Глава 3
Ни шагу назад
— Повторим? — Пхрэнарин фыркнула, отступив на шаг. — Тебе, видимо, нравится быть отшитой.
— О да, — Кхемджира уселась на подоконник, как у себя дома, вытянув ноги. — Особенно, когда «отшивают» с дрожащими руками и расширенными зрачками.
— Прекрати нести чушь. Это было… ошибка. Эмоции. Давление.
— Я понимаю, — она сделала вид, что сочувствует. — Первая девушка, первый поцелуй, всё так пугающе ново… Хочешь поговорить об этом? Или может — показать, как тебе не понравилось?
Пхрэнарин закатила глаза:
— Почему ты вообще согласилась на этот идиотский брак? Тебе же по кайфу жить на свободе, тусоваться, спать с кем хочешь.
— Именно поэтому. — Кхемджира подмигнула. — Мне интересно, что будет, если связать с цепями такую, как ты. Мисс «Я всё контролирую». Мисс «Никто не смеет меня трогать».
— А потом — шшш — вдруг просыпается с моим именем на губах.
Пхрэнарин подошла близко и наклонилась к ней:
— Ты переоцениваешь своё влияние. Думаешь, я не видела таких, как ты? Твой типаж — красиво, громко, но пусто. Вспышка. Яркая — но быстро тухнешь.
Кхемджира усмехнулась, медленно соскользнула с подоконника и оказалась почти впритык.
— А ты думаешь, я не видела таких, как ты? Всё в порядке, всё под контролем, пока кто-то не нажмёт не ту кнопку.
— И тогда ты теряешься. Становишься настоящей. И знаешь, что самое смешное?
— Что? — голос Пхрэнарин дрогнул.
— Тебе это нравится.
Пауза. Их дыхание смешалось. Сердце било в висках. И снова — ни одна не сделала шаг назад.
— Ты меня не сломаешь, — прошептала Пхрэнарин, но это больше напоминало просьбу, чем заявление.
Кхемджира посмотрела прямо в её глаза.
— Я не хочу тебя ломать. Я хочу, чтобы ты сама захотела сдаться.
Почти
Ночь. Дождь. Город казался замершим, мокрым, глухим.
Пхрэнарин не ожидала визита. Но, услышав звонок, уже знала — это она.
Кхемджира стояла в коридоре, насквозь мокрая, в капюшоне, с яростью и странной уязвимостью в глазах.
— Ты могла бы хотя бы написать, что добралась, — сказала она вместо приветствия. — Тебя не было два дня.
— Я не обязана отчитываться, — тихо ответила Пхрэнарин, но её голос не звучал уверенно.
— Зато я обязана волноваться? — Кхемджира шагнула внутрь, сбрасывая мокрую куртку. Под ней — только чёрная майка, облепившая тело.
— Чёрт, почему ты такая…
— Какая?
— Такая, что даже когда хочешь исчезнуть — всё внутри меня ищет тебя.
И Пхрэнарин сорвалась. Подошла. Схватила её за грудки. Вдавила в стену.
— Ты с ума меня сводишь.
И поцеловала. Не аккуратно — а как будто утопала. Как будто вся злость, страх и желание слились в одном касании.
Кхемджира ответила сразу — с рычанием, с хваткой, с голодом. Её руки нашли талию, сжали бёдра. Пальцы Пхрэнарин соскользнули под майку — тёплая кожа, дрожащая, гладкая.
— Чёрт, — прошептала Пхрэнарин, когда Кхемджира провела губами по её шее, потом ниже. — Почему именно ты?..
— Потому что я знаю, чего ты хочешь, — горячий шёпот в ухо. — И не боюсь этого.
Они двигались, заплетаясь, как огонь и кислород. Куртки на полу. Рубашка расстёгнута. Губы скользят по ключицам. Колени теряют опору. Кхемджира упала с ней на диван, оседлала, медленно, грациозно, уверенно. Пальцы Пхрэнарин сжали её талию, поднимаясь к груди…
И вдруг — громкий звонок телефона.
— Не бери, — выдохнула Кхемджира, ловя её взгляд. — Не сейчас.
— Это с работы… — Пхрэнарин попыталась встать, сбив дыхание. — Я должна…
Кхемджира не остановила. Только молча смотрела, как та берёт трубку, отворачивается, словно это спасение.
Разговор был короткий, но достаточно, чтобы ледяная волна реальности окатила обеих.
Пхрэнарин выдохнула, не глядя на неё.
— Это была ошибка…
— Опять? — Кхемджира встала, медленно надевая куртку. — Интересно, сколько раз ты ещё будешь называть «ошибкой» то, что тебе больше всего нужно?
Она ушла. Дверь закрылась мягко. Но в груди Пхрэнарин — что-то резко хрустнуло.