Тени предательства.
Мы влетели в комнату так, словно за нами гналась сама Снежная Королева. Адреналин бил по венам, вымывая остатки сна и ту малую долю тепла, что ещё теплилась после нашего ночного похода к реке. Нора, бледная, но решительная, бросилась к кроватям девочек, начиная тормошить их. Я же, не теряя ни секунды, принялся сгребать разбросанные по комнате вещи. Сумки, ремни, плащи — всё летело в кучу. Каждая секунда была на счету, я кожей чувствовал, как время утекает сквозь пальцы, подобно песку.
— Элеонор, ну дай поспать, а... — сонно пробормотала Сьюзен, натягивая одеяло выше.
— Нет, Сьюзен, вставайте! Все вставайте! — мой голос прозвучал как удар хлыста.
Услышав мой тон, Сьюзен резко села, мгновенно сбросив сон. Пэвенси знали этот голос: так я отдавал приказы на поле боя. Следом за ней зашевелились Люси и Клара, испуганно озираясь по сторонам.
— Что случилось? — Питер уже был на ногах, натягивая сапоги и одновременно хватаясь за рукоять меча, прислоненного к кровати.
— Мы слышали их разговор на кухне. Мы в ловушке, Питер. Весь этот дом — одна большая мышеловка, — Нора лихорадочно закидывала вещи в сумки и накидывала на плечи плащ. Её руки подрагивали, но действовала она на удивление чётко. — Они собираются расправиться с нами на рассвете. Нужно уходить. Сейчас же.
Лишних вопросов больше не последовало. Пэвенси и Клара в считанные мгновения собрали пожитки. Мы замерли у двери, прислушиваясь к тишине коридора. Я осторожно приоткрыл створку и вышел первым, держа руку на эфесе меча. Темнота казалась враждебной. Убедившись, что путь свободен, я уже хотел сделать шаг к лестнице, как вдруг почувствовал на своей руке маленькие холодные пальцы. Люси.
— Эдмунд, постой... — прошептала она, указывая назад. — Может, лучше через окно? Если они караулят внизу, мы выйдем прямо на них.
Я замер. Она была права. Лестница вела прямиком в лапы Джона и его сыновей. Мы вернулись в комнату, плотно закрыв дверь и заперев её на засов.
— Да. Давайте через окно. Только тихо, — скомандовал я.
Подойдя к окну, мы распахнули створки. Ночной воздух ворвался внутрь, принося запах близкой грозы. Внизу расстилался темный двор, а высота второго этажа в этом старом доме казалась куда внушительнее, чем снаружи.
— Высоковато... — Сьюзен с сомнением посмотрела вниз. — Прыгать — значит переломать ноги.
Вдруг сзади послышался резкий шелест. Мы обернулись и увидели Нору. Она действовала молча и яростно: сдергивала простыни, одеяла и связывала их между собой крепкими морскими узлами, делая импровизированную веревку. Её лицо было сосредоточенным, брови сведены к переносице.
— Помогайте! — скомандовал Питер.
Через минуту наша «лестница» была готова. Мы привязали один конец к массивной ножке тяжелой дубовой кровати, а другой выбросили в окно.
— Давайте я первый, — Питер уже перемахнул через подоконник. — Потом девочки. Эдмунд, ты последний. Чтобы в случае чего я смог защитить их внизу, а ты прикрыл тыл здесь.
Я кивнул. Питер быстро, по-королевски ловко соскользнул вниз, скрывшись в тени. Следом пошла Люси, затем Сьюзен и Клара. Осталась только Нора. Она застыла у подоконника, глядя вниз, и я увидел, как побелели её костяшки, когда она вцепилась в раму.
— Нора, давай, чего же ты? — поторопил я её, бросая взгляд на дверь, за которой, как мне показалось, послышались шаги.
— Может... может, ты первый? — её голос дрогнул. Я посмотрел на её руки — они мелко дрожали.
Я нахмурился. Гордая, язвительная Нора Блэквуд, которая не боится ледяной воды и острых слов, сейчас выглядела по-настоящему напуганной.
— Боишься высоты? — догадался я.
Она лишь бросила на меня быстрый взгляд, полный боли и признания, и снова посмотрела вниз, сглатывая комок.
— Ну, что вы там? — донесся снизу едва слышный шепот Питера.
Времени на уговоры не было. Я недолго думая шагнул к ней и прижал к себе, обхватив одной рукой за талию.
— Что ты делаешь?! — ахнула она, но не оттолкнула.
— Держись за меня. Просто закрой глаза, — прошептал я ей в самое ухо.
Я перехватил веревку свободной рукой и, крепко прижимая Нору к себе, начал спускаться. Она вцепилась в мою рубашку так, будто от этого зависела её жизнь, и спрятала лицо у меня на груди. Я чувствовал её частое дыхание и то, как сильно колотится её сердце. В этот момент она не была врединой или врагом. Она была просто напуганной девчонкой, доверившей мне свою жизнь.
Как только наши ноги коснулись земли, она мгновенно отстранилась, пытаясь вернуть самообладание, хотя её всё ещё пошатывало.
— К кузне! — скомандовал Питер.
Мы со всех ног бросились к постройке, где находились наши кони. Тьма двора была обманчива. Мы уже почти добежали до ворот, начали на ходу забрасывать сумки на седла, как вдруг тишину разорвал крик, от которого кровь застыла в жилах.
— Куда собрались? — голос Стивена прозвучал из тени навеса.
— Далековато ли путь держите? — вторила ему Лолита, выходя с другой стороны.
Мы обернулись. Свет факелов, которые внезапно зажглись в руках подоспевших стражников, выхватил из темноты Лолиту, Стивена и самого Джона. Они стояли, преграждая нам выход, и в их руках было оружие. Но самое страшное было не это. Стивен держал Нору, которая, видимо, на секунду замешкалась у входа. К её горлу был прижат длинный, остро заточенный охотничий нож.
— Так-так, — Стивен оскалился, глядя на меня. — Даже не думайте доставать мечи. Иначе можете попрощаться с этой цыпочкой. Одно движение — и её кровь украсит этот грязный пол.
Я почувствовал, как внутри меня всё закипает от ярости. Рука сама сжалась на рукояти меча так, что пальцы онемели. Стивен улыбался — той самой улыбкой, которую я возненавидел ещё в начале, только теперь она была сдобрена нарнийским безумием.
— Схватите их, — приказал Джон.
Стражники, которых было не меньше десятка, окружили нас. Мы пытались сопротивляться, но численный перевес и нож у горла Норы заставили нас замереть. Нас грубо схватили под руки, отбирая основное оружие.
Джон подошел ближе, его лицо в свете факелов казалось маской дьявола.
— На рабство пойдете. Сгодитесь там, ребятки. На севере всегда нужны крепкие руки, а из девчонок выйдут неплохие служанки... или что получше.
— Даже как-то жалко, — Лолита наигранно надула губы.
Стерва. Она бесила меня с первой встречи, и сейчас моё желание свернуть ей шею стало почти физическим.
— И не говори, — Стивен сильнее прижал лезвие к шее Норы, отчего на её коже выступила крохотная капля крови. — Я даже не успел позабавиться с тобой, Элеонор. А ведь ты мне почти понравилась.
Это стало последней каплей. Они думали, что разоружили нас, но они забыли, что я — Эдмунд Пэвенси, и я никогда не иду в логово врага без запасного плана. В моем рукаве всегда был припрятан маленький, идеально сбалансированный нож.
Одним коротким, неуловимым движением я выхватил его. Свист стали был почти неслышен в ночном воздухе. Нож пролетел разделяющее нас расстояние и вошел точно в лоб Стивену. Тот даже не успел вскрикнуть — его глаза закатились, и он замертво рухнул на землю, выпуская Нору.
— В БОЙ! — взревел Питер, который только этого и ждал.
Началась неописуемая суета. Нора, сориентировавшись, ударила ближайшего стражника локтем и бросилась ко мне. Мы выхватили свои мечи у опешивших врагов. Сталь зазвенела о сталь. Мы отбивались яростно, шаг за шагом прорываясь к лошадям. Филипп, почуяв битву, заржал, вставая на дыбы и сбивая копытами одного из нападавших.
— Прыгайте! — крикнул я, помогая Норе вскочить в седло впереди меня.
Мы запрыгнули на коней. Питер, Сьюзен, Люси и Клара уже были в седлах.
— Вперёд! — Питер ударил коня пятками.
Мы потянули за поводья, и наши скакуны, почувствовав свободу и опасность, взвились на дыбы, расчищая копытами путь сквозь ряды стражников. Мы со всей силы помчались прочь из этой проклятой деревни, оставляя позади крики Джона над телом сына и гаснущие огни предательского гостеприимства. Ветер бил в лицо, а сердце всё ещё колотилось от осознания: мы живы, но война только начинается.