Глава 14
Каникулы пролетели, как один миг, и вот мы уже уставшие и жутко счастливые заезжаем в город. Гарри живет на окраине и, естественно, мы завозим его первым. Мы стоим с ним, крепко обнявшись и погрузившись в тишину, пока Лиам не начинает сигналить. И когда Стайлс скрывается за дверью подъезда, я понимаю, что мы вернулись в реальность. Теперь мне будет еще сложнее переносить с ним разлуку, ведь мы были вместе двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. Падаю на заднее сидение, на меня накатывает усталость, ужасно хочется спать, что я и делаю, только зайдя в квартиру.
Так непривычно просыпаться одному, когда последние четыре дня первое, что я видел, открыв глаза, - кудрявые спутанные волосы и пухлые щечки моего любимого. Проверяю телефон, но там нет ни звонка, ни смс. Может, он тоже спит. Еле как поднимаюсь с кровати, отдых тоже выматывает, и бреду в душ. Чищу зубы и случайно задеваю свою нижнюю губу изнутри, начинает щипать, кровь понемногу сочится. Что б его, со своей манией меня вечно кусать.
Весь день я пытаюсь влиться в привычную колею, то есть без Гарри, поэтому покупаю продукты, готовлю, прибираюсь, стираю, не забывая каждые пять минут проверять телефон. В итоге в десять вечера не выдерживаю и набираю номер.
-Да, - весело отвечает Стайлс. На заднем плане слышу смех.
-Я помешал?
-Лу? Нет, конечно, нет. - Посторенние звуки стихают. - Ты уже отоспался? - Он смеется.
-Да, давно. А ты?
-Не получилось. Приехала в гости бабушка, так что я провел с ней весь день, и сейчас мы с ней играем в эрудита.
-Значит, я тебя отвлекаю.
-Ты никогда меня не отвлекаешь. Уже соскучился? - Кудрявый говорит чуть тише.
-Нет, совершенно. И я даже сейчас не сижу в твоей футболке с твоим запахом, которую в последний момент вытащил у тебя из сумки. - Он смеется, и мне становится даже немного обидно. Мне же иногда хочется побыть романтиком и распустить розовые сопли. Что в этом такого?
-Спасибо, - коротко бросает он.
-За что?
-За каникулы, за лыжи, за ночи, за поцелуи. И за то, что мы попытались. Не знаю как ты, а я доволен результатом. - Это вызывает у меня улыбку. Все так быстро изменилось, и наши неловкие касания рук превратились в страстные возбуждающие поцелуи.
-И я доволен. Позвони мне, когда найдется время. - Несмотря на то, как сильно я хочу его увидеть, я понимаю, что у него насыщенная жизнь была до меня, и не хочу, чтобы Гарри все это оставил.
-Завтра утром, как только открою глаза. Спокойной ночи, Лу.
-Сладких снов, милый. - Собираюсь уже скинуть звонок, но Гарри еще что-то кричит.
-Если ночью что-нибудь случится, помни, что я есть у тебя, и ты можешь мне позвонить. - Киваю, хоть он этого и не видит.
И опять наступает эта ужасная, странная и непонятная ночь, после которой я просыпаюсь на полу с порезами на руках. И опять же в памяти ничего нет. Меня уже начинает трясти от этой мистики. Хотя, в какой-то степени я сам мистика, так что меня трясет от самого себя. И мне все страшнее и страшнее сближаться с Гарри. Я так за него волнуюсь.
Когда я стою с чашкой крепкого кофе и смотрю на рассвет, мой телефон начинает звонить. «Mine»
-Да, Гарри. - Мой голос вымученный, я даже не пытаюсь это скрыть.
-Лу? Опять?
-Да, Гарри, опять. - Стягиваю ниже рукава кофты, только чтобы не видеть неровные красные полоски, и обнимаю себя. Головой прислоняюсь к откосу и смотрю пустым взглядом вдаль.
-Все-таки, может, обратимся к врачу?
-К какому? К наркологу? Да, я вроде бы ничего не принимаю. - Это моя защитная реакция никогда еще до добра не доводила. И этот раз не исключение.
-Лу...
-Или мы можем сходить к патологоанатому. А что? Меня вскроют и найдут причину. А там по записи или живая очередь? Ой, ну в смысле мертвая очередь?
-Томлинсон, я помочь тебе пытаюсь! Не хочешь - не надо. Разбирайся тогда сам. - Он бросает трубку. И в эту секунду я понимаю, каково это - потерять Гарри. Я никогда еще не чувствовал себя настолько одиноким в этой квартире. Я никогда еще не чувствовал себя настолько одиноким в этом мире. Быстро набираю его номер.
-Успокоился?
-Я не хочу оставаться один. - Шепчу чуть слышно. Мои эгоистичные чувства берут верх надо мной. Я забываю о безопасности кудрявого, я думаю только о своем спасении. А без него я не спасусь, знаю.
-Ты никогда не будешь один.
-Глупо, но все же я попробую. Можешь забыть об этом? Как будто по ночам я мирно сплю в своей кроватке. Мы будем встречаться, обниматься друг с другом, целоваться. Ты никогда не поинтересуешься, как я спал и откуда на руках порезы. Ты... - Пронзительный крик не дает мне закончить предложение. Жмурюсь и стискиваю зубы.
-Порезы?! Луи, я заеду к тебе, как только освобожусь. Это уже не шутки и не телефонный разговор. - Он орет на меня. Стайлс очень-очень зол.
-Я сегодня работаю днем. - Мой голос такой тихий по сравнению с его.
-Мне плевать. Значит, приеду к тебе на работу. Пока. Наделаешь ошибок - я тебе устрою веселую жизнь. Понял?
-Да. - Такому властному и строгому тону сложно перечить, да я и не могу. Внутри меня все органы, нервы и кровеносная система сжимаются в один непонятный комок. Этот комок пульсирует, разгоняя страх по всему телу. Кажется, теперь я страдаю не только после потери близкого человека, а все время. И это просто лишает всяких сил.
В четыре часа Гарри врывается в отель, как ураган, и хватает меня за руку, быстро говоря:
-Пошли, поговорим.
Я же остаюсь на месте и выдергиваю руку. Неприятно, когда касаются моих порезов, поэтому скрещиваю руки на груди.
-Я не могу уйти отсюда, это мое рабочее место.
-Я сказал быстро пошел за мной! - его голос разносится по большому холлу. Он перегнулся через стойку регистрации, поэтому я отступаю назад.
-Какие-то проблемы, Луи? - из кабинета выходит Кара. Стайлс испепеляет ее взглядом.
-Вот, она тебя и заменит. - Кудрявый тыкает в нее пальцем и вновь хватает меня за предплечье.
-Молодой человек, я сейчас позову охрану, - строго говорит девушка, вставая рядом со мной.
-Кара, это Гарри. Можно мы пару минут поговорим в твоем кабинете? - поднимаю на нее глаза. Она смотрит на меня с сочувствием и пониманием. Знаю, у меня сейчас загнанный вид, и это влияет на ее решение.
-Хорошо. - Я выхожу из-за стойки. Слышу вздох Кары и легкое касание к моему плечу.
Мы заходим в маленький кабинет, где только стеллаж с папками, стол и два стула. Теперь Гарри уже не скрывает и не контролирует свою ярость и агрессию. Я думал, что, когда мы снимали, Стайлс был жестким, но нет. Тогда он был совершенно безобидным. А сейчас... Отхожу от него подальше, но он наступает на меня. Пячусь назад и врезаюсь в стену.
-Покажи мне их, - сквозь зубы произносит он. Мотаю головой из стороны в сторону. Она опущена, как у провинившегося. - Покажи мне их сейчас же! - выкрикивает он. Внутри все скручивается и сжимается. Неуверенно подношу руку к краю рубашки и медленно его поднимаю. Стараюсь не смотреть на то, что на руках. Чувствую касание пальцев по коже и по запекшейся крови.
-Зачем ты это делаешь? - Его голос напряженный.
-Не знаю. Я не помню, как это происходит. Просыпаюсь утром - они уже на руках. - Я думаю, теперь мы можем спокойно поговорить, но нет.
-Не ври мне! - рявкает он. Где же мой добрый, нежный и мягкий Гарри? Где он, когда так нужен.
-Я тебе никогда не вру.
-У человека не может из неоткуда появится целая куча порезов поперек вен! - Но я же не человек...
-Это делаю не я!
-Томлинсон, это уже раздвоение личности! Скажи мне, чем ты болен? Что тебя так беспокоит? Что произошло?
-Я уже сказал, что не знаю. Почему ты мне не веришь? Почему? Почему? - Уже сдался я. - Я не заслужил твоего доверия? Я до сих пор никто для тебя?
Гарри запустил руки в свои кудри и начал их тянуть. Он отошел от меня и сел на стул. Я опустился на пол и прижал ноги к груди. Мы оба молчали. Я не знал, что еще ему сказать. Если сейчас начать разговор об аде и обо всем оттуда вытекающем, то меня точно направят в психушку. У меня нет оправдания, нет выхода и нет сил. Наблюдаю за тем, как Стайлс поднимается со своего места, подходит ближе (ожидаю крика или удара, сжимаюсь) и садится рядом.
-Прости. Прости меня. Я просто не знал, как еще разговорить тебя.
-Плохой полицейский? - усмехаюсь.
-Типа того. - Он улыбается и кладет свою голову ко мне на плечо. - Я просто хочу тебе помочь. И прошу: доверяй мне. Я пойму все, что бы это ни было. Ты чудесный Луи, самый прекрасный человек на земле. Такому человеку не должны сниться кошмары, он не может резать свои вены.
-Поцелуй меня, - шепчу. Кудрявый поворачивается ко мне, кладет рука на мой живот и прикасается своими губами к моим. Но я хочу не так. Я хочу сильно, горячо, страстно, поэтому притягиваю его за шею и проникаю языком в рот. Его губы скользят по моим. В этот момент внутри меня все встает на свои места. Чувство страха и тревоги притупляется. Гарри своим поцелуем забирает все это. Своими поцелуями он вытягивает из меня тьму. По капельке, но вытягивает. Мы долго целуемся и, прежде чем отстранится, Гарри дважды кусает мою нижнюю губу.
-Стайлс! - Легко бью его в грудь, он смеется. - У меня уже вместо губ - фарш. Ты все их покусал. А если в ранку попадет какая-нибудь зараза, они начнут гноиться, начнется заражение крови, и я умру. И все это будет на твоей совести. - Кудрявый легонько прикасается к моим губам и прижимает меня к себе.
-Лу, только попробуй с собой что-то сделать - найду и прибью. - Уже без злости говорит он. Это должно вселять страх, но нет. Эти слова греют. Я нужен ему, и это здорово. Смеюсь и утыкаюсь носом в его шею.
-Никогда. Не по собственному желанию. - Позже добавляю: - Тебе не идет образ плохого парня. Мне нравится мой милый и мягкий Гарри. - Взлохмачиваю его волосы и целую в лоб.
И все-таки работа не ждет. Мы выходим из кабинета, взявшись за руки. Большой палец Гарри на моем пульсе. Когда я наконец-то представляю Гарри Каре, он ей совершенно не нравится, но спустя полчаса, после того как она видит, как мы взаимодействуем друг с другом, ее лицо украшает широкая улыбка. Кудрявый остается тут, со мной. Пока я заполняю бумаги, он делает свою домашнюю работу. Иногда я чувствую его взгляд и оборачиваюсь, а он расплывается в улыбке и краснеет, так как в его планы не входило быть застуканным. То же самое происходит и со мной, когда я смотрю на прекрасное сосредоточенное лицо, обрамленное кудрями. И нас не волнует то, что было, и то, что будет, потому что мы просто хотим насладиться минутами радости, пока можем. Мы не хотим запятнать тьмой те моменты, когда глаза искрятся счастьем.