Шёлк красоты.
Горячая вода смыла с меня не только пыль пустыни, но и ту липкую, серую тревогу, которая преследовала меня последние дни. После душа я чувствовала себя так, будто заново родилась. Влажные пряди волос приятно холодили спину, рассыпаясь по плечам тяжелым, блестящим каскадом. Я улыбнулась своему отражению в затуманенном зеркале, наслаждаясь забытым ощущением легкости, и, плотнее обернувшись мягким полотенцем, вышла в комнату, которую Гвендолин выделила специально для нас.
Девочки уже вовсю занимались собой. Клара и Сьюзен сидели у окна, методично расчесывая свои длинные волосы, которые в мягком свете комнаты казались шелковыми нитями. Люси сосредоточенно копалась в ворохе яркой одежды, разложенной на кроватях, выбирая, что надеть.
— Я будто заново родилась, — повторила я вслух, чувствуя, как по телу разливается приятная нега.
— И не говори, — Клара обернулась и подмигнула мне. — Я уже забыла, что кожа может быть чистой, а не покрытой коркой соли и песка.
Улыбаясь, я подошла к Люси. Увидев наряды, которые подготовила Гвендолин, я окончательно пришла в восторг. Это было именно то, что нужно для такого жаркого и душного края. Одежда была в традиционном восточном стиле, легкая и почти невесомая.
Там лежали шаровары из тончайшей ткани, которые фиксировались на бедрах широкими поясами, и короткие топы, расшитые бисером и мелкими золотыми монетами. Костюмы были почти одинаковыми, их различал только цвет и форма лифа — у кого-то были открытые плечи, у кого-то тонкие бретели, перекрещивающиеся на спине.
Сьюзен и Клара подошли к нам, и Клара восхищенно присвиснула.
— Они...
— Шикарные, — закончила я за неё, проводя пальцами по ярким тканям.
— Согласна с вами, — кивнула Сьюзен, её глаза профессионально оценивали качество кроя. — В такой одежде нас никто не примет за чужестранцев.
Люси лишь звонко рассмеялась, глядя на наши завороженные лица.
— Чур, я возьму желтое! Оно такое солнечное! — она подхватила наряд цвета спелого лимона.
— Я тогда зеленое, — Клара схватила изумрудный комплект. — Под цвет глаз.
— Ну а я красное, — Сьюзен улыбнулась, забирая рубиновый шелк.
Они, весело переговариваясь, разошлись по разным углам комнаты переодеваться. Я, посмеиваясь, покачала головой. Мне достался наряд глубокого синего цвета — цвета ночного неба над пустыней. Взяв его в руки, я ощупала материал. Настоящий шелк. Мягкий, прохладный и удивительно нежный на ощупь.
Сбросив полотенце, я начала переодеваться. Шаровары сели идеально, подчеркивая фигуру, но при этом давая полную свободу движениям. Топ удерживался на плечах тонкими золотистыми нитями, оставляя открытой полоску кожи на животе. Ткань ласкала тело, и я чувствовала себя в этом костюме удивительно естественно, словно всегда его носила.
Подойдя к большому зеркалу в золоченой раме, я увидела себя и ахнула. Синий цвет делал мою кожу почти фарфоровой, а глаза — яркими и глубокими. Я не успела даже рассмотреть себя как следует, когда из-за ширмы вышла Клара.
Я медленно повернулась к ней и застыла. Она была прекрасна. Зеленый шелк переливался при каждом её шаге, а золотые украшения на поясе мелодично позванивали.
— Клара, ты... — я не могла подобрать слов.
— А ты... — она широко улыбнулась, разглядывая меня. — Нора, ты в этом синем выглядишь как настоящая восточная принцесса.
Тут вышли Сьюзен и Люси. Мы все одновременно посмотрели друг на друга и ахнули в унисон. Сьюзен в красном выглядела величественно и властно, а Люси в желтом казалась маленьким теплым огоньком.
Мы, не выдержав, завизжали как ненормальные девчонки, которыми, по сути, и являлись, если забыть о войнах и магах. Схватившись за руки, мы начали прыгать и кружиться по комнате, смеясь от переполнявшего нас восторга. В этот момент не было никакой ответственности, только мы и этот невероятный момент красоты.
— Какие же вы все красивые! — воскликнула я, переводя дух.
— Надеюсь, Эдмунд не упадет в обморок, когда увидит тебя, — подмигнула мне Клара, хитро прищурившись.
Я лишь демонстративно цокнула и закатила глаза, хотя сердце предательски пропустило удар. Мысль о том, как Эдмунд отреагирует на мой новый облик, заставила меня внутренне напрячься. Будет ли он снова язвить или на этот раз у него закончатся слова?
— Пойдемте уже, — сказала я, стараясь придать голосу уверенности и поправляя синий шелк на бедрах. — Нас, наверное, уже заждались.
Я пригладила влажные волосы, которые теперь лежали аккуратными волнами, и первой направилась к двери. Мы выходили из комнаты — четыре девушки в шелках, готовые встретить любые тайны этого золотого города.