III.
[Lavanda]
Моя зависимость началась очень давно. А может и недавно... Не знаю, для каждого все по-разному.
В общем, первый раз воткнула шприц в кожу около трех месяцев назад, по собственной воле толкнув себя на дорожку смерти. Ну, а может просто другой, краткой, но таящей немного блаженства и отрады жизни. Это тоже с какой стороны посмотреть.
Во всяком случае сейчас героин для меня - некий стимул, то, ради чего я существую. Толика услады, которой могло бы и не быть, а собственно, и смысла моей жизни тоже.
Ходила бы как все на свой факультет каждый день, по вечерам мыла бы посуду в какой-нибудь кафешке просто из-за нехватки средств, а ночью в пришедшей совсем некстати бессоннице мечтала бы о том, что после всех этих каждодневных мучений обрету... любовь?.. Нет, скорее просто свой дом, много свободного времени и сил на помощь другим, страдающим так, как страдала я в свое время. Возможно, у меня были бы дети, даже внуки, которым я, сидя на какой-нибудь свежеокрашенной скамеечке, рассказывала бы о своей молодости, а на изумленные и заинтересованные взгляды гордо отвечала бы: «Да, было такое со мной».
Но сейчас я уже далеко отошла от того возможного будущего. И, думаю, к счастью, наверное.
Я не хожу на философский, не бегу в испуге и ожидании вычета пары евро из моей жалкой зарплаты и не мечусь с горячкой ночью.
Зачем мне все это, если я уже нашла то, ради чего живу? Два шприца героина утром, два вечером - и ты вполне счастлив. Каждый день.
- Смотри куда прешь, чокнутая! - Велосипедист проносится буквально в паре дюймов от меня.
Зеленый человечек начинает стремительно мигать, и я еле успеваю перебежать по зебре на другую сторону.
Сегодня я снова побывала в нашем наркопритоне - маленьком клубе на одной из самых невзрачных улиц Амстердама, но тем не менее довольно-таки знаменитой благодаря нам.
В изящной черной сумочке радостно позвякивают новые чистенькие шприцы и колбочки, запастись которыми мои средства позволили на целую неделю. Что ж, одной радостью больше. Сегодня утром у меня как раз закончился предыдущий запас.
До дома осталось недалеко, буквально два-три квартала. Еще чуть-чуть, и я бережно разложу свои сокровища по полочкам в ванной...
- Ой, Лаванда, привет!
Что ж за черт, неужели какая-то дура из универа меня узнала?
- Где ты все это время пропадаешь? У нас вообще-то скоро зачет, в курсе? - Шатеночка, ослепительно улыбаясь, через всю улицу торопится ко мне.
Ухмыляюсь, представляя, как своими шпильками она поскользнется на банановой кожуре, и весь ее мейк-ап и половина губы размажется по асфальту.
- Ну так что? - Она в нарастающем раздражении щелкает пальцами. - Когда в универе появишься?
Подражая ее манере, с милой улыбочкой отвечаю:
- Когда запасики кончатся. - Разок тряхнула перед носом сумочкой.
- А-а-а, - протягивает девушка, - ну, все с тобой ясно. Ладно, я пошла. - И на этом наш краткий разговор кончается.
Что ж, пускай думает что хочет, наши пути нигде, кроме улицы, больше в жизни не пересекаются. У нее учеба вперемешку с клубами, а у меня наркомания.
Звон ключей, щелчок замка, и я оказываюсь в пропахшей дешевыми духами и спиртом квартире. Довольно темно, и мне приходится включить свет, а заодно оставить ботинки на коврике около двери. Кругом бардак после вчерашней выпивки с друзьями: по всюду валяются окурки, обертки от фастфуда из местного Мака и бутылки: стеклянные от алкоголя, а пластиковые от газировки. Всю картину дополняет тиканье настенных часов и еле слышное фырканье хомяка. Интересно, как он до сих пор жив после вчерашнего погрома?
Сбрасываю с себя пушистый клетчатый шарф и прохожу мимо кухни в ванную: все-таки сокровища - первым делом. Вскоре содержимое сумки полностью оказывается разложеным по полкам и краям раковины, а мне остается лишь пройти на кухню и включить телевизор, дабы хоть чем-то занять себя перед вечерней дозой.
*****
20.00 - самое время для новой порции героина.
Вырубаю зомбо-ящик, где как раз идет очередная слезливая мелодрама, и направляюсь в ванную комнату.
Шприцы и колбы ровно и красиво лежат на тех местах, где я их оставила 5 часов назад, дожидаясь, когда снова понадобятся мне. И это время наконец-то настало.
Беру ближайшие шприц и колбу с раковины и направляюсь в свою комнату. Ванна - совсем не место расслабления для наркомана, вопреки бытующему мнению.
Не застеленная кровать, пара банок от колы и тумбочка со стаканом воды - вот оно, мое прибежище.
Медленно втягиваю наркотик в шприц и подношу его к руке...
В первые разы всегда было немного страшно, и подсознание шептало: «А может все-таки не стоит?». Сейчас же от этого страха не осталось ни капли, может быть, свыкся с моей неисправимостью и поэтому ушел.
Ухмыляюсь своим мыслям. Глупо, но это так.
Игла неприятно покалывает, когда героин начинает попадать в кровь, но скоро это ощущение пропадает, и все тело наполняется эйфорией...
Небывалая легкость, наслаждение, любовь ко всему на свете - вот они, первые минуты, ради которых мы и подсаживаемся на наркотики. Затем странное сосущее ощущение под ложечкой, как при голоде, и наступает вторая стадия, но остановиться уже поздно - наркотик в тебе
Меня охватывает бессилие, и я падаю на кровать. Перед глазами мельтешат черные птицы, пятна на обоях превращаются в пламя, которое пожирает все вокруг. И какие-то двери, возникающие то тут, то там, и где-то среди них есть выход, но где?.. Пытаюсь его найти, концентрирую все мысли на нем, пламя пожирает, голову раскалывает от боли...
И внезапно все прекращается, я снова оказываюсь в своей комнате. Какая-то безвыходность охватывает меня, тоска... Горло сухое, мне нужно выпить воды. Стакан пуст. Поднимаюсь, ноги и руки дрожат.
Бред. Это все бред. Пустота внутри, хочется пить, безумно... Нужно всего лишь сделать пару шагов, вода где-то там.
Внезапно посреди комнаты возникает облако. Скорее тень. Постепенно густеет, появляются какие-то черты... Это женщина, нет, девушка. Та девушка, которую я повстречала сегодня днем. Ее лицо исказила какая-то зверская ухмылка, она в упор смотрит на меня. Мне отчего-то становится страшно. Девушка поднимает руки и заносит их над лицом. Нет, прекрати!.. Она вонзает пальцы в кожу и начинает царапать ее. Льется кровь.
Мне жутко страшно, я кричу. Но смысл? Никого нет рядом. Бегу в другую комнату, но жуткая девушка повсюду. Она расцарапывает себе губы, глаза... Я не могу на это смотреть, хватит!
Внезапно вижу лезвие ножа, и меня осеняет... Вот он - выход! Остался только он.
Стремительно бегу на блеск, хватаю нож и заношу над горлом. Главное, чтобы исчезла девушка. Что есть силы вонзаю... Исчезни, прошу!
Чудовищная боль. А затем тишина.
«Вот и все. Конец. Странно...»
Глупая ухмылка на уже мертвом посиневшем лице...