Одержимый [РЕДАКЦИЯ]

На следующий день после разговора с Найджелом Уайтом я уже почти свыклась с мыслью, что мы с Владом — теперь одна команда. По крайней мере на бумаге.

Проект, таблицы, тезисы — всё оформила, как просил Уайт. Утро пролетело в привычном ритме: учёба, косые взгляды одноклассников, и, конечно, тишина со стороны Влада. Он будто бы снова исчез. Или сделал вид, что ничего не было.

На большой перемене нас с Владом вызвали к директору.

Кабинет Тимура Михайловича.

Светлый просторный кабинет с высоким потолком, полками, уставленными книгами по теории чисел и механике, и большой доской с формулами сбоку — он не просто администратор, он по образованию математик. И чувствуется, что он этим гордится.

Влад уже сидел у окна, когда я вошла. Спокойный, как будто пришёл на чай.

— Здравствуйте, Мария, Владислав, — Тимур Михайлович поднял голову, сложив руки на столе. — Рад видеть вас. Узнал, что вы участвуете в международном проекте. Хорошая команда.

Я только кивнула. Влад не проронил ни слова.

— Хотел лично поговорить с вами. Участвуете от нашего лицея — значит, представляете не только себя, но и нас.
Он слегка улыбнулся.
— Влад, ты уже участвовал в подобных конкурсах, ты знаешь правила. А ты, Мария, приятно удивила весь педагогический состав. Молодец.

Я почувствовала, как щеки слегка вспыхнули.
— Спасибо.

— Вы уже начали работать?
— Да, — тихо сказала я. — У нас есть черновой план. Я оформила математическую часть, Влад займётся физикой.

Он довольно кивнул.
— Именно так. Скоординируйтесь. Сделайте акцент на логике построения и потенциальной практической пользе — жюри это ценит.

Он улыбнулся.
— Ну что ж, не буду задерживать. Мария, можешь идти. Влад, останься на минуту — хочу обсудить один... личный момент.

Я кивнула, сдерживая удивление.
— Хорошо. До свидания.
— Удачи вам, Мария, — сказал директор с лёгким оттенком тепла.

POV Влад

Дверь за Марией закрылась мягко.
Я остался стоять у окна, пока Тимур Михайлович возился с какими-то бумагами, потом — как всегда — отложил ручку, посмотрел на меня поверх очков.

— Влад, давай без лишнего.
Ты сам дал ей этот значок?

Я повернулся к нему боком, не отводя взгляда.

— Да. Я дал.

Он откинулся в кресле.
— Ты хоть понимаешь, что ты сделал? Это герб Vikselberg Industries. Его носят только члены семьи. Только те, кто...
Он замолчал, подбирая слова.
— Кто под нашей защитой.

— Я знаю, — коротко ответил я.

— И ты... просто так?

— Да.

Он смотрел на меня долго.
— Влад...

— Были обстоятельства. Я посчитал нужным, — сказал я спокойно. — У меня не было сомнений.

— Ты не объяснишь?

— Нет.

Он усмехнулся, но без раздражения.
— Ты же знаешь, отец бы взорвался.

— Он не узнает, если ты не скажешь.

Пауза.
Он тяжело выдохнул, сжал губы в тонкую линию.

— Хорошо. Я не скажу. Но только потому, что знаю — ты не делаешь ничего просто так.
Он встал.
— Если она будет носить этот значок — всем придётся молчать. Ты дал — ты и отвечаешь.
Но ты же знаешь, что это значит.

Я кивнул.
— Знаю.

Он чуть хмурится, но отпускает.
— Ладно. Иди. Мне всё равно надо готовиться к заседанию попечительского совета. Надеюсь, твой проект будет не менее скандальным, чем твои поступки.

Я усмехнулся.
— Это мы ещё посмотрим.