20 часть
Три дня я не выходила из отеля.
Три дня я позволяла себе просто быть. Спать, есть, смотреть глупые сериалы, читать книги, которые Кими приносил мне из своих бесконечных походов в магазинчики Абу-Даби. Он не задавал вопросов. Не требовал ответов. Просто был рядом — тихой, тёплой, надёжной стеной.
Элина забегала каждый вечер. Приносила сплетни, еду, новости. Рассказывала, что в паддоке только и разговоров что о моём срыве. Что журналисты строят теории — от любовной драмы до нервного срыва. Что команда «Макларен» официально заявила: «Лэс взяла паузу по состоянию здоровья».
— Марк звонил, — сказала Элина на третий день. — Спрашивал, как ты. Сказал, что место за тобой сохранят, сколько бы ты ни отдыхала.
— А Ландо? — спросила я тихо.
Элина помялась.
— Ландо... он сам не свой. На церемонии закрытия был как робот. С журналистами — молчит. С командой — молчит. Тусовки отменил, сидит в номере, никого не видит.
— А ко мне?
— Не пытался. — Элина посмотрела на меня внимательно. — Сказал Марку, что не будет тебя беспокоить. Что даст столько времени, сколько нужно.
Я удивилась. Это было непохоже на него.
— Он изменился, Лэс, — тихо сказала Элина. — Сильно. После той гонки... после того как ты ушла... он будто прозрел. Говорят, он ночь не спал, просто сидел и смотрел в стену. А утром пришёл к Марку и сказал: «Я всё понял. Я её убивал. И теперь мне нужно научиться жить по-другому».
У меня защипало в глазах.
— Почему он сам мне это не скажет?
— Потому что уважает. — Элина пожала плечами. — Впервые в жизни, кажется, реально уважает. Твой урок пошёл впрок.
Я молчала, переваривая.
— А ты? — спросила Элина. — Ты что чувствуешь?
— Я не знаю. — Я честно посмотрела на неё. — Я так устала, Элина. Устала быть сильной. Устала тащить его на себе. Устала выбирать.
— А Кими?
— Кими... — Я улыбнулась. — Кими — это чудо. Он рядом, и мне ничего не нужно делать. Просто быть.
— Но?
— Но когда я думаю о Ландо, у меня сердце разрывается. И я не знаю, что с этим делать.
Элина вздохнула.
— Знаешь, что я думаю? — сказала она. — Иногда не надо выбирать. Иногда надо просто подождать. Жизнь сама всё расставит.
---
На четвёртый день я решила, что хватит.
Я оделась просто, но аккуратно. Джинсы, свитер, минимум макияжа. Никакой брони. Никаких масок. Просто я.
И поехала в паддок.
Трасса уже опустела после финала, но команды ещё были здесь — разбирали оборудование, грузили контейнеры, готовились к отлёту. Я шла мимо боксов, и люди оборачивались. Кто-то шептался, кто-то улыбался, кто-то отводил глаза.
У входа в бокс «Макларена» я остановилась. Сердце колотилось где-то в горле. Глубокий вдох. Я вошла.
Марк увидел меня первым. Подскочил, обнял.
— Лэс! Слава богу! Ты как?
— Лучше, — улыбнулась я. — Спасибо, что держал место.
— Место за тобой, — твёрдо сказал он. — Всегда.
Механики подходили, жали руку, хлопали по плечу. Кто-то сказал: «Ты молодец, что ушла. Он реально достал всех». Другой добавил: «После той гонки он сам не свой. Может, хоть теперь поумнеет».
Я слушала и понимала: они не осуждают. Они на моей стороне.
А потом я увидела Ландо.
Он стоял в глубине бокса, у своего шкафчика. Увидел меня — и замер. Не бросился, не побежал, не закричал. Просто стоял и смотрел.
Я подошла. Остановилась в двух метрах.
— Привет, — сказала я просто.
— Привет. — Голос у него был хриплым, будто он неделю не говорил.
Мы молчали. Секунду, другую, минуту.
— Я... — начал он и запнулся. — Я не знаю, что сказать. Всё, что я скажу, будет недостаточно.
— Просто говори, — ответила я.
Он провёл рукой по лицу. Глаза у него были красными, под ними залегли тени. Он похудел, осунулся, выглядел лет на десять старше.
— Я был мудаком, — сказал он тихо. — Полным, законченным мудаком. Я орал на тебя, хотя ты была единственной, кто меня слушал. Я таскал этих девок, хотя думал только о тебе. Я вёл себя как ребёнок, а ты тащила меня на себе. И когда ты сломалась... когда я увидел, как ты плачешь... я понял, что убил тебя. Своими руками.
— Ландо...
— Дай договорить. — Он поднял руку. — Я не прошу прощения. Я не имею права. Я просто хочу, чтобы ты знала: я всё понял. Я начал ходить к психологу. Серьёзно. Каждую неделю. Я учусь не орать. Учусь справляться сам. Учусь быть человеком, а не ураганом.
Я смотрела на него и видела — он не врёт. В его глазах было что-то новое. Не та прежняя одержимость, а настоящая, глубокая боль и решимость.
— Я не прошу тебя возвращаться, — продолжил он. — Ни ко мне, ни в команду. Если ты захочешь уйти — я пойму. Если захочешь остаться работать — буду работать как профессионал. Если захочешь быть с ним... — он запнулся, сглотнул, — я приму. Потому что ты заслуживаешь счастья. Даже не со мной.
У меня на глазах выступили слёзы. Совсем не такие, как в тот раз. Другие. Тёплые.
— Ландо, — сказала я тихо. — Я не знаю, что будет дальше. Мне нужно время.
— Сколько угодно. — Он улыбнулся — впервые за этот разговор. Улыбка была грустной, но настоящей. — Я научился ждать.
Я кивнула и, не сдержавшись, шагнула к нему. Просто обняла. Коротко, по-дружески, но от всей души.
Он замер, будто боялся дышать. А потом осторожно обнял в ответ.
— Спасибо, — прошептал он в мои волосы. — За всё.
---
Вечером я сидела в номере Кими. Он пил чай и читал книгу. Я смотрела в окно.
— Я была у Ландо, — сказала я.
Кими отложил книгу. Посмотрел внимательно.
— И как?
— Он изменился. Реально изменился.
— Ты рада?
— Я... я не знаю. — Я повернулась к нему. — Кими, я запуталась. Ты — моя тишина. Мой покой. Моё спасение. А он... он моя боль. Мой адреналин. Моя жизнь. И я не знаю, что выбирать.
Кими встал, подошёл, сел рядом. Взял мою руку.
— А ты не выбирай, — сказал он просто. — Просто живи. Чувствуй. Иди туда, куда сердце зовёт.
— А если сердце зовёт в разные стороны?
— Значит, не время. — Он улыбнулся. — Сердце — оно мудрое. Оно само решит, когда придёт срок. А пока... пока просто будь.
Я посмотрела на него. Такого молодого, такого мудрого, такого невероятного.
— Ты удивительный, — сказала я.
— Знаю. — Он усмехнулся. — Ты уже говорила.
Я обняла его, уткнулась в плечо. Он пах морем и покоем. И в этот момент я поняла: я никуда не тороплюсь. У меня есть время. У меня есть выбор. И я имею право не выбирать прямо сейчас.
---
Перед сном я открыла канал. Миллион двести тысяч подписчиков.
«Я вернулась.
Не в команду — пока нет. Просто в жизнь.
Я видела его сегодня. Того, из-за кого я сломалась. Он изменился. Сильно. Так сильно, что я его почти не узнала.
Он сказал, что не просит прощения. Что просто хочет, чтобы я была счастлива. Даже не с ним.
И знаете что? Я ему почти поверила.
А ещё есть тот, другой. Тихий. Мудрый. Который держит мою руку и говорит: "Не выбирай. Просто живи".
И я живу.
Спасибо вам, что вы со мной.
Ваша Лэс».
Я выключила свет и закрыла глаза. Завтра будет новый день. И новые выборы.
А сегодня — сегодня я просто была. Живой. Настоящей. Свободной.
«Иногда не надо выбирать. Иногда надо просто ждать, пока выберет тебя жизнь».
— Мураками, «Кафка на пляже»