В тени.
Я шла по узкой, едва различимой тропинке, которая змеилась между исполинских деревьев. Здесь, в глубине чащи, царил вечный полумрак. Кроны смыкались так плотно, что солнце, которое еще полчаса назад слепило глаза на берегу, теперь казалось лишь далеким воспоминанием. Холод, тяжелый и влажный, начал бесцеремонно пробираться сквозь мокрое платье, заставляя меня вздрагивать от каждого порыва ветра.
Усталость навалилась внезапно. Ноги в промокших туфлях гудели, а тяжелый подол платья, перепачканный в песке и тине, казался неподъемным грузом. Тяжело вздохнув, я опустилась на землю у корней старого, искривленного дуба, прислонившись спиной к его шершавой коре.
— Да чтоб вас всех… — прошептала я, закрывая глаза.
В голове сразу всплыли образы родителей. Я отчетливо видела лицо отца — застывшую маску гнева, когда он узнает, что мы с Кларой пропали. Он будет в бешенстве. Для Блэквудов репутация и дисциплина были важнее всего, а наше исчезновение, да еще и в компании Пэвенси, станет несмываемым пятном. Я вспомнила, как в последний раз задержалась до темноты — тот холодный прием, ледяной тон отца и неделя взаперти. А сколько мы уже здесь? Час? День? В этом месте само время казалось тягучим, как смола.
Вдруг где-то за моей спиной раздался отчетливый треск. Я резко открыла глаза и обернулась. Никого. Лишь неподвижные стволы и густой папоротник.
— Звери, — успокоила я себя, хотя сердце забилось чуть быстрее. — Наверняка какой-нибудь олень или лиса.
Я снова откинула голову на ствол, пытаясь унять дрожь в руках. Но не успела я сделать и вдоха, как чья-то широкая, мозолистая ладонь грубо закрыла мне рот, намертво блокируя крик. В ту же секунду меня резко дернули назад. Я даже не успела вскочить — меня просто потащили по земле, вглубь кустарника.
Паника ослепила. Я широко раскрыла глаза, пытаясь разглядеть нападавшего, и начала отчаянно брыкаться, впиваясь ногтями в державшую меня руку. Что за чертовщина?! Похищение? Здесь, посреди леса?
Собрав все силы, я изо всей силы укусила ладонь, закрывавшую мой рот. Послышался приглушенный, подавленный вскрик боли. Хватка на мгновение ослабла, и я, извернувшись, отпрянула в сторону. Вскочив на ноги, я резко развернулась к похитителю, готовая защищаться хоть голыми руками, но слова застряли в горле, а крик превратился в хриплый выдох.
Меня охватил ледяной, липкий страх. Можно ли было назвать ЭТО человеком?
Передо мной стояло существо, вышедшее из самых диких кошмаров. Сверху — мужчина с всклокоченными волосами и острыми ушами, но ниже пояса… вместо ног у него были копыта. Покрытые густой коричневой шерстью козлиные ноги. Существо злобно смотрело на меня, прижимая к груди укушенную руку и испуганно озираясь по сторонам.
— Только не кричи, — прошипело оно.
И тут меня прорвало. Оно разговаривает! Оно не просто животное, оно — мыслящее чудовище!
Крик вырвался из моей груди — долгий, пронзительный, полный чистого, неразбавленного ужаса. Это существо тут же закрыло свои острые уши руками и попятилось, испуганно маша на меня ладонями, пытаясь подойти ближе.
— Да тихо ты! Замолчи! Я не причиню тебе вреда, стой! — запричитал он тонким, почти человеческим голосом.
Я пятилась назад, пока не уперлась спиной в дерево. Дыхание сбилось, перед глазами всё плыло.
— Нет! Стой! Стой там, на месте! — выкрикнула я, выставляя перед собой дрожащие руки.
Существо остановилось, нерешительно переминаясь на своих копытах. Его хвост нервно дергался. Он протянул ко мне руки, явно желая что-то объяснить, но его прервал другой звук.
— Нора! Нора! — Крик Клары разрезал лесную тишину.
Я услышала топот ног, треск ломаемых веток. Клара вылетела на поляну первой. Увидев меня, она бросилась ко мне, едва не сбивая с ног, и вцепилась в мои плечи, разворачивая к себе. Её лицо было бледным, глаза лихорадочно блестели от слез и страха.
— Нора! Ты цела? Всё в порядке?! — она трясла меня, заглядывая в глаза, её дыхание было прерывистым и тяжелым.
Я не могла ответить. Я просто отвела взгляд от сестры и снова уставилась на существо. Клара, нахмурившись, проследила за моим взглядом. Секунда — и её руки на моих плечах одеревенели. Она широко распахнула рот, её челюсть буквально отвисла. Она начала медленно пятиться, увлекая меня за собой, хватая за локоть и прячась за мою спину.
— Ты… ты это видишь? — прошептала она севшим голосом. — Скажи мне, что я сошла с ума.
В этот момент из гущи леса выбежали Пэвенси. Они тяжело дышали, на их лицах читалась тревога, но когда они увидели «человека-козла», их реакция повергла меня в новый шок. Никакого ужаса. Никакого желания бежать. Они просто замерли, оглядывая картину, словно это была обычная встреча на улице Лондона.
— Мистер Тамнус! — Люси вдруг просияла. Счастливая улыбка озарила её лицо, и она, к моему полному изумлению, подбежала к этому существу.
Существо, которое Люси назвала Тамнусом, тоже преобразилось. Ужас в его желтых глазах сменился облегчением и благоговением. Он поклонился, неловко подогнув свои копыта.
— Моя королева… Простите, я не хотел напугать… — пробормотал он, виновато поглядывая на нас с Кларой.
— Ничего, Тамнус, — Питер подошел ближе, кладя руку на плечо Люси. Он выглядел удивительно спокойным, даже величественным в своем порванном пиджаке. — Они здесь новенькие. Они не знают… многого.
Я не могла проронить ни слова. Мой взгляд метался от сияющей Люси к серьезному Питеру и, наконец, к Эдмунду, который стоял чуть в стороне, внимательно наблюдая за лесом, а не за фавном.
Люси, заметив наше состояние, сделала шаг к нам, протягивая руку.
— Не бойтесь, пожалуйста. Он не обидит вас. Это фавн, его зовут мистер Тамнус. Он наш самый старый и добрый друг.
— Не обидит?! — ко мне наконец вернулся дар речи, хотя голос всё еще дрожал от гнева и шока. — Да он напал на меня! Он хотел меня украсть, он закрыл мне рот!
— Да нет же, мисс… — фавн поглядел на меня с печалью и беспокойством. — Вы сидели там, где совсем нельзя находиться. Тени могли найти вас. Вы кричали так громко, что… — он осекся и снова испуганно оглянулся на темные заросли.
Я нахмурилась. «Тени»? «Найти»? Это звучало как бред сумасшедшего. Но Пэвенси вдруг помрачнели. Эдмунд сделал шаг вперед, его лицо стало жестким.
— Тамнус, что здесь случилось? О каких тенях ты говоришь? Почему Нарния так изменилась? — Его голос звучал как сталь, и фавн вздрогнул.
— Мой король… — Тамнус понизил голос до шепота, прижимая палец к губам. — Здесь не место для таких разговоров. Лес имеет уши, а тени — долгую память. Давайте я проведу вас в замок, к Кэр-Паравелю. Там остались те, кто еще помнит свет. Я всё объясню вам там.
Питер переглянулся с Эдмундом и коротко кивнул.
— Пойдемте. Элеанора, Клара — держитесь рядом. Мы не шутим.
— Да… — добавил фавн, опасливо озираясь. — Только умоляю: тише. Не создавайте лишнего шума. Тень слышит каждый вздох.
Я переглянулась с Кларой. Сестра до сих пор крепко держала меня за локоть, её пальцы дрожали. В её глазах я видела то же, что чувствовала сама: мир, который мы знали, рухнул. Мы стояли в лесу с существом из мифов, Пэвенси командовали нами, как подданными, а за каждым деревом, судя по словам фавна, пряталась какая-то неведомая «тень».
Делать было нечего. Мы последовали за ними, стараясь ступать как можно тише по мягкому мху, в то время как Нарния вокруг нас погружалась в глубокие, холодные сумерки.