Дожить до весны: Диагноз любовь

🎧 От автора: Эту главу лучше всего читать в наушниках, чтобы полностью прочувствовать атмосферу. Все треки, которые звучат фоном или в мыслях героев, вы можете найти у меня в ТГ-канале. Погружайтесь))

Утро в школе был обычным: шумным, суетливым и пропитанным запахом хлорки. Таня шла по коридору, прижимая к себе футляр со скрипкой. Болезнь отступила, силы вернулись, но старый футляр подводил - защёлка окончательно разболталась. Она то и дело заскакивала обратно, и Таня злилась, пытаясь удержать инструмент, который стоил дороже, чем всё её имущество.
Она остановилась у лестницы, раздраженно ковыряя заевший металл. В этот момент сверху спускались Марат и Андрей. Пальто шел спокойно, а Марат, как обычно, смотрел на всех свысока, засунув руки в карманы брюк.
- О, Каримова! - бросил Марат, притормаживая.

Он окинул её коротким взглядом, задержавшись на футляре. Вид у Тани был воинственный, но защёлка явно побеждала её. Марат молча подошел и, не дожидаясь просьбы, присел на корточки.

- Давай, я помогу, - буркнул он, почти вырывая инструмент из её рук.

Андрей остановился рядом, глядя на это с легким интересом, но Марат кивнул ему в сторону кабинета истории - мол, иди, догоню. Пальто спорить не стал и ушел.

Марат сосредоточенно возился с замком. Он не сюсюкал и не строил из себя джентльмена - просто быстро и технично ковырял железку каким-то обломком спицы.

- Ну, вот, - он резко защелкнул замок и поднялся, протягивая ей скрипку. - Держи. Теперь не вывалится.

- Спасибо, - сухо ответила Таня, забирая инструмент. - Не ожидала, что ты умеешь что-то чинить, а не только портить.

Марат проигнорировал подколку. Он поправил пиджак и посмотрел на неё в упор. На его лице читался вызов.

- А, кстати... - он сделал паузу, будто сомневаясь, стоит ли это говорить. - Я выучил 20 слов.

Таня замерла спускаясь по лестнице. Она медленно обернулась, глядя на него снизу вверх. В её глазах не было восхищения - скорее, холодное недоверие.

- Неужели? Все двадцать? - она хмыкнула.
- Ты ж вчера сама сказала, - огрызнулся Марат. - Пришлось сесть и выучить. Чтобы ты потом не ныла Флюре, что я безнадежен.

Таня поправила ремень футляра на плече. На её губах промелькнула дерзкая, почти издевательская усмешка.

- Ну раз выучил, Суворов, значит, спрашивать буду строго. На большой перемене жду.

- До следующей встречи! - бросила она и, не оглядываясь, пошла вниз по лестнице.
Марат остался стоять внизу. Он проводил её взглядом, чувствуя, как его бесит эта её манера разговаривать с ним как с двоечником. Ему было плевать на английский. Ему просто хотелось увидеть её лицо, когда он без единой ошибки выдаст всё, что она от него требовала.

- Строго она спрашивать будет... - пробормотал он. - Посмотрим еще, кто кого.

Марат зашел в 34-ый кабинет на большой перемене с таким видом, будто он пришел как минимум на стрелку. Андрей шел сзади, деликатно держась в стороне, чтобы не мешать «ученому процессу».

Таня уже сидела за партой. Она выглядела бодрой, но Марат заметил, как она на мгновение прикрыла глаза, тяжело выдохнув, будто простой подъем по лестнице отнял у неё кучу сил. Но стоило ей увидеть его, как в глазах снова зажегся тот самый озорной огонек.

- О, Суворов! - она картинно посмотрела на часы на стене. - Я уж думала, ты по пути все слова растерял.

- Ничего я не растерял, - буркнул Марат, усаживаясь напротив. Он старался не шуметь стулом, чтобы не раздражать её. - Давай свои пытки, только не затягивай. У меня там... дела.

Таня хитро прищурилась.

- Ладно. Давай проверим твой «британский пробор». Как будет «загрязнение»?

- Pollution! - выпалил Марат быстрее, чем она закончила вопрос. - Давай че-нить посложнее.

Таня прыснула со смеха, но тут же прикрыла рот ладонью, подавляя легкий кашель. Марат на секунду напрягся, подавшись вперед, но она быстро махнула рукой - мол, всё нормально.

- Ладно, а «развитие»?- сказала она восстанавливая дыхание.

- De-ve-lop-ment! - Марат самодовольно откинулся на спинку стула. - Видала? У меня произношение - как у диктора из программы «Время». Почти без татарского акцента.

- Почти - не считается, - подмигнула Таня. - Но для «Универсама» сойдет. Ладно, финалочка. Наше любимое... «Окружающая среда».

Марат набрал в грудь воздуха, выпрямил спину и, стараясь выглядеть максимально официально, выдал:

- Environment. По буквам диктовать или на слово поверишь, Каримова?

- Верю-верю, - Таня захлопнула тетрадку. - Сдал. На «пятерку» с минусом. Минус - за наглую физиономию.

- Слышь, ты оценки-то не занижай! - Марат отобрал тетрадь и спрятал её за пазуху. - Я ради этих слов всю ночь не спал.

- Ой, бедный-несчастный! - Таня потянулась к футляру скрипки, и Марат заметил, как у неё слегка дрожат пальцы от усталости. - Ладно, за то, что починил защёлку и не опозорился, держи бонус.

Она выудила из кармана кофты ириску «Кис-кис».

- Плата за труды. Самая твердая валюта. Помогает при стрессе.

Марат взял конфету, подозрительно её разглядывая.

- Ириска? Ты серьезно? Я тут полсловаря вызубрил, а мне - конфету, которую даже зубами не возьмешь?

- Не хочешь - отдай Пальто, - Таня начала медленно вставать, и Марат тут же подхватил её футляр, помогая надеть ремень на плечо. Она взглянула на него с благодарностью, хоть и пыталась скрыть это за иронией. - Завтра еще десять слов, Суворов! Про музыку. Выучишь, как называется смычок - дам вторую ириску!

- Издеваешься, да? - крикнул он ей вслед, когда она пошла к выходу. - Смычок ей подавай! Я тебе че, Паганини?

Андрей подошел к Марату, который всё еще крутил в руках конфету.

- Ну че, «диктор», пойдем в столовую?

- Пошли, Пальто, - Марат закинул ириску в рот и тут же понял свою ошибку: челюсти намертво склеились. - У-у-у, Кайимова... - прошамкал он со слипшимся ртом.

Оба пацана заржали на весь коридор. Марат шел в столовую, отчаянно сражаясь с ириской, и думал о том, что завтра ему придется искать в словаре этот чертов «смычок». Просто чтобы снова увидеть, как Таня смеется, забывая о своих лекарствах и слабости.

Таня вышла из школы, чувствуя, как морозный воздух тут же обжег горло. Слабость после уроков навалилась свинцовым грузом - ноги были тяжелыми, а пальцы, сжимавшие ручку футляра, подрагивали. Она сделала всего пару шагов по тропинке, как дорогу ей преградила вишневая «девятка». Машина резко затормозила, обдав её снежной пылью.

- Эй, скрипачка! - крикнул водитель, парень лет двадцати в спортивном костюме под расстегнутой дубленкой. - Замерзнешь с палкой своей. Садись, подвезу до дома. С ветерком!

- Я сама дойду, - сухо бросила Таня, ускоряя шаг. Ноги предательски подкашивались от усталости, а в голове зашумело.

- Да ладно тебе, не кобенься! - Дверь машины распахнулась, парень выскочил наперерез, преграждая дорогу. - Гляди, какая бледная. Тебя ветром сдует. Садись, говорю, по-хорошему.
Он протянул руку и бесцеремонно схватил её за плечо, потянув к машине. Внутри у Тани всё заледенело от беспомощности - сил сопротивляться после болезни почти не было. Она резко дернулась, вырываясь, и бросилась обратно к школьному крыльцу, надеясь успеть спрятаться за дверью.

В этот момент тяжелые дубовые двери школы распахнулись. Марат выходил на улицу один - он застегивал куртку на ходу, хмуро глядя под ноги. Таня буквально влетела в него, едва не сбив с ног.

- Каримова? Ты че, привидение увидела? - он сделал шаг к ней, нахмурившись.

- Там... - Таня судорожно глотнула воздух, указывая пальцем на машину. - Там какой-то привязался. На машине. Не дает пройти.
Марат перевел взгляд на чужака. В ту же секунду его лицо из сонного и ленивого превратилось в каменную маску. Глаза сузились, превратившись в две ледяные щели. Он молча отодвинул Таню себе за спину.

- Ты че, пацан, попутал что-то? - Марат сделал шаг вниз со ступенек.

- Слышь, школьник, иди мимо, - парень окинул Марата презрительным взглядом. - Не лезь, куда не просят.
Марат не стал тратить слова. Он сорвался с места внезапно, как сжатая пружина. Первый удар пришелся парню прямо в челюсть - глухой, костлявый звук разорвал тишину двора. Чужак отлетел к машине, но тут же бросился в ответ.

Началась драка - яростная и грязная. Они сцепились и рухнули в перемешанный с грязью снег. Таня стояла на крыльце, вцепившись в перила так, что побелели костяшки. Она видела, как Марат пропустил тяжелый удар в лицо, как из его брови брызнула кровь, моментально окрашивая снег в ярко-алый цвет.
Марат действовал как зверь. Он не обращал внимания на боль: перехватив руку противника, он с силой впечатал его спиной в дверцу «девятки». Раздался звон разбитого стекла - локоть Марата пробил боковое окно. Снова удар, еще один. Лицо Марата было залито кровью, смешанной с талым снегом, но он продолжал бить, пока парень окончательно не обмяк, сползая по колесу.

- Еще раз... я тебя... здесь увижу... - прохрипел Марат, тяжело дыша. Пар из его рта вырывался густыми клубами. - Убью. Понял?
Парень, что-то невнятно мыча и закрывая разбитое лицо руками, кое-как залез в машину. Машина с ревом рванула с места, оставляя после себя кровавые пятна на дороге.

Марат постоял несколько секунд, глядя вслед, а потом медленно обернулся. Его вид пугал: куртка в грязи, костяшки разбиты в мясо, а по щеке текла густая струйка крови из рассеченной брови. Он вытер лицо рукавом, размазывая кровь еще сильнее.
Он подошел к крыльцу и молча забрал у онемевшей Тани футляр.

- Пошли, - буркнул он, сплевывая кровь. - Че встала? Опять кашлять начнешь, если тут стоять будем.

- Марат, у тебя кровь... - прошептала она, делая шаг к нему. - Тебе больно?
- Мне? - он коротко и зло хмыкнул, хотя было видно, как он морщится, пытаясь разлепить заплывающий глаз.
Они пошли к воротам. Марат шел чуть впереди, небрежно перекинув футляр через плечо. Таня смотрела на его спину, на его разбитые руки и понимала, что этот парень только что в одиночку разнес взрослого лоба за неё. Без всяких «понятий» и «правил» - просто так.
- Суворов, ты точно ненормальный, - тихо сказала Таня, догоняя его. - Знаю, Каримова, - ответил он, и в его голосе снова прорезалась та самая привычная наглость. - Но ириску завтра жду двойную. За боевые заслуги.