Холодный расчёт.
Поляна, которую выбрал Питер, была залита предзакатным золотом. Длинные тени от деревьев растягивались по примятой траве, создавая причудливые узоры. Воздух здесь был неподвижным, тяжелым от запаха разогретой хвои и диких трав. Я остановился в самом центре этого круга, чувствуя, как внутри просыпается старая привычка — анализировать всё вокруг: расстояние до противника, наклон почвы, направление ветра.
Нора шла следом, и я слышал её решительные шаги. Она не была из тех, кто боится трудностей, но я видел, как она то и дело поправляет рукава, пытаясь скрыть легкое волнение.
— Стой тут, — скомандовал я, оборачиваясь к ней.
Она замерла, глядя на меня в упор. Её синие глаза в этом свете казались почти черными. Без лишних слов я вытянул руку, протягивая ей свой меч. Это был не тренировочный клинок, а мой верный спутник, закаленный в боях. Нора помедлила секунду, затем уверенно обхватила рукоять пальцами.
Как я и ожидал, клинок тут же потянул её руку вниз. Она чуть нахмурилась, выпрямляя спину и стараясь удержать оружие ровно.
— Тяжелый, — процедила она, не желая признавать слабость, но я видел, как напряглись мышцы на её запястье.
— Ну а что ты хотела? — я усмехнулся, подходя к ней вплотную и заходя со спины. — Это не кухонный нож и не школьная линейка. Меч — это ответственность. Он требует силы не только в руках, но и в характере.
Я осторожно положил свои ладони поверх её рук на эфесе. От неё пахло лавандовым мылом Лилии и тем особенным, «лондонским» ароматом, который я не мог описать, но узнал бы из тысячи. Я начал медленно поправлять её хват, разворачивая кисти под правильным углом.
— Смотри, держать надо так, — негромко произнес я, чувствуя, как она едва заметно вздрогнула от близости. — Не сжимай его так сильно, будто пытаешься задушить. Меч должен дышать вместе с тобой. Расслабься. Если рука будет как каменная, ты устанешь через пять минут боя.
Я мягко надавил на её плечи, заставляя её опуститься чуть ниже, принимая базовую стойку.
— Тепеиь смотри. Постарайся просто сделать выпад, — продолжал я, отпуская её руки и отходя на шаг. — Ты должна научится хотя бы защищаться, чувствовать баланс, а потом уже нападать. Твоя задача сейчас — понять, как движется центр тяжести этого куска стали.
Нора посмотрела на клинок, затем на меня. Её лоб прорезала упрямая складка.
— Как этот выпад делать-то? — раздраженно спросила она. — Я не понимаю, куда девать ноги, когда в руках эта бандура.
Я смотрел на неё и понимал, что теория — это не её конек. Ей нужна была практика, живое движение. Просто стоять и махать воздухом было для Норы скучно, а скука порождала невнимательность. Чуть нахмурившись и потерев переносицу, я придумал, как превратить скучный урок в нечто более эффективное.
— Сейчас, подожди тут, — бросил я ей.
Я быстро вернулся к нашему лагерю, где Сьюзен и Люси о чем-то перешептывались, наблюдая за нами. Взяв у Люси её меч я пошёл обратно.
Вернувшись на поляну, я увидел, что Нора уже успела пару раз взмахнуть моим мечом, едва не задев собственное колено. Заметив у меня в руках второй клинок, она удивленно изогнула бровь.
— Нападай, — коротко бросил я, принимая оборонительную позицию.
Она вскинула брови, и в её взгляде на мгновение промелькнул испуг, тут же сменившийся вызовом.
— Ты сейчас серьёзно?
— Вполне, Нора. Давай.
— А если я... если я тебя задену? — она замялась, крепче перехватывая рукоять.
— Давай! — рявкнул я, провоцируя её.
Она чуть подумала, шумно вздохнула и, вскинув меч, бросилась на меня. Удары были хаотичными, неумелыми, она просто махала сталью, надеясь на удачу. Я лишь легко уворачивался, едва заметными движениями убирая её удары своим клинком. Звон стали о сталь разносился по лесу, как тревожный набат.
Через пару минут она, тяжело дыша, остановилась. Прядь волос выбилась, лицо раскраснелось.
— Неплохо для начала, — признал я, опуская меч. — Но. Злость долой, Блэквуд. Гнев затуманивает зрение. Тебе нужен холодный расчет. Будь всегда начеку, следи за моими глазами, а не за кончиком меча. Теперь нападаю я, а ты постарайся защищаться.
Я начал нападать. Двигался я медленно, намеренно обозначая каждый замах, чтобы дать ей время среагировать. К моему удивлению, она начала справляться очень даже хорошо. У неё была природная реакция — быстрая, почти кошачья. Она ловила ритм, её движения становились более уверенными.
— Неплохо. Ты очень хорошо учишься, — подбодрил я её, когда она успешно отбила серию моих легких выпадов.
Она довольно улыбнулась, и эта улыбка была настолько искренней и светлой, что я на секунду засмотрелся, едва не пропустив её ответный выпад.
— Да вроде бы ничего сложного, — самонадеянно заявила она, поправляя волосы.
— Тебе так кажется, — я мгновенно стал серьезным, остужая её пыл. — Тебе так кажется, потому что это я тебя учу. Я не хочу тебя ранить. А враг учить не будет. Он будет нападать без передышки, пока не убьет.
Нора посмотрела на свой меч, и я увидел, как она тяжело сглотнула. Реальность её нового положения — мира, где сталь решает всё, — навалилась на неё со всей очевидностью. Но она не сдалась. Вздохнув, она снова принялась нападать и защищаться.
Следующие полчаса мы провели в непрерывном движении. Её удары всё еще были далеки от совершенства, они были угловатыми и порой слишком размашистыми, но для новичка, который еще вчера боялся подойти к оружию, это было впечатляюще. Я видел, как она старается, как анализирует каждое мое движение. В какой-то момент мы сцепились мечами вплотную, и я почувствовал её решимость — она буквально вибрировала в воздухе.
— Ладно. Все. На сегодня хватит, — сказал я, мягко отводя её клинок в сторону. — Базу ты знаешь уже хорошо. Для первого дня — более чем достаточно.
Она опустила меч, её плечи поникли от усталости, но в глазах светилось удовлетворение. Нора просто кивнула, вытирая пот со лба.