.
Шаг шестидесятый. Работать с самооценкой
Знаете, сколько раз я слышала от женщин фразу: «Я боюсь, что когда расстанусь с этим партнером, то останусь одна (никого не найду, не смогу построить новые отношения, вообще не захочу больше отношений и т. д.)»?
Много.
Сейчас я все больше предполагаю, что на самом деле таким образом женщины говорят мне: «Я не верю, что буду кому-нибудь нужна» или «Я не уверена, что достойна отношений с кем-нибудь». И это очень грустно. Потому что истории отношений с абьюзерами или зависимости от отношений с неподходящими партнерами, они ведь про это. Когда Красная Шапка ходит по лесу уверенная, что она никому не понравится и никто ее не выберет, то любой самый завалящий Волк обладает неплохими шансами заполучить ее в свои цепкие лапы. Даже не надо сильно уговаривать. За пару комплиментов и надувание ее самооценки она сама так исказит действительность и приукрасит реальность, что Волк окажется в ее сознании самым настоящим принцем.
С некоторых пор я не люблю говорить «плохая самооценка». Давайте называть ее «уязвимой»? Так вот. Уязвимая самооценка делает нас неуверенными в собственной ценности для других людей. При этом мы вообще не склонны опираться на реальность и видеть, что вокруг могут быть люди, которым мы важны и ценны. Мы переживаем себя тотально плохими и недостойными, приписывая миру потенциальное желание нас отвергнуть. Выход один – начать наконец работать с самооценкой. После стандартного похода за тем, чтобы выстроить ее «как у всех». Сначала через мужчину, а потом через бунт против этого. Расскажу вам очень смешную историю.
У Маши Трауб есть классный рассказ «Пьяная стерлядь». Он очень показательный в плане того, как мы бегаем за своей нормальной женской идентичностью. Начинаем практически все из одной точки, проходим обязательные стадии приспособления и соответствия, а потом куда-то выходим и успокаиваемся.
Так вот. Одна девушка, как водится, была молода и не знала ничего про отношения и про то, как ей подходит, чтобы с ней обращались. Поэтому она согласилась на отношения с мужем на два города и стала к нему ездить. Сначала ей было норм, а потом хуже. Потому что какой женщине понравится, когда она таскается по самолетам, а он сидит в своем городе и ждет ее с сумками. Ну вот напряжение нарастает, нарастает, нарастает… И тут он просит приехать и привезти ему живую стерлядь. Ну типа «тебе что, сложно, что ли?».
Ну вроде не сложно. Только надо довезти живую. Ей дают совет: оказывается, стерлядь надо замочить в водке, тогда она долетит. Ну покупает она бутыль, наливает в пакет с живой рыбой, та стихает. Девушка едет в аэропорт и там, конечно, чувствует, что стерлядь очухалась и бьет ее в бок. Рыбина вместе с девушкой скрываются в туалете в целях дальнейшего опьянения. И тут оказывается, что непонятно, как рыбу поить так, чтобы она стихла. Героиня пытается налить ей водки в рот, а та, естественно, плюется. Из кабинки выходит какая-то тетка и говорит: «Ну кто ж так стерлядь в водке замачивает?! На жабры надо лить!» Берет и почти профессионально заливает жабры водкой.
И вот тут, прямо в туалете, наша девушка переживает удар по самооценке. Да. Она нашла обо что убиться. Как и мы все, когда цель в этом. Ибо она вдруг отчетливо понимает: «Все на свете знают, как поить стерлядь водкой! И только я, как последняя дура, не могу своему мужику нормально стерлядь напоить и довезти». И крик женской души здесь, конечно: «Все вокруг нормальные, мудростью жизни владеют и все точно знают, как надо (особенно с мужиками), одна я, как непонятно что, болтаюсь между двух городов». Она допивает водку из горла и бежит в самолет.
А там происходит все то же самое! Стюардесса сразу понимает, кто бьется на полке, и рукой мастера снова замачивает рыбу водкой из запасов бизнес-класса. Наша героиня, окончательно размазанная правдой, что, кроме нее, все абсолютно нормальны, вжимается в кресло и допивает запас виски из того же класса. В итоге выпадает на руки к мужу пьяная, с растерзанной вхлам самооценкой и привязанностью к рыбе, которую она везла, рискуя самым ценным. Мужик, конечно, остается глухим и слепым к ее нравственным терзаниям об убийстве почти родной рыбы и душевному омуту в области «говнолия-магнолия». Смотрит на нее, ничего не понимая. А все! Аннушка уже пролила масло. Рыба опьянела. Женщина вышла на тропу индивидуации.
Сначала мы беремся за мужчин хоть как-то. Чтобы было. И как у всех.
Мы ничего не понимаем про себя.
Потом обнаруживаем себя в том, что нам не подходит, но еще не верим себе.
Потом напряжение нарастает, и мы даже готовы убиться об рыбу, понимая, что «со всеми все нормально, только я не удалась». И это правда в чем-то так и есть: мы закономерно ощущаем себя хуже, соглашаясь на отношения, которые нам не подходят. Самооценка просто не может не страдать.
А потом происходит рывок. И мы достаем себя из того, где та самая самооценка страдала. И это становится и средством, и результатом создания своего Я. По-другому мало у кого получа-ется.
В общем, она его бросила.
Упражнение
Про уязвимую самооценку я написала целую книгу: «Хрупкие люди. Тайная дверь в мир нарциссов». В ней рассказываю, как она формируется и что можно делать, чтобы работать над ее восстановлением. Когда мы ставим перед собой такую задачу, то мы:
• переводим внимание с внешних оценок, откликов и ожидания увиденности другими людьми на себя. Мы помещаем себя в фокус своего интереса и исследования. Мы наполняемся знаниями о себе;
• учимся замечать каждый шаг, который совершаем к своей цели, признавая его ценность, вне зависимости от оценки, которую себе выставляем;
• наблюдаем и останавливаем привычное обесценивание и самонападение;
• отказываемся от сравнения с идеальным идеалом и требования от себя совершенных результатов;
и так далее.
Важно увидеть механизм формирования более устойчивой самооценки. Эту копилку нельзя наполнить, если в нее ничего не складывать, а то, что имеется, постоянно выбрасывать, считая мелкой монетой. Она становится полнее за счет реальных действий, которые мы совершаем, преодолевая свой синдром самозванца, саботаж и прокрастинацию, о которых я тоже подробно рассказываю в книге. Вы не станете в себе глобально уверены и свободны от стыда, а уж потом будете совершать то, что вам важно. Все наоборот. Сначала, несмотря на стыд и тревогу, вы будете действовать маленькими шажочками, и это послужит опорой для большей уверенности. Во взрослом мире самооценка строится так…Шаг шестьдесят первый. Пережить предательство
Предателем может быть кто угодно. Чаще всего это, конечно, наш любимый и близкий человек. Мужчина, родственник, подруга. Как правило, это внезапно открывшиеся обстоятельства о поступках человека, которые направлены против нас и наших отношений. Измена – предательство со стороны мужа. Соблазнение мужа – предательство со стороны подруги. Оставление в беде – предательство со стороны родственника.
Предательство – это страшный Волк.
Он ранит в самые глубины женской души, в безопасность, в доверие к людям. И в самооценку. Это, безусловно, нарциссическая рана, которую иногда невозможно вылечить. «Кто я такая, раз со мной так поступили самые близкие люди?» Эта боль разрушает, пока мы не можем ее прожить.
Чему учит? Осторожности, избирательности, доверию своим ощущениям, ответственности за то, с кем делить свою жизнь. А еще урок предательства: взрослый мир не безопасная лужайка, где все люди хорошие. Связь с реальностью иногда добывается очень большой ценой.
Какова цена? Ваше сердце будет разбито. Вы потеряете детскую веру в людей. Но ради своего будущего вы можете бережно склеить осколки, переплавив наивность в ответственный поиск тех, кто заслуживает вашего доверия. И это будет дар, который оставляет после себя предательство. Если удастся его раскопать под завалами травматизации.
Меньше всего мне бы хотелось распространять слово «предательство» на все случаи, когда кто-то просто не оправдал наши ожидания или не ведет себя в соответствии с пусть даже своими обещаниями. Потому что тогда есть соблазн назвать предателями всех, кто ведет себя так, как нам не нравится, и не подчиняется нам. А такое встречается, поверьте. Я надеюсь, мы все понимаем, о каких именно случаях идет речь.
Настоящее предательство – это то, чего мы не ожидаем от того, от кого не ожидаем, и тогда, когда не ожидаем. Оно переворачивает наш мир и представления о людях с ног на голову. Нет, мы, конечно, знали, что люди где-то изменяют, обманывают и используют, но чтобы вот так близко и в самом уязвимом?! Мы никогда бы такого не могли себе представить. Мы не думали, что с нами так можно. И в момент открывшегося предательства земля уходит из-под ног, воздух заканчивается и боль настолько сильная, что затапливает все тело. Ну или мы сразу погружаемся в бесчувственность, омертвение. Наши защиты спасают нас от невыносимости ситуации, чтобы сохранить внутри хоть какие-то опоры.
Как он/она могли такое сделать со мной?
Что он/она чувствовали, когда это делали?
Как мне теперь жить и доверять людям?
Эти вопросы звучат постоянно и на все лады: глухо в груди, звенят в голове, застревают в горле. А ответов на них растоптанная душа найти не может. И вот это обрушение привычного фона жизни вместе с рухнувшей самооценкой и представляют ту картину, в которой оказывается женщина. Кстати, иногда может быть так, что на поверхности она это все обесценила и вроде бы даже «перешагнула» через тех, «об кого не надо даже руки марать», как советуют добрые советчики. Но внутри все это утрамбовалось в тот самый комок, который задушит течение жизни, начиная от чувств, заканчивая желанием еще хоть раз приближаться к людям. Предательство – самый сильный разрушитель потребности быть с людьми.
За радости любовных ощущений
Однажды острой болью заплатив,
Мы так боимся новых увлечений,
Что носим на душе презерватив.
Кроме Игоря Губермана, так метко и поэтично мало кто может сказать о любом феномене, а тут и о последствиях предательства – в точку. Мы не просто носим внутри этот тонкий резиновый предмет, чтобы изолировать душу от новых влечений к людям. А иногда целиком прячемся в бронированный скафандр или помещаем себя за стекло, становясь невидимками для окружающих. Все что угодно, лишь бы больше не испытывать этой боли. Мы ведем подрывную войну изнутри со своими желаниями и потребностями в любви, тепле и близости. А снаружи изолируемся от любого потенциального внимания или отношений.
Конечно, бывают и разные сверхкомпенсации. Когда после предательства мы мечемся по разным людям с целью доказать себе, что мы не те, кого можно просто так бросить или променять. Мы пускаемся в достижения и рекорды, пытаясь хоть как-то сгладить причиненный нашему Я нарциссический ущерб.
С темой предательства работать сложно как раз из-за того, что этот Волчара кусает сразу в несколько областей:
• Доверие к людям
• Переживание потери
• Удар по самоценности
И все это необходимо проживать и возвращаться к этому:
• Чувствовать свою уязвимость перед людьми в близости. Признавать, что невозможно идти в нее, не открываясь и не доверяя
• Поверить, что доверять – это человеческая потребность. Мы делаем это не потому, что глупые дурочки, а потому, что это нормально, хотеть доверять и доверяться
• Возвращать ответственность за предательство тому, кто это сделал. Это его моральные и личностные особенности позволили такое сделать с нами
• Испытывать все полагающиеся этому чувства. Здесь вполне адекватны и ярость, и гнев, и желание отомстить, и боль, и обида, и горькое горе. Неадекватна только злость, направленная внутрь, на себя. Хотя она нам очень привычна, я понимаю
• Не прерывать эти чувства досрочным нарциссическим желанием простить человека, который нас предал
• Писать письма, обращенные к тому, кто предал. Пусть складывать их в ящик стола, но иметь право говорить о том, что он натворил и что вам причинил
• Оплакивать потерю: своих надежд, доверия, чувства прежней безопасности, отношений, собственной ценности и пр.
• Держаться за тех, кто любит и поддерживает
• Разделять реальность, которая осталась неизменной, и наши иллюзорные представления о ней
• Не обесценивать удар и человека, который это сделал. Иначе есть риск заморозиться и закапсулировать переживания
• Возвращать себе нормальность себя, которая чего-то ждала и хотела, как обычная женщина, но в итоге случилось то, что случилось
• Прощать себя за свой опыт
Еще раз повторюсь, что избежать предательства не удается почти никому из нас. Поэтому ценность приобретает не то, как мы увернемся от этого в следующий раз в нашей жизни, а полученная нами способность пережить его последствия для нашей души.
Психическая работа с темой предательства не только разрешает нам все-таки снова выйти к людям из нашей изоляции и ненуждаемости. Она последовательно сближает нас с обычными людьми, ни один из которых от этого не застрахован. Мы теряем свои нарциссические иллюзии, что если бы мы все предусмотрели и выставили правильные заслоны, то никто бы нас так сильно не ранил и не задел. Соглашаемся на эту правду о мире, в котором не все люди одинаково добры и безопасны. Но есть те, кого мы своей наученной и чуткой после такого опыта душой будем выбирать себе в отношения. Наша ответственность в том, чтобы отныне приближаться медленнее, тоньше настраивать свое «чувствилище», не выбирать человека быстро и не вверять себя ему целиком. Как было сказано в одном прекрасном демотиваторе: «Людям надо доверять. Не деньги. И не секреты. А так, вообще…»