24 глава
– Но я ей никогда не заменю Гоголя, – сказал Фёдор, обращаясь к Сигме, но одновременно и к самой Никки, словно ища её подтверждения. – Я прав, Никки?
Никки, стоявшая рядом, тихонько прикрыла глаза, словно погружаясь в себя. Её голос был тихим, еле слышным:
– Как всегда, абсолютно прав.
После этих слов она молча поднялась и, не оглядываясь, покинула помещение, оставляя двух мужчин наедине с возникшими вопросами и не до конца понятыми чувствами.
Сигма остался сидеть, всё ещё ошеломлённый произошедшим. В его голове крутились мысли, обрывки информации, полученные от Куроки.
«Когда я к ней прикоснулся, она мне позволила считать информацию, которую она знает… Одним касанием, я увидел её детство – прекрасное, пока не убили её родителей. Я прочувствовал все её эмоции в тот день. Страх, боль, отчаяние… Но про способность Фёдора, так ничего и не узнал. Это… странно. Словно какая-то блокировка. Или… возможно, это что-то большее, чем просто способность?» – размышлял Сигма, продолжая изучать всё то, что он успел узнать о Никки и её жизни. Загадка её скрытности, её сдержанности, её отношений с Фёдором и Николаем, стала ещё запутаннее.
– Ну что, помогло узнать о моей способности? – спросил Фёдор, наблюдая за Сигмой с едва заметной насмешкой в глазах. Он уже знал ответ.
Сигма нахмурился, всё ещё обдумывая странности полученной информации. – Почему я не узнал о твоей способности от неё? – переспросил он, указывая на место, где минуту назад сидела Куроки.
– А сам как думаешь? – Фёдор пожал плечами, оставляя Сигме время для размышлений.
– Неужели ты ей не рассказал о своей способности? Или же сказал не настоящую? – предположил Сигма, пытаясь выстроить логическую цепочку.
– Не угадал, – усмехнулся Фёдор. – Она знает мою способность. Но ты не смог её разузнать, потому что это всего лишь двойник Никки. Всю полную информацию знает настоящая Никки. Но думаю, она тебе ничего не скажет. Ведь она поклялась в этом.
Вопрос Фёдора повисал в воздухе, вызывая у Сигмы всё большее недоумение.
– Что ты имеешь в виду? Что значит, поклялась? – с непониманием спросил Сигма, его брови сдвинулись на переносице.
Фёдор кивнул, словно удовлетворённый тем, что Сигма наконец-то задал этот вопрос. – Что ж, раз уж так вышло, то расскажу тебе… – начал он, заметив, что интерес Сигмы достиг своего пика.
*От автора: Дальнейшие события разворачиваются спустя два месяца после знакомства Никки и Фёдора.*
Фёдор сидел в своём кабинете, погружённый в работу. Свет от монитора слабо освещал его лицо, создавая полумрак в просторном помещении. Никки и Николай были на разных заданиях, выполняя поручения организации. Никки, завершив свою миссию раньше срока, доложила о её успешном завершении Фукучи и затем направилась в кабинет Фёдора.
Тихонько отворив дверь, она вошла в комнату. Её взгляд сразу же упал на Достоевского, сидевшего в кресле, погружённого в работу за компьютером. Комната была освещена лишь светом монитора, погружая всё остальное в полутень.
– Тц. Опять в темноте сидишь? – с лёгкой улыбкой спросила Никки, её голос прервал тишину кабинета.
Фёдор повернулся к ней, его лицо, освещённое светом экрана, выглядело усталым, но удовлетворённым.
– Быстро ты вернулась, – отметил он, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась лёгкая заинтересованность.
– Не очень-то и сложное задание было, – ответила Никки, присаживаясь напротив него. Она выглядела спокойной, но в её глазах мелькнуло что-то такое, что заставило Фёдора присмотреться к ней повнимательнее.
– Верно, – Фёдор склонил голову, внимательно рассматривая Никки. – Но помню, что как только ты вступила сюда, даже убить банально не могла. А сейчас, спустя два месяца, как я погляжу, устраняешь одного человека за другим. Скажи, Никки, тебе нравится убивать? – его тон был не обвинительным, а скорее аналитическим, словно он проводил эксперимент, пытаясь понять изменения в девушке.
– Нет. Ненавижу отнимать чужие жизни, – ответила Куроки, её голос был тихим, словно она говорила сама с собой. – Но когда ты совершаешь первое убийство, то второе даётся тебе уже немного легче, не говоря уже о третьем, четвёртом и пятом. Это… как привыкание к боли. Сначала невыносимо, а потом… терпишь.
Фёдор кивнул, понимая её слова. Он видел, как менялась Никки за эти два месяца.
– Да. Но как ни крути, неважно, убила ты или нет. В любом случае Бог видит все наши грехи, – тихо сказал он. В его голосе слышалась не осуждение, а скорее сочувствие.
– Скажи, какая твоя способность? – неожиданно спросила Никки, меняя тему разговора.
– Тебе так интересно? – Фёдор слегка улыбнулся, в его глазах мелькнула какая-то скрытая печаль. – Преступление и наказание. К любому человеку, к которому я прикоснусь, смерть приходит моментально. Даже если человек сам ко мне прикоснется – он тоже умрёт. Касание… это мой приговор.
– То есть достаточно одного касания, так? – переспросила Никки, её голос был задумчив.
– Совершенно верно, – подтвердил Фёдор.
– И об этой способности никому не говорил?
– Нет. Ты единственная, – ответил он, его взгляд стал серьёзнее.
Внезапно Никки села перед ним на колени, закрыв глаза. Её действия были неожиданными, искренними.
– Я клянусь, что никому не скажу об этом, – прошептала она, её голос дрожал. – Только прошу, помоги мне найти место в этом мире хаоса. Только ты и Николай для меня близки. И только вы вдвоём сможете найти мне смысл в этом мире.
Фёдор смотрел на неё, его лицо было непроницаемым. Он видел отчаяние в её глазах, чувство безысходности.
– Встань, не нужно этого. Ты сейчас унижаешь себя таким образом, – мягко сказал он, протягивая руку, чтобы помочь ей подняться. – Как бы то ни было, я помогу тебе.
– Благодарю, – Никки встала, её взгляд встретился с аметистовыми глазами Фёдора. В её глазах читалась благодарность и надежда. Затем она покинула кабинет, оставляя Фёдора наедине с её словами и клятвой.