Глава 2
Горячо-холодно
— Ты же не всерьёз? — голос Пхрэнарин сорвался, слишком резко, слишком громко. — Думаешь, можешь просто войти в мой дом, в мою жизнь — и я сразу согла…
— Соглашусь? — Кхемджира усмехнулась. — Я ничего не предлагаю. Это ты должна на мне жениться. Или хочешь всё оставить сиротским приютам и зелёным проектам?
— Может, это и лучше, чем связываться с тобой, — сквозь зубы.
Кхемджира склонила голову, прищурилась.
— Ты всегда такая… напряжённая? Или только рядом со мной?
Она подошла вплотную. Между ними оставались миллиметры — и слишком много недосказанного.
— Отойди, — прошипела Пхрэнарин, хотя её тело уже предавало: мурашки побежали по коже, дыхание сбилось.
— Ты могла бы просто признать, что я тебе нравлюсь. Это проще, чем строить из себя ледяную королеву.
Пхрэнарин дёрнулась, поймала её за запястье, сильно.
— Прекрати играть. Я не твоя игрушка.
— А я и не играю, — голос Кхемджиры стал бархатным, тягучим. Она медленно наклонилась к её уху, прошептав: — Но если хочешь, могу показать, как я играю… когда по-настоящему увлекаюсь.
Губы задели мочку уха — почти случайно, но этого было достаточно, чтобы у Пхрэнарин внутри вспыхнул пожар.
Она оттолкнула Кхемджиру. Слишком резко. Та едва удержалась на ногах — но смеялась, настоящим, низким смехом, от которого по спине побежали токи.
— Чего ты добиваешься?! — выкрикнула Пхрэнарин. — Думаешь, я упаду тебе в постель ради наследства?
— Нет, — серьёзно сказала Кхемджира. — Я думаю, ты ляжешь со мной — потому что хочешь. И это тебя пугает.
Молчание.
Они смотрели друг на друга — долго. Дышали тяжело, как после бега.
Потом Пхрэнарин прошла мимо, тихо, но жёстко:
— Следующий раз — входишь только по звонку.
— Значит, будет следующий раз, — усмехнулась Кхемджира, закрывая за собой дверь.
На грани
Прошла неделя. Пхрэнарин старалась не вспоминать о ней. Не листать ленту. Не заходить в сторис. Не искать взглядом знакомый профиль с вызывающим аватаром.
Безуспешно.
Кхемджира появилась снова — будто чувствовала, когда её отсутствие становилось слишком громким.
На этот раз — в чёрной кожанке, джинсах и с кофе в руке.
— Я тут подумала, — начала она с порога, не спрашивая разрешения, — может, нам стоит провести "пробную неделю брака"? Ну, чисто чтобы понять, сработаемся ли.
— Сработаемся? — Пхрэнарин подняла бровь. — Это тебе что, TikTok-челлендж?
— А что? Могли бы вместе пожить. Посмотреть, кто как ест, кто как спит… — Она с прищуром посмотрела вниз. — Кто как стонет.
— Уходи, — голос Пхрэнарин стал ниже, но дрогнул.
Кхемджира шагнула ближе, поставила кофе на стол.
— Я уйду. Но сначала скажи: ты вообще когда-нибудь целовалась с девушкой?
Молчание. Слишком долгое.
— Ага. Значит — нет. — Кхемджира усмехнулась. — Тогда, возможно, именно поэтому ты так боишься. Потому что не знаешь, каково это — когда тебя хотят не из логики, а из жара, изнутри.
— Ты слишком высокого мнения о себе, — прошипела Пхрэнарин, приближаясь вплотную. — Думаешь, я испугаюсь пары твоих взглядов и дешёвого флирта?
— Это не дешёвый. Это фирменный. — Кхемджира медленно провела пальцем по её щеке. — И срабатывает. Ты дрожишь.
— Это от злости.
— Тогда ударь меня.
Пауза. Пальцы Пхрэнарин сжались в кулаки — но она не двинулась. Лишь приблизилась ещё ближе, почти прижавшись.
— Ты сводишь меня с ума, — выдохнула она.
— Знаю, — Кхемджира прошептала, поднимая взгляд. — Взаимно.
И прежде чем та успела отойти, Кхемджира резко схватила её за талию и прижала к себе. Их губы встретились — не как у влюблённых, а как у врагов, которые устали сдерживаться.
Поцелуй был дерзким, агрессивным, почти жадным. Зубы, дыхание, пальцы, срывающиеся с тела. Всё, что Пхрэнарин отрицала — теперь рвалось наружу с отчаянной силой.
Но она резко отпрянула.
— Это ничего не значит, — сказала она, запыхавшись.
Кхемджира провела языком по губам и усмехнулась:
— Тогда повторим, чтобы убедиться.