ГЛАВА 9
«...а когда меня спросят — зачем ты плохой,
я заплачу — я циник, а сердце отдал.
И теперь мою кровь гонит в венах запой —
я бездарно и глупо себя проиграл...»
Со всего размаха, звучно стукнув пустым стаканом о стол, он громко крикнул бармену:
— Ещё!
Послушно смешивая алкогольные напитки, работник ночного клуба тяжело вздохнул, переведя усталый взгляд на чересчур пьяного темноволосого паренька, который, казалось, если выпьет ещё парочку стаканов крепкого алкоголя, заночует прямо здесь.
Непонимающе, словно утеряв всякую связь с реальностью, оглянувшись вокруг, Юнги дольше, чем положено, задержал взгляд на пышных ногах какой-то девицы, которая вот уже минут пятнадцать дерзко и с вызовом пялилась на него, соблазнительно покачивая бёдрами. Ему пришлась по вкусу эта игра взглядами. Но когда она жеманно закусила внутреннюю сторону щеки, Юнги совсем снесло крышу.
Хлопнув ладонью, в которой держал несколько смятых купюр, по барному столику, Мин резко встал, едва ли не рухнув на том же месте, но, быстро схватившись за край стола, совладал с равновесием.
Горло, горевшее от количества выпитого алкоголя, жутко болело; кровь, бегающая по венам в два раза быстрее положенного, бурлила, переворачивая всё внутри, а мозг, едва ли слушавшийся его, казалось, убежал куда-то далеко, оставив своего хозяина на произвол судьбы.
Пошатываясь, Юнги пересёк зал, где теснились полуобнажённые тела, вспотевшие и покрывшиеся испариной от высокой температуры, что царила внутри клуба.
— Ты звала меня, — низко прошептал он на ухо девице, которая стояла спиной и буквально минуту назад в открытую флиртовала с ним.
Она резко повернулась, видимо, немного испугавшись, но уже в следующее мгновение расплылась в приторной улыбке. Всё так же двигая бёдрами в такт громыхающей музыке, девушка положила руки на плечи Юнги и сократила между ними расстояние, сведя его до минимума.
В её глазах сверкнул задорный огонёк, и Мин понял: попалась.
Прикоснувшись горячими губами к тонким губам темноволосого, девушка томно выдохнула, заставив Юнги почувствовать возбуждение, мгновенно вспыхнувшее в его крови, и без того разгорячённой дальше некуда.
— Идём, — она схватила его за руку и решительно стала проталкиваться к выходу.
Хотя, если бы она увидел оскал, играющий на лице темноволосого, вряд ли была такой уверенной.
В эту ночь он желал забыться. Никакой пощады. Он хотел оттрахать эту пустышку. Жёстко. Как самую последнюю шлюху. Именно на ней сегодня ночью Юнги будет вымещать всю свою злость, копившуюся годами.
Девушка завернула за угол здания клуба и осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости никого нет.
Повернувшись лицом к парню, который торопливо закурил, она попыталась приблизиться к нему, как вдруг, непонятно почему, получила звонкую пощёчину, из-за которой потеряла равновесие, сильно ударившись об асфальт. В одно мгновение из соблазняющей тигрицы девушка превратилась в загнанного зверька, который явно был испуган.
Теперь, кажется, до неё начало доходить, во что она влипла.
— Шлюха, — прорычал пьяный парень, который внезапно потерял контроль над собой.
Прижав тело испуганной девушки к земле, он затушил тлеющую сигарету о её плечо, вырвав из девичьего горла рваный болезненный вскрик, который поспешил заткнуть излишне мокрым поцелуем.
Нет, это был не Юнги — это был дикий зверь, который с рыком и грубостью впивался в тело своей жертвы, оставляя укусы, засосы, а кое-где даже кровоподтёки своими ненасытными ласками.
Разорвав тоненькую ткань майки, еле скрывающую дрожащее тело девушки, натянутого словно струна скрипки, он стал жадно исследовать каждый новый миллиметр кожи, открывшийся его власти. Ей было невыносимо больно и девушка уже стала понимать: каков будет исход, когда почувствовала тонкие пальцы парня, которые проникли под юбку и стали грубо ласкать внутреннюю сторону бедра, а после чего умело стянули трусики.
Своими ласками, пусть даже и излишне грубыми, он заставлял её тело податливо прогибаться навстречу. И всё это казалось настолько диким, что, несмотря на боль и унижение, с пухлых губ девушки постепенно стали срываться стоны, в которых явно слышались нотки наслаждения.
Но это продлилось недолго, потому что в следующее мгновение она почувствовала жгучую, разрывающую, ненормальную боль внизу живота. Крик, снова заглушённый развязанным поцелуем, даже не успел рассечь пугающую ночную тишину. Светлые пятна, заслонявшие видимость, стали с пугающей частотой мелькать перед глазами девушки.
А потом... а потом одним движением Юнги развернул незнакомку к себе спиной и даже не дал ей опомниться, как ворвался в её тело через анальный проход. Лицо девушки замерло, тело прогнулось, а рот приоткрылся, выпустив из груди судорожный выдох. Казалось, будто тысячи острых шипов одновременно вонзились в её тело, а болевой порог пересёк все возможные пределы. Но одичавший Юнги совсем не обращал внимание на крики, раздирающие гортань девушки на мелкие кусочки. Лишь заткнув её рот своей массивной ладонью, он с каждым новым толчком погружался всё глубже, набирая темп. Мину было плевать, что она испытывала невероятную боль...
Но если бы только боль. Стыд, овладевший её разумом, останется в памяти на всю жизнь, и даже спустя годы, спустя многочисленные беседы с психологами, клеймом будет выжжен в девичьем сознании.
Тогда чем сейчас Юнги отличается от того подонка, который чуть не изнасиловал Ин?
— Ин... — хриплый бас вырвался из его горла, и он кончил, пачкая разодранную одежду девушки.
Униженная и лишённая достоинства, растоптанная и смешанная с грязью, не теряя ни секунды, она поспешила подняться на четвереньки. Забыв поправить юбку, оголившую ягодицы и промежность, девушка, до крови сдирая колени о неровный асфальт, куда-то поползла. Сама не знала куда, лишь бы подальше отсюда.
— Ин! — дикий крик затравленного зверя сотряс ночную тишину.
Пьяный, ничего не соображающий, Юнги быстро закопошился по карманам, ища свой сотовый.
— Ин... — шептали тонкие губы, искусанные до крови.
Но несмотря на то, что в глазах всё двоилось, а сам Юнги уже давно потерял связь с реальностью, он нашёл её номер.
И в точности, как когда-то сама школьница, после долгой череды длинных гудков, повторил фразу, сорвавшуюся на тихий плач:
— Забери меня отсюда...
* * * *
Голова уже кружилась от непрерывной спешки, а ноги — гудели. Но Ин не смела останавливаться, потому что он сейчас нуждался в ней. Нуждался в её поддержке.
Когда Ин увидела на экране своего мобильного телефона входящий вызов от Юнги, едва ли не подавилась воздухом от удивления. Но все её положительные эмоции рассеялись ровно в тот момент, когда Ин услышала хриплый плач юноши в трубке. Она никогда бы не подумала, что парни могут так сильно плакать. Безутешно. Он просил её придти, несмотря на то, что было уже позднее время. А это значит, что она и вправду нужна ему.
Горящая вывеска ночного клуба подтвердила, что школьница оказалась в нужном месте. Недалеко была слышна громыхающая музыка, доносящаяся изнутри даже сквозь закрытые двери. Дрожь, внезапно овладевшая её телом — от пят до кончиков пальцев — заставляла ноги подкашиваться, а руки — холодеть.
До этого момента Ин никогда не бывала в подобных заведениях и старалась обходить их стороной. Ей было страшно, ведь она знала, что в ночных клубах царит пьянство, доступный секс и разврат.
Ещё раз выдохнув, Ин кое-как уняла внутреннее волнение и сделала несколько нерешительных шагов, после которых очутилась внутри здания.
С трудом втиснувшись в толпу, девочка начала уверенно пробиваться сквозь липкие от пота тела молодёжи, обезумевшей от возбуждения, витавшего в воздухе, и выпитого алкоголя. Неприятная духота и сильный запах перегара заставили школьницу скривиться ещё больше, но она не останавливалась. Даже когда почувствовала на своей талии чужие грубые руки, которые спускались всё ниже к девичьим ягодицам, лишь быстро скинула их со своего тела и стала пробиваться дальше...
Где он? Где Юнги?
Облегчённо вздохнув после трудного преодоления толпы молодёжи, скакавшей в агонии на танцполе и напоминавшей античную оргию, Ин остановилась в коридоре, который, по всей видимости, вёл к туалетам, чтобы перевести дух. Победоносная улыбка мгновенно сползла с её лица, потому то, что творилось в коридоре, и впрямь можно было назвать оргией.
Впервые в жизни ей приоткрылась плотная завеса, скрывающая тайну плотских утех между мужчиной и женщиной. Обнажённое тело девушки под напором двух парней было прижато к холодной стене узкого коридора, заслоняя проход. Её стоны были излишне пошлыми и чересчур громкими, будто она хотела, чтобы вся округа слышала, насколько ей было хорошо в то время, как один терзал бархатистую кожу девушки своим умелым язычком, а второй нещадно вдалбливался в её тело.
Неловко и стыдливо Ин закрыла глаза ладонью одной руки, другой же нащупала стену и маленькими шажками стала продвигаться вперёд. Ей овладело какое-то безумно неприятное чувство от увиденного. А вот самих участников данного зрелища, видимо, ничто не смущало.
Миновав «страстную троицу», школьница остановилась перед дверью мужского туалета.
Она должна это сделать. Ради Юнги.
Прижав обе руки к лицу, Ин быстро убрала их, сделав большой глоток воздуха. Одним движением дёрнув ручку двери от себя, она оказалась внутри туалета. На удивление, здесь было сравнительно тихо. И тишина, что царила здесь, была прерываема лишь журчащим звуком чьих-то испражнений.
Не желая терять ни секунды, Ин бросилась к маленьким кабинкам, дёргая ручку каждой дверцы на себя. В одних было пусто, в других – кто-то обнимался с «керамическим другом», изрыгая съеденное и выпитое наружу, а в третьих кабинках дверцы были осмотрительно заперты, по всей видимости, ещё не слишком пьяными посетителями сего заведения.
С надеждой распахнув последнюю кабинку, Ин не стала скрывать своего разочарования, выразив его недовольным ударом ладонью по шаткой дверце, которая едва ли не слетела с ржавых петель.
Школьнице уже порядком надоело находится в этом плохо пахнущем месте, поэтому она пулей выскочила оттуда, ринувшись бегом дальше по коридору.
Сердце неугомонно быстро стучало, а мысль о том, что Юнги сейчас где-то ждал – заставила Ин ускорить бег.
В конце этого бесконечного, как показалось школьнице, коридора, она упёрлась в небольшую дверь с надписью «Запасной выход». Не останавливаясь ни на мгновение, Ин со всей силы толкнула её, через минуту оказавшись снаружи.
Прохладный мартовский воздух, ударивший школьнице прямо в лицо, показался Ин самым прекрасным и свежим. Она не могла надышаться им, вбирая через ноздри полную грудь потока, что дул прямо на неё.
Открыв глаза, которые Ин закрыла, чтобы сполна ощутить прилив сил и блаженства, школьница оглянулась вокруг, заметив на заднем дворе пару больших мусорных баков, место для курения персонала и... и какой-то ничтожно крохотный силуэт, который, по всей видимости, принадлежал парню.
Всмотревшись пристальнее в темноту, что тёмным ореолом окружила этот калачик, Ин внезапно разглядела такую знакомую... чертовски знакомую синюю куртку.
— Юнги! — пронзительный девичий крик рассёк удручающую тишину, и Ин ринулась к этому парню, заставившему её сердечко забиться в сотни раз быстрее.
Она склонилась над ним, кончиками пальцев нежно касаясь пушистых волос Мина.
А он... он даже не шевельнулся, даже не поднял головы, всё так же оставаясь сидеть возле мусорных баков, небрежно облокотившись об один из них.
— Юнги... — Ин шёпотом повторила его имя, понимая, что никогда в своей жизни она не произносила ничего слаще.
Парень вздрогнул, будто до сего момента вовсе не замечал девушку, склонившуюся над ним, и медленно поднял чёрные заплаканные глаза, из которых до сих пор текли крупные слёзы. Невидящим взором уставившись на Ин, он словно загипнотизированный поднял руку, кончики пальцев которой нервно подрагивали, и невесомо прикоснулся к мягкой щеке школьницы, но затем его глаза заметно потемнели, и Юнги резко отдёрнул ладонь, пряча своё лицо в руках.
— Что случилось? — тихо спросила Ин, по-матерински гладя тёмную макушку Мина.
— Не нужно... не прикасайся ко мне, — было слышно, что его язык сильно заплетался.
«Видимо, пьян...», — сделала выводы девушка.
— Почему, Юнги? Что стряслось? — скользя обеспокоенным взглядом по силуэту парня, снова спросила Ин.
— Я плохой, — уже тише добавил Мин, громко шмыгнув носом. — Я изнасиловал её, — на одном дыхании выпалил он, поджав колени под себя и обхватив их обеими руками.
Сначала Ин подумала, что Юнги просто слишком много выпил и сейчас находится в пьяном бреду. Но когда она снова окинула парня взглядом, на сей раз более внимательным, заметила, что ширинка его штанов была расстёгнута, и оттуда виднелась ткань красных боксёров; а синяя куртка была напрочь измазана грязью и кое-где даже разорвана, что свидетельствовало о следах явной борьбы. Да уж, растерянный и такой потрёпанный вид Юнги красноречивее всяких слов подтверждал его признание.
— Тш-ш, Юнги... — прошептала Ин, опустившись на корточки рядом с ним. — Всё хорошо, — она прикоснулась мягкой подушечкой указательного пальца к тонким губам парня, заставляя его замолчать, и уверенно добавила: — я рядом. Я всегда буду рядом.
Казалось, на мгновение темноволосый немного протрезвел, что было заметно по его полупьяным глазам, ласкающим детские черты лица Ин. Ещё мгновение... Чёрт! Ещё чуть-чуть и он не выдержит, сорвётся и прильнёт к приоткрытым девичьим губам. Юнги жаждет этого.
Его руки опережают мысли, потому что большой палец правой руки уже поглаживает покрасневшую щеку Ин, медленно приближаясь к нижней губе, которая слегка была оттопырена, предвкушая спектр нарастающих эмоций. Дыхание Юнги заметно учащается, а его глаза бесстыдно с вызовом пожирают тёмный омут расширенных зрачков школьницы, которая вот-вот собирается сомкнуть веки чтобы больше не видеть этого смущающего взгляда чёрных глаз.
— Не закрывай, — Ин скорее не услышала, а почувствовала слова, которые шепеляво прошептал Мин своим пьянящим, кружащим голову, голосом, дыхание которого отдавало лёгким запахом перегара, сводящим с ума школьницу всё больше и больше, — смотри на меня, — приказал он, а она, находясь под пристальным взглядом парня, была не в силах ослушаться его и послушно распахнула веки, обрамлённые недлинными пушистыми ресницами.
— Пошли домой, — выдохнула Ин, совладав с нарастающим желанием снова ощутить на своих устах тепло тонких губ и приятный вкус вишнёвых сигарет Юнги. Школьница поднялась с колен, протягивая руку парню, который, видимо, был не очень-то доволен таким поворотом событий.
Желая хоть как-то показать своё недовольство, и без того написанное на лице, Мин громко цокнул и упёрся обеими руками о твёрдую землю, а затем схватился за край мусорного контейнера, едва ли не шмякнувшись назад. Пошатываясь, он всё-таки поднялся.
Однако не легче ли было принять помощь, предложенную Ин?
Нет. Потому что в этом и заключался упрямый характер Мин Юнги.
Из-за резкого подъёма перед глазами всё поплыло, а асфальт, кирпичные стены домов и Ин – смешались в одну размытую картину. Приложив ладонь ко лбу, будто это могло как-то помочь, Юнги быстро нащупал в воздухе хрупкое плечо Ин и опёрся о него.
Самым последним, что Мину хотелось – было то, чтобы она видела его таким жалким и беспомощным.
Но у Юнги не было выхода, потому что ночевать он здесь точно не собирался.
* * * *
Толкнув одной ногой входную дверь, Ин, всё также держа парня за руку, которая была перекинута через её плечо, оказалась на пороге квартиры, где было непривычно тихо...
Да уж, сам Мин точно бы не преодолел этот путь в таком пьяном состоянии, потому что почти каждый шаг ему давался с невероятным трудом и старанием не запутаться в собственных ногах.
Пройдя в комнату, которую ещё день назад Юнги делил с Чханом, Ин помогла ему лечь на кровать. Неловко взглянув на Мина, девочка вдруг подумала, что неплохо было бы снять грязную курточку.
— Юнги, — обратилась она к нему, — сними куртку, а то испачкаешь постельное.
— Не могу, — скривился парень и отвернулся к стене, чтобы не щуриться от яркого света лампочки.
Тяжело вздохнув, Ин снова заговорила:
— Давай я помогу.
Юнги повернулся лицом и стал недоверчиво таращиться на девочку, будто она ему только что не помощь предложила, а дозу наркоты.
После невнятного кивка, который можно было счесть за разрешение, Ин оказалась рядом с парнем, помогая ему подняться и сесть на кровати, потому что тот так и норовил откинуться на подушки.
Заботливо и аккуратно стягивая рукава синей курточки, отчасти являвшейся виновницей их знакомства, Ин пыталась унять дрожь, которая распространялась по всему телу от каждого нового тёплого дыхания Юнги. А он всё это время, что она ему любезно помогала, пьяными глазами то ли от спиртного, то ли от такой непозволительной близости с сидящей рядом, всматривался в лицо Ин, в сотый раз думая, что она лучшая из всех девушек, которых он знал.
Бросив застенчивый взгляд на Юнги, девочка поспешила встать и повесить испорченную куртку на спинку стула, стоящего возле письменного стола. А затем, расправив плед, который так же лежал на стуле, она заботливо накрыла им Юнги, смыкающего глаза и погружающегося в сон.
Ин чуть-чуть дольше, чем то позволяют приличия, посмотрела на, казалось, моментально уснувшего парня, и развернулась, чтобы покинуть комнату, как в одно мгновение резким движением руки Юнги оказалась лежащей рядом с ним на кровати. Его тёплые руки обвили талию девушки, попутно накрывая пледом.
— Даже не думай, — хрипло прошептал он сонным голосом, — я тебя никуда не пущу, — в подтверждение своим словам Юнги крепче прижал к себе Ин, наслаждаясь её бешеным сердцебиением, словно самой мелодичной колыбельной.
Сначала девочка была напряжена, но как только услышала мирное сопение парня, дыхание которого опаляло шею, заставляя мурашек бегать по коже – успокоилась.
Рассматривая его слегка припухшие веки, белую кожу, граничащую с цветом сахара, и приоткрытые тонкие губы, она не удержалась, позволив себе кончиками пальцев прикоснуться к пушистым волосам Мин Юнги.
— Красивый... — прошептала Ин, поудобней устраиваясь в миновских объятьях и уткнувшись носом в мягкий, шерстяной, приятно пахнущий вишнёвыми сигаретами свитер парня. — Доброй ночи, — напоследок шепнула она, чувствуя, что одолеваема сном, и больше не в силах держать глаза открытыми, — Юнги...