VI.
Автор.
С того вечера прошло полтора месяца. Жизнь вокруг Ариэль будто вернулась в прежнее русло. Те же улицы, тот же подъезд, те же люди, которые каждое утро проходили мимо неё, не подозревая, что произошло той ночью.
Она больше ни разу не видела того мужчину. И до сих пор не знала, как его зовут.
Но каждый раз, выходя из дома, Ариэль первым делом смотрела на парковку. Иногда она делала это почти незаметно. Быстрый взгляд через плечо. Иногда задерживалась у подъезда чуть дольше, проверяя что-то в телефоне. Она просто искала его машину. Даже когда возвращалась домой поздно вечером, её взгляд автоматически скользил по рядам автомобилей. Если бы она увидела её снова, она бы сразу узнала.
О том, что произошло, она не рассказывала никому. Почти никому. Единственным человеком, который знал всё, была Лиза. Именно Лиза однажды заметила, что Ариэль перестала быть прежней. Она слушала её молча, не перебивая, и не пыталась сразу давать советы. Иногда просто сидела рядом.
Ариэль пыталась. Она продолжала преподавать, включала музыку, считала шаги, улыбалась ученикам. Но внутри всё изменилось. Тишина больше не казалась спокойной. Любой звук в подъезде заставлял её замирать. Любые шаги за спиной заставляли оборачиваться. Она пыталась лечить себя тем, что раньше всегда помогало.
Музыкой.
Танцами.
Иногда включала музыку слишком громко, чтобы не слышать собственных мыслей. Но страх всё равно оставался. Он поселился где-то глубоко внутри. И Ариэль научилась жить с ним. Каждый день.
Но за эти полтора месяца изменилось не только её состояние. Изменился и он.
Демьян Чернов.
Он видел Ариэль каждый день. Только она об этом не знала. Иногда, поздно вечером, когда в доме становилось тихо, он мог просто сидеть в кресле и слушать. Сначала это происходило случайно. Однажды он услышал, как над его головой отодвигается стул. Потом тихие шаги. Потом звук её танцев. Теперь он узнавал эти звуки почти сразу. Когда она возвращалась домой. Когда ходила по квартире. Когда ставила чайник. Когда садилась есть стул всегда немного издавал шум, и этот звук эхом проходил через потолок. Иногда он ловил себя на том, что просто сидит в тишине и ждёт. Ждёт этого звука.
Он знал, когда она уходит на работу. Знал, когда возвращается. Знал, по каким дням она задерживается в школе танцев. Знал, с кем она чаще всего разговаривает. С девочками с танцев. Единственные, с кем Ариэль проводила больше всего времени в последний месяц. Иногда Демьян сидел в машине на парковке и наблюдал, как Ариэль выходит из подъезда.
Как поправляет волосы. Как оглядывается по сторонам. Он заметил, что она всегда проверяет машины. Каждый раз. Он знал, почему. И каждый раз его губы едва заметно изгибались в усмешке. Он мог бы подойти. Мог бы снова заговорить с ней. Но не делал этого. Пока нет. Ему было достаточно наблюдать.
Он уже почти выучил её расписание. Каждый её шаг. Каждую привычку. Каждое движение. Иногда он ловил себя на том, что думает о ней слишком часто. Гораздо чаще, чем следовало. Иногда среди ночи. Иногда во время работы. Иногда просто сидя в машине. И тогда он понимал одну простую вещь.
Он не мог провести ни дня, не думая о ней. Она стала чем-то вроде тихой одержимости. Сначала это было просто любопытство. Теперь гораздо больше. И Демьян Чернов не был человеком, который легко отпускает то, что однажды привлекло его внимание.
Вечер четверга в школе танцев всегда был самым загруженным. Сегодня зал был особенно напряжённым. До чемпионата оставалось меньше трёх недель, и Ариэль готовила группы почти без перерывов.
— Пять, шесть, семь, восемь!
Девочки снова повторяли хореографию. Кто-то сбивался, кто-то запаздывал на долю секунды. Ариэль сразу это замечала.
— Стоп! Ещё раз.
Она хлопнула в ладоши, музыка остановилась.
— Где синхрон?
Девочки снова выстроились перед зеркалом.
— Ещё раз. С начала.
Музыка заиграла снова. Ариэль ходила между ними, поправляя руки, плечи, повороты.
— Корпус выше.
— Нет, стопу сильнее разворачивай.
— Не спеши, держи линию.
Она говорила спокойно, но строго. Все знали, что перед соревнованиями она становится требовательнее. Иногда она останавливалась у зеркала и наблюдала за всей группой сразу. На секунду её взгляд встретился с собственным отражением. Она почти не узнала себя. Лицо стало заметно худее. Щёки исчезли. Под глазами появились тёмные тени. Она быстро отвела взгляд и снова включила музыку.
— С начала.
Девочки устало застонали, но всё равно заняли позиции. Когда тренировка наконец закончился, почти все рухнули на пол. Кто-то смеялся, кто-то жаловался на ноги.
Зал постепенно опустел. Через несколько минут остались только она, Лиза и Аня, которая вела свое занятие в другом зале.
Лиза сидела на диване у стены и пила воду. Она внимательно посмотрела на Ариэль.
— Ты опять ничего не ела?
Ариэль пожала плечами.
— Ела.
— Когда?
Ариэль не ответила. Лиза тяжело вздохнула.
— Ты сильно похудела, Эль.
Ариэль сделала вид, что не услышала. За последние недели еда почти исчезла из её жизни. Иногда она ела утром. Иногда вечером. Чаще всего один раз в день. Иногда вообще забывала. Иногда просто не могла. Аппетит пропадал так же внезапно, как появлялся. Лиза знала об этом, но не давила.
О Мариусе Ариэль старалась не говорить. Но мысли о нём всё равно возвращались. Она помнила тот вечер, когда Валерия позвонила ей. Голос у неё тогда был странный, злой и дрожащий одновременно.
Мариуса нашли. В лесу. Мёртвым.
После этого разговора всё изменилось. Сначала полиция задавала вопросы. Потом начались слухи. Но хуже всего было то, что сказала Валерия. Она обвинила её. После этого они постепенно перестали общаться. Валерия больше не писала. И не отвечала. Остальные из компании тоже исчезли из её жизни почти сразу. Будто вместе с Мариусом исчезло всё, что связывало их раньше.
Теперь в её жизни остались только танцы.
Когда они вышли из школы танцев, улица уже была почти пустой. Холодный вечер, редкие машины и жёлтый свет фонарей.
Ариэль зашла в магазин по дороге домой. Она взяла корзинку и медленно пошла между полками.
Аппетита не было. Вообще. В итоге она вышла из магазина с пустыми руками. Холодный воздух ударил в лицо.
Она машинально посмотрела на парковку. Ряды машин стояли неподвижно. Но она всё равно внимательно оглядела их. Она проверяла. И каждый раз пыталась убедить себя, что делает это просто так. Хотя прекрасно знала, почему.
Домой Ариэль шла медленно. Холодный вечерный воздух немного прояснил голову, но усталость всё равно тянула вниз. Когда она поднялась на свой этаж и закрыла дверь квартиры, внутри стало слишком тихо.
Она автоматически проверила замок. Потом ещё раз. Только после этого прошла в кухню и включила свет.
Квартира выглядела немного заброшенной. На столе стояла чашка со вчерашнего утра, на стуле лежала толстовка, которую она не убрала. Ариэль вздохнула и начала понемногу наводить порядок. Помыла чашку. Сложила вещи. Протёрла стол. Движения были медленные, почти механические, просто чтобы занять руки. Через некоторое время квартира снова стала выглядеть аккуратно.
Она посмотрела на часы. Завтра у неё неожиданно образовался выходной. Две тренировки отменились. Редкая ситуация. Целый день без работы. И она совершенно не знала, чем себя занять. Эта мысль почему-то не радовала. Скорее наоборот.
Ариэль решила хотя бы попробовать расслабиться. Она пошла в ванную, наполнила ванну горячей водой и добавила пену. Тёплый свет заполнил комнату мягким золотым оттенком. Она медленно опустилась в воду. Горячая пена поднялась почти до плеч. Ариэль закрыла глаза и попыталась расслабиться. В квартире стояла тишина.
Она лежала так несколько минут, слушая только звук воды и своё дыхание. Но привычка всё равно заставляла её прислушиваться к звукам в доме. Дверь квартиры этажом ниже открылась. И закрылась. Ариэль замерла в воде. Она знала. Он вернулся домой.
Несколько секунд она просто лежала, слушая тишину. Потом поймала себя на мысли, что снова думает о нём. Как его зовут? Она ведь до сих пор не знала. Эта мысль вдруг показалась странно навязчивой. Она нахмурилась и открыла глаза. Нет. Не надо думать о нём.
На следующее утро Ариэль проснулась позже обычного. Квартира была тихой, и на секунду ей даже показалось, что ночь прошла спокойно. Она медленно поднялась с кровати, накинула шелковый халат и пошла к двери. Когда она открыла её, чтобы вынести мусор, на полу у порога лежал небольшой сложенный лист бумаги. Ариэль остановилась. Сначала она подумала, что это просто реклама или чей-то случайный листок. Но когда она подняла его, внутри уже было написано. Всего одна строчка.
„Ты снова почти ничего не ела."
Её сердце сразу забилось быстрее. Она перечитала фразу ещё раз. И ещё. Почерк был аккуратный, ровный, будто человек писал спокойно и без спешки. Ариэль резко выглянула в коридор. Пусто. Никого. Она закрыла дверь быстрее, чем собиралась, и несколько секунд просто стояла, держа записку в руках. В голове сразу возникло одно имя. Точнее один человек. Но она попыталась отогнать эту мысль. Может быть, это чья-то глупая шутка. Может, кто-то из соседей перепутал квартиры. Она смяла записку и выбросила её в мусорное ведро. Но внутри уже поселилось тревожное ощущение.
Через два дня у двери лежал ещё один листок.
„Ты поздно вернулась."
На этот раз руки у неё задрожали сильнее. Она снова осмотрела коридор. Пусто. Ни звука. Будто человек, оставивший записку, просто исчезал. Через день появилась следующая.
„Сегодня ты выглядела уставшей."
Потом ещё одна.
„Танцуешь?"
Записки начали появляться почти через день. Ариэль перестала нормально спать. Каждый раз, возвращаясь домой, она сначала долго смотрела на дверь, боясь увидеть очередной листок. А если не находила начинала ждать. Знала, что он всё равно появится. Она стала вздрагивать от каждого звука в подъезде. Иногда ей казалось, что кто-то стоит за дверью. Иногда она резко открывала её, надеясь поймать того, кто оставляет записки. Но коридор всегда был пустым.
Через неделю она почти перестала есть. Паника стала приходить внезапно. Она могла начать плакать прямо посреди кухни. Иногда просто сидела на полу, пытаясь успокоить дыхание.
Однажды после тренировки Ариэль вдруг начала плакать прямо в раздевалке. Лиза села рядом и долго молчала, пока та не успокоилась.
— Тебе нужно поговорить с кем-то, — предложила она. — С психологом.
Ариэль сначала покачала головой. Но через несколько секунд закрыла лицо ладонями. Она больше не могла справляться сама.
— Хорошо... — тихо сказала она.
Лиза осторожно положила руку ей на плечо.
— Я знаю хорошего психолога. Он может приехать к тебе домой.
Ариэль медленно кивнула. Впервые за долгое время она согласилась на помощь. Потому что страх становился слишком сильным.
Следующие дни начали сливаться в один длинный, тяжёлый промежуток времени. Сначала всё выглядело почти нормально. Она ходила на тренировки. Возвращалась домой. Пыталась читать. Пыталась включать музыку. Но внутри всё постепенно ухудшалось. Записки продолжали появляться. Иногда через день. Иногда через два. Каждый раз аккуратно сложенный лист бумаги лежал у двери. И каждый раз сердце Ариэль сжималось сильнее.
Она перестала нормально спать. Просыпалась среди ночи и слушала тишину квартиры. Прислушивалась к лифту. К шагам в подъезде. К звукам снизу. Аппетит исчез окончательно. Иногда она понимала, что не ела целый день, только когда начинала кружиться голова.
Паника приходила всё чаще. И однажды вечером что-то внутри неё просто сорвалось. Это произошло внезапно. Она стояла на кухне, держа в руках очередную записку.
„Поешь."
Всего одно слово. Её руки начали дрожать. Сначала она просто смотрела на бумагу. Потом резко скомкала её. Она бросила записку на пол. Но злость внутри только росла. Ариэль схватила стул и резко оттолкнула его. Он с грохотом упал. Потом она схватила кружку со стола и швырнула её. Стекло разбилось. Дыхание стало тяжёлым. Она начала метаться по квартире. Смахнула книги со стола. Сорвала картину со стены. Стул полетел в сторону дивана. Вещи падали на пол.
Она почти не понимала, что делает.
— Хватит! — выкрикнула она в пустую квартиру. Демьян все слышал.
Слёзы текли по лицу. Руки дрожали. Она стояла посреди комнаты, окружённая разбросанными вещами. И вдруг в дверь постучали. Ариэль замерла. Сердце мгновенно ускорилось. Стук повторился. Она медленно подошла к двери. Руки всё ещё тряслись. На секунду она просто стояла, боясь открыть.
Потом осторожно посмотрела в глазок. За дверью стояла женщина. Спокойная. С папкой в руках. Ариэль только через несколько секунд вспомнила. Психолог. Она совсем забыла. Ариэль медленно открыла дверь.
— Здравствуйте... — тихо сказала женщина. — Меня зовут Ольга. Мы договаривались о встрече.
Ариэль на секунду закрыла глаза.
— Да... извините... я...
Она отступила в сторону.
— Проходите.
Женщина вошла в квартиру и остановилась, оглядывая беспорядок. Перевернутый стул. Осколки кружки. Разбросанные вещи. Ариэль неловко провела рукой по волосам.
— Простите за бардак... — тихо сказала она. — У меня... просто был нервный срыв.
Психолог кивнула спокойно, будто видела подобное не раз.
— Ничего страшного. Такое бывает.
Они прошли в гостиную. Ариэль быстро убрала несколько вещей с дивана, освобождая место. Анна села напротив неё. Несколько секунд она просто внимательно смотрела на Ариэль.
— Хотите рассказать, что произошло? — мягко спросила она.
Ариэль глубоко вдохнула.
— Я... не знаю, с чего начать.
— Начните с того момента, когда вы почувствовали, что вам стало слишком тяжело.
Ариэль опустила взгляд на свои руки.
— Мне кажется... кто-то следит за мной.
— Почему вы так думаете?
Ариэль потянулась к столу и взяла один из клочков бумаги, который ещё лежал на полу. Она протянула его женщине.
— Из-за этого.
Ольга развернула кусочек бумаги.
— Это записка?
Ариэль кивнула.
— Они появляются у моей двери.
— Как часто?
— Почти каждый день.
Психолог внимательно посмотрела на неё.
— Что в них написано?
Ариэль сглотнула.
— Он пишет... что я делаю.
— Например?
— Когда я не ем. Когда возвращаюсь домой. Когда выгляжу уставшей.
Ольга слегка нахмурилась.
— Вы знаете, кто это может быть?
— Я... догадываюсь.
— Кто?
— Мужчина, который живёт этажом ниже.
— Вы с ним знакомы?
— Нет. Но он однажды нашёл меня в лесу.
Ольга внимательно слушала.
— И с тех пор вы его не видели?
— Нет.
— Но вы думаете, что это он оставляет записки?
Ариэль кивнула.
— Потому что он знает слишком много.
Её голос стал тише.
— Иногда мне кажется, что он слышит меня.
Психолог медленно положила записку на стол.
— Ариэль... сейчас самое важное — чтобы вы чувствовали себя в безопасности.
Она наклонилась чуть ближе.
— И мы вместе разберёмся, что происходит.
Анна несколько секунд молчала, внимательно наблюдая за Ариэль. Она не выглядела удивлённой или напуганной. Скорее сосредоточенной.
— Ариэль, — мягко сказала она, — первое, что я хочу понять: вы сейчас чувствуете себя в опасности?
Ариэль задумалась. Она посмотрела на дверь квартиры. Потом на окно.
— Я... не знаю, — тихо ответила она. — Иногда кажется, что да. А иногда... что это просто у меня в голове.
— Такие ощущения часто появляются, когда человек долго живёт в состоянии стресса. Ваш мозг пытается защитить вас, поэтому вы начинаете замечать каждую мелочь.
— Но это не значит, что ваши чувства неправильные. Страх это сигнал. Мы просто должны разобраться, откуда он берётся.
— Я постоянно думаю об этом... — сказала она тихо. — Кто это. Почему он это делает. Я почти не сплю.
— Я вижу, что вы сильно истощены. Сейчас самое важное — стабилизировать ваше состояние. Панические реакции, которые вы описываете, и сегодняшняя вспышка гнева это признаки сильного эмоционального перенапряжения.
Ариэль опустила глаза.
— Я чувствую себя... сумасшедшей.
— Нет, — спокойно сказала Ольга. — Вы чувствуете себя человеком, который слишком долго оставался один со своим страхом.
Эти слова прозвучали так спокойно, что Ариэль неожиданно почувствовала, как напряжение в плечах немного ослабло.
— Я предлагаю сделать несколько вещей. Во-первых, нам нужно наладить ваш сон и питание. Без этого психика просто не сможет восстановиться. Вы сказали, что едите один раз в день?
Ариэль кивнула.
— Иногда.
— Это усиливает тревожность. Мы попробуем постепенно вернуть нормальный режим.
Ольга снова перевела взгляд на неё.
— Во-вторых, я бы хотела, чтобы мы встречались хотя бы два раза в неделю. И ещё один момент. Если эти записки продолжат появляться, мы должны зафиксировать это. Сфотографировать, сохранить. Возможно, позже это пригодится.
Ариэль немного напряглась.
— Вы думаете... нужно идти в полицию?
— Пока нет. Сначала мы попробуем разобраться, насколько это реально угрожает вашей безопасности. Но вы больше не должны оставаться с этим одна.
В комнате стало тихо. Ариэль долго смотрела на свои руки. Потом медленно кивнула.
— Хорошо.
Её голос был всё ещё тихим, но в нём появилась небольшая уверенность.
— Я попробую.
Ольга улыбнулась.
— Это уже очень хороший шаг.
Ариэль впервые за долгое время почувствовала, что, возможно, всё ещё можно привести в порядок. Пусть не сразу. Но постепенно.