17. Дорога
– Куда теперь? – поинтересовалась Катарина, захлопнув за собой дверцу машины. Лаура неуверенным тоном назвала место:
– Сиэтл. Тесса переехала несколько лет назад.
– Кто она, расскажешь нам?
– Это долгая история. До того, как мы переехали в наш дом, мы жили в многоквартирном доме в городе. В нем же, на два этажа выше нас, жили друзья родителей и их дочь. Мы с ней вместе росли, она моя лучшая подруга с ее рождения. Тесса младше меня на 7 месяцев. Она мне очень дорога. Мы все детство провели вместе, у нас было столько приключений. Правда, потом, полтора года назад, мы переехали в этот дом, а ее семья – в Сиэтл. Общались по скайпу, звонили друг другу, я даже хотела приехать к ней в гости на Рождество. Только вот мы поссорились, очень сильно, но я до сих пор не могу выделить одну причину ссоры, их словно несколько. Помню, я сильно злилась и расстраивалась первые несколько дней, потом ждала ее сообщения, а его все не было. Тогда подумала, что ей будет так лучше, без меня, и не стала звонить. Время шло, я все больше винила себя, жалела, хотела все вернуть. Как-то звонила ей, ничего не вышло. Никто мне не смог заменить ее, с Эммой все совсем по-другому. Я очень скучаю по нашим прогулкам, мы несколько часов подряд гуляли по городу, заходили в неизвестные дворы, уходили на окраины или просто бродили по магазинам. Скучаю по тому, как мы могли завалиться к ней домой после абсолютно неожиданной покупки краски и начать красить волосы или брови. Или смотреть фильм, разбирать книги старых гадалок и смеяться над ритуалами в них. Мне так нравилось идти с ней по улице, смеясь над чем-то, или петь, наши голоса так красиво звучали вместе. Я даже скучаю по тем дурацким йогуртам и злаковым батончикам, которые она вечно покупала, чтобы худеть, хотя ей это было не нужно, скучаю по тому, как она впихивала в меня гору конфет, только потому, что сама ела сладкое лишь на праздники. И, думаю, я просто хочу увидеть Тессу, поглядеть, как она там, все ли у нее хорошо.
Лаура оторвалась от рассматривания фонаря и заправила прядь волос за ухо. Катарина улыбнулась ей и кивнула:
– Значит, мы сбегаем в Сиэтл. Сколько до него ехать?
– Около двух дней, – откликнулся Ричард, оглядывая своих подруг, – мы правда это делаем?
– Правда, Рич, правда. Нас хватятся завтра, скорее всего. У нас есть время.
Он ответил:
– Если выедем сейчас, через два с половиной часа будем в Камберленде, сможем там заночевать. Не уверен, что ехать всю ночь будет верным решением.
Лаура согласилась с ним, но он подозревал, что она просто не хотела напрягать их. Ну а Катариной настолько завладел азарт от их выходки, что ей было все равно, лишь бы уже поехать. Глубоко вздохнув, Ричард нажал на педаль газа и вырулил на шоссе.
– Погнали, Сиэтл ждет.
Слушая радостный смех двух девушек, он почувствовал себя на своем месте, словно этим он хотел заниматься всю жизнь: ехать по дороге с двумя подругами и ощущать внутри легкость от этого.
– А почему Риверс? Твоя фамилия, – внезапно спросил он.
Девушка неопределенно пожала плечами:
– Что-то вроде псевдонима, само пришло в голову.
Минуту в машине было молчание, пока Рина не предложила сыграть в города. Ричард, хоть и закатывал глаза на нелепость этого предложения, быстро подключился к игре. Быстро пролетали названия городов: Нью-Йорк, Кембридж, Женева, Амстердам, Манчестер, Рига, Арканзас, Солт-Лейк-Сити...
Через два с половиной часа, черный мерседес с тремя пассажирами на борту добрался до Камберленда. На часах светились четыре цифры: 22:43. Улицы были окрашены в приятные неяркие оттенки из-за разноцветных фонарей, а из прохожих наблюдались только идущие на вечеринку молодые люди. Возле одной такой группы Батлер и притормозил.
– Как проехать к ближайшему мотелю?
Парень с зелеными дредами, обнимавший сразу двух девчонок за талии, ухмыльнулся и показал взад себя:
– Минут пять едешь туда, затем налево. На вывеске угарный кот, мимо не проедешь, чувак.
– Спасибо.
– Удачи с цыпочкой! – отсалютовал им зеленоволосый и пошел дальше в сопровождении своих хихикающих подружек.
Мотель назывался "Красная королева", а на неоновой вывеске широко улыбался Чеширский кот. На ресепшене хмурая молодая женщина сообщила им, что свободных двухместных номеров нет, а есть лишь одноместные.
– Да вам, наверно, и не нужно. Одна кровать на двоих вас устроит?
Ричард переглянулся с Катариной, что скажет та.
– Устроит, давайте. Нам же всего на ночь, верно?
Номер оказался не сильно комфортабельным: посреди небольшой комнаты стояла широкая кровать для супругов, за перегородкой нашлись унитаз и раковина, а у закрытого поеденными кем-то жалюзи окна подпирал стену стул, неизвестно зачем поставленный там. Освещение так же оставляло желать лучшего – на весь номер одна лампочка, свисающая на проводках с потолка, она качалась и светилась тускло-желтым светом.
– Ну... не люкс, конечно, но терпимо? – морщась, поинтересовалась Катарина.
– Если мы переживем здесь эту ночь, то да, но пока все выглядит как локация для фильма ужасов, – улыбнулась Лаура. Ричард обошел номер, фыркнул и сказал:
– Хорошо, что кровать широкая, мы сможем втроем спать на ней.
– Чур, я с краю, – смеясь, выпалила Риверс. Рина же поколебалась, прежде чем согласиться:
– Рич, мы уже сколько лет не спали на одной кровати, с детства, наверное. Это странно, но, подозреваю, выбора у меня нет?
– Абсолютно никакого, вряд ли женщина с ресепшена пустит тебя к себе переночевать.
Девушка поставила сумочку на стул и, взяв чистую одежду, ушла за перегородку. Сквозь шум воды ее друзья слышали, как она сетует на отсутствие нормального человеческого душа. Спустя пятнадцать минут все уже улеглись, места хватило всем, но было слегка тесновато. Наутро проснувшийся первым Ричард осторожно выбрался из объятий Ринс, оглядел тихих и умиротворенных девушек и отправился на поиски завтрака. Он вернулся через полчаса, за что на него накинулась Арис:
– Где ты был? Мы ужасно беспокоились. Просыпаемся – тебя нет, записки нет, машины нет. Думали все, бросил нас. Где тебя носило?
– Я ездил за завтраком. Кто ж знал, что здесь еда с прошлого века, а нормальных магазинов поблизости нет.
Парень выложил на кровать три баночки йогурта с одноразовыми ложками в комплекте, бутылку сока и холодные сэндвичи в вакуумной упаковке. Благодаря завтраку его быстро простили за уход и причиненные волнения. Поев, они забрали сумки, отдали ключ еще более мрачной женщине, чем та, вчерашняя, и вновь забрались в машину.
– Дальше весь день будем ехать. Так что готовьтесь.
Следующую остановку они совершили в Толедо через пять с половиной часов, чтобы заправиться, пообедать и сходить в туалет. Лаура все время оглядывалась, этот город ей нравился куда больше Камберленда. Поход до супермаркета стал настоящей прогулкой, Катарина даже фотографировала их всех.
– Эти фотки я выкладывать не буду, они только наши.
У Ричарда зазвенел телефон. На экране светилось "мама". Он сбросил и отправил ей сообщение:
《Мам, я в порядке
13:46 Сейчас в Толедо.
Я тебе перезвоню》
К полуночи ребята достигли Миннеаполиса, и там выяснилась неприятная деталь: карточки обоих непокорных отпрысков заблокировали, а тратить наличные сейчас нельзя, ведь в Сиэтле им больше понадобятся деньги, чем в дороге.
– Придется ночевать в машине, – вздохнув, заключил Ричард. Он расположился на передних сиденьях, Катарина использовала в качестве подушки свою сумку, а Лаура – бедро подруги. Так они и заснули. Во сне парень снова слышал тот незнакомый голос, зовущий его, а когда проснулся, услышал тихий разговор девушек. "Я теперь постоянно буду просыпаться и заставать что-то секретное, или как?" – подумал он, вслушиваясь.
– Не знаю я, как меня так угораздило. Ведь все было: семья, здоровье, друзья, хобби. Почему я была в депрессии, сама не понимаю. Ее не должно было быть, я не должна была чувствовать это. А сейчас я не должна чувствовать влюбленность в него.
– Знаешь, ты не первая девушка, влюбившаяся в Рича, и, поверь, не последняя. Что-то в нем есть, что притягивает. Но лучше бы тебе не любить его по-настоящему сильно. Рич не такой человек, он никогда никого не любил как девушку.
– А Эмму?
– Она ему нравится по-человечески, ему хорошо с ней, но любви он не чувствует, не горит ею, понимаешь? И я не знаю, сможет ли хоть одна девушка в мире пробудить в нем это.
– Так странно, – Лаура вздохнула, - что мы с Эммой влюблены в одного парня. У нас с ней абсолютно не совпадали вкусы в этом плане.
– Единичный выстрел, бывает. А у меня никогда не было подруг. Все мои близкие – Рич, эта рыжая заноза в заднице. Я не представляю жизни без него.
– Он тебе важнее любви?
– Ну конечно. Парни приходят и уходят, а друг остается всегда с тобой. Даже если мы оба встретим ту самую любовь, она не заменит нам нас. А ты впервые влюблена?
– Нет, – помявшись, откликнулась Лаура, – однажды я влюбилась в парня, а он оказался манипулятором и козлом. Полгода по нему сохла, а потом все же дошло, что он за человек. Болезненный опыт, вот и все.
– Как я тебя понимаю, только в таких и влюблялась постоянно. Такое чувство, будто из нормальных парней остался только Рич. Хотя мой парень на данный момент все еще довольно мил со мной. Милый Миллер.
– Как думаешь, мы найдем Тессу? – задумчиво спросила Риверс после молчания.
– Конечно, не зря же мы всю страну пересекаем ради нее и тебя. Кстати, скажу по секрету – я так тебе благодарна, если б не ты, мы никогда бы не стали так путешествовать.
– Турагентство "Призрак" к вашим услугам, – тихонько фыркнула девушка, – и если вы хотите выдержать еще много миль дороги – вам нужно спать, прекрасная леди.
Катарина рассмеялась, сразу же закрыв себе рот ладонью:
– Ты права, давай спать.
Утром они ехали, открыв окна, и громко подпевали песням. Ричард больше слушал девушек, чем пел, а их высокие голоса хорошо звучали вместе.
Road trippin with my two favorite allies
Сорваться с места и с друзьями вдаль рвануть,
Fully loaded we got snacks and supplies
Запасшись всем, что надо взять с собою в путь;
It's time to leave this town, it's time to steal away
Дорога ждёт, пора оставить город нам
Let's go get lost anywhere in the U.S.A.
И пусть ищут нас - мы будем где-то там.
Let's go get lost
Пусть ищут нас,
Let's go get lost
Пусть ищут нас.
Когда стемнело, они вновь выехали на обочину и довольно быстро уснули, утомленные долгим путешествием. Ночь выдалась холодная, поэтому им пригодились пледы, захваченные Лаурой. После взаимных пожеланий спокойного сна в машине воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим посапыванием, неравномерным дыханием троих путешественников и шумом ветра снаружи.