Глава 4: Золотое свечение в колыбели теней.
Дорога привела Акихиро к небольшому пристанционному городку, который только начинал знакомиться с чудесами прогресса. Электрические фонари здесь соседствовали с бумажными фонариками, а гул паровоза вдалеке нарушал вековую тишину гор. Для Акихиро такие места были самыми опасными: обилие людей привлекало сильных демонов, а свет ламп создавал слишком много обманчивых теней.
Он шел по главной улице, надвинув на глаза дорожную шляпу. Его присутствие было почти неощутимым - он научился скрывать свою ауру, подавляя биение сердца и жар крови. Но даже в этом состоянии его расчетливый ум фиксировал каждую деталь: страх в глазах прохожих, шепот о пропавших девушках, запах сырости, тянущийся из канализации.
У входа в одну из лавок он увидел маленького мальчика, лет пяти, который горько плакал, выронив из рук дешевую сладость. Прохожие спешили мимо, занятые своими делами, но Акихиро остановился.
В его янтарных глазах снова прорезалась та мягкость, которая была непозволительной роскошью для истребителя. Он присел, поднял конфету, очистил её от пыли и протянул ребенку.
- Слёзы не вернут утраченное, - тихо сказал Акихиро. - Но они ослепляют тебя. Не дай тьме увидеть твою слабость.
Мальчик шмыгнул носом, завороженно глядя на незнакомца, от которого исходило странное, почти неосязаемое тепло. Акихиро достал из кармана маленькую фигурку лисы, вырезанную из дерева в часы досуга, и вложил её в ладонь ребенка. Малыш заулыбался, а Цугикуни уже поднялся, вновь становясь холодным и собранным.
Этой ночью он не лег спать. Интуиция, отточенная годами одиночных охот, кричала об опасности.
Ближе к полуночи город замер. В узком переулке за гостиницей пространство внезапно искривилось. Из тени вышла фигура. Это был демон с длинными, похожими на щупальца волосами, которые извивались сами по себе. В его глазах не было ранга Луны, но концентрация крови Музана в его жилах была необычайно высокой.
- Я чую... - прошипел демон, втягивая носом воздух. - Запах... который господин велел уничтожать на корню. Это не просто дыхание. Это оно!
Акихиро медленно вышел из тени. Его рука уже лежала на цубе в форме солнца.
- Ты слишком много болтаешь для того, чья жизнь оборвется через несколько секунд, - произнес он.
Демон взревел, и его волосы-щупальца рванулись вперед, пробивая кирпичные стены домов. Акихиро двигался с грацией, недоступной обычному человеку. Он не просто уклонялся - он танцевал, и каждое его движение было частью древнего ритуала.
«Дыхание Солнца. Пятая форма: Огненная колесница»
Акихиро подпрыгнул в воздух, совершая сальто над головой демона. Его клинок описал вертикальный круг, окутанный яростным пламенем. Воздух зазвенел от жара. Щупальца демона были сожжены дотла еще до того, как коснулись его одежды.
Приземлившись, Акихиро мгновенно сменил стойку. Он чувствовал, как энергия Солнца пульсирует в его ладонях. Демон, ошарашенный мощью удара, попытался скрыться в тенях, но для Акихиро тени больше не существовали.
«Дыхание Солнца. Шестая форма: Палящее солнце»
Это был резкий, мощный круговой удар. Огненный вихрь вырвался из лезвия, освещая переулок так ярко, что на мгновение показалось, будто наступил полдень. Демон не успел даже закричать - его тело было рассечено надвое и мгновенно охвачено пламенем, которое не гасло, пока не испепелило последнюю клетку его сущности.Акихиро замер, тяжело дыша. Использование Дыхания Солнца в полную силу всегда требовало колоссальных затрат. Он посмотрел на свою руку - она слегка дрожала.
«Музан... - подумал он. - Этот демон узнал технику. Это значит, что его слуги проинструктированы искать именно меня».
Он знал, что где-то далеко Танджиро Камадо сейчас борется с суровыми тренировками Урокадаки, пытаясь овладеть Дыханием Воды. Акихиро не знал имени этого юноши, но он чувствовал, что мир начинает меняться. Великое колесо судьбы пришло в движение.
Он быстро покинул город, прежде чем жители проснулись от шума или запаха гари. Ему снова нужно было исчезнуть. Быть призраком. Быть защитником, о котором никто не расскажет сказок.
Уходя в горы под свет затухающих звезд, Акихиро Цугикуни знал одно: пока он жив, наследие Солнца не угаснет. Но цена этого знания становилась всё выше с каждым взмахом меча.