{the project}
Класс постепенно наполняется людьми, и Люк буквально разочаровывается в каждом из входящих, отчаянно ища глазами лучшего друга. В глубине души осознавая, что Калуму, определённо, нужен моральный отдых после усилия, которое он сделал вчера, решившись заговорить с Эштоном, Хеммингс был жутко зол на него, уже который раз проверяя входящие сообщения, чтобы снова убедиться в том, что брюнет и правда не был онлайн со вчерашнего дня. Мысленно закатив глаза и достав из рюкзака тяжёлый учебник, который тут же небрежно был кинут на парту, Люк начал в красках рисовать себе день без единственного друга — насмешки, издевательства, скука и одиночество. К тому же, биология никогда не была его любимым предметом: да что уж тут скрывать, он был готов продать душу не только самому Сатане, а вообще, кому угодно, лишь бы никогда не видеть больше учебников по этому предмету, не слышать надоедливые россказни учителя, редко относившиеся к теме урока и, разумеется, не писать этих чертовых конспектов длиной в жизнь.
Но как бы расстроен и обескуражен Люк ни был, время идёт своим чередом, и ровно со звонком в кабинет зашла женщина средних лет с причёской, отчаянно напоминавшей всем ученикам пизанскую башню, которая вот-вот обрушится на них вместе с очередной порцией домашнего задания. Мисс Макбет, как всегда одетая и темно-синюю блузку и сероватую жилетку, звонко цокнув каблуками, подошла к доске, написав на ней два ужасающих слова "личный проект". В классе тут же воцарился настоящий хаос, а стены видавшей виды школы вот-вот норовили лопнуть от криков разочарованных подростков, уже заранее предвкушавших те долгие вечера, которые придётся провести, склоняясь над учебниками и энциклопедиями. Люк лишь презрительно фыркнул, не желая присоединяться к большинству, старательно выражавшему своё недовольство.
—В начале года? Сразу проект? Серьезно? –возмущались девушки, сидевшие за первой партой.
—Да вы с ума сошли! Откуда у нас время на все ваши глупости!–поддержали их на последних рядах. Воспользовавшись всеобщим замешательством и недоумением учителя, Люк без особого труда достал телефон из переднего кармана нежно-розового рюкзака, сразу же предусмотрительно спрятав его под партой.
Принцесса Люки: Хей, Кэлли. Неважно, чем ты сейчас занят. Срочно напиши Эштону, если хочешь делать с ним проект :)
Даже не рассчитывая на быстрый ответ, Люк хотел было уже присоединиться ко всеобщей дискуссии, но "восстание" учеников было подавлено ими же самими, когда дверь класса шумно открылась, а на пороге красовался никто иной, как Майкл, черт бы его побрал, Клиффорд. Разве можно ещё с чем-то спутать эту яркую макушку, ещё сильнее выделявшуюся на фоне бежевых стен с облупившейся краской?
—Тысяча извинений. –со своим фирменным американским акцентом произнёс он, довольно высокомерно окинув взглядом уже присутствующих.
—Должно быть, Клиффорд? Проходите, присаживайтесь. –сквозь зубы процедила биологичка, выделяя фамилию зеленоглазого парня, который, несмотря на столь "радушный" приём, лишь улыбнулся, выбирая себе последнюю парту. Возможно, Люку просто показалось, что проходя мимо, Майкл смерил его каким-то особенным взглядом, словно прожигающим насквозь. —Учтите, вы уже произвели на меня достаточное впечатление. Нет нужды продолжать выделываться. –предупредила нарушителя школьных уставов Мисс Макбет, когда тот уже планировал закинуть ноги на близстоящий стул.
Люк и сам понятия не имел, почему с момента появления Клиффорда в классе, его лицо приобрело бардовый оттенок, а после взгляда в его сторону, кажется, и вовсе стало ярче волос злополучного соседа. Однако, Хеммингс уж точно был не из тех, кто думает о подобных вещах во время уроков, поэтому он старательно сосредоточил своё внимание на словах учительницы о предстоящей проектной деятельности, изредка ловя себя на мысли о том, что ему ужасно хочется обернуться и посмотреть, что происходит прямо за его спиной — на последней парте. Это состояние, ровно как и отчаянное отрицание собственной потребности, уж слишком сильно напоминало предыдущий вечер, да и сам парень с изумрудными глазами начинал ассоциироваться у Люка не только с дерзостью, невежеством, и грубостью, но и с чем-то запретным и именно поэтому, чертовски привлекательным и отталкивающим одновременно. Блондин впервые в жизни чувствовал себя так, будто стоит на обрыве, с одной стороны которого, раскалённая лава, а с другой — бурная река. Он умрет, в любом случае, но желание прыгнуть почему-то присутствует, ровно как и желание отступить назад, сдавшись. Майкл похож на самое жуткое табу, которое просто необходимо нарушить, и каждое его движение, каждое колкое слово в очередной раз громко говорило об этом.
—Люк Хеммингс и... –только его собственное имя, слетевшее с ярко накрашенных губ преподавателя, мгновенно смогло заставить окончательно потерявшегося в своих мыслях подростка вернуться в суровую реальность, которой и был кабинет биологии и не самая радостная надпись на доске. —И Майкл Клиффорд. Вы работаете вместе, тему выберете самостоятельно. Напоминаю, у вас месяц.
Впервые в жизни, Хеммингс был совершенно не рад звонку с урока, ведь пока радостные одноклассники, объединившиеся в группы и пары по собственному желанию, вприпрыжку выбегали из кабинета, обсуждая идеи для проектной работы, он все ещё сидел за своей партой, будто окаменев. Слова Мисс Макбет снова, и снова гулко звучали в его голове, будто на старом заевшем магнитофоне, а тёплая ладонь, вполне ожидаемо оказавшаяся на его плече, сделала ситуацию лишь хуже.
—Учти, что общий проект – не повод для дружбы, клоун.