Мафиози под Прикрытием

Вечер субботы для Чуи закончился не дома за учебниками, а в холодном полумраке штаб-квартиры Портовой Мафии. Он стоял у панорамного окна, глядя на огни ночной Йокогамы. На его шее всё ещё висел тот самый красный шарф – он забыл его снять, а может, подсознательно не хотел.

– Отчёт, Накахара-кун. – Раздался за спиной вкрадчивый голос Огая Мори. Чуя обернулся, мгновенно принимая официальный вид.

– Объект проявляет высокую степень доверия. Сегодня удалось узнать её точный адрес. Психологическая привязанность формируется согласно плану.

– Прекрасно. – Мори сложил руки замком за спиной, внимательно глядя на своего лучшего бойца. – Её способность уникальна. Если мы не заберём её себе, это сделает Детективное Агентство или кто-то похуже. Продолжай сближение. К середине марта она должна быть готова добровольно принять наше предложение.

Чуя коротко кивнул, но в голове набатом стучали слова Амайи: «Ты же понимаешь, что ты не железный?». Которые она произносила после выхода из кафе. А вернувшись в свою пустую квартиру, он бросил ключи на стол и наконец снял шарф. Ткань всё ещё хранила едва уловимый аромат её духов. Он подошёл к зеркалу и коснулся пальцами щеки – того самого места, куда она его поцеловала.

– Это просто работа. – Прошептал он своему отражению. – Обычная манипуляция.

Чуя знал, что когда правда вскроется, огонь Амайи может обжечь его сильнее, чем любая битва. Но сейчас, в тишине ночи, он поймал себя на мысли, что ждёт утра понедельника не ради отчёта для босса, а ради того, чтобы снова увидеть, как она смешно морщит нос, когда злится.

Он был мастером гравитации, но прямо сейчас чувствовал, что сам стремительно падает в бездну, из которой нет возврата. И имя этой бездне было – Амайя.

—————

Воскресенье в Портовой Мафии никогда не начиналось с солнца. Для Чуи оно началось в пять часа утра с резкого звона телефона и ледяного голоса оператора, сообщившего о нарушении периметра на складах в северной части порта.

Когда Чуя прибыл на место, туман ещё плотным саваном лежал на поверхности воды, скрывая очертания грузовых кранов. На нём больше не было школьного пиджака, теперь его фигуру облегал чёрный жилет, портупея и неизменное пальто, наброшенное на плечи, не забудем о шляпе. Его взгляд, ещё вчера казавшийся Амайе задорным и чуть капризным, превратился в холодный блеск заточенного лезвия.

Группа наёмников из «Организации Пяти» решила, что воскресная ночь – идеальное время для кражи партии оружия, принадлежащей мафии. Они ошиблись.

– Вы выбрали не ту ночь, чтобы сдохнуть. – Негромко произнёс Чуя, выходя из тени контейнеров.

Его голос, лишённый всяких эмоций, ударил по нервам наёмников сильнее, чем выстрелы. Командир отряда вскинул автомат, но Накахара даже не шелохнулся. В следующее мгновение пространство вокруг него исказилось. Алая аура вспыхнула, окутывая его фигуру, и гравитация в радиусе десяти метров сошла с ума.

– Тяжело? – Усмехнулся Чуя, делая шаг вперёд.

Наёмники рухнули на колени, придавленные весом в несколько сотен килограммов. Металлическая обшивка контейнеров под их ногами начала прогибаться и трещать. Чуя шёл по воздуху, едва касаясь ботинками земли, и каждый его шаг сопровождался глухим хрустом костей противников. Он не чувствовал жалости. В этом мире, мире теней и крови, жалость была непозволительной роскошью.

Один из наёмников, обладающий способностью укрепления кожи, попытался сделать выпад ножом. Мафиози лениво перехватил его запястье.

– Медленно.

Одним коротким движением он увеличил плотность костей противника до критической отметки. Раздался жуткий звук, и рука наёмника просто рассыпалась под собственной тяжестью. Накахара развернулся и нанёс удар ногой с разворота, отправляя тело врага в полёт через весь склад. Тот пробил три бетонные перегородки и затих.

Спустя десять минут всё было кончено. Рыжий стоял посреди руин, вытирая кровь с костяшек пальцев белоснежным платком. Те самые руки, которые Амайя вчера называла «тёплыми», сегодня несли только смерть. Он посмотрел на свои ладони и на мгновение замер. В памяти всплыло: «У тебя такие жёсткие руки...»

– Если бы ты только знала, во что я ввязываюсь на самом деле. – Пробормотал он, отбрасывая окровавленный платок в сторону.

—————

К десяти утра Чуя вернулся в штаб-квартиру. Омытый от запаха гари и пороха, он направился в личные покои Коё Озаки. Сестра по оружию и наставница, она была единственной, кто мог видеть за маской исполнителя что-то человеческое. Коё сидела в окружении алых камелий, медленно разливая чай. Её кимоно шуршало по татами, создавая атмосферу обманчивого спокойствия.

– Ты опоздал к чаю, Чуя. – Не оборачиваясь, произнесла она. – Слышала, в порту сегодня было шумно.

– Мусор разбушевался, пришлось прибраться. – Чуя сел напротив, снимая шляпу.

Женщина внимательно посмотрела на него. Её взгляд был проницательным, как у лисицы.

– Ты выглядишь усталым не от боя, а от мыслей. Рассказывай. Как продвигается твоя «школьная интрига»? Мори-сан возлагает большие надежды на эту девочку.

Чуя сжал чашку чуть сильнее, чем следовало.

– Всё по плану. Она доверяет мне. Сегодня даже показала, где живет. Её способность нестабильна, но потенциал огромен. Если правильно надавить на её одиночество, она сама придёт к нам.

– Надавить на одиночество? – Озаки грустно улыбнулась. – А ты уверен, Чуя, что ты не заполняешь её одиночество своим собственным? Я видела тебя вчера, когда ты возвращался. Ты пах не порохом, а...

Чуя резко поставил чашку на стол.

– Это просто часть роли! Я должен быть тем, кому она захочет довериться. Обычным парнем, школьником, который попадает в неприятности. Это манипуляция, сестра. Ничего больше.

– Осторожнее. – Предостерегла его она, прикрыв глаза веером. – Мафия – это болото. Если ты затянешь её сюда, её свет погаснет. А если ты полюбишь этот свет, то сам начнёшь задыхаться в темноте. Ты ведь уже начал ей сочувствовать, не так ли?

– Я один из исполнителей Портовой Мафии. – Отрезал Чуя, вставая. – Мои чувства принадлежат организации. А Амайя всего лишь ценный ресурс, который нужно доставить Боссу.

—————

Весь остаток воскресенья Чуя провёл в тренировочном зале, доводя себя до изнеможения. Он бил по груше, представляя на её месте лица врагов, но вместо них видел улыбающуюся Амайю, чувствовал мимолетный поцелуй на щеке и слышал звук её голоса: «Не люблю опаздывать...»

Он ненавидел себя за эту двойственность. В Портовой Мафии его знали как прямолинейного, вспыльчивого, но абсолютно преданного бойца. Ложь и притворство всегда были прерогативой Дазая, а не его. Играть роль «хорошего мальчика» было физически больно. Каждый раз, когда он улыбался ей, он чувствовал, как внутри него что-то ломается.

Поздним вечером он зашёл в кабинет Мори Огая. Босс сидел за столом, рисуя что-то в блокноте своей Элис.

– Сегодня я узнал, что некое пламя окутало восточный порт. Посредник «Крот» рассказал, что какая-то девочка взяла от него одну из сложных миссий, чтобы заработать. Это она, без сомнений. У нас получилось расширить трещину её барьера. Осталось совсем чуть-чуть. Уж посторайсь, Чуя-кун.

– Да, босс.

Вернувшись в свою пустую, холодную квартиру, он подошёл к окну. Внизу раскинулся  город, который он защищал и который он же топил в крови.

Он знал, что делает. Он методично разрушал жизнь девушки, которая пекла для него горький шоколад и грела его руки. Он был пауком, который плёл паутину вокруг бабочки.

– Она возненавидит меня... – Прошептал он в пустоту комнаты. – Когда узнает, кто я на самом деле... Она сожжёт меня заживо.

И в глубине души парень понимал, что это была бы самая справедливая кара за его предательство. Он не должен был влюбляться. Он не имел права на тепло, но завтра утром он снова наденет маску, возьмёт учебники и пойдет к школьным воротам, чтобы встретить ту, чей мир он поклялся разрушить.

Чуя лёг в кровать, так и не сняв перчаток. Однако сон не шёл. Перед глазами стоял образ Танака, выходящей из автобуса в понедельник утром. Он уже скучал по её ворчанию. И это было самым опасным симптомом из всех возможных...

————————————————————

~Продолжение следует...