Понимание любви
Советую для прочтения этой главы слушать песню Невесомо - Элли на маковом поле
____________________________________
День в поместье Бабочки был удивительно тихим.
После нескольких недель дождей небо наконец стало светлым, почти прозрачным, а ветер - тёплым, пахнущим молодой травой и древесной корой. Сад медленно просыпался после холода: на ветвях уже появились первые маленькие листья, а дорожки ещё хранили остатки влажной прохлады утреннего тумана.
Ада сидела на деревянной веранде, прислонившись плечом к колонне. На коленях лежала тонкая книга с заметками Тамаё, но она давно уже не читала.
Взгляд скользил куда-то дальше сада.
Туда, где между деревьев пробивался свет.
«Словами не описать красоты, что я видел сегодня во дворе дома...»
Она сама не понимала, почему эти мысли крутились в голове именно сейчас.
Может, потому что впервые за долгое время всё вокруг не казалось угрозой.
Не было крови.
Криков.
Бесконечной готовности снова бежать.
Только тихий день.
И странное ощущение внутри, от которого становилось непривычно спокойно.
Шаги она услышала заранее.
Тихие.
Размеренные.
Обанай остановился рядом, но ничего не сказал сразу. В руках у него был небольшой бумажный пакет.
- Шинобу сказала, ты снова пропустила обед.
Ада чуть приподняла бровь.
- Она следит за мной через стены?
- Скорее через девочек-помощниц.
Он сел рядом, оставляя между ними привычную дистанцию, и протянул ей пакет.
Она заглянула внутрь.
Данго.
Совсем свежие.
Тёплые.
Ада несколько секунд молчала.
- Ты ходил в город?
- Мицури попросила купить сладости.
Небольшая пауза.
- Но это я взял тебе.
Она посмотрела на него чуть внимательнее обычного.
И впервые за долгое время внутри не появилось желания сразу закрыться, уйти, спрятать любую эмоцию глубже.
«Так смысл же мне говорить... от того ей не тебе стать более знакомой...»
Некоторые вещи действительно не нужно было произносить.
Они и так были понятны.
Ада медленно отвела взгляд и взяла один шарик данго.
- Спасибо.
Очень простое слово.
Но Обанай заметил, насколько тихо она его сказала.
И насколько искренне.
Ветер качнул ветви над верандой.
Свет скользнул по её волосам.
Он поймал себя на мысли, что в последнее время слишком часто смотрит на неё именно так - молча, внимательно, будто пытается запомнить.
Потому что ещё совсем недавно был уверен, что потерял её.
И теперь это ощущалось почти пугающе.
«Я любовь эту буду теплить и вынашивать так, чтоб она разрослась во мне деревом...»
Он никогда не думал о любви как о чём-то громком.
Не умел.
Не понимал людей, которые легко говорят о чувствах.
Но рядом с Адой всё было другим.
Тихим.
Медленным.
Похожим на первые листья после долгой зимы.
Она не замечала, как постепенно стала для него чем-то важным до невозможности.
И именно это заставляло сердце сжиматься каждый раз, когда он видел её раны.
Каждый раз, когда она уставала сильнее, чем показывала.
Каждый раз, когда в её глазах мелькал страх снова стать монстром.
- Тамаё нашла кое-что? - спросил он спустя время.
Ада слегка кивнула.
- Возможно. Но процесс займёт месяцы.
- Ты согласилась продолжать исследования?
- Да.
Она смотрела вперёд спокойно.
- Если это поможет остановить превращение полностью... или вернуть меня обратно - это стоит того.
Обанай медленно опустил взгляд.
- А если не получится?
Тишина растянулась ненадолго.
Потом Ада тихо выдохнула.
- Тогда я хотя бы попробую.
Он сжал пальцы чуть сильнее.
Ему не нравился этот ответ.
Потому что в нём снова слышалось привычное: готовность нести всё одной.
Но прежде чем он успел что-то сказать, она неожиданно продолжила:
- Раньше я думала, что должна справляться сама.
Её голос был спокойным.
Без привычного льда.
- Но... кажется, это не всегда правильно.
Обанай медленно повернул голову к ней.
Она всё ещё смотрела вперёд.
На сад.
На солнечный свет между ветвей.
Но продолжала говорить:
- Столько раз мне вонзали спину. Точные уже не сосчитать.
Слабая усмешка коснулась её губ.
- И всё равно почему-то хочется начать заново.
Он смотрел на неё долго.
Очень долго.
А потом тихо сказал:
- Тогда начни.
Ада замерла.
- Не как оружие. Не как эксперимент. Не как человек, который обязан выживать каждую секунду.
Его голос стал тише.
- Просто как ты.
Что-то внутри неё дрогнуло слишком сильно.
Она привыкла, что люди видят в ней силу.
Опасность.
Контроль.
Но не её саму.
И именно поэтому сейчас стало так тяжело сделать вдох.
«Я знаю, что любовь могла бы растопить внутри весь лёд...»
Сад наполнялся солнечным светом всё сильнее.
Где-то неподалёку снова шумела Мицури, споря с Санеми.
Из лаборатории слышался голос Юширо, раздражённый из-за очередного эксперимента.
Жизнь продолжалась.
Обычная.
Тёплая.
Живая.
И впервые за долгое время Ада не чувствовала себя чужой среди неё.
Она медленно протянула руку вперёд.
Солнечный свет лёг на пальцы.
Тёплый.
Настоящий.
Обанай заметил это движение.
И прежде чем она успела убрать руку обратно, осторожно коснулся её пальцев своими.
Совсем легко.
Будто боялся, что она исчезнет.
Ада вздрогнула едва заметно.
Но руку не убрала.
Тишина между ними снова стала мягкой.
Не тяжёлой.
Не пустой.
А такой, в которой можно было просто сидеть рядом.
«Сохрани свой свет, ведь не опустеет твоя ладонь, до тех пор, пока ты - любовь...»
И где-то глубоко внутри, там, где раньше были только холод и бесконечная усталость, Ада впервые почувствовала:
возможно, весна действительно скоро придёт.