты, - он грубо встряхнул её за плечо, - отвечай, когда спрашивают. Отравилась, что ли?
Таня только вцепилась в его рукав, не в силах вымолвить ни слова. Лицо её было белым, как мел, а губы начали синеть. Парень выругался, быстро открутил крышку и, видя, что девчонка реально сейчас «откинется», сунул ей одну капсулу прямо в рот.
- Глотай давай! Только не вздумай тут зажмуриться, мне трупы в районе не нужны.
Таня проглотила лекарство, едва не подавившись. Парень подхватил её под мышки и буквально рывком поставил на ноги. Её мотало из стороны в сторону, и она невольно привалилась к его жесткой куртке, стараясь не упасть.
- Куда тебя? Домой везти? - рявкнул он, удерживая её за плечи.
- Нет... - выдохнула она спустя минуту, когда лекарство начало действовать. - Пожалуйста, не домой.
Парень посмотрел на неё как на сумасшедшую. - Понятно. Родители высадят на конюшню? Ладно, пошли. Тут база за углом, отогреешься, а там посмотрим, че с тобой делать. На нашем районе замерзнешь - нашим потом проблем создашь.
Он почти потащил её за собой. Таня едва переставляла ноги, её сознание потихоньку возвращалось, но она всё еще не понимала, кто этот парень и куда он её ведет. Для неё это был просто случайный прохожий из тех «опасных», о которых предупреждала мама.
Они подошли к неприметному входу в подвал. Парень пнул тяжелую, обитую железом дверь и затащил Таню внутрь.
- Здорово, пацаны! - гаркнул он, стряхивая снег с куртки. - Гляньте, че нашел у гаражей. Подснежник! Чуть кони не двинула прямо на снегу.
В нос ударил резкий запах пота, табака и старого железа. Таня открыла глаза и увидела качалку: блины от штанги, старые плакаты на стенах и группу парней в трениках и куртках. А прямо перед ней, на скамье для жима, замер Марат.
Гантеля, которую он крутил в руке, с глухим, тяжелым стуком выпала на резиновый мат. Марат смотрел на Таню так, будто увидел привидение. Его наглая маска, которую он нацепил в школе, мгновенно осыпалась.
- Каримова? - вырвалось у него прежде, чем он успел закрыть рот.
Кудрявый парень (которого пацаны звали Турбо) обернулся к Марату, переводя взгляд с него на Таню. Его брови медленно поползли вверх, а в глазах блеснул недобрый интерес.
- Опа... - протянул Турбо, отпуская локоть Тани. - А ты откуда эту кралю знаешь, Марат?
В подвале повисла такая тишина, что было слышно, как гудят трубы отопления. Пацаны, которые только что гремели железом и перешучивались, замерли. Какой-то парень с короткой стрижкой перестал бинтовать кулак и с любопытством прищурился, разглядывая гостью. Марат стоял у скамьи, глядя на Таню. Она выглядела ужасно: пальто в снегу, волосы растрепаны, а лицо такое белое, что казалось, она сейчас снова начнет падать.
Кудрявый, который притащил её сюда, чувствуя, как атмосфера накаляется, усмехнулся. Он небрежно, почти по-хозяйски, толкнул Таню в плечо, заставляя её сесть на старый, облезлый диван, стоящий у стены.
- Сиди здесь, подснежник, - бросил он, даже не глядя на неё, и сделал шаг к Марату.
- Слышь, Маратка, я не понял, - он обманчиво мягко положил руку Марату на плечо. - Ты че, язык проглотил? Спрашиваю: откуда знаком с этой кралей?
Таня медленно перевела взгляд на Марата. В её глазах не было страха - только глубокое, горькое разочарование. Она не знала этого кудрявого, не знала имён остальных, но теперь всё стало на свои места. Подвал, качалка, эти люди - вот его настоящий мир. Тот самый, о котором мама предупреждала.
- Это... - Марат сглотнул, лихорадочно соображая. - Это Каримова из моей школы. Отличница. Училка припахала её мне по английскому помогать. Я ж говорил вам позавчера.
- А-а-а, так это та самая «скучная»? - кудрявый заржал, оборачиваясь к остальным. Те тоже загоготали. -Че-то она на скучную не похожа.
Он снова повернулся к Тане и бесцеремонно вытащил из её кармана тот самый флакон, который успел туда сунуть у гаражей.
- Слышь, отличница. Ты че там в снегу искала? Че за колеса? - парень подбросил пузырек на ладони. - Марат, твоя училка часом не балуется? А то вид у неё какой-то нездоровый.
- Турбо, хорош, - Марат усмехнулся, хотя внутри всё сжалось от вида побледневшей Тани. - Отдай ей таблетки. Она реально отъехать может, а нам потом Кащею объяснять, че за жмурик в качалке. На фига нам лишний кипишь из-за домашней?
Турбо еще раз подбросил флакон, оценивающе глядя на Таню. Она в этот момент напоминала тень: бледная, испуганная, вжавшаяся в плечи. Запах пота, мазута и тяжелые взгляды десятка парней давили на неё.
В углу, у турника, Таня вдруг заметила знакомое лицо. Это был Андрей, который был вместе с Маратом. Андрей едва заметно качнул головой, давая понять: «не узнавай меня».
- Ладно, защитник, - Турбо небрежно швырнул пузырек. Марат поймал его на лету, даже не глядя, и сунул Тане в карман.
Продолжение завтра💞