Драконис

Secret Garden – Prayer
https://new.vk.com/audios115755283?performer=1&q=Secret%20Garden%20prayer

«Ис­то­рия зна­ет мно­жес­тво слу­ча­ев бра­ков по до­гово­рен­ности. С IV по VIII ве­ка не су­щес­тво­вало по­нятия „брак по люб­ви" как та­ково­го, и счи­талось, что толь­ко ро­дите­ли, опе­куны или дру­гие родс­твен­ни­ки за не­име­ни­ем дру­гих име­ли пра­во на вы­бор суп­ру­га/суп­ру­ги сво­его/ей по­допеч­но­го/ой.

Факт бу­дуще­го бра­ка зак­реплял­ся меж­ду пред­ста­вите­лями обе­их сто­рон с по­мощью спе­ци­аль­но­го си­яюще­го кон­трак­та (в Фи­оре) или лун­но­го до­гово­ра (в Иш­га­ре). Дан­ная про­цеду­ра бы­ла обя­затель­ным обы­ча­ем в бо­лее чем де­сяти ко­ролевс­твах, сре­ди ко­торых мож­но вы­делить Фи­ор, Иш­гар и Ве­рони­ку, в то вре­мя как для куль­ту­ры, к при­меру, ко­ролевс­тва Ар­бо­лес это бы­ло не при­суще. Из-за это­го Ар­бо­лес до IX ве­ка дер­жался обо­соб­ле­но и не всту­пал в ин­тегра­ци­он­ные со­юзы ни с од­ним из вы­ше­упо­мяну­тых ко­ролевств, а во вре­мена Ве­ковой вой­ны и Кро­вавой сму­ты не ока­зывал под­дер­жку ни Фи­ору, ни Иш­га­ру.

Ко­неч­но же, до­говор­ной брак выс­ту­пал и в ка­чес­тве по­лити­чес­ко­го ре­гуля­тора. Брак нас­ледни­ка прес­то­ла яв­лялся не толь­ко спо­собом зак­лю­чения мир­ных до­гово­ров, но так­же оп­ре­делял век­тор раз­ви­тия ко­ролевс­тва. До VI-ого ве­ка же­ну нас­ледни­ку прес­то­ла Иш­га­ра вы­бира­ли на мо­мент дос­ти­жения им двад­ца­ти лет. Это объ­яс­ня­лось гос­подс­тво­вани­ем на тот мо­мент в ко­ролевс­тве лун­ной ре­лигии, ко­торая зап­ре­щала ран­ние бра­ки. Бу­дущая ко­роле­ва вы­бира­лась ма­терью нас­ледни­ка из де­вушек-дра­конов сог­ласно их ти­тулу и ро­дос­ловной.

Од­на­ко в 703 г. этот обы­чай был на­рушен во вре­мя под­пи­сания мир­но­го сог­ла­шения меж­ду ко­ролевс­твом Иш­гар и ко­ролевс­твом Фи­ор пра­вящи­ми на тот мо­мент ко­роля­ми — Джу­до V и Иг­ни­лом I, ко­торые этим до­гово­ром прек­ра­тили Ве­ковую вой­ну и вы­вели ис­то­рию сво­их ко­ролевств на но­вый и прог­рессив­ный этап. В ка­чес­тве под­твержде­ния серь­ез­ности сво­их на­мере­ний оба пра­вите­ля под­пи­сали еще один до­кумент — гра­моту си­яющей лу­ны, — ко­торая ста­ла од­ним из са­мых важ­ных до­кумен­тов в ис­то­рии обо­их ко­ролевств. Имен­но эта гра­мота оп­ре­дели­ла бу­дущий со­юз прин­ца Зе­рефа и еще не ро­див­шей­ся на тот мо­мент прин­цессы Лю­си.

В 723 г. прин­цесса Лю­си при­была в Иш­гар в соп­ро­вож­де­нии сво­ей сви­ты, сос­то­ящей из шес­ти фрей­лин, ста ры­царей Фи­ора и двух­сот слуг, для зна­комс­тва с прин­цем и под­го­тов­ки к ве­лико­му со­бытию. В этом же го­ду про­изош­ло и дру­гое, не ме­нее важ­ное зна­комс­тво...»

Ас­ка Ко­нелл. «Ис­то­рия кро­вавой ко­роле­вы». 1224 г.

***

723 г. Ко­ролевс­тво Иш­гар.

В ка­рете бы­ло душ­но. Три фрей­ли­ны, ко­торым Лю­си поз­во­лила ехать с со­бой в од­ном эки­паже, с лю­бопытс­твом смот­ре­ли в ок­на, воз­бужден­но пе­рего­вари­ва­ясь и де­лясь впе­чат­ле­ни­ями от ви­дов чу­жого края. Пах­ло сы­рой поч­вой и зе­ленью, нак­рахма­лен­ны­ми во­рот­ни­ками и дре­вес­ной смо­лой. До ушей до­носи­лось ржа­ние ло­шадей, звук уда­ра ко­пыт о влаж­ную зем­лю, го­вор прис­лу­ги и звон­кое пе­ние птиц. Лю­си креп­ко сжи­мала ру­ки, до по­белев­ших кос­тя­шек паль­цев, и ли­цо ее не вы­ража­ло ни еди­ной эмо­ции. Нич­то не мог­ло сей­час ее за­ин­те­ресо­вать.

В го­лове прин­цессы бы­ла пус­то­та, а в груд­ной клет­ке сер­дце от­би­вало силь­ные вол­ни­тель­ные уда­ры. Она чувс­тво­вала се­бя по­терян­ной де­воч­кой, выб­ро­шен­ной в не­из­вес­тность, и эта са­мая не­из­вес­тность пу­гала нас­толь­ко, что сию ми­нуту хо­телось ос­та­новить эки­паж и при­казать раз­вернуть­ся. Об­ратно, в род­ной дом. В Фи­ор. В мыс­лях прин­цессы она рез­ко вска­кива­ла и от­да­вала при­каз раз­во­рачи­вать­ся. В ее мыс­лях го­лос ее был тверд и ре­шите­лен, но тря­сущи­еся кон­чи­ки паль­цев и оце­пенев­шее те­ло го­вори­ли ей о том, что ес­ли бы она да­же ре­шилась, при­каз бы ее был нас­толь­ко тих и не­реши­телен, что ее, воз­можно, и не ус­лы­шали бы.

— Ва­ше вы­сочес­тво, — вос­клик­ну­ла од­на из фрей­лин с вос­хи­щен­ной улыб­кой на гу­бах, — смот­ри­те! Здеш­няя при­рода так от­лична от той, что мы при­вык­ли ви­деть!

Лю­си сдер­жанно улыб­ну­лась, чуть под­няв кон­чи­ки паль­цев, дав по­нять, что она в этом не за­ин­те­ресо­вана. Фрей­ли­на, ле­ди Оли­ет­та, по­ник­ла, и Лю­си мог­ла ви­деть, что в угол­ках ее губ и в глу­бине ка­рих глаз на до­лю се­кун­ды про­мель­кну­ло зер­но по­нима­ния. Мысль, что ее собс­твен­ная фрей­ли­на ис­пы­тыва­ла к ней жа­лость, от­да­лась неп­ри­ят­ной го­речью, и Лю­си толь­ко вы­ше под­ня­ла го­лову и рас­пра­вила пле­чи. Она ни­кому не поз­во­лит ис­пы­тывать к се­бе это уни­зитель­ное чувс­тво.

Ее пу­тешес­твие в Иш­гар не бы­ло спон­танным или не­ожи­дан­ным. Но­вость об ее бра­ке не бы­ла по­доб­но упав­ше­му вне­зап­но сне­гу. Нап­ро­тив. Ее го­тови­ли к это­му мо­мен­ту со дня ее рож­де­ния. С ран­не­го детс­тва она зна­ла, что ее имя — Лю­си Хар­тфи­лия, — и что од­нажды она ся­дет в ка­рету и по­кинет свой род­ной дом. По­кинет от­ца и ма­туш­ку, по­кинет дво­рец Сол­нца с его ухо­дящи­ми в не­беса, по­доб­но лу­чам сол­нца, пи­ками. По­кинет са­ды роз, свои ка­чели, спле­тен­ные из ли­ан, бес­край­ние лу­га и под­данных, ко­торых она лю­била всем сво­им сер­дцем. Она зна­ла, что, как толь­ко ей ми­ну­ет сем­надца­тый год, она от­пра­вит­ся в да­лекое пу­тешес­твие на вос­ток, в рас­ки­нув­ше­еся, по­доб­но ле­та­юще­му зве­рю, ко­ролевс­тво Иш­гар, на­селен­ное ма­гичес­ки­ми су­щес­тва­ми, име­ну­емы­ми дра­кона­ми. И с са­мого ран­не­го детс­тва ее го­тови­ли стать же­ной прин­ца это­го да­леко­го края.

Лю­си Хар­тфи­лия зна­ла свое пред­назна­чение. Она бы­ла прин­цессой, ко­торая дол­жна бы­ла окон­ча­тель­но при­нес­ти мир в свое ко­ролевс­тво. Она бы­ла той ко­неч­ной точ­кой, пос­тавлен­ной в вой­не, при­нес­шей так мно­го го­ря. Од­на­ко по­нима­ния это­го ока­залось ма­ло, и в то ут­ро, ког­да она от­кры­ла гла­за, ус­лы­шав неп­ри­выч­ный в столь ран­ний час шум в ее по­ко­ях, осоз­на­ние нак­ры­ло сме­та­ющим все на сво­ем пу­ти стра­хом.

Так прос­то бы­ло не ду­мать об этом, ког­да отъ­езд ка­зал­ся чем-то да­леким, и так оше­лом­ля­юще не­ожи­дан­ным, ког­да этот день нас­тал.

Ка­рета чуть кач­ну­лась, по­пав в не­боль­шой ухаб, и Лю­си вы­ныр­ну­ла из сво­их мыс­лей. Фрей­ли­ны про­дол­жа­ли смот­реть на пей­за­жи Иш­га­ра, и толь­ко алые от­блес­ки сол­нечно­го све­та, про­ника­ющие внутрь, го­вори­ли прин­цессе, что вре­мя бли­зилось к ве­черу. За раз­думь­ями она и не за­мети­ла, как быс­тро про­лете­ло вре­мя.

— Ва­ше вы­сочес­тво, — раз­дался муж­ской хрип­лый го­лос, чуть приг­лу­шен­ный из-за тол­стой сте­ны ка­реты. Вмес­те с ним, сме­шав­шись со зву­ком сту­ка ко­пыт и ляз­га дос­пех, Лю­си от­четли­во мог­ла ра­зоб­рать уда­ры спря­тан­но­го в нож­нах ме­ча. — Мы подъ­ез­жа­ем к гра­ницам сто­лицы. От­пра­вить гон­че­го с док­ла­дом о ва­шем ско­ром при­бытии?

Лю­си пе­реве­ла взгляд на хи­хика­ющих фрей­лин. Они при­быва­ли рань­ше, чем она рас­счи­тыва­ла. Нас­коль­ко прин­цесса зна­ла, отец отос­лал весть ко­ролю Иш­га­ра о том, что она при­едет в сто­лицу на ут­ро че­тыр­надца­того вос­хо­да сол­нца, в то вре­мя как сей­час еще да­же не за­кон­чился три­над­ца­тый день их пу­ти.

В воз­ду­хе пах­ло под­сту­па­ющи­ми су­мер­ка­ми; прин­цесса сжи­мала в ру­ках ок­руглый ку­лон, на ко­тором бе­лыми кам­ня­ми сап­фи­ра ис­кусно был вы­ложен цве­ток маг­но­лии — про­щаль­ный по­дарок ее ма­туш­ки. Лю­си вздох­ну­ла, чувс­твуя в гру­ди не­помер­ную тос­ку. Она так ус­та­ла. От это­го пу­тешес­твия и от мыс­лей, кои ро­ем тол­пи­лись у нее в го­лове и не да­вали нор­маль­но ды­шать.

Как же ей вновь хо­телось ока­зать­ся до­ма, в род­ном са­де роз, счас­тли­вой и сме­ющей­ся на ка­челях, спле­тен­ных из стеб­лей ли­ан.

— Ни­кого не от­прав­ляй­те, мис­тер Клайв, — про­гово­рила она, ре­шитель­но сжав ку­лон в ру­ке. — Я не хо­чу бес­по­ко­ить его ве­личес­тво и от­ры­вать его от сво­их при­выч­ных дел толь­ко из-за то­го, что мои ло­шади ока­зались слиш­ком быс­тры и при­вез­ли нас рань­ше наз­на­чен­но­го сро­ка.

— Как при­каже­те, ва­ше вы­сочес­тво.

И в глу­бине ду­ши, под уда­ля­ющий­ся то­пот ко­пыт, Лю­си зна­ла, что не это бы­ло при­чиной ее не­жела­ния по­сылать гон­че­го, а страх пе­ред пыш­ной це­ремо­ни­ей в честь ее при­бытия. Пе­ред гром­ки­ми, раз­ры­ва­ющи­ми ок­ру­гу зву­ками гор­нов и ба­раба­нов, ко­торые боль­ше по­ходи­ли на зву­ки ее пред­смертно­го на­бата; пе­ред до­рож­кой, ус­те­лен­ной лун­ны­ми кам­ня­ми, и пе­ред сот­ня­ми дра­конов, не­из­вес­тных, да­леких и пу­га­ющих.

Всю жизнь ее го­тови­ли к это­му, но еще ни­ког­да она не чувс­тво­вала се­бя нас­толь­ко не­гото­вой.

— Ми­леди, ми­леди! Вы прос­то обя­заны это уви­деть!

Фрей­ли­ны бы­ли силь­но взбу­дора­жены, и Лю­си под­да­лась все­об­ще­му лю­бопытс­тву, при­под­ня­ла тя­желую бар­хатную што­ру, поз­во­ляя за­ходя­щим лу­чам сол­нца упасть на ее ли­цо. На нес­коль­ко мгно­вений все стра­хи от­сту­пили, и вос­хи­щение, дет­ское и не­под­дель­ное, пе­репол­ни­ло ее нут­ро. Она креп­че схва­тилась за край ок­на, чуть под­давшись впе­ред.

Сквозь гус­тую рас­ти­тель­ность, пер­вым, что бро­салось в гла­за, был за­мок.

Ве­личес­твен­ное со­ору­жение из крас­но­го кам­ня, ко­торое воз­вы­шалось над го­родом, по­доб­но хищ­но­му дра­кону. С ци­лин­дри­чес­ки­ми баш­ня­ми и си­яющей че­репи­цей (Лю­си зна­ла, что это был лун­ный ка­мень), с ис­кусной об­ли­цов­кой и ог­ромны­ми ароч­ны­ми ок­на­ми. По фор­ме сво­ей дво­рец из­да­ли дей­стви­тель­но по­ходил на рас­ки­нув­ше­го свои крылья ало­го дра­кона, ко­торый сей­час пы­лал, ох­ва­чен­ный пла­менем за­ката, и дво­рец Пол­ной Лу­ны счи­тал­ся по пра­ву од­ним из са­мых уди­витель­ных ар­хи­тек­турных пос­тро­ек на всем кон­ти­нен­те.

За­мок на­ходил­ся на вер­ши­не ска­лы, из-за че­го от­сю­да ка­залось, что он и вов­се па­рил над го­родом. Иш­гарцы име­ли со­вер­шенно дру­гие взгля­ды на мно­гие ве­щи, что и пос­лу­жило в свое вре­мя на­чалу Ве­ковой вой­ны. Они пок­ло­нялись лун­ным бо­гам: Лу­не, Лун­но­му све­ту и Ли­ку ее в вод­ной гла­ди. В то вре­мя, как Фи­ор, на­ходясь да­леко на за­паде за Пи­ковым хреб­том, пок­ло­нял­ся бо­гу Сол­нца и пя­ти его сы­новь­ям. Дра­коны жи­ли в еди­нении с при­родой, бе­реж­но ох­ра­няя каж­дый ка­мень и тра­вин­ку на сво­ей зем­ле, по­тому что их ре­лигия го­вори­ла им о том, что зем­ля — мать их, и Лу­на, бо­гиня их, ве­лела им обе­регать ее.

Имен­но по­это­му фрей­ли­ны прин­цессы бы­ли так вос­хи­щены от­кры­ва­ющим­ся ви­дом. В их ко­ролевс­тве чис­ленность жи­телей пре­выша­ла дра­конов во мно­го раз, и имен­но по­это­му с каж­дым го­дом тер­ри­тории го­родов рас­ши­рялись, и слож­но бы­ло уви­деть что-то по­доб­ное.

До­рога, по ко­торой они еха­ли, про­ходи­ла че­рез гус­той нет­ро­нутый лис­твен­ный лес (Лю­си зна­ла, что эти де­ревья с листь­ями, по фор­ме на­поми­на­ющи­ми кры­ло дра­кона, на­зыва­лись «фа­ер­са­ми»), ко­торый, ка­залось, ни­ког­да не ви­дел вме­шатель­ства из­вне, ды­шал ве­ковой муд­ростью, и на од­но мгно­вение мож­но бы­ло по­чувс­тво­вать се­бя пу­тешес­твен­ни­ком во вре­мени, ока­зав­шимся тог­да, ког­да дра­конов и лю­дей не бы­ло в этих зем­лях; тра­ва бы­ла вы­сокой и соч­ной; по ство­лам де­ревь­ев ви­лись тол­стые ни­ти ли­ан, рос­ли гри­бы с яр­ки­ми све­тящи­мися шляп­ка­ми и цве­ты, раз­ной ди­кови­ной рас­крас­ки и фор­мы. Кро­ны де­ревь­ев ухо­дили нас­толь­ко вы­соко, что мог­ло по­казать­ся, что они дос­та­вали не­бес, но да­же так Лю­си мог­ла ви­деть воз­вы­ша­ющий­ся над ни­ми за­мок. Ми­мо ка­реты, пря­мо пе­ред ли­цом прин­цессы и ее фрей­лин, про­лете­ли три пти­цы с яр­ко-крас­ным гус­тым опе­рени­ем, длин­ным клю­вом и раз­ма­шис­ты­ми крыль­ями. Они про­дела­ли пи­ру­эт в воз­ду­хе, буд­то зная, что на них смот­рят, и что-то про­пели на сво­ем див­ном птичь­ем язы­ке.

Сто­лица Иш­га­ра, Кор Лу­на, с каж­дой ми­нутой ста­нови­лась все бли­же и бли­же, и сер­дце в гру­ди прин­цессы за­билось ча­ще, ког­да она уви­дела зна­мени­тые дра­коньи вра­та, по­явив­ши­еся слов­но из ни­от­ку­да.

Кор Лу­на не бы­ла по­хожа на го­рода Фи­ора. Да­же от­сю­да Лю­си мог­ла ви­деть, что го­род был пол­ностью пок­рыт де­ревь­ями, буд­то и го­рода ни­како­го не бы­ло. Из сво­их уро­ков прин­цесса зна­ла, что до­ма дра­коны стро­или меж де­ревь­ев, и прак­ти­чес­ки пов­се­мес­тно, кро­ме Даль­них Зе­мель, влас­тво­вала тень лис­твен­ных крон, от­че­го Иш­гар в свое вре­мя проз­ва­ли Ко­ролевс­твом Те­ней.

Раз­дался гром­кий звук гор­на, и Лю­си уви­дела, как ве­личес­твен­ные дре­вес­ные во­рота сто­лицы на­чала рас­па­хивать­ся пе­ред ни­ми.

И, приб­ли­жа­ясь к этим ухо­дящим ввысь вра­там, Лю­си на од­но мгно­вение прик­ры­ла гла­за, пы­та­ясь рас­про­бовать этот мо­мент на вкус. Аро­мат соч­ной тра­вы, ду­нове­ние вет­ра и пе­ресе­чение гра­ницы врат.

От­ны­не и во­век это мес­то бы­ло ее до­мом.

***

Го­лос при­роды ус­по­ка­ивал. Уми­рот­во­рение теп­лым ко­коном оку­тыва­ло соз­на­ние, усып­ляя и шеп­ча лас­ко­вым ду­нове­ни­ем вет­ра сло­ва на не­из­вес­тном и ме­лодич­ном язы­ке. Наг­ревший­ся под тон­ким лу­чом сол­нца ка­мень при­ят­но сог­ре­вал; по­душеч­ки паль­цев мед­ленно и без­думно очер­чи­вали шер­ша­вую по­вер­хность, на краю соз­на­ния пе­рес­чи­тывая каж­дую пес­чинку. Чуть в от­да­лении мер­но бур­лил ру­чей, и аро­мат све­жей во­ды и слад­ко­вато-тер­пких цве­тов дра­кони­са за­пол­нял соз­на­ние мяг­кой дым­кой.

В этом мес­те лег­ко мож­но бы­ло за­быть­ся.

Крылья неп­ри­ят­но за­тек­ли, отоз­вавшись лег­кой болью, но вста­вать дра­кон не спе­шил, — слиш­ком прек­расным бы­ло это чувс­тво не­весо­мос­ти, та­ким ми­молет­ным, ус­коль­за­ющим из паль­цев, слов­но по­рыв вет­ра. Он изо всех сил ста­рал­ся удер­жать его чуть доль­ше, — слиш­ком сла­док и при­тяга­телен был этот вкус бес­ко­неч­но­го спо­кой­ствия.

В го­лове рож­да­лась но­вая ме­лодия. Неж­ная и ме­лан­хо­лич­ная, по­доб­но пер­вой влюб­леннос­ти. Он мыс­ленно брал в ру­ки скрип­ку, лю­бов­но про­водя паль­ца­ми по на­тяну­тым стру­нам, и пос­ле оче­ред­но­го по­рыва вет­ра, ког­да его слух уло­вил звук па­да­юще­го в ру­чей ка­меш­ка, его мыс­ленный об­раз об­хва­тил смы­чок, и, на­конец, на­чал иг­рать. Что-то не­уло­вимое, как ве­тер. Что-то ско­ротеч­ное, как ру­чей. Что-то слад­ко­вато-тер­пкое, как за­пах цве­тов дра­кони­са.

— Со­чиня­ешь? — наг­лым об­ра­зом ра­зор­вал его уми­рот­во­рение чу­жой нас­мешли­вый го­лос.

Дра­кон тут же от­крыл гла­за, вып­ря­мив­шись. Как он мог не ус­лы­шать ко­леба­ния воз­ду­ха и зву­ки ша­гов? По­хоже, ме­лодия в его го­лове пол­ностью зав­ла­дела его ра­зумом, не поз­во­ляя при­выч­ным ин­стинктам за­метить опас­ность (хоть и дра­кон, сто­яв­ший пе­ред ним и не пред­став­лял оной).

— Мард, — па­рень рас­пра­вил чер­ные крылья, чувс­твуя, как за­тек­шие ко­неч­ности отоз­ва­лись ути­ха­ющей болью, — я мил­ли­он раз про­сил те­бя не вры­вать­ся так не­ожи­дан­но в ми­нуты мо­их раз­ду­мий. Ес­ли бы я не знал твой го­лос, все мог­ло бы за­кон­чить­ся пла­чев­но.

Дра­кон при­выч­но ус­мехнул­ся, лу­каво пос­мотрев на сво­его прин­ца. Длин­ные чер­ные во­лосы, соб­ранные в вы­сокий хвост, от­ра­зили за­ходя­щие лу­чи сол­нца, и глад­кие поч­ти глян­це­вые крылья в та­ком при­выч­ном для Мар­да жес­те рас­слаб­ле­но рас­сте­лились на по­лу, от­че­го соз­да­валось чувс­тво, что он был об­ла­чен в длин­ный тем­ный плащ.

— Зе­реф, ча­сы тво­их раз­ду­мий с каж­дый днем ста­новят­ся все ча­ще и ча­ще. И я бо­юсь, что с при­ходом тво­его прав­ле­ния, на­ше ко­ролевс­тво прос­то пог­ру­зит­ся в веч­ный сон.

— Та­кого не бу­дет, друг мой, ты же зна­ешь, — Зе­реф прик­рыл гла­за, поз­во­ляя се­бе нас­ла­дить­ся пос­ледни­ми ос­татка­ми бы­лого уми­рот­во­рения. — Имен­но по­это­му я так мно­го сей­час про­вожу вре­мени здесь, со­чиняя му­зыку и чи­тая кни­ги. По­ка не нас­та­ло вре­мя, ког­да я не смо­гу это­го де­лать.

Мард не спе­шил с от­ве­том. Сол­нце мед­ленно за­ходи­ло за го­ризонт, и сквозь гус­тые кро­ны де­ревь­ев зо­лотые ни­ти сме­нялись алы­ми. Зе­реф си­дел на не­высо­кой ка­мен­ной ба­люс­тра­де, и кон­чик од­но­го его кры­ла ка­сал­ся глад­кой по­вер­хнос­ти пру­да, ко­торый был прак­ти­чес­ки не­заме­тен под сот­ня­ми и сот­ня­ми кув­ши­нок. Чуть даль­ше цве­ли яр­ко-крас­ны­ми цвет­ка­ми кус­ты дра­кони­са, и где-то там, под тенью мно­гове­ковых фа­ер­сов, про­текал бур­ный ру­чей. В глу­бине ду­ши Мард по­нимал сво­его прин­ца.

— Там во всю праз­дну­ют при­ход пол­ной лу­ны, — про­шеп­тал он так ти­хо и до­вери­тель­но, буд­то де­лил­ся сок­ро­вен­ным сек­ре­том.

— Ты ведь зна­ешь, что я не люб­лю все эти пыш­ные праз­днества. Это боль­ше по час­ти На­цу, — так же, ше­потом, от­ве­тил принц.

— Кое-кто на­шеп­тал мне на ухо, что с ми­нуты на ми­нуту по­рог двор­ца пе­рес­ту­пит прин­цесса Фи­ора, — Мард пос­мотрел на дру­га. — Ва­ша бу­дущая суп­ру­га.

Зе­реф мед­ленно от­крыл гла­за. Сол­нце прак­ти­чес­ки скры­лось за ли­ни­ей го­ризон­та. В воз­ду­хе за­пах­ло су­мер­ка­ми вмес­те с пер­вы­ми прох­ладны­ми ду­нове­ни­ями вет­ра. На бес­край­нем не­бе по­яви­лись еще не­яс­ные очер­та­ния лу­ны.

Принц не­осоз­нанно об­хва­тил сви­са­ющий на се­реб­ря­ной це­пи лик Лун­ной бо­гини, при­жав ее к гу­бам.

— Ког­да вос­па­рим мы к не­бесам, — про­шеп­тал он при­выч­ные сло­ва, и Мард, за­метив то же, что и он, пов­то­рил его дей­ство. Зе­реф, отор­вав взгляд от вид­невше­гося не­ба за гус­той кро­ной фа­ер­сов, вздох­нул, пос­мотрев на дру­га. — Что ж, друг мой, пой­дем и встре­тим бу­дущую ко­роле­ву Иш­га­ра.

Идя по ко­ридо­ру, слу­шая ути­ха­ющий звук бур­но­го ручья, Зе­реф чувс­тво­вал внут­ри пред­вку­шение. Его бу­дущая ко­роле­ва бы­ла близ­ка как ни­ког­да, и, воз­можно, на­конец, он поз­на­ет вкус пер­вой влюб­леннос­ти — глав­ной вдох­но­витель­ни­цы всех по­этов. Не это ли бы­ло его меч­той? Про­жить жизнь в ти­ши и спо­кой­ствии, с жен­щи­ной, ко­торая ста­ла бы его уми­рот­во­рени­ем.

Он ждал это­го с ран­не­го детс­тва, и он пок­лялся се­бе, что сде­ла­ет все воз­можное, что­бы для его бу­дущей ко­роле­вы Иш­гар стал ис­тинным до­мом.

И как толь­ко пос­ледние лу­чи сол­нца про­пали за ли­ни­ей го­ризон­та, бу­тоны дра­кони­са ис­сохли, рас­сы­пав­шись крас­ным пра­хом.

Лу­на вош­ла во свои вла­дения.

***

Лю­си бы­ло неп­ри­выч­но ви­деть столь­ко дра­конов в од­ном по­меще­нии, и хоть с са­мого мла­ден­чес­тва ее вер­ным спут­ни­ком был Ма­каров — прис­ланный для вос­пи­тания прин­цессы дра­кон пря­миком из Иш­га­ра, — вид столь­ких силь­ных и пы­шущих жа­ром су­ществ вы­зывал в ней не­кон­тро­лиру­емое чувс­тво стра­ха. По срав­не­нию с ни­ми, она выг­ля­дела хруп­кой и без­за­щит­ной с эти­ми тон­ки­ми кос­тя­ми и мяг­кой ко­жей. Лю­си с удив­ле­ни­ем ду­мала о вре­менах, ког­да ее на­род сра­жал­ся с ни­ми. Она смот­ре­ла на мя­сис­тые крылья, на креп­кие ру­ки и уп­ру­гую ко­жу (ко­торая бы­ла проч­нее, чем лю­бая сталь), на глад­кие плас­ти­ны че­шу­ек, прос­ту­пав­ших на ру­ках и под гла­зами; на длин­ные гиб­кие хвос­ты, ко­торые, при не­об­хо­димос­ти, мог­ли вы­пус­кать ос­трые ши­пы; на кис­ти рук, боль­ше че­лове­чес­ких, пок­ры­тых тем­ны­ми че­шу­ями, и с длин­ны­ми зве­рины­ми ког­тя­ми. Она смот­ре­ла, впи­тыва­ла каж­дую де­таль и те­рялась в до­гад­ках, как лю­ди мог­ли сра­жать­ся на рав­ных с та­ким серь­ез­ным и ужа­са­ющим про­тив­ни­ком. Хо­тя, ко­неч­но, она зна­ла, как. С по­мощью чис­ленно­го пре­вос­ходс­тва и ору­жия из лак­ри­миса.

— Не бой­тесь, ми­леди.

Лю­си не­воль­но вздрог­ну­ла, пе­реве­дя взгляд на сво­его спут­ни­ка. За все­ми эти­ми раз­думь­ями она и за­была о прин­це.

— Я и не бо­юсь, — с вы­зовом от­ве­тила она, от­че­го на тон­ких гу­бах прин­ца по­яви­лась снис­хо­дитель­ная улыб­ка.

— Мы дра­коны, — вкрад­чи­во про­гово­рил он. — Мы чувс­тву­ем эмо­ции лю­дей. Осо­бен­но нас­толь­ко силь­ные и не­защи­щен­ные.

В гла­зах дра­кона не бы­ло ни кап­ли осуж­де­ния, и Лю­си от­че­го-то по­чувс­тво­вала та­кую лег­кость, слов­но все ее пе­режи­вания до это­го бы­ли пус­тя­ками. И ис­крен­няя улыб­ка са­ма со­бой рас­тя­нулась на ее гу­бах.

До ушей до­носи­лись энер­гичные мо­тивы тра­дици­он­но­го дра­конь­его тан­ца — са­вожа, — ко­торый сов­ме­щал в се­бе зву­ки лют­ни и скрип­ки. Дра­коны от­да­вались тан­цу с си­лой и жа­ром, соз­да­вая вихрь из тем­ных до­рогих тка­ней и зо­лотых искр тра­дици­он­ных ук­ра­шений. Кра­ем гла­за Лю­си уви­дела сре­ди это­го тем­но­го вих­ря сво­их фрей­лин, ко­торые с при­сущей им не­пос­редс­твен­ностью, наш­ли се­бе ка­вале­ров и кру­жились в тан­це, ко­торо­му их обу­чал еще ста­рик Ма­каров. Факт то­го, что фрей­ли­ны смог­ли так быс­тро обос­но­вать­ся здесь, от­дался при­ят­ным теп­лом в гру­ди. Нес­мотря ни на что, Лю­си и прав­да чувс­тво­вала ис­хо­дящую от дра­конов дру­желюб­ность. Они бы­ли веж­ли­вы и поч­ти­тель­ны. Они не смот­ре­ли ко­со. Они ко­рот­ко и сдер­жанно улы­бались, изящ­но ве­дя хвос­том по воз­ду­ху, и Лю­си зна­ла, что они так про­яв­ля­ют к ней свое ува­жение.

— Вас здесь жда­ли, — за­метив взгляд Лю­си, ска­зал Зе­реф. — Дол­го и с не­тер­пе­ни­ем.

— Прав­да?

— Да, ведь это оз­на­ча­ет, что ско­ро вы ста­нете мо­ей за­кон­ной же­ной, и на на­ших зем­лях от­ны­не ве­ков во­царит­ся мир.

От слов прин­ца Лю­си ощу­тила при­лив уве­рен­ности.

— Мне пот­ре­бу­ет­ся вре­мя, что­бы ос­во­ить­ся здесь. Все это по­ка что слиш­ком но­во для ме­ня, но... — она под­ня­ла взгляд на чис­тое и от­кры­тое ли­цо прин­ца, по­чувс­тво­вав, как на мгно­вение пе­рех­ва­тило ды­хание. — Но мне уже здесь очень нра­вит­ся.

Зе­реф обе­зору­жива­юще мяг­ко улыб­нулся, не го­воря ни сло­ва, слов­но да­вая этим не­мое обе­щание сде­лать все воз­можное, что­бы ра­но или поз­дно Иш­гар по пра­ву стал ее до­мом.

Лю­си впер­вые по-нас­то­яще­му пос­мотре­ла на не­го. Принц был кра­сив, в этом не бы­ло сом­не­ний, и кра­сота его бы­ла мра­мор­ной и хо­лод­ной, нес­мотря на то, кем он был. У не­го бы­ла блед­ная ко­жа и яр­кие чер­ные гла­за, ко­торые стран­ным и да­же нем­но­го пу­га­ющим кон­трас­том смот­ре­лись на этом блед­ном ли­це. Ес­ли по­думать, то он весь был цель­ным кон­трас­том чер­но­го и бе­лого с пря­мыми тем­ны­ми во­лоса­ми и ред­ки­ми бе­лыми че­шуй­ка­ми на его хвос­те; в чер­ном кам­зо­ле и бе­лыми кам­ня­ми сап­фи­ра на его во­рот­ни­ке. А еще Зе­реф, нес­мотря на свой ме­лан­хо­лич­ный вид, не вы­зывал сом­не­ния в сво­ей си­ле. Что-то, что бы­ло спря­тано в глу­бине тем­ных глаз, го­вори­ло о том, что с нас­ледни­ком прес­то­ла не сто­ило шу­тить.

Он дер­жался уве­рен­но, сжи­мая в ру­ках ку­бок с дра­конь­им ви­ном, но прак­ти­чес­ки не пил его, и Лю­си сде­лала вы­вод, что принц не был лю­бите­лем праз­днеств, и все его дей­ствия сей­час бы­ли лишь данью веж­ли­вос­ти. Его крылья бы­ли пу­га­юще чер­но­го цве­та. Ни­чего до это­го Лю­си не ви­дела чер­нее, и это выз­ва­ло в гру­ди стран­ное бес­по­кой­ство, при­чин ко­торо­го она не мог­ла най­ти.

— Что ка­са­ет­ся ос­во­ения, — вы­вел принц Лю­си из ее дум, — то будь­те уве­рены, мой брат сос­та­вит вам прек­расную пар­тию в ис­сле­дова­нии здеш­них мест. К со­жале­нию, я плох в том, что ка­са­ет­ся про­гулок. А вот мой брат, нап­ро­тив, рад осед­лать ко­ня и по­казать каж­до­му пер­во­му встреч­но­му все тай­ные мес­та это­го зам­ка, как бы стран­но и пу­га­юще это ни зву­чало.

— И где же ваш брат?

— О, его сей­час здесь нет, — за­метил Зе­реф, про­ведя взгля­дом по тан­цу­ющей тол­пе. — Мой бра­тиш­ка — пер­со­на до­воль­но вет­ре­ная, и на од­ном мес­те не си­дит. Но будь­те уве­рены, зав­тра пос­ле зав­тра­ка я его вы­лов­лю и по­ручу по­казать все са­мые вол­шебные мес­та Пол­ной лу­ны. Ме­ня же бу­дут ждать скуч­ные го­сударс­твен­ные де­ла, но... к ве­черу, — Зе­реф ос­то­рож­но взял ру­ку прин­цессы в свою, не от­ры­вая взгля­да от ее глаз, под­нес к сво­им гу­бам и по­дарил ко­рот­кий неж­ный по­целуй, — я кля­нусь Лу­ной, я обя­затель­но най­ду вас и сос­тавлю вам ком­па­нию, моя ле­ди.

Чуть поз­же, на­ходясь в вы­делен­ных для нее по­ко­ях, Лю­си при­жима­ла в гру­ди ру­ку, на ко­торой до сих пор пы­лал по­целуй прин­ца, рас­слаб­ленно при­пав к прох­ладным ка­мен­ным ра­мам. В от­кры­тые ок­на про­никал све­жий ноч­ной воз­дух. Да­леко вни­зу бур­ли­ли во­ды мо­ря, и Лю­си, чувс­твуя в сво­их рас­пу­щен­ных во­лосах ка­сания вет­ра, до сих пор слы­шала в ушах зву­ки са­вожа, сдер­жанный смех и аро­мат дра­конь­его ви­на. Она чувс­тво­вала при­ят­ную лег­кость, ко­торая на мгно­вение да­вала ей по­верить в то, что и у нее мог­ли быть крылья. А еще... в глу­бине ду­ши она бы­ла влюб­ле­на. В это мес­то. В этих дра­конов. В вол­шебс­тво, ви­тав­шее вок­руг.

Иш­гар был по­ис­ти­не прек­расным мес­том.

***

Ramin Djawadi – The North Remembers
https://new.vk.com/audios115755283?q=Ramin%20Djawadi%E2%80%93The%20North%20Remembers

В ко­ридо­рах зам­ка ца­рила ти­шина. Ред­кие дра­коны вы­ходи­ли из сво­их по­ко­ев, пред­по­читая от­да­вать­ся мо­лит­вам на лик Лу­ны, ко­торая сей­час бы­ла вид­на как ни­ког­да яс­но. В пол­но­луние дра­коны за­мали­вали все свои гре­хи. В пол­но­луние они очи­щали свои ду­ши, и во всех до­мах, от Кор Лу­на до Даль­них Зе­мель мож­но бы­ло ус­лы­шать ти­хие, но уве­рен­ные сло­ва.

«Да вос­па­рим мы к не­бесам»

В этой ком­на­те не бы­ли слыш­ны мо­лит­вы, и лик Лу­ны не про­никал в зак­ры­тые што­рами ок­на. В этой ком­на­те двое, скры­ва­ясь от пос­то­рон­них глаз, шеп­та­ли сов­сем дру­гие сло­ва.

— Что ска­жете о ней, Иван?

Дра­кон ус­мехнул­ся, про­ведя ру­кой по ко­лючей ще­тине на под­бо­род­ке. Его взгляд был ус­трем­лен на язы­ки пла­мени, пля­шущие на обуг­ленной дре­веси­не свой за­вора­жива­ющий та­нец. Это был единс­твен­ный ис­точник све­та в ком­на­те, оку­тан­ной ти­шиной но­чи, и толь­ко треск по­лень­ев да зве­нящая цепь от дви­жения его со­бесед­ни­ка на­руша­ли эту ноч­ную сим­фо­нию.

— Она кра­сива по люд­ским мер­кам. Юна и не­вин­на. А еще по-дет­ски на­ив­на, — сма­куя каж­дое сло­во, от­ве­тил он. — Как и по­доба­ет прин­цессе.

— Ду­ма­ете, она не бу­дет по­мехой? — вновь за­дал свой воп­рос со­бесед­ник. Цепь на его гру­ди вновь по­кач­ну­лась, отоз­вавшись зо­лотым пе­рез­во­ном. В ру­бино­вом ли­ке Лу­ны от­ра­зились язы­ки ог­ня.

Иван на мгно­вение за­мер, прек­ра­тив в за­дум­чи­вос­ти ог­ла­живать под­бо­родок. Вспо­лох пла­мени оза­рил ком­на­ту чуть яр­че, все­го на се­кун­ду ос­ве­щая его скры­тое в те­ни ли­цо, и вновь по­тух.

Ле­жащий на по­лу хвост мед­ленно зас­коль­зил вдоль изог­ну­той нож­ки крес­ла, по­доб­но змее, ос­то­рож­но умос­тившись на ко­ленях дра­кона.

— Я ду­маю, — про­шеп­тал он, и но­вый вспо­лох оза­рил тор­жес­тво в его тем­ных гла­зах, — она ста­нет хо­рошей ма­ри­онет­кой в на­ших ру­ках.

А сот­ни дра­конов по все­му Иш­га­ру как ман­тру пов­то­ряли толь­ко нес­коль­ко слов.

«Да вос­па­рим мы к не­бесам»

Это бы­ло единс­твен­ным их же­лани­ем.

***

По ве­лению ко­роля прин­цессе бы­ли вы­деле­ны две фрей­ли­ны и чет­ве­ро силь­ных страж­ни­ков, ко­торые дол­жны бы­ли прос­ле­дить, что­бы она спо­кой­но мог­ла ос­во­ить­ся во двор­це. Но, смот­ря за тем, как де­вуш­ки чин­но, с неп­ро­ница­емым вы­раже­ни­ем ли­ца, под­но­сили к ней во­ду с ле­пес­тка­ми роз для ее ут­ренне­го умы­вания, Лю­си по­нима­ла, что они бы­ли прис­тавле­ны к ней боль­ше как гла­за и уши, ко­торые дол­жны бы­ли сле­дить за каж­дым ее ша­гом. Она бы­ла не про­тив. Скры­вать ей бы­ло не­чего.

Юки­но и Со­рано при­ходи­лись друг дру­гу сес­тра­ми. Обе с боль­ши­ми крыль­ями, ко­торые бы­ли пок­ры­ты сле­пяще бе­лым опе­рени­ем. Лю­си впер­вые ви­дела дра­конов, у ко­торых бы­ли перья, по­это­му, ког­да они вош­ли в ее по­кои, она по­дума­ла, что уви­дела ан­ге­лов. Сес­тры бы­ли мол­ча­ливы, дер­жа­лись особ­ня­ком и поч­ти не го­вори­ли, как бы Лю­си не пы­талась вы­вес­ти их на раз­го­вор. Дру­гие ее фрей­ли­ны, ко­торые соп­ро­вож­да­ли ее из Фи­ора, в их при­сутс­твии ве­ли се­бя сдер­жанно и гор­де­ливо. Ше­рии со­вер­шенно не нра­вилась та­кая по­каз­ная снис­хо­дитель­ность, и каж­дый раз, ког­да Со­рано или Юки­но по­пада­лись ей на гла­за, она рез­ко рас­кры­вала ве­ер, под­жи­мая гу­бы, и де­монс­тра­тив­но, так, что­бы они ви­дели, от­во­рачи­валась от них. Дра­конов это, ка­жет­ся, не за­дева­ло нис­коль­ко.

Фрей­ли­ны при­нес­ли ей и ее но­вые платья, сши­тые из уди­витель­ной тка­ни, ко­торую дра­коны на­зыва­ли дрип­ри­сом. Она бы­ла лег­кой, по­доб­но га­зу, но на вид ка­залась плот­ной и тя­желой. На те­ле она прак­ти­чес­ки не ощу­щалась, в ней не бы­ло жар­ко, и при­ят­ное шур­ша­ние раз­но­силось от каж­до­го дви­жения. Дра­конья мо­да силь­но от­ли­чалась от мо­ды Фи­ора. Там, где лю­ди пред­по­чита­ли яр­кие и свет­лые цве­та, сре­ди дра­конов они счи­тались цве­тами прос­то­людин. Крас­ные, бор­до­вые, чер­ные и тем­но-си­ние цве­та — вот цве­та дра­конов. В дар Лю­си при­нес­ли платья всех от­тенков, от обыч­ных пов­седнев­ных на­рядов с от­кры­тыми спи­нами и длин­ны­ми, до­ходя­щими до по­ла ру­кава­ми, до це­ремо­ни­аль­ных — вы­сокий во­рот с зо­лотой кай­мой, бо­гато ук­ра­шен­ный ру­бина­ми и сап­фи­рами; глу­бокий от­кры­тый и очень уз­кий лиф (не­подо­ба­ющий для ле­ди Фи­ора, но тра­дици­он­ный для бу­дущей ко­роле­вы Иш­га­ра), с от­кры­тыми ру­ками, на ко­торые, по тра­диции, на­дева­лись три зо­лотых брас­ле­та (три ши­рокие по­лос­ки зо­лота без кам­ней или дру­гих ук­ра­шений) для не­замуж­ней да­мы, и пыш­ная мно­гос­лой­ная юб­ка, от­де­лан­ная дра­гоцен­ны­ми кам­ня­ми. Утя­нутую та­лию же ук­ра­шал ши­рокий зо­лотой по­яс, ко­торый с обо­их сто­рон имел не­боль­шие за­ос­тре­ния, по­доб­но пи­кам на сте­нах кре­пос­ти.

Лю­си дол­го рас­смат­ри­вала ви­ти­ева­тые еле за­мет­ные узо­ры на тем­ной тка­ни. Крылья дра­конов и язы­ки пла­мени, цвет­ки роз и дра­кони­са. На тка­невых по­лот­нах отоб­ра­жались це­лые ис­то­рии с сра­жени­ями и по­беда­ми, с ис­то­ри­ями пер­вой влюб­леннос­ти и приз­на­ни­ями в люб­ви в са­дах под кро­нами фа­ер­сов. На­ряды бы­ли неп­ри­выч­ны­ми для ее взо­ра. Слиш­ком от­кры­тыми, об­на­жа­ющи­ми то, что в Фи­оре обыч­но не об­на­жали. Но сей­час она не бы­ла в Фи­оре и, ско­рее все­го, боль­ше ни­ког­да не бу­дет. Здесь она дол­жна бы­ла при­выкать к но­вым пра­вилам. К воз­душным на­рядам из дрип­ри­са, к зо­лотым ук­ра­шени­ям и ру­бинам в во­лосах; к сво­бод­ным при­чес­кам и к гру­бому иш­гар­ско­му на­речью, ко­торое, нес­мотря на дол­гое обу­чение у Ма­каро­ва, до сих пор да­валось ей с тру­дом. Ей нуж­но бы­ло при­вык­нуть к те­нис­той мес­тнос­ти и слиш­ком чис­то­му воз­ду­ху, к сдер­жанным и мол­ча­ливым дра­конам и к оди­ночес­тву, ко­торое вдруг нас­тигло ее.

Лю­си сжа­ла по­дол крас­ной юб­ки, скло­нив го­лову низ­ко, от­ча­ян­но же­лая спря­тать­ся от все­го ми­ра за за­наве­сом во­лос. Со­вер­шенно вне­зап­но и не­ожи­дан­но, смот­ря на эти платья, с фрей­ли­нами за сте­ной, ко­торые не же­лали с ней раз­го­вари­вать... она ощу­тила се­бя та­кой оди­нокой и по­кину­той. В да­леком крае, от­данной на от­куп за чу­жой мир. Раз­ве об этом она меч­та­ла всю жизнь? Кто-ни­будь ког­да-ни­будь спра­шивал об ее же­лани­ях?

Ник­то и ни­ког­да.

По­тому что у нее не мог­ло быть вы­бора. Она ро­дилась не в то вре­мя и не в той семье. Она бы­ла лишь жи­вым кус­ком мя­са, ко­торое мож­но бы­ло ки­нуть разъ­ярен­но­му зве­рю, что­бы умас­лить его.

Она дол­жна бы­ла стать вес­тни­ком ми­ра в то вре­мя, как в собс­твен­ной ду­ше у нее шла вой­на.

И хоть Иш­гар был вол­шебным кра­ем, а принц Зе­реф был юно­шей, о ко­тором мно­гие юные ле­ди мог­ли толь­ко меч­тать... Она всей ду­шой хо­тела ока­зать­ся до­ма, в сво­ем са­ду роз, сме­ющей­ся и ка­ча­ющей­ся на сво­ей ка­чели, спле­тен­ной из стеб­лей ли­ан. О боль­шем она и не же­лала.

— Ва­ше вы­сочес­тво, — Лю­си рез­ко под­ня­ла го­лову, и по ее ли­цу нель­зя бы­ло ска­зать, что се­кун­дой ра­нее она го­това бы­ла дать во­лю сле­зам, — при­шел пос­ланник от его вы­сочес­тва.

Лю­си обер­ну­лась, улыб­нувшись. Ле­ди Оли­ет­та дер­жа­лась ско­ван­ней, чем обыч­но, и Лю­си по­дума­ла, что но­вая об­ста­нов­ка дей­ство­вала не толь­ко на нее.

— Спа­сибо, Ла­ки, — про­шеп­та­ла она, вста­вая со сво­его мес­та. Ей все еще бы­ло неп­ри­выч­но, что платье не ощу­щалось на ее те­ле, и каж­дый раз у нее по­яв­ля­лось же­лание пос­мотреть на се­бя и удос­то­верить­ся, что она не бы­ла на­га.

Пос­ланник прин­ца был не­высо­кий дра­кон с вы­деля­ющей­ся рас­тре­пан­ной гус­той ше­велю­рой и боль­ши­ми ру­бино­выми серь­га­ми, ко­торые по­качи­вались в такт его дви­жени­ям. Дра­кон уч­ти­во по­вел в воз­ду­хе хвос­том в знак сво­его поч­те­ния.

— Его вы­сочес­тво пе­редал вам свое пос­ла­ние. Он не мо­жет соп­ро­водить вас, как он то­го обе­щал, и он вы­казы­ва­ет со­жале­ния по это­му по­воду. Од­на­ко принц На­цу ожи­да­ет вас в са­ду дра­кони­сов и го­тов сос­та­вить вам ком­па­нию в ва­шей про­гул­ке по зам­ку. Встре­ча за ужи­ном до сих пор ос­та­ет­ся в си­ле.

— Бла­года­рю вас, мис­тер...

— Ра­мал, ми­леди. Азир Ра­мал, вер­ный слу­га его вы­сочес­тва и ди­нас­тии Драг­нил.

— Бла­года­рю вас, мис­тер Ра­мал, — кив­ну­ла Лю­си. — Вы мо­жете ид­ти.

Дра­кон вновь уч­ти­во рас­чертил кон­чи­ком хвос­та в воз­ду­хе зиг­заг и уда­лил­ся. Лю­си бро­сила взгляд в зер­ка­ло: в гла­зах ее был ис­пуг, а в угол­ках губ па­ника, но она силь­нее сжа­ла ла­дони, бе­ря свои чувс­тва под кон­троль. Она бы­ла из ди­нас­тии Хар­тфи­ли­ев. Бла­город­но­го ро­да, ве­ликих во­инов и вер­ных сво­ему на­роду пра­вите­лей. Она не мог­ла быть сла­бой де­воч­кой. Не име­ла на это пра­ва.

И ког­да она вновь пос­мотре­ла на свое от­ра­жение, в гла­зах ее плес­ка­лась ре­шитель­ность, и Лю­си рас­пра­вила пле­чи, под­няв го­лову вы­ше. Вот так. Она прин­цесса и бу­дущая ко­роле­ва. Она мог­ла быть сла­бой на­еди­не с со­бой, но не тог­да, ког­да чу­жие взо­ры нап­равле­ны в ее сто­рону.

— Ле­ди, — го­лос ее был тверд, — пой­дем­те. Ле­ди Со­рано и ле­ди Юки­но, иди­те впе­реди ме­ня. К со­жале­нию, я еще не знаю ус­трой­ства зам­ка.

Все фрей­ли­ны от­ло­жили свои де­ла, ок­ру­жив ее, и они дви­нулись вслед за их дра­конь­ими спут­ни­цами. Воз­ле ее по­ко­ев сто­яли два страж­ни­ка, — дра­коны, ко­торых прис­лал ко­роль. Ее же ры­цари, ко­торые соп­ро­вож­да­ли ее из Фи­ора, сей­час оз­на­кам­ли­вались с мес­тностью и здеш­ним ус­трой­ством. Как толь­ко они пе­рес­ту­пили гра­ницы Иш­га­ра, они дол­жны бы­ли прой­ти спе­ци­аль­ную под­го­тов­ку и инс­трук­таж, и Лю­си с улыб­кой по­дума­ла об Эр­зе, ко­торая с яв­ной не­охо­той сей­час слу­шала ог­ромный спи­сок пра­вил для но­сите­лей ору­жия из лак­ри­миса в гра­ницах ко­ролевс­тва.

Ко­ролев­ский за­мок был боль­шим, из крас­но­го кам­ня с го­рящи­ми и днем, и ночью фа­кела­ми. Про­хода­ми меж­ду за­лами слу­жили ко­ридо­ры, ко­торый бы­ли аб­со­лют­но от­кры­тыми с од­ной сто­роны, — лишь вы­сокая ар­ка­да на ши­роких ко­лонах от­де­ляла их от про­пас­ти. Лю­си ста­ралась не смот­реть в ту сто­рону. Каж­дый раз ви­ды рас­сти­ла­ющей­ся да­леко вни­зу зем­ли или мо­ря пе­рех­ва­тыва­ли дух, и страх упасть в эту про­пасть про­никал в каж­дую кле­точ­ку те­ла. Она зна­ла, что за­мок Пол­ной Лу­ны стро­ил­ся еще при древ­них ко­ролях, дра­конах, ко­торые уме­ли при­нимать ис­тинное об­ли­чие, и упасть с этих вы­сот не пред­став­ля­ло для них опас­ности, ведь они уме­ли ле­тать. С го­дами дра­коньи крылья пе­рес­та­ли слу­жить по наз­на­чению, и сей­час ни один дра­кон не умел па­рить в не­бесах или из­вергать пла­мя.

Дра­коны пе­рес­та­ли быть те­ми смер­то­нос­ны­ми су­щес­тва­ми, ко­торы­ми их при­вык­ли счи­тать лю­ди, но ме­нее опас­ны­ми они от это­го не ста­ли.

— Ка­ков он, принц На­цу? — за­дала воп­рос Лю­си Юки­но и Со­рано, же­лая знать от­вет, но уже и не на­де­ясь его по­лучить. Од­на­ко, на ее собс­твен­ное удив­ле­ние, он пос­ле­довал.

— Принц На­цу бла­горо­ден и добр, — про­гово­рила Юки­но, и в ров­ном го­лосе ее Лю­си уло­вила нот­ки вос­хи­щения. — Он ве­рен сво­ему сло­ву. Он си­лен, очень си­лен. И он не по­хож на обыч­ных дра­конов — слиш­ком он энер­ги­чен. Он ува­жа­ем во дво­ре, и он, бе­зус­ловно, кра­сив. Не той кра­сотой, ко­торая при­выч­на гла­зу. А той, что мож­но уви­деть толь­ко сер­дцем.

— Как вы уже мог­ли по­нять, ми­леди, моя сес­тра без­на­деж­но в не­го влюб­ле­на, — раз­дался нас­мешли­вый го­лос Со­рано, и Лю­си с удив­ле­ни­ем по­няла, что две эти де­вуш­ки дей­стви­тель­но на­чали сво­бод­но с ней раз­го­вари­вать.

По­хоже, ес­ли кап­нуть глуб­же, дра­коны не так уж и силь­но от­ли­чались от лю­дей.

— Ес­ли столь прек­расная ле­ди от­да­ла свое сер­дце прин­цу, я мо­гу с уве­рен­ностью ду­мать, что он дей­стви­тель­но та­кой, как о нем го­ворят, — про­гово­рила Лю­си, с улыб­кой уви­дев, как кон­чи­ки ушей Юки­но чуть по­розо­вели.

Фрей­ли­ны по­зади нее пе­рег­ля­нулись. Лед, ко­торый был меж­ду ни­ми, мед­ленно та­ял.

— Сю­да, ми­леди, — пре­дуп­ре­дила Со­рано, по­вер­нув в сто­рону ис­кусно ук­ра­шен­но­го ароч­но­го пор­та­ла. Преж­де чем две­ри от­кры­лись, и они прош­ли внутрь, Лю­си ус­пе­ла уви­деть на ос­тро­конеч­ном вим­перге резь­бу в ви­де цвет­ков дра­кони­са и лис­тов фа­ер­са. Ри­сунок был нас­толь­ко ис­кусным и кро­пот­ли­вым, что прин­цесса по­обе­щала се­бе чуть поз­же пос­вя­тить не­кото­рое вре­мя, что­бы раз­гля­деть каж­дую де­таль.

Од­на­ко все мыс­ли тут же ис­чезли, ког­да слад­ко­вато-тер­пкий аро­мат од­ним по­рывом вет­ра оку­тал все ее соз­на­ние. Лю­си удив­ленно мор­гну­ла, ус­тре­мив взгляд впе­ред, и на мгно­вение за­дер­жа­ла ды­хание.

Сад дра­кони­сов по пра­ву счи­тал­ся вол­шебным и уди­витель­ным мес­том. Са­ми эти цвет­ки рос­ли толь­ко на тер­ри­тории Иш­га­ра, не при­нимая ни­какой дру­гой кли­мат, кро­ме это­го (хо­тя, мно­гие счи­та­ют, что они мо­гут рас­ти лишь в при­сутс­твии дра­конов). Это бы­ли вы­сокие пыш­ные кус­тарни­ки, вдвое вы­ше кус­тов роз. Лю­си прош­ла впе­ред, сту­пая на мяг­кую, нет­ро­нутую тра­ву, и ее взгляд зас­коль­зил по от­ры­вав­ше­муся от­сю­да ви­ду.

Ла­биринт дра­кони­сов был ог­ромным и за­путан­ным, и Лю­си не мог­ла ох­ва­тить его взгля­дом пол­ностью. Чуть по­одаль, пе­ред на­чалом ла­бирин­та, ук­ры­тым кув­шинка­ми по­лот­ном рас­по­ложил­ся ак­ку­рат­ный пруд, а вда­ли мож­но бы­ло ус­лы­шать жур­ча­ние ручья. Сад был пол­ностью ук­рыт тенью ог­ромных фа­ер­сов, и толь­ко тон­кие лу­чи сол­нца, ко­торые про­ника­ли сквозь пыш­ную кро­ну, прон­за­ли это мес­то тон­ки­ми зо­лоты­ми ни­тями. Пе­ред на­чалом ла­бирин­та, ук­ра­шая вход, вер­ны­ми страж­ни­ками сто­яли два мра­мор­ных дра­кона. Ста­туи пред­став­ля­ли из се­бя ароч­ный вход: од­на из них бы­ла дра­коном с че­ловечь­им ли­цом и те­лом; ру­ка его бы­ла под­ня­та вверх, и кон­чик ука­затель­но­го паль­ца со­еди­нял­ся с кон­чи­ком ос­тро­го ког­тя вто­рой ста­туи — дра­кона, ис­тинно­го дра­кона, с про­дол­го­ватой мор­дой и че­шуй­ча­тым те­лом. Они оли­цет­во­ряли этих су­ществ, ко­торые в од­но вре­мя мог­ли быть ми­ролю­бивы­ми, но спо­соб­ны­ми в лю­бое вре­мя про­будить в се­бе во­инов и за­щит­ни­ков.

В этом мес­те, ка­залось, жи­ла са­ма при­рода. Пе­ние птиц, раз­ное и не­похо­жее друг на дру­га; жур­ча­ние во­ды и нет­ро­нутая при­рода. Да­же ста­туи бы­ли пок­ры­ты у под­ножья мхом, и нес­коль­ко ни­точек ли­ан опу­тыва­ли их. Это мес­то мог­ло быть заб­ро­шен­ным, ес­ли бы оно не бы­ло та­ким жи­вым.

— Вы мо­жете про­гулять­ся, — про­гово­рила Лю­си, же­лая хоть на мгно­вение ока­зать­ся в оди­ночес­тве, что­бы нас­ла­дить­ся этим ко­рот­ким еди­нени­ем с при­родой.

Фрей­ли­ны ра­зош­лись, а Лю­си прош­ла в ароч­ный вход, ре­шив нем­но­го здесь поп­лу­тать. Прин­цесса мог­ла слы­шать го­лоса дру­гих дра­конов, ко­торые так же, как и она, лю­бова­лись кра­сота­ми это­го мес­та, но на ее пу­ти, по­ка она пет­ля­ла по за­путан­ным ко­ридо­рам, не по­палось ни од­но­го из них.

Цвет­ки дра­кони­са бы­ли на­сыщен­но­го ало­го цве­та. Ле­пес­тки их бы­ли раз­дво­ен­ны­ми, и из-за это­го бу­тон на­поми­нал огонь, ко­торый мож­но бы­ло дер­жать в ру­ках. Лю­си с ин­те­ресом про­вела ру­кой по од­но­му из бу­тонов: на ощупь он был бар­хатным, а аро­мат от этих цве­тов был тер­пким, но при­ят­ным. Лю­си улыб­ну­лась, приб­ли­зив­шись к бу­тону чуть бли­же. Он был прек­расным и та­ким оди­ноким в ок­ру­жении этих тем­но-зе­леных листь­ев. Он был ма­лень­ким от­шель­ни­ком в этом ог­ромном ми­ре. Он был один... Как и она.

Лю­си под­ня­ла взгляд и спус­тя мгно­вение от­пря­нула. Че­рез не­боль­шой прос­вет меж­ду листь­ев бы­ли вид­ны чу­жие тем­но-зе­леные гла­за, ко­торые вни­матель­но сле­дили за ней, и хоть она не мог­ла ви­деть об­ла­дате­ля этих глаз, ве­селые огонь­ки в них, го­вори­ли ей о том, что ко­му бы то ни бы­ло, бы­ло ве­село. Как толь­ко нек­то по­нял, что был пой­ман, че­рез сте­ну кус­та пос­лы­шал­ся за­ливис­тый смех. Гром­кий и за­рази­тель­ный.

Лю­си нах­му­рилась, и вол­на воз­му­щения под­ня­лась в ней. Это бы­ло не­поз­во­литель­но, так наг­ло вры­вать­ся в чу­жие ми­нуты по­коя.

— По­кажи­тесь, — влас­тно про­гово­рила она, и тут же над вы­соки­ми кус­та­ми дра­кони­са по­яви­лась рас­тре­пан­ная ше­велю­ра на­сыщен­но­го ро­зово­го цве­та, а чуть поз­же и ли­цо ее об­ла­дате­ля.

Это был юно­ша, воз­можно, чуть стар­ше нее. Нель­зя бы­ло точ­но ска­зать по этим ис­кря­щим­ся ве­сель­ем гла­зам и ши­рокой улыб­ке, но дра­кон точ­но не дос­тиг сво­его двад­ца­тиле­тия, — в ухе не бы­ло го­воря­щего о со­вер­шенно­летии коль­ца. По­зади не­го вы­пира­ли два на­сыщен­но алых кры­ла, чуть тем­нее, чем цвет­ки дра­кони­са. Нель­зя бы­ло точ­но ска­зать был ли он так вы­сок, или же сто­ял на но­соч­ках, но он точ­но был вы­ше Лю­си. Вок­руг его шеи был за­вязал се­рый шарф, а сам он был об­ла­чен в чер­ный кам­зол с зо­лотой и се­реб­ря­ной вы­шив­кой.

Дра­кону бы­ло ве­село, и на его ли­це не бы­ло ни кап­ли со­жале­ния.

— Прос­ти­те, ми­леди, — про­гово­рил он, — но я был оча­рован ва­шим прис­таль­ным вни­мани­ем к это­му нес­час­тно­му цвет­ку.

— Вы на­руши­ли мое оди­ночес­тво, не пре­дуп­ре­див о сво­ем при­сутс­твии, — зве­нящим от злос­ти го­лосом ска­зала она. — Я ду­мала, что лич­ное прос­транс­тво для дра­конов свя­щен­но.

Юно­ша ус­мехнул­ся, де­монс­тра­тив­но по­ложив го­лову на сло­жен­ные ла­дони, и изу­ча­ющий взгляд его был прис­таль­ным и не­удоб­ным. В ко­торый раз Лю­си за­хоте­лось пос­мотреть на се­бя и удос­то­верить­ся, что она не бы­ла об­на­жена.

— Но вы, ле­ди, не дра­кон, — за­метил он.

— Раз­ве от­ме­ня­ет это то, что я на­хожусь на тер­ри­тории Иш­га­ра, ко­ролевс­тва дра­конов? — па­риро­вала она.

— Я лишь пы­та­юсь вес­ти се­бя так, как при­выч­но вам.

— В Фи­оре джентль­ме­ны не поз­во­ля­ют се­бе та­ких воль­нос­тей, — от­ре­зала Лю­си, мыс­ленно вспо­миная весь по­рок и грязь дво­ра, ко­торый она ви­дела, но ко­торый ни­ког­да не ка­сал­ся лич­но ее. Она бы­ла прин­цессой. Она бы­ла не­вин­ной, и ее те­ло и ду­ша пол­ностью при­над­ле­жали ее бу­дуще­му му­жу.

— Так вы од­на из фрей­лин при­быв­шей прин­цессы? — спро­сил дра­кон, и взгляд его был та­ким прис­таль­ным и про­жига­ющим, раз­де­ва­ющим, неп­ри­выч­ным для нее. Ник­то не смел так смот­реть на прин­цессу Фи­ора.

— Я... я...

Она не мог­ла най­ти слов, что­бы от­ве­тить. Столь воз­му­титель­ным бы­ло по­веде­ние это­го дра­кона.

— Твой иш­гар­ский ужа­сен, — за­метил дра­кон, по­хоже, ре­шив, что ее за­ика­ние бы­ло выз­ва­но нез­на­ни­ем слов. Он од­ним ре­шитель­ным жес­том взмах­нул крыль­ями, и пе­рес­ко­чил че­рез сте­ну кус­тов, и тут же на­чал на­пирать на нее. Лю­си по­пяти­лась на­зад, упер­шись в прег­ра­ду дра­кони­сов, и ис­пу­ган­но пос­мотре­ла на пы­ла­ющие ре­шитель­ностью гла­за дра­кона. Он был вы­ше ее. У не­го бы­ли ши­рокие пле­чи, и он ис­то­чал а­уру ди­кого зве­ря, на­пугав ее не на шут­ку. Сей­час так не хва­тало Эр­зы с ее ме­чом из лак­ри­миса. Зря она отос­ла­ла фрей­лин. — Лад­но, ты до­воль­но ми­ла, а мою пос­тель ни­ког­да не гре­ло те­ло че­лове­ка. При­ходи се­год­ня ночью в мои по­кои и по­кажи мне, че­му те­бя на­учил двор Фи­ора.

Лю­си смот­ре­ла на не­го ши­роко рас­пахну­тыми гла­зами, чувс­твуя силь­ные уда­ры сер­дца, рас­пи­ра­ющие ее груд­ную клет­ку, и единс­твен­ной ее мыслью бы­ло каз­нить на­халь­но­го бе­зум­ца. Как он смел с ней так об­ра­щать­ся?! Со сво­ей бу­дущей ко­роле­вой!

Но тут же она осоз­на­ла, что он не знал, кем она бы­ла.

— Я не раз­де­лю с то­бой ло­же, — чет­ко про­гово­рила она, и в зе­леных гла­зах вспых­ну­ло лю­бопытс­тво. — По­тому что...

— Ва­ше вы­сочес­тво! — раз­да­лось об­легчен­ное вос­кли­цание, и Лю­си уви­дела, как все ее фрей­ли­ны, во гла­ве с Юки­но и Со­рано, спе­шили к ней.

Дра­кон ото­шел чуть в сто­рону, но ру­ку, ко­торой он при­пирал ее к кус­там, не от­нял.

— Ми­леди, — улыб­нулся он.

Юки­но и Со­рано тут же ос­та­нови­лись, по­хоже, толь­ко сей­час уви­дев его, и тут же скло­нились в пок­ло­не.

— Ва­ше вы­сочес­тво, — син­хрон­но про­гово­рили они. Лю­си тут же выш­ла впе­ред, из­ба­вив­шись, на­конец, от стран­но­го гип­но­тизи­ру­юще­го об­щес­тва наг­ло­го дра­кона.

— Ле­ди, я ра­да вас ви­деть.

Де­вуш­ки вып­ря­мились, с ин­те­ресом пе­реве­дя взгляд с прин­цессы на ря­дом сто­яще­го дра­кона.

— Так вы уже поз­на­коми­лись? — с улыб­кой спро­сила Юки­но.

Лю­си не­пони­ма­юще нах­му­рилась.

— Что?

— Оу, вы еще не ус­пе­ли? — Юкин­но мах­ну­ла ру­кой в сто­рону дра­кона. — Ми­леди, пе­ред ва­ми его вы­сочес­тво На­цу Драг­нил, принц ко­ролевс­тва Иш­гар, вто­рой сын ко­роля на­шего Иг­ни­ла и млад­ший брат нас­ледно­го прин­ца Зе­рефа.

Лю­си от не­ожи­дан­ности сде­лала неп­ро­из­воль­ный шаг в сто­рону, удив­ленно встре­тив­шись взгля­дом с не­до­умен­ным взгля­дом прин­ца, ко­торый, по­хоже, еще не до кон­ца по­нимал, что здесь про­ис­хо­дит.

— Ва­ше вы­сочес­тво, — об­ра­тилась Юки­но уже к прин­цу. — Пе­ред ва­ми ее вы­сочес­тво Лю­си Хар­тфи­лия, прин­цесса Фи­ора, единс­твен­ная дочь ко­роля Джу­до V, не­вес­та прин­ца Зе­рефа и бу­дущая ко­роле­ва Иш­га­ра.

По са­ду раз­несся лег­кий по­рыв вет­ра, и все­го на мгно­вение слад­ко­вато-тер­пкий аро­мат цве­тов стал силь­нее, а Лю­си мог­ла ви­деть за­родив­ше­еся в гла­зах прин­ца по­нима­ние. Он шо­киро­вано пос­мотрел в ее гла­за, и ни он, ни она не зна­ли, что ска­зать.

Это зна­комс­тво бы­ло слиш­ком стран­ным и не­лов­ким, не­подо­ба­ющим для особ ко­ролев­ской кро­ви.

Принц На­цу рас­чертил зиг­заг в воз­ду­хе сво­им хвос­том, а Лю­си, смот­ря на вдруг став­шее серь­ез­ным ли­цо прин­ца, с грустью по­дума­ла о том, что, по­хоже, все пред­став­ле­ние бед­ной Юки­но о нем бы­ло ис­ка­жен­но сле­пой влюб­ленностью. Ко­ролев­ский двор всег­да был мес­том всей гря­зи и по­рока это­го ми­ра, и для люб­ви здесь не бы­ло мес­та, хоть на мгно­вение Лю­си и по­каза­лось, что Иш­гар был дру­гим.

— При­ят­но поз­на­комить­ся, — сдер­жанно про­гово­рила прин­цесса, скло­нив­шись в пок­ло­не.

И ей еще пред­сто­ит уз­нать это мес­то со все­ми его тем­ны­ми и гни­лыми уг­ла­ми.