Скучаю
Проходит ещё несколько месяцев, и Андрей теряется в сомнениях и догадках, когда дело заходит до Латы и ее нынешней жизни: каждую ночь он представляет, как она, безумно уставшая и изморенная нелегкой профессией, которую сама выбрала да приняла, скидывает неуютные балетки, — трудно представить ее на каблуках, — в которых привыкла гоцать, и снимает с себя надоевшую за этот день одежду, отшвыривая ее в мойку. Он представляет, как она, наверняка не щадя силы и возможности, опять ночью или под утро, ловя музу за хвост, усаживается за ноутбук в своей ночнушке — вот той, самой любимой, с медвежонком на груди — и пишет страницу за страницей, игнорируя неудобства. А потом он представляет, что, от этого жутко утомительного и энерго — и эмоционально — затратного времени ее отвлекает какой-то молодой человек... И в этот момент Андрею жутко хочется, чтоб сон пришел молниеносно и безболезненно, но ноющее сердце в груди не оставляет выбора — он встает с кровати, выходит в коридор, достает телефон и... набирает смс. Пишет простое и до боли краткое смс Лате, от которого вскоре самому захочется полезть на стенку:
«Скучаю».
И, по своей собственной дурости, рассчитывая, что в четыре часа она видит самый сладкий сон, отправляет. Уже через пару минут гуглит впопыхах гуглит, как удалить смс на телефон другого, чтобы он не заметил, что к нему вообще что-то пришло. А потом, когда не находит нужного средства и способа, вздрагивает от неожиданности - у него одно новое сообщение. От нее.
«Я тоже».
Андрей теряется в мыслях, абсолютно не понимая, что ему сейчас нужно предпринять: то ли запрыгать от радости и приехать к ней, в другой город, наплевав на все рамки и границы, то ли забраться в холодную постель и наконец осознать, что так, как было раньше, уже никогда не будет.
Сердце яростно кричит за первый вариант, а ум и здравый разум подсказывает и останавливает его от этой глупой затеи — все-таки это будет как-то неприлично — вот так вот заявиться к ней и вырвать эмоции наружу — даже если они взаимны. И Андрей остается дома, возвращаясь в полумрак комнаты.
Остается дома, глубоко внутри упрекая себя за то, что не совершил этот безрассудный поступок, о котором бы точно никогда не пожалел.