Глава 12
Я в пустой комнате. На кровати Гарри только смятое одеяло. Прошлая ночь была невероятной. Надеюсь, все это мне не приснилось. Провожу языком по нижней губе, немного щиплет, значит, все было правдой. Сажусь на кровати и улыбаюсь, как дурак. Мы действительно целовались, и это нравилось и доставляло удовольствие нам обоим. Такое ощущение, что мои чувства к этому кудрявому созданию обострились в сотни раз. Опускаю ноги на мягкий ковер. Сквозь занавески пробиваются солнечные лучи. Это так схоже с моим внутренним состоянием: только тепло и свет. Я иду вниз, чтобы позавтракать со всеми, но останавливаюсь на месте. Не понимаю, как себя вести с ним сейчас. Может, сегодня вся эта ночная дымка растаяла, и он жалеет об этом. Или же нам просто будет неловко рядом друг с другом. От правильного ответа меня отделяют несколько метров, но я не могу сдвинуться с места. Мне страшно, потому что я ни о чем не жалею. Потому что мне это понравилось, и я хочу продолжать двигаться в том же направлении. Медленно и осторожно спускаюсь, из кухни доносятся разговоры и запах какой-то еды. Захожу и сразу натыкаюсь на зеленые пронзительные глаза. Губы Гарри расплываются в широкой улыбке.
-Доброе утро, солнышко! - И как я мог сомневаться в чем-то? Стайлс сразу протягивает ко мне руки, и я оказываюсь в его объятиях. Все сидят за столом, и я хочу сесть рядом с Гарри на стул, но его руки меня крепко держат. Пытаюсь вырваться, но мое тело падает к нему на колени.
-Луи, ты чего это такой помятый? - Лиам приподнимает брови и усмехается.
-Не твое дело. - Смотрю на своего парня. Он недолго думая оставляет поцелуй на моих губах.
-Плохо спалось? - Чувствую, как Гарри напрягся. - Кто-то мешал? - Мой друг официально идиот.
-Прекрасно спалось. - Дарю ему фальшивую и широкую улыбку и иду наливать себе чай. - Софи, а почему ты не испечешь мой любимый торт? - Надуваю губы и смотрю на нее.
-Потому что я приехала сюда отдыхать, а не готовить. Официально заявляю, что с этого дня вы кормите себя сами. - Она явно не в духе.
-Любимая, мы же не умеем, - Пейн попытается сказать это как можно ласковее и состроить свою самую милую мордашку, но...
-Так научитесь! Мне одного ребенка хватает, чтобы за ним присматривать! - Такого никто из нас явно не ожидал. Всегда тихая и кроткая Соф кричала на трех парней. Из-за этого Анабель заплакала. Девушка схватила ее на руки и пошла в свою комнату. На наших лицах читалась растерянность. Лиам ушел за ней.
-Я могу приготовить обед, - лепечет Гарри. Его доброта и отзывчивость не знают границ. Я возвращаюсь к нему на колени с кружкой зеленого чая и тарелкой с бутербродами.
-А я могу тебе помочь. - Целую его в носик, и он морщится. Это утро самое лучшее в моей жизни и, надеюсь, что не последнее.
-Луи, тебе снятся кошмары? - Перевожу на него недоуменный взгляд.
-Нет. С чего ты взял? Мне никогда ничего не снится.
-Но ночью... - Он замолкает. Внутри меня все сжимается. Что я сделал?
-Что ночью?
-Я проснулся от взгляда, твоего взгляда. Ты стоял над кроватью и смотрел на меня. Я попытался узнать, что случилось, но ты молчал, а глаза были такие стеклянные. Я подумал, что ты лунатишь, и, как мне говорила всегда мама, попытался осторожно уложить тебя в кровать. Ты лег и, как только я отвернулся, застонал. Потом начал кричать, вертеться. У меня не получалось тебя успокоить. В общем, это длилось около часа, а потом ты тихо заскулил и уснул. Так, ничего не снилось?
-Нет... - Пытаюсь вспомнить хоть что-то, но в голове пусто. Мы поцеловались и легли в кровати, а потом я проснулся утром. А что было между этим? Чувствую его подбородок на своем плече, его дыхание приятно обдает мою шею.
-Луи, давай честно. Тебя что-то беспокоит? Я пойму, если это глубоко личное. Просто скажи: да или нет.
-Честное слово, у меня нет от тебя секретов. - Разве что я не человек. - Я полностью доверяю тебе. - Осторожно целую его, но ему мало. Поцелуй становится более глубоким и страстным. Моя ладонь на его затылке. Это все, что мне нужно: такие поцелуи каждое утро. Разве много? Просто один человек на нашей кухне каждое утро. Просто Гарри каждое утро.
Он поглаживает мою спину. В его больших руках я такой слабый и хрупкий, но в тоже время во мне достаточно силы, чтобы продолжать бороться за нас. За нашу кухню, за наши поцелуи, за наши утра вместе, за наше общее будущее. Одно на двоих.
-Ты такой чудесный. - Он смотрит на меня с легкой улыбкой. - Не верю, что это происходит.
-Что происходит? - Глажу пальцами его щеки.
-То, что я влюблен. - Это конечно сопливо и как-то по-девчачи, но у меня действительно перехватывает дыхание от его слов, а улыбка становится в разы шире.
-И я.
Мы еще недолго нежимся в объятиях друг друга на кухне, попутно я пью чай, а Гарри отбирает мою кружку и делает из нее глотки, а потом идем в нашу комнату. Спальня Софи и Лиама закрыта, оттуда не доносится ни звука. Мы заваливаемся на мою кровать, немного тесно, но уютно. Стайлс достает плеер и наушники и предлагает послушать музыку. На самом деле, музыку я слушал только в клубах, барах и других общественных местах. Я и не не люблю ее, и не обожаю, отношусь нейтрально. Но мне интересно, какие песни у Гарри в плеере: грустные или веселые, медленные или быстрые, поп или рок, а, может быть, кантри. Он включил первую, и меня переклинило, по-другому не скажешь.
Дай же, дай мне эту любовь, я буду ждать тебя,
Возьми мою руку, я буду бороться за тебя.
Впусти меня, да, позволь быть ближе.
С ума схожу, всецело это чувствую.
Возьми мою руку, я буду бороться за тебя.*
Я переплетаю наши пальцы. Как какие-то звуки и обычные слова могут сказать столько много? Столько, что описывают все, что я чувствую к нему. Кажется, мое сердце бьется быстрее, в такт музыке. Для меня мелодия была всегда только мелодией, текст только хорошо срифмованными словами, но теперь я понимаю, что это все чувства, которые с каждой секундой обнажаются все сильнее.
Так мы лежим, закрыв глаза и отдаваясь музыке. Внутри меня все трепещет от каждого нового трека. Вдруг, в начале очередной песни, Гарри подпрыгивает и быстро ее переключает. Вытаскиваю наушник.
-Что случилось?
-Ничего. - Он нервно улыбается и ложится обратно. Смотрю в упор, но он отворачивается. Кладу ладонь на его щеку и нежно поворачиваю к себе.
-В чем дело?
-Это плохая песня. - Врет. Впиваюсь в него глазами. В итоге кудрявый не выдерживает. - Это была моя песня.
-Твоя?
-Ну, мы как-то со знакомым веселились, а он учится на звукорежиссера. Он предложил записать меня прямо дома у себя. В общем, это плохая запись, там посторонние звуки и...
-Я хочу услышать, - перебиваю.
-Нет.
-Почему?
-Поверь, это не то, чем можно гордиться. - Гарри втыкает в уши оба наушника и устраивается удобнее на подушке. Так понимаю, разговор окончен. Ну, ничего, когда-нибудь я все равно услышу ее.
Гарри перестает дуться после моих пяти попыток его поцеловать, и мы идем готовить обед, что получается у нас очень даже хорошо. Пейнов так и не слышно, поэтому, оставив им еду на столе, мы отправляемся кататься на лыжах. Конечно, кудрявому не терпится вернуться на гору, но мне страшно за него. После пятнадцати минут споров и препираний я тащу его на простую трассу в лесу.
-Тут только бабушки катаются и дети до семи! А теперь, Томлинсон, объясни, каким боком здесь мы?! - возмущается мой парень. Но теперь у меня есть надежный аргумент во всех спорах - поцелуй. Мы шутим, смеемся, но я вижу, что у Гарри нет никакого желания быть сейчас тут, но идти на спуск с ним - выше моих сил. В итоге, это все ничем хорошим не заканчивается. В конце пятого круга Стайлс делает кислое лицо и говорит:
-Луи, мне это уже надоело. Ты как хочешь, а я иду на гору. - Он начинает стягивать лыжи.
-Нет, там опасно. Мы остаемся тут!
-Кто ты такой, чтобы мне указывать? - Как в первую нашу ссору. Это слишком. Слишком жестоко.
-Я твой парень, - собираю последние силы и шепчу себе это под нос, но он слышит.
-Вот именно, а не надзиратель. Ты должен понимать, а не помыкать мной, как тебе вздумается! - кричит Гарри, а я стою и впитываю все его слова. Они травят меня сильнее всякого яда.
Я никогда не хотел быть надзирателем и вертеть им, как хочу. Я просто забочусь. Да, он прав тысячу раз, но мой упрямый мозг гнет свою линию, поэтому, так и не дождавшись ответа, Гарри уходит.
У меня нет сил ни на что. Я добираюсь до домика, наливаю на кухне стакан ликера, который мы с Лиамом приберегли на последний вечер. Пейн пытается что-то мне сказать, но и так знаю, что все испортил.
-Мне просто нужно выпить, никаких разговоров.
Поднимаюсь в нашу комнату и забираюсь на большой письменный стол у окна. Глаза слепит солнце, щурюсь, белоснежный снег покрывает горные вершины, жгучая жидкость бежит по горлу. Бросаю взгляд на его кровать и от чего-то так грустно и тоскливо. Усмехаюсь сам себе. Может быть, потому что, Томлинсон, ты разрушил то прекрасное, что у вас было? Еще глоток. Я уже и забыл, каково это, когда любовь становится пыткой. Возможно, я преувеличиваю, но именно так себя я ощущаю. Приоткрываю окно, чтобы воздух привел меня в чувство, и я начал действовать, вместо того, чтобы напиваться и ныть. Но я хочу ныть, хочу плакать, биться в истерике, выплеснуть всю агрессию к миру, к себе. Это то, что нужно мне - выпустить наружу все, что несколько столетий не дает мне покоя.
Часы пролетели незаметно, начало смеркаться. Я думаю о своем прошлом. Пытаюсь думать о своем прошлом, но в голове только настоящее - Гарри, Гарри, Гарри.
-Луи, - он тихо и медленно идет ко мне.
-Да? - Мы смотрим друг на друга, как будто впервые. Ни у кого слова не идут с языка. - Как покатался? - Гарри садится напротив и берет мои руки в свои.
-Хорошо, но с тобой было бы лучше. Я не хочу ругаться. Просто, давай, решать все вместе, а не пытаться навязать что-то друг другу. Я же услышал тебя, когда ты хотел видеться чаще, так постарайся услышать и ты меня. - У меня нет слов. Придвигаюсь ближе и прижимаюсь к мускулистому телу.
-На словах все было проще, - шепчу в его грудь. Его нос зарывается в мои волосы, и Гарри глубоко вздыхает.
-Ничто и никогда не бывает просто, но мы будем стараться. - И все, что мне нужно в этот момент, его губы с трещинками из-за мороза и руки, прижимающие к себе все сильнее.
-Ты слушал мою музыку? - Гарри забирает второй наушник и тут же веселая и беззаботная улыбка сходит с его лица. - Ты...
-Прости... Я просто взял плеер, песни играли по очереди, а потом я услышал твой голос и уже не мог остановиться. Правда, я не хотел. - Целую его в щеку. Мой парень тяжело вздыхает и убирает волосы со лба. Он явно зол на меня и расстроен.
-Почему ты всегда делаешь все по-своему?
-Я же сказал, что не хотел слушать твою песню. Оно как-то само.
-Да не в песне дело. Мы гуляем, ходим, ужинаем там, где хочется тебе, мы встречаемся в то время, когда тебе удобно. Луи, пойми, я не хрупкий цветок, не нежная девушка, я - парень и тоже могу решать, где пройдет наше свидание.
-Но ты же никогда не был против, - пытаюсь оправдаться. Он говорит правду. Я и не думал, что однополые отношения в миллион раз сложнее обычных. Теперь я полностью сбился с пути и не представляю, как себя вести и что делать.
-Потому что не хотел тебя огорчать, но лучше выговорится, чем таить обиду внутри. Потом это может все вылиться огромным потоком, и мы уже не спасемся. У нас не будет шанса что-то исправить. И это еще одна вещь, о которой нам нужно поговорить. Луи, говори со мной. Говори о чувствах не только ко мне, но и ко всему окружающему миру, о переживаниях, впечатлениях. Я замечаю, что иногда ты находишься глубоко в себе, но не знаю причины этого. - Он приподнимает мое лицо, чтобы посмотреть в глаза. Мне страшно это сделать, потому что меня накрыло чувство вины. - Это не упрек, Лу. Я просто стараюсь сделать нашу связь крепче и прочнее. - К его губам возвращается добрая улыбка, пропитанная любовью и нежностью. Гарри чуть наклоняется вперед и целует меня. Обнимаю его за шею. Несмотря на все его недовольства, он рядом, он здесь. Солнце садится за горы, губы становятся красными, а в комнате все жарче.
-Ты так прав, Гарри Стайлс, - шепчу, но это уже не имеет значения. Он полностью отдается страсти, которая держит его и меня сейчас на крючке. И для меня не существует ничего, кроме нашего идеального, успокаивающего и мокрого поцелуя.