Глава 16
Маргарита устало сидела на кухне, рассматривая вазу с сиренью, стоявшую на подоконнике.
У девушки, как и прежде, был отстраненный взгляд, словно она витала в облаках, размышляя о смысле жизни.
Арина Павловна в сотый раз уговаривала барышню покинуть дом и направиться к Рококо по приглашению, но Рита лишь отнекивалась, опуская голову, побуждая старушку замолчать и заняться своими делами.
К вечеру старушка все же заставила обратить на себя внимание воспитанницы.
Маргарита, стиснув зубы, вышла из дома, усердно стараясь не проявить резкость.
Девушку тяготило, что в деревне все всё друг о друге знали и не явиться на приглашение без особой причины принималось за непозволительную дерзость и неуважение, особенно, если отказать самой Рококо.
Иными словами, уже завтра пустили бы слух о неладном по отношению к городской девушке. Маргариту обвинили бы в тщеславии, мол вместо благодарности нос воротит.
Барышня не желала принимать глупые правила глупого общества, однако портить отношения с давними знакомыми и любимой няней было ни к чему.
Уж слишком долго Рита анализировала произошедшее и разочаровалась.
Покинув избу, Маргарита пешим ходом направилась к особняку. Через определенное время девушка настигла его, несмело открывая ворота, привычно здороваясь со служанками и проходя внутрь.
В поместье Рита поздоровалась с Марией и Алексеем, подходя, после к окну, всматриваясь куда-то вдаль.
Арина Павловна отказалась от приглашения, устав от всех этих собраний, к тому же, ее беспокоило легкое головокружение.
С Ириной Рита не поздоровалась, а лишь кивнула, тут же отворачиваясь. Ира опустила голову, стыдясь факта, что младшая лицезрела ее в столь интимном виде.
Через пару минут постучал стук в дверь. Маргарита никак не отреагировала, продолжая стоять спиной, догадываясь, кто пришел.
Мария подбежала к двери и распахнула ее, что-то воскликнув, спрашивая к чему месье Аллисандр утруждает себя, ведь входить со стуком нет никакой надобности, и вход в имение всегда открыт для длинноволосого сударя.
Уэльсон улыбнулся, вновь кланяясь, теперь ведя себя гораздо вежливее и сдержанней. В руках у мужчины находился горшок с геранью.
Аллисандр подошел к Ирине, присел рядышком и вручил ей цветок, улыбаясь и касаясь губами кисти юной особы.
Ира тут же расцвела и воодушевилась.
Маргарита неохотно повернулась, наблюдая за зрелищем, наполненным, казалось бы, романтикой и влюбленностью.
Алексей стоял в углу, делая вид, что рассматривает картины, в душе, считая от одного до тридцати по несколько раз, пытаясь отвлечься, всем нутром ощущая скорое приближение бури.
Радостная Мэри аккуратно взяла горшок с цветком и положила его на подоконник.
Через пару минут гости уселись за стол, и служанки подали блюда.
Мария охотно трапезничала, что-то рассказывая присутствующим, обсуждая жизнь в городе. Алексей сдержанно кивал, поглядывая на сидящую возле себя Маргариту.
Девушка, скорее, ковырялась в тарелке, нежели ела. Рите было отнюдь не приятно сидеть здесь, слыша и видя улыбающихся Ирину и Аллисандра.
Барышня вообще не понимала зачем ее пригласили. Весь этот обед, впервые казался ей личным оскорблением.
Ира не обращала на, некогда, подругу никакого внимания.
Поведение Аллисандра было тождественным: мужчина ни разу не взглянул на девушку, с которой также, некогда, беседовал с немалым интересом.
Алексей то смотрел на Риту, видимо, делая для себя определенные выводы и жалея впечатлительную барышню, то оборачивался к настырной Мэри, не позволяющей положить в рот кусок хлеба, покуда Набоков не кивнет и не согласится с очередной околесицей, считающейся по мнению Рококо важным событием.
Когда Маргарита, устав от происходящего, хотела встать, поблагодарить за ужин и вежливо покинуть особняк, не желая смотреть на нежные прикосновения подруги к рукам мужчины и наоборот, Мария резко заголосила.
- Нашему счастью нет предела, месье Аллисандр. Я очень рада за вас. Свадьбу сыграем хоть завтра, а дальше в город - на более значимую церемонию, - проговорила Мэри, поднимая серебряный бокал в знак тоста.
Алексей опасливо взглянул на друга, что склонил голову в бок, усмехаясь, не обращая внимания на поглаживания своих рук Ириной.
Маргарита не подняла глаз, продолжая сидеть отстраненно и неслышно.
- Более значимая церемония, - шепнул Уэльсон самому себе, повторяя слова женщины, которая, однако, смогла расслышать его шепот, что было совсем неудивительно.
- Но ведь деревня ничто иное как формальность, а для любимой супруги и города не жалко, - проговорила Мария, намекая на свадьбу, о роскоши которой и за пределами Петербурга поговаривать должны.
- Любимая супруга, - с серьезным видом процитировал Аллисандр, глаза которого выражали усмешку, в то время, как голос не дрогнул в свойственной ему иронии.
Ирина удивленно посмотрела на жениха, не понимая причины его своеобразных шуток.
Мария же попыталась, как и прежде, взбодрить обстановку, не замечая странного поведения Алексея, прикрывшего глаза и приложившего правую руку ко лбу.
- Зов любви меж вами прошелся. Господь благословил на любовь сильнейшую да свадьбу скорейшую, - объяснила Мария, ясно дав понять, что из этого следует.
- Так разве ж в любви я признавался? - спросил мужчина, с наигранным удивлением посмотрев на Рококо старшую.
- Конечно, признавались. Тогда в моей спальне вы сказали, что женитесь на мне и попросили моей руки. Обмолвились, что гостям всем расскажите и матушкиного благословения попросите, - пролепетала Ирина, чуть хихикнув, считая, по-видимому, что мужчина забавится, хотя в душе заметно начала волноваться.
- Так разве ж истины слова мои были? Поверить мне могла лишь наивная, влюбленная в меня барышня, - на этих словах Аллисандр обратил взор на Маргариту. - Либо глупая, корыстная девка, - мужчина посмотрел в глаза Иры, а в словах его не было ни усмешки ни намека на шутку.
Алексей и Маргарита переглянулись, понимая, что сейчас произойдет наихудшее.
Вернее, это осознавал лишь юноша.
Рита не имела никакого понятия о затее и выдуманной истории о богатстве и серьезных намерениях Аллисандра.
Ирина непонимающе посмотрела на мать, едва не призывая ее разобраться в чем дело.
Мэри и сама растерялась от речи, без пяти минут, зятя.
- Месье Аллисандр, - заговорила Мария, смотря на сидящего впереди мужчину. - Мы не понимаем вас, - призналась женщина, нервно постукивая ложкой по столу.
Уэльсон резко встал и принялся медленно расхаживать по обеденному залу, словно впадая в думки.
Ирина глядела на сударя, непонимающе хлопая ресницами. То же самое делала и старшая Рококо, не сводя с длинноволосого взгляда.
Горожанин подошел к окну, рассматривая собственный подаренный цветок.
- Для многих герань лишь растение. В действительности же, она символизирует глупость людскую, - высказался Аллисандр, касаясь пальцами лепестков.
- Что это значит? - спросила Ира, более не сумев сдерживаться. - К чему эти высказывания, месье?
- Я подарил вам цветок, олицетворяющий малодушие. Что именно вам не понятно, прекрасная Ирина? - поинтересовался Уэльсон, оборачиваясь к девушке, а после усаживаясь обратно.
- Месье Аллисандр, - Мария встала изо стола, качнув головой, и подошла к сидящим, казалось бы, молодоженам. - Извольте объяснить столь незабавную шутку.
- Сказанное мною оттого и не забавно, ибо является отнюдь не шуткой, как вы выразились, госпожа Рококо, - мужчина кивнул Мэри, продолжая рассматривать теперь уже совершенно всех.
- Так... - Мария помолчала пару секунд, собираясь с мыслями. - Так когда свадьба ваша?
- Я не желаю жениться на вашей дочери, прошу меня простить, - признался, наконец, Аллисандр, досадно вздыхая, обескураживая, казалось бы, всех.
Глаза Марии стали под стать тарелкам, из которых женщина трапезничала совсем недавно.
Ира же часто задышала, дергая мужчину за рукав.
- Прошу скажи, что речи твои несерьезны, - пролепетала девушка, часто дыша, боле не выдерживая.
- Я бы женился на вас, возможно, - сказал сударь, приложив палец к вискам, словно задумываясь. - Коль были б вы душой величественней, разумом крепче, телом чище да корыстью обделены, - завершил мужчина, не обращая внимания на Набокова, который показывал определенные жесты, побуждая товарища замолчать.
- Возможно? Телом чище? - Мария разбушевалась, рассматривая наглого горожанина. - Как вы смеете? Не вы ли дочь мою женщиной своей сделали?
- Я не делал Ирину своей женщиной. Я всего лишь показал ей то, что она так старательно пыталась разглядеть сквозь мои брюки, - Аллисандр взглянул на Марию, пожимая плечами, явно издеваясь посредством пошлых шуточек, часто используемых и встречаемых во всяк рода кабаках. - Одно лишь разуму неведомо: чего прекрасная Ирина желала больше, когда прикасалась ко мне, точно супруга? Увидеть, наконец, столь желанные деньги или...
- Замолчите немедленно! - закричала Мария, перебивая обнаглевшего месье. - Как вы смеете? Вы заморочили голову моей девочки, она жена вам теперь, а вы отказываетесь выполнять свой долг, - рассерженная Рококо случайно задела локтем бокал, который тут же обрушился со стола. Благо дело, тот не разбился, а лишь треснул, поднятый через пару секунд Алексеем с пола.
- Я никогда ранее не был пред вами в долгу, госпожа Руковичкина, - ответил Аллисандр, чем шокировал как Мэри так и Ирину, ведь о настоящей фамилии женщин не знал, пожалуй, никто в деревне. - Однако ж, я выполнил ваше общее с дочерью желание: я позволил Ирине соблазнить меня. Не этого ли вы столь сильно желали?
- Сам дьявол посетил наш дом, - шепотом проговорила Мария, желая разорвать мужчину на части. - О происхождении нашем...
- Неважно, - воскликнул Уэльсон, перебил хозяйку, давая понять, что не раскроет секрет касательно знаний о настоящей фамилии Рококо. - Весомость имеет отнюдь не это. Если честь поруганная так важна для вас, то я женюсь на Ирине и даже увезу ее с собой в Петербург, - заверил месье, замечая, как взгляд Марии меняется, становясь менее злым, пусть и на миг, пока Аллисандр не продолжил свою речь. - Вот только согласится ли она выйти за нищего?
- Что это значит? - Мария охнула, не сводя с причудливого горожанина глаз.
- Так ведь в том дело, госпожа, что ничего у меня нет: ни имения, ни земель, ни наследства, - Аллисандр вздохнул, осушив бокал с вином, полностью завершая свою речь, из-за которой все присутствующие и даже Алексей, что знал обо всем с самого начала, сидели, как в воду опущенные.
Мария около минут стояла как столб, пока, фактически, не упала обратно на стул. Ира разочарованно, почти плача глядела на мать, не веря, что все это происходит наяву.
Маргарита жалобно посмотрела на подругу, понимая, что ее мечтам и надеждам пришел конец.
Алексей незаметно снял сюртук, спрятав в нем лицо, молясь господу Богу, чтобы они ушли отсюда живыми, а не покалеченными, как часто случалось в городе во время очередных высказываний Аллисандра.
- Как... Как это ничего нет? - растерянно захныкала Ирина, глядя то на мужчина, то на гостей. - Мама! - отчаянно вскрикнула девушка, призывая помочь, вот только Мария была не в лучшем состоянии, пытаясь отойти от шока.
- Я не богат, отнюдь не богат. У меня ничего нет, даже уверенности, что завтра я проснусь не под открытым небом, - признался мужчина, опуская голову, чуть улыбаясь, но без издевки, ведь его, как и прежде, забавляло совершенно всё.
- Но где же вы тогда живете? Кто вам готовит? А кто убирает? - бормотала Ирина, пока Мария приходила в себя, томно вздыхая.
- Живу, где придется. Обычно плачу за комнату. Прибираюсь сам, а поесть и в кабаке могу, - ответил Аллисандр, не утаивая подробностей своего существования.
- Вы посещаете кабак? - Мария отмерла, надменно взглянув на господина.
- Посещаю, распиваю вино, изредка провожу вечера в компании очаровательных дам, - мужчина хихикнул, скрестив руки на груди.
С минуту замерли все присутствующие.
Мария сидела, а затем бесшумно встала, прикрывая глаза. Ее лицо выражало затишье перед бурей.
Ошеломленная Ирина часто дышала, едва не плача, смотря то на Аллисандра, все еще полагая, что жених ее разыгрывает, то на родную мать, ожидая, что та защитит и что-нибудь придумает.
Алексей закрыл лицо руками, ведь он понимал, что друг сжег все мосты, и теперь им точно придется собирать чемоданы и уезжать обратно в Петербург, а о продажи имения Набокова в деревне боле не может идти и речи.
Рококо славилась наглой и скандальной натурой, потому юноша был уверен, что женщина не позволит ему остаться в деревне и продать поместье: Мария выживет несчастного дворянина и опозорит так, что с ним здороваться перестанут, не говоря уже о нечто значимом.
Рита сидела, также осознавая, что сейчас произойдет, ведь она была знакома с Рококо больше пары лет.
Маргарита не понимала лжет ли Аллисандр или говорит правду.
Да и к чему ему было врать? Чтобы не женится?
Уэльсон, тем временем, внимательно осмотрел каждого и, заметив изменившееся состояние Алексея, закатил глаза, добавляя:
- Я сделал это, чтобы внедриться в высшее общество. Хотел почувствовать себя равным Алексею, - на этом моменте женщины посмотрели на Набокова, который резко убрал руки с лица, не зная, как отреагировать.
- Ах ты, негодяй, - крикнула, наконец, Мария, сжимая руки в кулаки. - Голодранец! Ел и пил с нами, с Ириной встречался да еще в светскость вступить пытался. Да ты быть благодарен должен, что такая барышня, как моя дочь была к тебе добра и приветлива.
- Оу, в ту ночь она была более чем просто "приветлива", - съязвил мужчина, прекрасно помня горящие очи девушки, в действиях которой не прослеживалось и малейшего намека на смущение. - К тому же, куда делись ваши былые манеры, госпожа? Впредь вы не позволяли себе нарекать меня оборванцем, - напомнил Уэльсон, резко вставая со стула.
- Пошел вон из моих владений! - закричала Мария да так, что служанки, копошащиеся за дверью, собираясь внести подносы с чаем, резко замерли, понимая, что лучше оставаться на местах.
Аллисандр вздохнул, покорно следуя вперед.
Мужчина посмотрел на Мэри. Они стояли друг напротив друга. Глаза женщины отражали злость, ненависть, желание уничтожить.
Ирина сидела, лихорадочно глядя из стороны в сторону, обращая внимание на Маргарита, дергая ее за подол платья, побуждая поговорить с Аллисандром.
Алексей сидел, не дыша.
- Добра вашему дома, - произнес Уэльсон, прощаясь.
Мужчина вышел из обеденного зала. После него закрылась дверь.
- И заберите с собою ваш сорняк! - добавила Ирина, крича, хватая герань и разбивая ее.
Пол в одно мгновение оросили земля и поломанной цветок.
Ира шмыгнула носом, замолкая.
Мария вздохнула, замахав веером, совершая глубокие вдохи. Внезапно, женщина обернулась, раздраженно смотря на остальных гостей.
- А вы что? Уходите тот час же! - рыкнула Мария, указывая на дверь.
Набоков встал, быстро схватив сюртук, поклонившись, выходя вместе с Маргаритой, которая решила, что будет лучше оставить Рококо одних, дабы они успокоились и пришли в себя.
Выйдя из особняка, Алексей зашагал вперед, размахивая шляпой перед лицом, ибо стало жарко от произошедшего.
Позади юноши шла Маргарита, вот только он ее, словно, не замечал, постанывая от мурашек, пробежавших по телу, смотря по сторонам, причитая, что нужно срочно найти Аллисандра.
Барышня, ничего не говоря, обошла клумбу, направляясь в противоположную сторону, ведь за пределами владений Рококо можно было оказаться не только через основные ворота.
По крайней мере, Рита, как некогда частая гостья, была об этом осведомлена.
Однако ж, долго идти с опущенной головой и анализировать произошедшее девушке не удалось.
Завернув за очередной угол, Маргарита слегка соприкоснулась с чьей-то грудью, что вывело ее из размышлений.
Подняв глаза, барышня нисколько не изумилась и не охнула, заметив столь нашумевшего и известного персонажа.
Аллисандр спокойно смотрел на девушку перед собой, ни улыбаясь и не смеясь.
Маргариту даже удивило, что он молча не прошел мимо, а остановился, поднимая глаза, не отодвигаясь ни на шаг.
Взгляд Аллисандра излучал некую заинтересованность. Он, будто, желал увидеть хоть какую-то реакцию, а точнее, гнев и те же слова о ненависти, что звучали из уст Марии, вот только этого не происходило.
Взгляд юной девы не выражал, пожалуй, ничего. В ее очах стояли отстраненность и равнодушие к произошедшему, хотя, возможно, это была лишь маска, ибо показывать истинные эмоции и чувства перед таким человеком как Аллисандр, Маргарите вовсе не хотелось.
- Миледи, - произнес, наконец, мужчина, начиная разговор.
Рита продолжала спокойно смотреть на приезжего, не произнося ничего в ответ.
Теперь Маргарита не была уверена из Петербурга ли Аллисандр или обычный деревенский человек, обладающий несравненным умом, раз смог создать такую волокиту и так жестоко разыграть совершенно всех.
"Его" миледи также не понимала в действительности ли он посещал выставки с картинами эпохи стиля Рококо, истиной ли являлись его слова, когда он сообщал, что видел Марию будучи ребенком, правда ли то, что он говорил о современных девушках...
А то, что Маргарита являлась интересным собеседником... Красивой, умной...
Не лгал ли он, ее хваля и глядя ей в глаза?.. У Маргариты не было ответа.
- Прошу прощения, запамятовал я, забыл поприветствовать вас ранее, - Аллисандр едва слышно вздохнул, изображая досаду.
Маргарита приоткрыла рот, удивляясь очередному представлению.
- Всё, - внезапно произнес мужчина, взгляд которого выражал удовлетворение и некое безумие.
- Что "всё"? - Маргарита подала голос впервые за вечер.
- Всё, - повторил Аллисандр, пожимая плечами. - Планам Рококо пришел конец. Я испортил, - с уст сорвалось тихое хихиканье.
- Что вы испортили? - Рита чувствовала себя крайне глупо, ведь она боле не понимала ни эмоций, ни причины смеха Аллисандра.
- Ирина. Я ее испортил. Я испортил дочь Рококо. Теперь у Ирины нет возможности выйти за богача, а Марии продать дочь подороже. Я принес крах ее замыслам, - Уэльсон улыбнулся, наблюдая за реакцией барышни.
- О, Господь. Как можно, - Рита отвернулась на секунду, не сумев посмотреть в очи Аллисандра, что казались ей сейчас такими неискренними.
Ничего больше не отвечая, Маргарита сделала шаг вперед, обходя мужчину, намереваясь, по-видимому, молча удалиться.
- Хм, - произнес господин, театрально почесав голову, будто бы снова потешаясь. - Вероятно, я и вас разочаровал своим смертным положением. Ни одна Ирина теперь в печали. Я такой грешник, - наигранно проговорил Аллисандр, закрывая лицо руками. - Эх, нет места мне в раю. Придется перекочевать в ад, - размышлял Уэльсон, разговаривая с самим собой.
Рита остановилась, оборачиваясь, подходя ближе.
- Что мне ваше богатство, господин Уэльсон? - во взгляде читались обида и что-то еще.
Месье приподнял бровь.
- Вы совершили гнусный поступок и гордитесь этим. Вы насмехаетесь над обманутыми вами людьми, называя это моралью, - Рита замолчала, ведь Аллисандр в который раз пренебрег ее словами, начав гаганить, будто, сказанное позабавило его.
Закончив радоваться непонятно чему, мужчина кашлянул, с некой надменностью взглянув на барышню.
- В чем я совершил провинность?
- Вы проявляли внимание, она поверила вам, а... - Рита стала тараторить, пытаясь образумить эгоистичного господина.
- Миледи, - Аллисандр остановил Маргариту, смотря ей в глаза. - Не говорите то, чего я знаю. Скажите то, что мне никто не скажет. Удивите меня, - попросил мужчина, улыбаясь.
Барышня замерла, понимая, что мужчина вновь стал издеваться.
И в правду, Аллисандра умиляла ситуация: Ирина обескуражена, Мария пылает ненавистью, Алексей, наверняка, во всю ищет, чтобы отчитать, и Маргарита, пытающаяся внедрить чувство вины.
Они стояли друг напротив друга несколько секунд.
Рита молчала, едва слышно дыша, пока сударь рылся в сюртуке, не понятно откуда, доставая сигарету и закуривая.
Уэльсон курил, рассматривая Маргариту, пытаясь предвидеть ее дальнейшие слова.
Сударь облокотился о стену, смотря на девицу.
Вокруг стояла тишина, и лишь равномерные выдохи из уст господина напоминали каждому, что тот не один.
Маргарита медленно подошла к Аллисандру. Мужчина заинтересовано посмотрел, ожидая действий.
- Находясь рядом с вами, я боюсь потерять свою совесть, - спокойно произнесла Рита, немного прищурив глаза.
Аллисандр ухмыльнулся, не ожидав подобной реплики, однако уже через секунду удовлетворенно блеснул очами.
- А вы, находясь рядом со мной, боитесь потерять только это? - Аллисандр усмехнулся, замечая, как расширяются глаза Маргарита от услышанных слов.