Гонщик

От лица Алины

— Ты видела Полину сегодня? — прошептала я Лёше в столовой, с тревогой глядя на подругу, сидящую у окна, будто бы исчезающую прямо на глазах.

Он кивнул, в глазах застыли тревога и бессилие.
— Она будто тень. Её как будто нет.

— За неделю она просто... исчезла. Щёки впали, плечи торчат остро... она ест вообще?

Я не выдержала. Подошла к ней, села рядом и аккуратно дотронулась до её руки.

— Полин, ты... ты совсем не кушаешь?

Она повернула голову. Медленно.
Глаза были пустыми.
Зелёные, но потухшие, как будто в них больше не было света.

— Я ем. Иногда. — Голос хриплый, тихий. — Не хочу. Всё равно еда не лезет.

Я почувствовала, как сердце сжалось.
Она похудела. Очень.
Талия — тонкая, почти болезненная. Кости ключиц резко проступали под светлой кожей.

— Мама знает? — спросила я.

Полина пожала плечами.

— Она занята... Отчим только и делает, что орёт, что я принесла в дом вонючих тварей. Говорит, либо они, либо я. Но я не отдам Ричи. И щенка тоже не отдам... Это от него осталось.

Я сжала её руку.

— Ты не одна. Мы рядом. Понимаешь?

Она впервые за неделю посмотрела мне в глаза. И на секунду будто бы вернулась. Но сразу снова потухла.

От лица Лёши

Я вышел в коридор, не выдержав. Нужно было выпустить злость. Как можно было быть таким? Так давить на неё в момент, когда она и так едва держится?

Я достал телефон и написал Полиной маме.
Коротко. По фактам.
Что ей нужна помощь. Психолог. Поддержка.
Иначе мы потеряем её.

Полина была сильной. Но даже самые сильные ломаются. Особенно когда теряют часть души.

И я поклялся себе — если уж Димы больше нет...
То я, Алина, да и весь наш круг — мы станем для неё крепостью. Семьёй. Домом, где можно просто... жить.