ГЛАВА 3
«Забери меня отсюда, пожалуйста.
Я валюсь уже с ног от усталости.
Дай мне выплакаться на твоей груди,
Только не уходи ты, не уходи!..»
Неделя пролетела незаметно. Будто это вовсе не семь дней, а один. И эта странная девчонка совсем не выходила у Юнги из головы. Почти всё время у него в голове вертелся образ юной школьницы, которая выстроила вокруг себя стену из молчания. Иногда, сидя вечерами, он брал её телефон и просто рассматривал его, думая о том, что она много раз так же держала этот сотовый в своих маленьких руках.
Но между тем эта неделя не прошла зря. Юнги удалось устроиться на работу, где тоже не обошлось без приятных сюрпризов...
* * * *
— Давай быстрее, — он втолкнул её в одну из маленьких кабинок общественного туалета.
Девушка пошло облизнула верхнюю губу, на которой виднелась ярко-красная помада, и обхватила парня за крепкие бёдра. Внизу живота у него уже давно связался тугой узел, заставлявший тихо постанывать, но она не торопилась и опустила руку ниже, надавив на ширинку.
— Чё-ё... рт, — томно простонал Мин и оттолкнул развратницу к стене.
Её глаза сверкнули, и она зовуще приоткрыла рот. Ей нравился секс с Юнги. И, едва она заметила невысокий силуэт худощавого парня на пороге кафе, сразу же поняла, что с ним можно будет весело проводить время, чем, собственно говоря, они сейчас и занимались.
Резким движением он подхватил девушку за ягодицы, ненасытно сминая их, и усадил на сливной бачок. Она же, не желая прекращать свои игры, оттолкнула Юнги и стала медленно расстёгивать свою рубашку, позволяя парню насладиться зрелищем, хотя ему было вовсе не до него, потому что в сексе Мин был жутко нетерпелив.
Вообще Юнги знал, что с этой девушкой, кроме перепихонов, его ничего не связывает и связывать не может. Она была нужна ему лишь для удовлетворения мужских потребностей. Да, он уже давно не был девственником, поэтому его желание было крайне необузданным и диким. Но, переехав в Сеул, Юнги лишился знакомых девушек, от которых можно получить сии услуги. Проституток нанимать он не собирался, ведь Мин и так едва ли сводил концы с концами, а самоудовлетворение стало быстро надоедать. Поэтому, обнаружив такую лёгкую добычу, которая сама бежала к зверю в объятия, Юнги несказанно обрадовался.
— Я же сказал... быстрее, — на выдохе прошипел он и, в одно мгновение завладев девушкой, сорвал с неё рубашку, случайно оторвав несколько пуговиц.
Так же быстро расстегнув лифчик, с чем у него никогда не возникало проблем, парень сжал своими ладонями девичьи груди. Теперь настал черёд девушки испускать стоны, всё больше и больше заводившие Мина. Юнги всегда был жёстким, никогда не заботясь о наслаждении партнёрш, которым, однако, нравился такой подход: дерзкий и своенравный.
На секунду парень оторвался от девушки, с которой уже успел спустить штаны, и вытащил из заднего кармана светлых джинс средство контрацепции. Приспустив и с себя штаны, он быстро справился с зашитой. Да уж, с ней действительно можно было «весело» провести время, но не более. Наверное, именно поэтому Мин предохранялся, чтобы не вышло «нежеланных последствий», потому что эта девушка ну уж совсем никак не представлялась ему в роли порядочной домохозяйки.
Раздвинув девичьи ноги, Мин поудобней пристроился между ними и крепко вцепился в женские ягодицы, зная, что сейчас будет жесть. Самодовольно заглянув в её глаза, молившие о разрядке, он резко вошёл в неё. Раздался стон, скорее похожий на крик.
А ему было плевать, что он доставлял ей боль, смешанную с наслаждением. Всё, чего хотел Юнги, так это удовлетворить свою плоть.
Тела, достигшие температуры кипения, стучали о стену, обильно охлаждаясь потом. Слюни, давно смешавшиеся воедино, приняли доминирующий вкус вишнёвых сигарет Юнги. Голоса, охрипшие от диких стонов, стали доноситься ещё громче. А Мину и его напарнице по работе было плевать, что их могли услышать случайные посетители туалета...
* * * *
Застегнув ширинку, он выбросил использованный презерватив в урну и взглянул на девушку, пытавшуюся найти выход из положения, так как её рубашка была напрочь испорчена.
— Сахарок! — воскликнула она. — Мог бы и поаккуратнее.
Юнги безразлично взглянул на пыхтящую девушку.
— Плевать, — бросил он и повернул защёлку. — Твои проблемы.
— Эй! Ты куда? — крикнула она, но Мин уже успел скрыться из её поля зрения за тонкой дверцей кабинки. — Сволочь, — выплюнула девушка ему вдогонку.
Но было бы ложью сказать, что ей не понравилось. Мин Юнги был превосходен.
* * * *
Сегодня его отпустили с работы пораньше. Стажировки не было, поэтому Юнги бесцельно слонялся по городу, рассматривая безразличные лица прохожих.
Уже в который раз его мысли снова возвращались к той школьнице, не дававшей разуму Мина покоя. В ней было что-то такое, что смогло его зацепить. И для Юнги это было довольно дико, ведь никогда прежде у него не возникало подобного ощущения. Никогда прежде он не испытывал жалость к какому-либо человеку. Проще говоря, Мин Юнги был эгоистом, пофигистом и отъявленным грубияном. Но Чхве Ин Хёк ему было почему-то жаль?..
— Юнги, ты дурак, — пробормотал он, осуждая своё поведение.
Автоматические двери автобуса плотно закрылись, и водитель завёл мотор.
«Ты окончательно свихнулся, Мин Юнги», — промелькнуло в темноволосой голове, но было уже поздно. Автобус дёрнулся.
* * * *
Кладбище окурков, выкуренных за это долгое время, что он ходил взад-вперёд, заметной горкой расположилось у ветхой калитки, а вишнёвый дым уже успел въесться в его лёгкие и в синенькую курточку. Тощими пальцами струсив пепел, он снова затянулся, а потом, выдохнув серый дым из ноздрей, выбросил тлеющий окурок в «братскую могилу», после чего достал новую сигарету, ловко её подпалив.
— Чёрт побери, ты дебил, — пробормотал Юнги и засунул руку в карман куртки, где сразу же наткнулся на чужой сотовый.
Для него было непонятно собственное поведение и какой-то внутренний страх. Но желание снова увидеть эту странную школьницу всё ещё держало его здесь.
Юнги глубоко вздохнул, затянувшись в последний раз, и выбросил окурок, презрительно втоптав его ногой в сырую землю. Медленно и как-то неуверенно подойдя к поскрипывающей калитке, он занёс руку для стука, но в то же мгновение из глубины дома послышались крики и звон бьющейся посуды, заставившие его отпрянуть назад и с перепугу едва ли не запутаться в своих ногах. Громко выругавшись, он быстро совладал с равновесием и привстал на цыпочки, чтобы разглядеть, в чём там дело. В какой-то момент парню показалось, а не ошибся ли домами, ведь, когда он провожал Ин, было уже довольно темно и он запросто мог перепутать калитки.
Шаткая дверь дома резко распахнулась, и на крыльце показалась спотыкающаяся Ин, которая часто оборачивалась назад, будто убегая от кого-то, что, впрочем, подтвердилось, едва ли из дома вывалился пьяный в стельку мужчина, что Юнги сразу понял по заплетающимся ногам и его невнятным ругательствам. Девочка быстро дёрнула дверцу калитки и тут же замерла на месте, завидя Юнги.
Глаза Ин расширились, а губы непонимающе приоткрылись в немом вопросе. Но громкий поток диких ругательств, раздавшихся за её спиной, заставил школьницу быстро прийти в себя. И уже в следующее мгновение она без спроса схватила Мина за руку и сорвалась с места.
— Чёрт! — вскрикнул Юнги, который едва ли не поздоровался лицом с сырым асфальтом. — Ты куда меня тащишь?! — снова крикнул парень, не поспевая за чересчур прыткой девчонкой. — Клянусь, я прикончу её, — пробормотал Мин, ловя ртом встречный поток воздуха.
Она неуверенно отпустила его руку и остановилась. На мгновение согнувшись, уже через секунду Ин гордо выпрямилась и, как ни в чём не бывало, спокойно зашагала вдоль тротуара.
— Ты вообще нормальная? — судорожно дыша, нагнал её Юнги.
— Да, — коротко бросила девочка и упрямо поправила вечно сползающий рукав пиджака.
— Тебе не холодно? — внезапно спросил Мин, многозначительно глядя на её школьную форму, явно не слишком тёплую для такой прохладной погоды.
— Тебе какая разница? — съязвила Ин и прибавила шаг. — В прошлый раз тебя не заботило моё самочувствие, — ткнула она Юнги, словно котёнка, носом в его же дерьмо.
— А ты в прошлый раз была более вежлива, — парировал он, заставив школьницу как по щелчку прийти в себя.
Она резко остановилась и, закрыв глаза, тихо шепнула:
— Прости.
Взглядом заприметив близстоящую лавочку, девочка одним движением уселась на неё и стала носками тех же лаковых ботинок ковырять асфальт. Юнги последовал её примеру и присел рядом.
Не зная, с чего начать, Мин задал первый вопрос, совершенно не заботясь о его тактичности:
— Кто тот человек?
Разъяснений не требовалось, потому что Ин прекрасно поняла, кого Юнги имеет в виду.
— Мой отец, — ответила она и быстрее заелозила ботинками по земле, всеми силами сдерживая слёзные порывы. Ей почему-то не хотелось, чтобы этот темноволосый парень видел, как она плачет.
— Твой отец?! — переспросил Мин, широко округлив глаза.
— Да.
В воздухе снова повисло неловкое молчание.
— А... а где твоя мама? — спросил Юнги, неумышленно касаясь невидимых, но таких болезненных мест в памяти Ин.
С губ девочки сорвался горький смешок.
— Я тебя едва ли знаю, — она заглянула в чёрные глаза Мина. — Почему я должна отвечать на вопросы сугубо личного характера? Почему я должна доверять тебе, Мин Юнги?
— Ты права, — внезапно согласился парень и резко поднялся с места. — Мне не стоит доверять, — он пошарил рукой в заднем кармане светлых джинс и достал оттуда пачку сигарет. Быстро подкурив одну из никотиновых убийц, Юнги глубоко затянулся, а затем, будто вспомнив что-то, засунул одну руку в карман синей куртки, в то время как пальцами второй руки, он ловко стряхивал пепел.
Подняв на парня свои светло-карие глаза, она не сразу смогла разглядеть, как Юнги поспешно вводил чей-то номер. Но, как только Ин увидела свой мобильный в его руках, тотчас подскочила с места и, оказавшись возле Юнги, стала пытаться выхватить вещь, принадлежащую ей. А он в свою очередь, играясь, поднял руки вверх, не давая Ин никакого шанса на победу, потому что разница в росте была довольно заметной.
Школьница слишком увлеклась этой игрой и совершенно не заметила, как оказалась непозволительно близко к его сахарной коже. Горячее дыхание Юнги опаляло её щеку, и она чётко ощущала приятный запах вишнёвых сигарет, который, казалось, был неотъемлемой частью образа Мина.
Ин быстро отпрянула от Юнги, неловко ссутулив плечи, что сразу выдало её смущение. А он, ещё мгновение довольствуясь тем, что ему удалось вогнать школьницу в ступор, громко цокнул и нехотя сказал:
— Ладно, держи, — парень протянул сотовый его владелице и хмыкнул, заметив улыбку на бледных девичьих губах.
— Спасибо, — робко поблагодарила она. — А я-то думала, что уже навсегда потеряла его.
Юнги силой заставил себя вернуть прежнее пофигистическое выражение лица и только потом сказал:
— Это... Я там на всякий случай добавил свой номер. Если нужна будет помощь, звони.
Ин весело заулыбалась, скользнув рукой в карман пиджака, куда положила найденную пропажу.
— Спасибо, но ты вряд ли дождёшься моего звонка.
Юнги, не желая показать своего разочарования, быстро отвернулся, готовясь сказать какую-нибудь колкость в ответ, но, как только он развернулся и раскрыл рот, чтобы съязвить что-нибудь обидное, вдруг обнаружил, что Ин уже и след простыл.
— Засранка, — буркнул он и, ещё немного постояв на месте, докурил, а после неторопливо зашагал в сторону автобусной остановки.
* * * *
— Я дома! — крикнул Юнги и сбросил с плеч куртку.
Не спеша расшнуровав кроссовки, парень сдвинул брови, когда ответом на его приход послужила непривычная тишина, ведь каждый день у порога Юнги ждал шумный Чхан. И, хоть он бесил Мина, последний не мог не признать, что уже привык к тому, что после тяжёлого дня его кто-то встречал.
— Чхан, ты дома? — спросил Юнги, надеясь получить ответ, но его не последовало.
Мин недовольно прищурил глаза и прошёл вглубь.
— Странно, — пробормотал он, заметив в комнате соседа свет, просачивающийся сквозь дверную щель.
Юнги тихо постучал.
Снова тишина.
И тут, когда он уже развернулся и собирался отправиться в свою комнату, Юнги услышал какой-то странный звук... будто что-то мягкое каталось по полу в комнате розоволосого соседа.
— Чхан, у тебя там всё в порядке? — спросил Мин, не на шутку разволновавшись.
Звук чего-то бьющегося о пол слышался всё отчётливее, а к нему ещё прибавились какие-то странные всхлипы и судорожные выдохи.
Терпение Юнги лопнуло, и он решительно дёрнул ручку двери. Но уже в следующее мгновение вся его решительность куда-то улетучилась, а сам Мин с ужасом замер на месте.
Розоволосый лежал на полу, сильно ударяясь о твёрдую поверхность всем телом, которое было нещадно терзаемо конвульсиями. Его руки и ноги вывернуло в разные стороны, глаза были готовы вот-вот вывалиться из орбит, а изо рта сочилась белая пена.
Юнги не потребовалось много времени, чтобы понять, что происходит. Когда-то давно у его дяди тоже случались такие припадки, именуемые приступами эпилепсии. Мин знал, что ни в коем случае нельзя пытаться остановить припадок, потому что это могло только всё усугубить. Поэтому, сорвавшись с места, он подбежал к Чхану, корчившемуся от непроизвольных судорог, сковывающих его тело.
Подложив одну руку под розоволосую голову, чтобы тот не получил сотрясение или ещё что хуже. Юнги стал шепеляво шептать слова, способные успокоить нервную систему Чхана, и дожидаться конца приступа.
Блаженно откинувшись обмякшим телом на деревянном полу, Чхан прикрыл глаза, всё ещё неровно дыша.
— Спа...си...бо, — прошептал он, глотая воздух побледневшими губами.
— Отдыхай, — бросил Юнги, поднимаясь с колен.
Взъерошив тёмные волосы в области затылка, он плюхнулся на кровать, но уже в следующее мгновение, едва раздался звонок его мобильного телефона, испуганно дёрнулся и выругался.
— Мать вашу, — буркнул Юнги, зашарив руками по карманам. — Что за день сегодня такой?
Однако, увидев имя того, кто являлся бессовестным нарушителем его хрупкого спокойствия и душевного равновесия, Мин расплылся в самодовольной улыбке, напыщенно вздохнув, звучно цокнул, всё ещё медля ответить на вызов. Наконец, прочистив горло, он поднял трубку.
— Алло, — пытаясь показать всё своё недовольство, ответил Юнги.
— Юнги... — в трубке послышались судорожные всхлипы. — Забери меня отсюда...