Родные хоромы
Подольский воздух отдает прохладой. После удушающе жаркого большого города эти нечастые порывы ветра кажутся спасением.
В некогда родных хоромах ледового дворца произошли существенные изменения в виде капремонта, но одно осталось неизменным — дорога в сторону раздевалок приезжей команды. Это спасает Лату от лишних скитаний по месту, где она уже не имеет права быть.
Антон периодически пишет сообщения Лате — по в дороге к подольску, и по прибытию — чтоб держать ее в курсе состояния Лёши. Тоха пишет о более свежем воздухе подольска и умиротворенной атмосфере, которая совсем не присуща столице.
Лате хочется ответить: "я знаю", потому что она ехала следом за автобусом Ледяных и ощущала те же вещи, что и они, но она сдерживается — пускай это будет для них сюрпризом.
Автобус был хорошим ориентиром на пути в маленький городок. Лата выехала за ними сразу же, по пути прихватив Карину, и они вместе отправились вслед за громадным автобусом "Ледяных".
Попасть в недосягаемую для простолюдин зону не составляет труда — охрана в виде грозной технички не оказалась помехой. Лата замечает переговаривающихся Антона и Лёшу и окликает их.
Лёша на пару с Антоном не могут поверить своим ушам. Они синхронно оборачиваются и вскидывают брови — что-то, а Лату, стремительно идущую к ним по подольской арене, они не ожидали увидеть. Они еще от Карины, что феерично явилась на трибунах с целью провести интервью со Стрельцовым, не успели отойти, а тут ещё и эта на голову свалилась!
У Антона резко складывается пазл: Карина приехала сюда с Латой. Цель визита Карины в общем ясна, пусть и притянута за уши — как будто она не могла взять интервью у Стрельцова в столице, и ради этого надо было переться аж сюда!
А вот Лата... Неужели переживает за этого олуха Смирнова? Всё-таки зря он ей позвонил в ту ночь. Только лишнюю проблему на голову повесил! Влюбилась она в него, что ли?...
Лёша даже не знает — радоваться ему или напрягаться присутствию Макеевой тут. Сковывающая и тянущаяся боль в ребре решает дать о себе знать не вовремя, и Лёша хмурится. И подмоги искать не у кого — Антон сливается в раздевалку по тихой воде и оставляет его на пару с Макеевой: "она не ко мне приехала", разводит руками Антон и уходит.
Лёша кивает головой в сторону Латы с вызовом:
— Ты ж не хотела смотреть, как я убиваюсь.
— А я и не к тебе приехала. Я к Серёже.
"То-то же ты первым делом сюда приметелилась", подстрекает Лёша в своих мыслях, не забывая тот факт, что у Медведей скоро тренировка.
— Так внезапно?
— А вообще, я-то надеялась, что ты не полезешь. Но ты во всю готовишься к игре. Алексей, скажи, у тебя в жизни всё хорошо вообще? — Лёша хмурится, — А что, если на льду у тебя будет стычка? — "Уже была. На тренировке только что", мысленно парирует Лёша, но отводит взгляд. — Как ты потом будешь смотреть на зарыданную маму? Ничего колоть не будет?
"Зарыданную тебя я точно не выдержу", мелькает у него в мыслях.
— Лёха, — Лата резко притягивает его к себе за джерси, — если с тобой не дай бог что-то случится, я сама тебя прибью!
— Не из-за меня приехала, говоришь, — ухмыляется Лёша, но Лата его смиряет злым взглядом. Она замечает взгляд Лёши на ее руки, что до сих пор крепко держат его за джерси, отпускает и отряхивается.
Да как у него хватает сил и смелости подстрекать, когда она беспокоится?!
В ее жизни с головой хватило травм Макеева и Кисляка из-за хоккея!
Но Лёше не понять.
Лёша не хочет выслушивать двойную дозу нотаций — Антон после тренировки по пути к раздевалке прекрасно с этим справился, а Лата так нагло отбирает лавры у братца!
— Лат, че ты так сыкаешься? Да все со мной нормально будет.
Лёша говорит, что у него почти не болит, но Лата знает, что, когда он потягивается вверх или наклоняется, его тело пронзает острая боль. И его периодически сморщенное лицо говорит о ноющей боли.
— Всё будет в порядке, — заверяет ее Лёша, целует в висок на прощание и скрывается за дверью раздевалки. А Лата, терзаемая чувствами тревоги и безысходности, — сейчас всё зависит от Лёши и его решения, на которое она уже пыталась повлиять, — уходит в сторону холла.
Березин стопорится в одном шаге от раздевалки, заприметив Смирнова с длинноногой девушкой в коридоре. "Ледяные" такие популярные, что за ними уже журналюги гоняют?
— О, а это чё за дама возле Смирного? Он же, вроде бывший "медведь"? Как по мне, она старовата.
Костёр, что идет за ним с Данилой, вратарём, тоже оборачиваются.
— Ну да, "Медведь". — "Не только "Медведь", добубнил себе под нос Саша Костров. — Это Латка, наш бывший пресс-корреспондент.
Данила уточняет:
— Бывшая Кислого, о которой вы трёп наводили?
— Она самая, — Костёр тихо отвечает, замечая недвусмысленно близкое положение тел Лёши и Латы. А затем хмурится: — А ты откуда знаешь?
— Да на форуме нашем читал, писали, что она сайтом заведовала раньше и вроде как рядом с вами видели, а теперь, мол, Оля. — Он поворачиваются к зависшему на Лате и Лёше Берёзе: — Сам ты староват! Ей от силы тридцать!
Лата с Кариной обмахиваются прихваченными пригласительными брошюрками на выступление фигуристов. В холле Ледового людей столько, что духота.
После того, как Карина взяла интервью у Стрельцова, а Лата разобралась с Лёшей, Карина заселилась в гостиницу неподалеку от ледового, Лата сюрпризом явилась к Макеевым-Антиповым. Те ее встретили с небывалым запалом и не хотели отпускать до последнего. Она не хотела их стеснять — думала снять себе номер в гостинице, но Юля с Серёжей напрочь отмели этот вариант, стоило ей переступить порог их квартиры.
— Не делай вид, что ты нам чужая, — держа ее за руку, сказала Юля. — И дети за тобой очень скучали!
Серёжа обнял Лату за плечи и махнул Юле в успокоительном жесте и на прощание:
— Не переживай, я уговорю ее остаться.
И приехали в Ледовый они вместе, правда Лата осталась ждать Карину, а Серёжа побежал к ребятам. За билеты они не переживали — Серёжа обещал вынести.
Наконец в холл выходит солидный мужчина в смокинге и спасает девушек от жары, размахивая пригласительными.
Карина смотрит на Серёжу как на бога.
— Здравствуйте, — он кивает Карине и вручает пригласительный, а затем оборачивается к Лате: — С тебя — присутствие на нашем домашнем ужине и ночёвка. И даже не смей отнекиваться.
А Лате даже и не хочется сопротивляться.
Карина смотрит вслед Серёже с восхищением, переливающееся в боготворение. Макеев, бесспорно, мужчина видный, статный и, конечно же, недосягаемый — не только для других девушек из-за верности к жене, но и для журналистов. Он редко дает интервью, да еще и исключительным людям — предпочитает впечатлять не словами, а делом — на льду.
А Карина всю дорогу сюда протрещала Лате про свою давнюю мечту — проинтервьировать Макеева. И в контексте того, что она едет писать репортаж о матче двух равных соперников — Ледяных и Медведей, то это будет как никогда кстати. Она просто вымаливает у Латы потрындеть после матча с Макеевым, и Лата соглашается, но ничего не обещает — она ее приведёт к нему, а дальше дело за ней.
Проходя на трибуны, Карина замечает если не странное, то очень напрягающее поведение Латы: она нервно перебирает джинсовку в руках и постоянно мониторит Лёшу на скамейке перед выходом. Во всех ее действиях проявляется беспокойство, и Карина напрягается вместе с ней. Что уже такого Лёша учудил?...
Тревога никак не покидает Лату, когда они оказываются на своих местах на трибуне. Она лишь окутывает ее в свои цепкие оковы сильнее да прочнее — сердце раскалывается от одной мысли, что на сегодняшнем матче с Лёшей может что-то случиться.
Лата думает, что он одумается. Если не скажет правду, то хотя бы прикинется больным, придумает себе растяжение или чего-то еще. Но нет. Когда диктор озвучивает играющий состав, сердце невольно сжимается — Лёша, чёрт бы его побрал, таки прётся на лед.
По поводу того, есть ли в голове Алёши мозги спорить уже не приходится — их там точно нет.
Нервы на пределе.
Антона, похоже, безалаберность Лёши тоже кумарит — после раскатки он подходит к нему и говорит что-то явно такое же гневное и резкое, как и его движения.
В первом периоде Смирный осторожничает, ловко уворачивается от желающих придавить его к бортику, и эта тема работает, но в определенный момент даёт сбой — он оказывается прижат к стеклу и ребро пронзает острая боль. Карина охает и кривится, — столкновение даже с трибун выглядит болючим — а Лата напрягается и обхватывает свои колени, поглаживая их. Антон, который всё прекрасно видит, понимает, что распластавшийся на льду Смирнов от боли в ребре — перспектива не из лучших, и осознанно зарабатывает себе на нарушение — сбивает одного из "Медведей".
Лата чертыхается, но вскоре замечает блуждающий взгляд Лёши по секторам и выдыхает — хотя бы его попустило. А "Медведи" в лице Кострова тем временем забивают заветный гол.
В холле, между периодами, Лата встречается с Мариной, что заскочила в буфет. Присутствие такой метушной Касаткиной, которая несет три бутылки воды, еще прихватывает коробку с попкорном, и как-то пытается взять Лату за руку, вселяет спокойствие и заставляет улыбнуться. Лата сама касается ее руки и приобнимает ее.
Они вместе возвращаются на трибуны, и Лата следит за взглядом Марины. Та смотрит на Егора, Диму и какую-то блондинку, которая-то и дело тулится к Диме.
Лата сощуривается.
— Димина зазноба?
— Скорее заноза, — тараня блондинку взглядом, произносит Марина.
— Ты-то с ней точно справишься.
Марина задумчиво смотрит на девушку:
— Хотелось бы верить.
Егор обращает на них внимание и с улыбкой машет и Лате, и Марине. Лата шлёт ему воздушный поцелуй и отпускает Марину — вот-вот начнётся вбрасывание.
Во втором периоде Лёшу заталкивают в третье звено по причине его нерасторопности на льду. Лата думает, что это к лучшему. Антон, в принципе, тоже — меньше надо будет Смирнова прикрывать и штрафы получать.
Пономарёв, будучи в "Ледяных", равняет счёт в 1:1 в конце второго периода.
Третий период ознаменовывается важным событием — Царёв забрасывает шайбу в ворота Ледяных и счёт перевешивается в их пользу — 2:1. Арена Ледового взрывается бурными овациями и возгласами болельщиков родного клуба. Ледяные пытаются расстреливать ворота "Медведей", нещадно пуляя шайбы, но Романенко вовремя показывает судьям знак, что они берут тайм-аут. Ледяные снимают вратаря, но это им не помогает — Березин успешно забивает гол в пустые ворота, чем добивается заслуженной победы "Медведям"!
Лата проходит мимо раздевалки Ледяных — она только поздравила Макеева и отводила Карину к нему для интервью. А перед ней — лысый затылок Антипова и еле-еле плетущийся рядом Лёша, который опирается на Антона.
Леша говорит, что дышать уже может.
— Вроде ударил по детски, а отдало так, думал, что щас отключусь, — слышит Лата обрывки разговора. Лёша выглядит откровенно неважно — об этом кричит и его походка, и измученный взгляд, который видит Лата, когда равняется с ними.
Антон резко тормозит от неожиданного появления сестры, а Лёша беззвучно матерится — для полного счастья тут только Латы и не хватало. Но, увидев в ее глазах беспокойство, его раздражение испаряется и он гладит ее по щеке:
— Ну ты чего... — он смеется от ее безмолвной заботы, которая плещется в глазах, — всё со мной хорошо.
Но реальность, Лёшин еле живой вид, внезапная, совсем непохожая на него нежность и встреча с командным доктором, который уже открыл свои двери, говорит о другом.
Лата хмурится ещё сильнее и обращается к брату:
— Кто его так? Вроде обострения не было.
— Да так, — Антон машет рукой в надежде, чтоб она отстала. Но по нему видно, что он что-то знает. Лата настаивает на своём. А давлению Латы противостоять очень сложно. — Ромапенко. Ты чё, его не знаешь, он же контуженный на всю голову!
После того, как спала жара, семейство Макеевых вместе с детьми выбралось в ближайший парк. За лёгкой болтовнёй, которая сопровождалась улюлюканьями Антона и Пашки с Матвеем, Лата чувствовала себя по-настоящему в семье. В уютной, большой, но крепкой и простой семье, по которой она скучала.
К моменту, когда они пришли домой, их мужская компания поредела — Серёжа ушёл отмечать двадцатилетие Медведей, а Антона позвали Ледяные на базу. Матвей и Пашка пошли играться, а Юля и Лата остались вдвоём.
Юлино терпение отличалось мужеством — она изо всех сил держала себя в руках и не лезла к Лате в душу. Не пыталась расспрашивать, осуждать. Но вскоре попыталась вывести на разговор. Это не вышло с былой лёгкостью: за эти годы они отдалились от друг друга, но неизменно крепкой осталась связь Латы и Серёжи. Сейчас она скорее раскроет душу Серёже по любому поводу, пускай ее и останавливает желание не доставлять хлопот.
Детское время для сна — в самом разгаре, именно об этом вспомнил Серёжа, переступив порог комнаты Пашки и Матвея. Убаюкивающий и мягкий голос Латы льется по пространству, окутывая двух братьев сном. Он так и застывает в дверях с улыбкой, боясь нарушить то умиротворение и тёплую атмосферу, что витает над этой комнатой в момент прочтения сказки.
Серёжа прислоняется к углу двери, скрестив руки на груди, а Лата оборачивается на шорох. Она расплывается в улыбке, заметив дядю. Он жестом маякует ей, что будет ждать на кухне, а она, тихо завершая сказку, следует за ним.
Лата обнимает Серёжу со спины, а тот оборачивается, заключает ее в свои объятья и целует в висок, приговаривая "Моя ж ты хорошая!"
На столе на кухне Лата видит шампанское — идея отмечать приезд Латы никуда не делась.
А дальше они переходят к еде — Лата с Юлей ждали прихода Серёжи, чтоб поужинать, но он уже перекусил в баре на праздновании, поэтому они без зазрения совести сели уплетать гречку за обе щеки.
Юля между тем говорит:
— Антон уже пошёл на базу. Просил передать привет.
— А мне, помимо Тохи, никто привет не передавал? — заедая шампанское гречкой, спрашивает Лата. Вопрос звучит со стёбом, но правда в том, что у Юли есть на это ответ. И он положительный.
Она сомневается, стоит ли это озвучивать, как тут Серёжа, замечая их переглядки, берёт инициативу в свои руки.
— И как давно они спелись? Обычно десятой дорогой друг друга обходили.
Нетрудно догадаться о ком речь — о Смирнове.
— Ага. Они теперь как сиамские близнецы.
— Только это совершенно не идёт им на пользу, — отрезает Серёжа, а затем указывает пальцем на Лату: — Согласись, если бы не Смирнов, у Антона не было бы двух нарушений! Он же это делал из-за него! И вообще хороводы вокруг него водил весь матч!
— Не из-за него, а, скорее, для... — Лата замолкает, увидев заинтересованный взгляд Макеева, но, замечая его настойчивое качание головой, под тиском говорит: — У Лёши ребро сломано. А Антон оказался рядом в этот момент. Теперь дёргается за него. На этой почве и сошлись.
— Он вышел на лёд с поломанным ребром?! — Серёжа заводится с полоборота. — Он вообще хоть думал, прежде чем на лёд выходить?
— Мы ему уже об этом говорили!
— Мало говорили! — обрубает он, а затем затихает. Его голос отдается звоном бокалом. И тут до Серёжи доходит. Он спрашивает, но уже тише: — Ты поэтому здесь? — Словесный ответ не нужен: у Латы всё видно по глазам.
— Он хоть Стрельцову об этом сказал?
— А ты как думаешь? — вскидывает брови Лата.
— Ясно. — Серёжа отворачивается набирает чей-то номер.
— Что ты делаешь?
— А ты как думаешь? — он ее передразнивает.
А до Латы доходит — он звонит Стрельцову. Она качает головой — Лёша ее прибьет.
— Ты не можешь... Зачем ты звонишь Стрельцову?! Ты ж с ним не общаешься!
— Привет, Макс. Минутка есть? — Лата смотрит на Серёжу с нескрываемой мольбой, стоя против него. Где-то в глубине души она понимает, что он должен это знать — нельзя так подставлять людей поломанным ребром на матче. А с другой стороны — если чертов Стрельцов должен это узнать, то точно от Смирнова. Но Серёжу уже не остановить: — А, ты спать уже лёг? — у Латы загорается надежда. — Тогда поговорим завтра. — И тут же гаснет.
Юля ощущает тот гнев, что витает между Латой и Серёжей, и решается перевести всё в более лёгкую плоскость. Она вновь подходит к интересующей теме, только уже в присутствии Серёжи.
— Думала, после твоего возвращения в город хоккей в твоей жизни поубавится.
Лата и Серёжа перестают убивать друг друга взглядами, и Лата возвращается на стул.
Она смотрит на Сережу, но гнева во взгляде поубавилось:
— Нажаловался?
Серёжа смиряет ее недовольным взглядом, и, не отрывая взора, спрашивает у Юли:
— Хоккей или хоккеистов? Ты всё-таки уточняй. — Он запинается. — Хотелось бы, правда, чтобы поубавилось второе, но...
Лата ехидно усмехается:
— А может — это судьба?
— Лата! — гневится Серёжа, но уже с ощутимым спокойствием.
Но Лате это спокойствие не нравится... Поэтому она решает подлить масла в огонь одной меткой фразой.
— Та, можешь так не переживать, я уже с его родителями познакомилась.
Серёжа прыскает водой.
— Охринеть, — только и успевает вымолвить он. — С такими темпами я узнаю о твоей свадьбе в числе последних. Если вообще о ней узнаю!
— Что-то ты так не возмущался, когда я познакомилась с отцом Кисляка! — парирует Лата, попивая шампанское.
— Дак я вообще об этом не знал!
— А если бы узнал, будто бы скандал учудил?! — с недоверием бросает Лата.
Серёжа пару секунд думает, а затем выдает:
— В тот период времени была надежда, что Кисляк-старший не даст этому случится. — он вздыхает, а затем переводит взгляд на Лату: — Но нас всех подставило упрямство Кисляка-младшего. По началу было страшно отпускать тебя в его руки. Я со скептицизмом относился к изменениям в его характере, не скрою. Но со временем появилось ощущение, что ты сама с ним разберешься и, если что, дашь отпор. И только потом! — Он вскинул указательный палец вверх. — Только потом я понял, что могу доверить тебя Андрею.
Сердце Латы как назло пропускает удар. Она впирается недобрым взглядом в Серёжу, да так, что тот понимает — он зашёл на слишком скользкую тропу.
— А тут этого даже в помине нет! — продолжает он, заметив недружественный взгляд Латы.
— Ну конечно. Ты ж у нас в стадии отрицания находишься, — подаёт грубый голос Лата. Она сменяет очевидный гнев на милость: — Не переживай. В невестки всё равно не берут. Возраст не дал пройти кастинг — вылетела в первом туре.
— Но только не для Лёши. — Лата хмурится, а Серёжа поясняет: — Знаешь, что мне в нем нравилось на льду? В нём есть эта самоуверенность и упрямство. Поэтому он не даст этому случиться.
Ледовый дворец и его угрюмые коридоры по былой привычке встречают Лату и ее подругу Карину с прохладой и ярким солнцем. Их пути разошлись, стоило им дойти до коридора с раздевалками: Лата повиляла бедрами в сторону тренерской Макеева с посланьем от Юли — он забыл завтрак и именно Лата соблаговолила ему его отвезти, пока Юля отводила детей в школу. А Карина последовала прямиком на арену, к Ледяным на тренировку, дабы уточнить что-то у Стрельцова по поводу интервью.
Лата уж было возвращалась в холл, как тут заметила движение в районе раздевалки Ледяных. Только теперь он движется со стороны докторского кабинета в сторону раздевалки. А это Лёша выходит.
Дежавю со вчерашнего вечера.
Лата с нахмуренными бровями ускоряет шаг, увидев телодвижения Лёши в сторону раздевалки.
— Не переживай, я не на тренировку. Я Стрельцову сдался.
Лата вскидывает брови. Такой развязки она не ожидала!
— Ого. И какая реакция последовала?
— Не такая уж и плохая, — Ну не говорить же Лате, что его буквально спасло то, Красницкий, как и остальные, подумал, что Лёша оказывался травмированным после того, как Романенко ему зарядил, а не до. Ему предложили уж слишком соблазнительную услугу, чтоб над ней долго раздумывать и отказаться — он не распространяется, не выносит сор из избы, а Красницкий гарантирует Леше место в сборной. Лёше идея понравилась. И он не отказался.
Значит, Макеев его не опередил. И слава богу.
Лата кивает ему и с беспокойством наблюдает за тем, как он касается больного ребра.
— Что доктор сказал?
— Что-что... Две недели с тугой повязкой и без нагрузки. Так что с сегодняшней игрой я в пролёте, — он подходит к Лате и целует ее в щеку.
— Та ты и со вчерашней должен был быть в пролёте, — она ответно целует его в щеку.
— Бубнение на ухо — это у вас тоже семейное? — он притягивает ее ближе и спускает руки на ее бедра.
— Пристаешь? Значит травма не страшна, — она усмехается и обвивает его шею руками. Он усмехается ей в шею и вовлекает в поцелуй.
Арена снова битком — душе не протолкнуться. До начала игры Ледяных и Медведей — считанные минуты, и публика доделывает дела перед тем, как полностью проникнуться игрой: занимает свободные места, располагается поудобнее, отписывает смс-ки и достает попкорн. Лёша бездумно листает ленту инстаграма, как вдруг получает смс в директ от Кисляка:
— Чё на трибуне?
От Кисляка, вашу мать!
Он быстро косится на Карину и Лату, что сидят по обе стороны от него. Карина кому-то сама строчит смс, а Лата раскидывается воздушными поцелуями куда-то в сторону тренерского мостика— не иначе как улыбающемуся Макееву настроение поднимает.
Лёша замирает. Неужели Кислый тут?... Иначе как он узнал?! Он выздоровел? Может ходить? Не, Лёша искренне рад за него, если так, но сейчас это было бы максимально не вовремя.
А затем до него доходит: Карина же выставила видео-бумеранг в инстаграм, где Карина, Лёша и Лата в обнимку сидели на арене и смешно двигались, и отметила их всех, а Лёша репостнул. И ответ пришёл как раз на эту сторис. Фух.
— Травма. Но скоро буду в строю, — быстро печатает он и отправляет.
— Не сомневаюсь. Удачи тебе, — также быстро приходит ответ.
Лёша надеется, что ни Лата, ни Карина не увидели эту переписку.
Матч начинается. В крови у Ледяных королей бурлит злость — именно она становится наилучшим мотиватором в игре. Три заброшенных шайбы в ворота противника, и это только первый период.
Страсти бурлят не только на ледовом поле, но на арене: Лёша спускается рукой с Латиной поясницы на ее коленку, и за этим пристально наблюдает Карина. Не заметить очевидное сближение Латы и Лёши невозможно — жаркие объятья на арене и около нее говорят сами за себя. И тот факт, что Лёша даже не подумал сообщить Карине о травме заводит не на шутку. Лата была в курсе травмы — это уж больно видно по ее заботе к Лёше.
Но новоузнанная информация после интервью с игроками Ледяных может вмиг попортить все планы Лёши на Лату.
Игра завершается фееричной победой Ледяных. Стрельцов и Макеев пересекаются возле тренерских.
— Поздравляю, — Макеев пожимает руку Стрельцову, и они уж было готовы расходиться, как вдруг Макеев всё же пересиливает себя и спрашивает: — Слушай, Макс... К тебе Смирнов не подходил?
— Подходил. Знаю я за его травму. Романенко после слитого матча руки распустил, вот и.... Травма появилась. Но с Романенко уже разбираются.
В мастерстве Романенко подгаживать всем и вся он не сомневался... Но что-то здесь не сходится.
— Почему после? Он до матча уже был травмирован.
— Да? — Стрельцов даже боится уточнять откуда он знает, хотя логичные мысли лезут в голову — Антипов же его родственничек. — Спасибо за информацию.