Мафиози под Прикрытием

Уверена, что отлично подойдёт песня:
Френды feat. Саша Спилберг – "Всегда буду с тобой".

Пока писала, именно эту и слушала. Обожаю))

—————

Субботнее утро встретило город колючим инеем и непривычной суетой – из-за праздника учебный день перенесли, и улицы были заполнены сонными учениками. Амайя вышла из автобуса, поглубже зарываясь подбородком в черный шерстяной шарф, который когда-то принадлежал её маме. В наушниках играл тяжелый рок, отсекающий лишние звуки, поэтому она не сразу заметила, как кто-то сравнялся с ней шагом.

Почувствовав лёгкое прикосновение к плечу, она обернулась и встретилась взглядом с яркими голубыми глазами. Чуя выглядел непривычно: на нем всё еще красовался её вчерашний красный шарф, который ярким пятном выделялся на фоне школьной формы.

– Эй, я это... Вернуть хотел. Вчера из головы вылетело. – Он неловко потянул за край ткани, собираясь его размотать.

– Оставь себе. – Амайя лишь мельком взглянула на него и поправила наушник. – Мне мамин больше нравится, а ты снова без шапки. Замёрзнешь – будешь сам виноват.

Чуя на мгновение опешил, но спорить не стал, лишь спрятал усмешку в красную ткань. Они вместе зашли в школу, окунувшись в атмосферу предпраздничного хаоса. В коридорах пахло духами и сладостями, а у шкафчиков толпились старшеклассники.

Дойдя до своего ряда, Накахара приложил ключ к замку, щёлкнул механизмом, но не успел даже потянуть дверцу на себя, как его окликнул учитель математики из конца коридора:

– Накахара! Зайди в учительскую, нужно уточнить данные по твоей ведомости!

– Чёрт... – Пробормотал Чуя, бросил взгляд на Амайю и быстро пошагал прочь. – Я сейчас, не уходи далеко!

Танака дождалась, пока он скроется за поворотом. В сумке у неё лежала небольшая прямоугольная коробка с алой лентой, внутри был горький шоколад, который она полночи готовила сама, выверяя температуру плавления. Она хотела потихоньку подложить его в шкафчик, чтобы не привлекать внимания.

Девушка осторожно потянула за металлическую ручку, ожидая увидеть учебники и сменку. Но вместо этого дверца распахнулась, и на пол едва не вывалилась гора разноцветных конвертов, розовых коробочек с лентами и шоколадок в блестящих обёртках. Шкафчик будто был забит признаниями от половины школы. Внутри у Амайи что-то резко оборвалось, а затем вспыхнуло глухим раздражением.

– «Конечно. – Ядовито подумала она. – Красавчик Накахара. Звезда школы». Глядя на это обилие сердечек, её собственный подарок показался ей нелепым.

Злость нахлынула так внезапно, что она не сдержалась. Красноглазая с силой захлопнула дверцу шкафчика. Металл жалобно лязгнул, и на тонкой стенке осталась небольшая, но отчётливая вмятина. Тяжело дыша, она развернулась и стремительно направилась в класс, игнорируя удивлённые взгляды прохожих.

Уже в кабинете, когда до звонка оставались считанные минуты, она всё же вытащила свой шоколад. Злость немного утихла, оставив после себя лишь горький осадок. Она быстро положила свёрток на соседнюю парту, где обычно сидел Чуя, так, чтобы это выглядело как очередное анонимное подношение.

Снова надев наушники, Амайя откинулась на спинку стула и закрыла глаза, полностью погружаясь в музыку. Ей было плевать, заметит он его или нет среди своей горы подарков. Она демонстративно не смотрела на дверь, когда в класс, слегка запыхавшись, вошёл рыжий «школьник» под прикрытием.

Чуя вошёл в класс, на ходу поправляя причёску. Он выглядел слегка озадаченным после разговора с учителем, но сразу же отыскал взглядом копну тёмных волос с необычными красными кончиками за партой. Амайя даже не шелохнулась, полностью сосредоточенная на музыке в своих наушниках, словно вокруг неё выросла ледяная стена.

Он подошёл к своему месту и уже хотел что-то сказать, но его взгляд упал на парту. Рядом лежал скромный свёрток. В отличие от тех аляпистых розовых коробок, что он мельком увидел в своём шкафчике (и которые вызвали у него лишь желание поскорее их выбросить), этот подарок выглядел иначе. Простая обёртка, никакой лишней мишуры.

Накахара осторожно взял свёрток, развернул край и почувствовал характерный, глубокий аромат дорогого горького шоколада. Он бросил быстрый взгляд на Амайю. Она сидела с закрытыми глазами, отбивая пальцами едва заметный ритм по столу, но Чуя заметил, как напряжены её плечи.

– Ого. – Негромко произнёс он, зная, что она его не слышит, но надеясь привлечь внимание.

Он открыл коробку, отломил кусочек и отправил в рот. Терпкий вкус с лёгкой долей сладости мгновенно заполнил всё пространство. Это не было похоже на покупной приторный десерт. Это был вкус ручной работы, в которую вложили время и характер.

Чуя чуть наклонился к ней и, не говоря ни слова, протянул руку, осторожно стянув один наушник с её уха.

– Слишком горький. – Прокомментировал он, ухмыляясь, хотя в его глазах читалось совершенно другое. – Прямо как твой взгляд сегодня утром. Это ты его сюда подкинула?

Девушка вздрогнула от неожиданности и резко открыла глаза. Она ожидала, что он будет хвастаться своими трофеями из шкафчика, а не допрашивать её из-за какой-то шоколадки.

– С чего ты взял? – Она попыталась вернуть себе маску безразличия, хотя щёки предательски заалели. – Там в коридоре целая очередь из твоих фанаток, иди у них спрашивай. И вообще, верни наушник.

Чуя не только не вернул наушник, но и сел на край её парты, бесцеремонно вторгаясь в её личное пространство.

– У тех «фанаток» в голове один сахарный сироп. – Он кивнул в сторону коридора, о состоянии которого ещё не догадывался. — А этот шоколад... Он с характером. И я готов поспорить на что угодно, что только одна девчонка в этой школе знает, что я не выношу молочный шоколад.

Он внимательно посмотрел на неё, и его голос стал тише:

– Кстати, что случилось с моим шкафчиком? Проходил мимо, заметил там вмятину. Кто-то решил проверить металл на прочность или у кого-то просто очень тяжёлая рука?

Амайя замерла. Она совсем забыла, что со своей силой, подпитываемой способностью Казуто, она могла оставить след даже на стали.

– Может, дверца старая. – Буркнула она, отворачиваясь к окну. – Или гравитация в этой школе работает как-то неправильно.

Чуя тихо рассмеялся, и этот звук заставил её сердце пропустить удар.

– Гравитация, говоришь? Ну, допустим. Спасибо за шоколад, Амайя. Он... Лучший из всего, что мне когда-либо дарили.

Он положил руку на её плечо, и на мгновение маска «просто школьника» снова соскользнула, обнажая того самого Чую, который вчера в кафе грел её руки.

Амайя почувствовала, как по телу прошла дрожь от его прикосновения, но обида за увиденное в шкафчике всё ещё сидела колючим ежом где-то внутри. Она резко сбросила его руку с плеча и наконец повернулась к нему, скрестив руки на груди.

– Рада, что тебе понравилось. Можешь идти доедать остальное, что тебе там насыпали. – Язвительно бросила она, кивнув в сторону коридора. – Уверена, там есть варианты и подороже, и покрасивее моего «горького» подношения.

Чуя замер, на мгновение его брови взлетели вверх, а потом он понимающе прищурился. В его голове сложился пазл: открытый шкафчик, вмятина на дверце и это внезапное ледяное безразличие. Он вдруг осознал, что Амайя видела тот «розовый склад».

– Ты про те горы мусора? – Он безразлично пожал плечами и снова откусил кусочек её шоколада, смакуя его прямо перед её лицом. – Я их даже не трогал. Наверное, выброшу всё сразу в бак после уроков. Не люблю, когда вещи пахнут дешёвыми духами и приторной патокой.

– Выбросишь? – Амайя невольно вскинула брови. – Там же... там были довольно симпатичные коробки.

– Симпатичные снаружи, пустые внутри. – Отрезал Чуя, и на мгновение в его голосе прорезались властные нотки исполнителя мафии. –Мне не нужно «много», Амайя. Мне достаточно того, что имеет настоящий вкус.

Он вернулся на своё место как раз в тот момент, когда в класс вошёл учитель. Танака снова надела наушники, но музыку так и не включила. Она слушала, как он шуршит обёрткой её шоколада, и впервые за долгое время поймала себя на мысли, что этот странный парень стал для неё чем-то гораздо большим, чем просто подозрительный новенький. Она не знала, кто он на самом деле, но знала одно: его руки в её руках – это то единственное тепло, которое ей было нужно в этот холодный февраль.

—————

После уроков небо затянуло серыми тучами, и колючий ветер снова напомнил, что февраль не прощает легкомыслия. Красноглазая вышла за ворота школы, поправляя чёрный шарф, и замерла. На противоположной стороне улицы, прислонившись к мощному спортивному байку, стоял Чуя, что вышел чуть раньше. Его рыжие волосы трепал ветер, а на плечах всё так же красовался её красный шарф.

Она решительно направилась к нему, стуча каблуками по подмёрзшему асфальту.

– Это ещё что такое? – Амайя кивнула на сверкающий металлом мотоцикл. – Чуя, ты в своём уме? Откуда у тебя права?

Накахара усмехнулся, похлопав по кожаному сиденью. Его взгляд на секунду стал холодным и расчётливым – взглядом человека, который привык распоряжаться жизнями, а не учебниками, но он тут же прикрыл это привычной маской дерзости.

– Права – дело наживное, если знать нужных людей. – Уклончиво ответил он. – Нравится?

Амайя обошла мотоцикл кругом. Её глаза загорелись тем самым огнём, который голубоглазый так старательно изучал для своего отчета в мафии.

– Он потрясающий... Всегда мечтала прокатиться на таком, а не в душном автобусе.

Она замялась, а потом, поддавшись импульсу, выпалила:

– Слушай, подбросишь? Мне на улицу Сидзука, дом четырнадцать... –  Она тут же прикусила язык. Чёрт. Она же дала себе слово не раскрывать адрес этому странному парню, пока не убедится, что он не маньяк или ещё кто. Но скорость и рёв мотора манили сильнее осторожности.

– Садись, раз мечтаешь. Только держись крепче, я не люблю ездить медленно.

Он протянул ей запасной шлем. Амайя взобралась на сиденье, невольно обхватив его за талию. Чуя почувствовал тепло её тела даже через куртку, и на мгновение его рука на руле дрогнула. Он завёл мотор, и они сорвались с места, прошивая холодный воздух Йокогамы.

Рёв мотора заглушил все лишние мысли. Амайя крепко обхватила Чую за талию, прижимаясь к его спине, чтобы укрыться от пронизывающего ветра. Для неё это была поездка мечты, адреналин и свист воздуха в ушах, а для него – очередная часть задания. Он профессионально маневрировал в потоке машин, чувствуя, как тепло её рук передаётся ему через ткань.

Когда они затормозили у её дома на улице Сидзука, Амайя не сразу разжала руки. Она слезла с байка, слегка пошатываясь, с раскрасневшимися от холода и восторга щеками.

– Это было… Просто невероятно! – Выдохнула она, снимая шлем и возвращая его парню. – Спасибо, Чуя. За всё спасибо. И за вчерашнее, и за это.

Она сделала шаг к нему. Прежде чем он успел что-то ответить или надеть свой шлем, Амайя быстро подалась вперёд и мягко коснулась губами его щеки. Мимолетный жест, пахнущий морозом и тем самым горьким шоколадом.

– До понедельника. – Лукаво улыбнулась она и, не оглядываясь, поспешила к подъезду, скрываясь за дверью.

Чуя замер. Его рука застыла на руле, а на щеке всё ещё чувствовалось призрачное тепло. Он смотрел на закрытую дверь, и против воли на его губах появилась искренняя, мягкая улыбка. В этот момент он не был исполнителем Портовой Мафии, он был просто парнем, которому подарили немного тепла. Однако через секунду его взгляд резко похолодел. Улыбка исчезла, сменившись жёсткой гримасой. Накахара тряхнул головой, отгоняя наваждение, и с силой надел шлем.

– «Идиот». – Мысленно выругался он на самого себя. – «Не смей привыкать к этому».

Она была его целью. Объектом. Редким обладателем способности, которую Мори Огай приказал заполучить любой ценой. Весь этот маскарад со школой, контрольными и посиделками в кафе был лишь тонкой игрой, чтобы втереться в доверие и заманить её в сети мафии. Влюблённость не входила в планы. Жалость тоже. По крайней мере это всё он готовил сама себе, выкидывая лишние мысли.

Чуя резко ударил по педали газа. Мотоцикл взревел, выплёвывая клуб дыма, и сорвался с места, унося своего всадника обратно в мрак преступного мира Йокогамы, где не было места ни искренним улыбкам, ни подаркам от чистого сердца...

————————————————————

~Продолжение следует...