𝙱𝚢 𝚝𝚑𝚎 𝚕𝚊𝚠 𝚘𝚏 𝚕𝚘𝚟𝚎 [TMNT 2018]

Мы сидели в кафе, и время, как это часто бывает в таких уютных местах, просто таяло. Звуки разговоров, шелест страниц меню, аромат кофе — всё это создавало атмосферу, в которой было легко забыть о мире за пределами стен. Но чем больше мы сидели, тем больше я чувствовала, как скрытые напряжения между нами не исчезают. Мы болтали обо всём — о том, как прошёл день, о случайных наблюдениях.

Он выглядел расслабленным, но его взгляд всё ещё был настороженным, как будто он всё время что-то высматривал, ожидая подвоха. Иногда он позволял себе улыбаться, но эта улыбка оставалась короткой и сдержанной, словно тщательно контролируемой.
— Ты уверена, что не перепутала день? — спросил он вдруг, глядя на меня с лёгкой улыбкой, когда я сказала, что мы продолжаем вечер.

Я наклонила голову, не сразу понимая, что он имел в виду.
— В смысле? — ответила я, сдерживая улыбку. — Вроде бы всё в порядке.

— Ты ведёшь меня куда-то... странно, — он замедлил свой взгляд, как будто пытаясь оценить моё настроение. — Это не совсем то, что я ожидал, если честно.

Его взгляд слегка потемнел. Он понял, что я не говорю о простой прогулке, но молчал, как обычно, наблюдая за моими действиями, чуть прищурив глаза.
— И что ты предлагаешь? — спросил он, его голос был сдержанным, но в нём я уловила скепсис.

Я посмотрела на него, пытаясь не выдать того волнения, которое вновь окутало меня. Это не было просто прогулкой, это был момент, который мог бы изменить не только наш вечер, но и наше восприятие друг друга.
— Я думаю, ты готов попробовать что-то новое, — ответила я, не скрывая улыбки. — Клуб, например. Честно, мне всегда хотелось пойти с тобой куда-нибудь, где можно не думать о правилах и просто... расслабиться.

Он замер на секунду, и я сразу поняла, что ему эта идея не нравится. Донни был не из тех, кто часто бывал в таких местах. Он был более сдержан, предпочитал тишину и уединение. Его лицо сразу стало таким, как будто он только что услышал что-то нелепое.
— Ты серьезно? — Он посмотрел на меня с таким выражением, как будто я предложила ему прыгнуть в океан с закрытыми глазами. — В клуб? Это вообще не мое место. Ты хочешь, чтобы я... был в этом шуме и в этой толпе?

Я понимаю его сомнения. Это было слишком далеко от его привычного мира. Он привык к тишине, к контролю, к предсказуемости. Клуб же был воплощением хаоса, свободы и анархии. В его глазах я уже видела ту привычную настороженность, с которой он всегда воспринимал все, что выходило за пределы его зоны комфорта.
— Да, именно туда, — ответила я с улыбкой, которая всё больше становилась игривой. — Но только если ты не испугаешься толпы.

Он ещё раз посмотрел на меня, затем отвернулся, погружаясь в свои мысли. Я могла чувствовать, как его нервы натягиваются, как будто он пытался подготовиться к неизбежному. Я не знала, получится ли я уговорить его, но чувствовала, что это могло стать важным моментом для нас.
— Я тебе говорил, что мне это не нравится, — его голос был чуть более низким, чем обычно, и я почувствовала, как его скептицизм взял верх. — Но если ты так хочешь...

Его слова были смесью сомнений и принятия, как будто он согласился ради меня, но в душе всё равно не был готов к этой авантюре.
— Донни, ты не пожалеешь, — я не смогла удержаться от лёгкой искры в голосе. — Ты просто попробуй. Это совсем не так страшно, как тебе кажется. И, кто знает, может, тебе даже понравится. Ты ведь даже не попробовал, а уже осуждаешь.

Он снова взглянул на меня, его взгляд был смесью недоумения, но я заметила, что его упрямство несколько ослабло. Возможно, он все-таки чувствовал, что я не отпущу эту идею так просто.
— Я не знаю... — сказал он, чуть пожав плечами, но всё-таки встал и положил деньги на стол, собираясь встать. — Ты, конечно, странная, Мари.
Я улыбнулась и встала следом, не в силах удержать радостное возбуждение. В его голосе всё ещё было много сомнений, но я знала, что он всё равно будет рядом. И это уже что-то.

Мы вышли из кафе, и ночь будто приняла нас в свои объятия. Ветер стал чуть холоднее, и воздух наполнился запахом свежести и лёгкого предвестия приключений. На улице почти никого не было, и я ощущала, как постепенно вечер превращается в нечто особенное.
Мы шли к клубу, и Донни, несмотря на свою настороженность, не сказал ни слова. Он смотрел на меня так, будто я была каким-то загадочным существом, которое постоянно вела его в неизведанные места. Это было одновременно нервно и немного смешно. Я чувствовала, как он всё больше начинает ощущать, что эта ночь не будет обычной.

Pov Лео

Я ввалился в комнату Рафа, скинул свою катану на пол и сразу же направился к дивану, где сидели братья. Микки, как всегда, что-то ковырял в своем планшете, а Раф, удобно устроившись,  читал комикс.
Атмосфера была как обычно , но в воздухе чувствовалась лёгкая напряжённость. Я быстро бросил взгляд на лицо Рафа, но его это только больше раззадорило.

— Ты что, издеваешься? Ты так собираешься провести всю ночь? — начал я, иронично сложив руки на груди — Почему Донни может спокойно идти на свидание с Мари, а нам даже не разрешает сходить в колледж, чтобы просто почувствовать, какого это быть человеком?!

Рафу даже не пришлось долго думать, он уже знал, что я начну возмущаться. Микки при этом отложил планшет в сторону и посмотрел на меня
— Ты так серьезно возмущаешься, что Донни, наконец-то, решился хотя бы раз провести время с девушкой вне логова? — Раф поднял бровь, пытаясь скрыть усмешку. — Зато ты вечно ноешь, что никто не понимает твоей мотивации. Может, стоит просто отпустить ситуацию, Лео?

— Да ты что, Раф, ты на чью сторону-то встаешь?! — Лео взорвался, пытаясь удержать свой характер под контролем, но напряжение было слишком сильным. — Донни просто издевается! Он с Мари... А мы с тобой и Микки тут как эти тени на стене, а он — вот вам, ребята, свидание! Понимаешь, да? А нам даже в колледж не пойти!

Микки откинулся назад и спокойно подал голос:
— Я с Лео согласен. Почему мы должны быть прикованы к этим четырем стенам? Я тоже хочу повеселиться! Почему Донни может, а мы — нет? — Микки почти ухмыльнулся, когда видел, как Раф начинает слегка нервничать.

Раф как-то странно посмотрел на нас обоих, но продолжил в том же тоне, что и раньше, как будто и не было никакой проблемы:
— Вот и думайте, что вам важнее. Если вам нужно приключение — идите и испытайте. Но вы все-таки забываете, что у нас есть цели, и мы должны их добиваться. Пока что нам нужна стабильность, а не твои вечеринки и экстрим.

Я усмехнулся, потому что прекрасно понимал, что он, в общем, прав — но это не отменяет того, что я хотел веселиться. На кой чёрт тогда вообще всё это? Я не был готов сидеть тут и терпеть, что все вокруг строят из себя «ответственных».
— Раф, да я знаю про твою стабильность! Но ты вообще помнишь, что ты тоже когда-то был... ну, чуть менее скучным? Или у тебя в голове всё про эти планы и тренировки? Это не жизнь! Это просто существование, брат.
Раф посмотрел на меня, и на его лице мелькнула какая-то усмешка, но он не ответил. Он просто продолжил вертеть в руках свой комикс, как будто я был не здесь.

А вот Микки не собирался замолкать:
— Может, стоит и нам тоже пожить? Да, без всяких «планов» и «систем». Мы просто хотим нормальной вечеринки, какого-то экшена!

Когда я понял, что наконец-то пришло время для нашего плана, я тут же начал разрабатывать идею. В голове как-то всё выстроилось само собой.
— Ладно, слушайте, у меня есть идея, — сказал я, обводя взглядом Микки и Рафа, которые уже начали выглядывать с интересом. —  Мы пойдем в клуб!

Раф сразу нахмурился, как только я произнес эти слова.
— Ты с ума сошел? Ты вообще понимаешь, что ты говоришь? Мы не можем так просто взять и выйти. За нами смотрит Лисбет, как ты собрался пройти мимо нее — его голос стал ещё более раздражённым, и я видел, как он напрягся.

Я не растерялся. Протёр руки и дал Рафу взгляд, который говорил: "Это всё можно решить".
— А вот тут я и подумал, как нам это провернуть. Смотри, я возьму снотворное из лаборатории Донни, подсыплю в виски Лисбет, она крепко заснёт, а мы как вольные птицы — в клуб. Не будут же нас искать, если она будет спать, правда?

Я наблюдал за реакцией Рафа. Его глаза сначала расширились, а потом он начал медленно вставать из кресла.
— Ты охерел, Лео? — он подошёл ко мне, нахмурив брови. — Это аморально! Мы не можем так поступить! Это слишком... жестко. Ты что, хочешь, чтобы она проснулась и узнала? А если она отравится, что тогда? Ты не понимаешь, на что ты идешь?

Я немного задумался, но сразу же нашёл ответ.
— Раф, если ты мне не поможешь, я расскажу Донни, как ты однажды сбегал с логова ночью, чтобы расслабиться.  Мы тебя нашли, когда ты в борцовском клубе бил морды местным качкам, чтобы сбросить адреналин, Если ты меня сдашь, то я ему расскажу всё, как есть.

Раф резко замолчал. Сначала он тяжело вздохнул, а потом покачал головой.
Я улыбнулся, понимая, что победил. Это была моя игра.
Он на секунду замер, сжав кулаки, будто борясь с собой. Я уже приготовился услышать, как он сейчас начнёт читать мораль, может, даже крикнет... но вместо этого он тяжело выдохнул и, к моему удивлению, сказал:
— Ладно. Я пойду с вами.

Я прищурился, подозревая подвох.
— Ты... серьёзно?

Он кивнул, скрестив руки на груди.
— Да. Потому что я тебе не доверяю, Лео. Я знаю, как у тебя бывает — сначала "весело", а потом — "ну это случайно вышло, честно". Кто-то должен за вами приглядывать. Так что считай, я иду как... наблюдатель

Я фыркнул, но не мог не улыбнуться. Ну, ладно, пусть будет так. Главное, он с нами.
— Ага, вот и славно, — сказал я, хлопнув его по плечу. — С твоим каменным лицом нас точно пустят в клуб без досмотра.

Микки, всё это время стояв возле нас, вдруг буквально подскочил от восторга.
— Мы правда идём в клуб?! Впервые в жизни?! В человеческом теле?! Чёрт, я даже не знаю, что надеть! Это же надо как-то... ну, стильно! Суперстильно!

Он запрыгал по комнате, уже строя в голове целую модную концепцию. Я засмеялся — ну вот, теперь и он загорелся. Отлично.
— Расслабься, Микки, — сказал я.

А внутри у меня уже закипало предвкушение. Этой ночью мы устроим себе праздник. Потому что, чёрт побери, мы тоже заслужили жить хоть немного, хоть чуть-чуть... по-человечески.

Через пару минут

Я тихо прошёл по коридору, минуя комнату Микки, где тот что-то уже напевал, на полном серьезе обдумывая, надеть ли блестящие очки или оставить волосы растрёпанными. Раф остался внизу, скрестив руки и делая вид, что не втянут в эту аферу, хотя я уже знал — внутри он тоже загорелся. А я шёл в лабораторию.
Дверь скрипнула — конечно, Донни бы всё равно услышал, если бы был тут. Но его не было. Идеальный шанс. Я прошёл мимо кучи сложной техники, из-за которой у меня, честно говоря, всегда болела голова, и подошёл к металлическому шкафу с медикаментами. Он был под кодом, но...Я пару раз видел, как Донни его открывал. Тряхнул памятью, ввёл нужную комбинацию

пик-пик, замок щёлкнул.

— Спасибо, брат, — пробормотал я, открывая дверцу.

Через пару минут я уже был на кухне, держа в руках бутылку виски и маленький пузырёк с каплями. Донни подписал его по-докторски: "сильное седативное, не использовать без показаний". Ага. У нас — показания.
Я налил виски в высокий стакан, капнул пару капель и закрутил крышку обратно. Всё выглядело обычно, ничто не выдавало, что я только что провернул довольно сомнительный трюк. Но я не чувствовал вины. Мы заслужили этот вечер.
Лисбет сидела в гостиной, полусогнувшись на диване, глядя телевизор. Как всегда — в своей домашней кофте, с пледом на ногах и вечной чашкой чая, которая уже, наверное, остыла.

Я вошёл, постаравшись быть максимально естественным, и протянул ей стакан.
— Ого, — произнесла она, приподняв бровь. — С каких это пор ты стал таким заботливым, Лео?

Я пожал плечами, сел рядом на край дивана.
— Просто... может, пора что-то менять, — сказал я негромко. — Ты же всё-таки наша... мать. Даже если оставила нас когда-то.

Она прищурилась, внимательно посмотрела на меня. Я выдержал этот взгляд, не моргнув.
— Серьёзно? — тихо спросила она, но на губах появилась еле заметная улыбка. — Неужели ты меня простил?

Я отвёл глаза.
— Не совсем, — честно ответил я. — Но, может, пора начать с малого.

Лисбет кивнула, подняла стакан, сделала глоток... потом ещё один. Телевизор что-то бубнил на заднем плане, а я считал в голове секунды. Минуты две — и её веки стали тяжелеть. Она моргнула, зевнула, откинулась назад.
— Ты... ты точно в порядке? Лео...

— Всё нормально, мам, — пробормотал я, подхватывая стакан, когда она уже погружалась в сон.

Через несколько секунд Лисбет уже спала, глубоко и безмятежно. Я встал, подтянул плед ей повыше, и шагнул назад, не без лёгкой гордости. План сработал. Чисто.
— Ну что, готовимся к выходу! — сказал я, когда вернулся в нашу часть логова. Микки был уже в предвкушении.

Мы быстро разбрелись по комнатам. Я натянул чёрные джинсы, серую футболку с надписью "GET LOST" и кожаную куртку, которую давно хранил. Волосы чуть растрепал, чтоб не было слишком «прилизано». На шее — цепочка, которую мне когда-то подарили. Я выглядел... ну, круто. Без лишней скромности.
Микки вышел первый. На нём была рубашка в пёстрый принт, светлые джинсы с потертостями и белые кроссы. Волосы уложены волнами — он явно не шутил насчёт стиля. Глаза сияли, как у ребёнка на Рождество.
— Это будет лучшая ночь в моей жизни, — выдохнул он.

Раф появился последним. Он был в чёрных джинсах, плотной тёмной водолазке и такой же кожанке, которую носил, похоже, ещё до человеческого облика. Волосы собраны в низкий хвост. Вид у него был, как у телохранителя, которого не захочешь злить.
— Надо держать вас в поле зрения, — пробурчал он, натягивая перчатки.

— Да ладно тебе, Раф, — хлопнул я его по плечу. — Ты ещё мне спасибо скажешь, когда увидишь, как классно будет.

Мы выбрались наружу через потайной выход. Ночь была свежей, небо — тёмно-синее, как на киноплёнке. Улица дышала жизнью. Огни, смех, люди. Мы шли, как обычные парни. Без панцирей, без старых шрамов, без прошлого.
Просто трое братьев, идущие в клуб. На ночь, которая могла изменить всё.

Клуб "Birdland"
Время 23:32

Pov Донателло

Когда мы подошли к клубу, я непроизвольно замедлил шаг. Неоновый свет на массивных дверях пульсировал в такт с вибрирующей изнутри музыкой — низкой, плотной, почти животной. Люди проходили мимо нас, смеялись, обнимались, что-то кричали друг другу. Я чувствовал себя чужаком ещё до того, как переступил порог.
Мари это заметила сразу — как всегда. Она остановилась, повернулась ко мне и посмотрела с мягкой, немного игривой улыбкой.
— Вижу, тебе это не по душе, — её голос прозвучал почти ободряюще. — Но, может, всё не так страшно?

Я не отводил взгляда от входа, от шума, от световых бликов, разбегающихся по мокрому асфальту. Это место... не для меня. И всё же я здесь.
— Ты вообще знаешь, куда нас ведёшь? — пробормотал я, стараясь, чтобы это прозвучало сдержанно, но сарказм всё равно просочился. — Потому что я — нет.

Она рассмеялась. Легко. Свободно.
— Просто доверься мне. Всё будет в порядке.
И, не дав мне ни секунды на возражения, она взяла меня за руку и потянула внутрь.

Внутри было темно и громко. Свет вспыхивал в ритм бита, будто клуб был живым существом, и сейчас мы оказались у него внутри, в пульсирующем сердце. Люди двигались — хаотично, бешено, страстно. Каждый в своём ритме.

Я напрягся. Не потому что испугался — я просто не знал, как себя вести. Это была совершенно иная среда, совершенно не моя.
— Тут шумно, — прокричал я, склоняясь к Мари, чтобы она услышала. — И, мне кажется, это не моё.

— Да ну, — её пальцы крепче сжали мою руку. — Всё в порядке. Мы просто попробуем. Обещаю, ты не пожалеешь.

И всё же, когда она сделала шаг к танцполу, я вырвался — мягко, но уверенно.
— Прости. Не сейчас. Я... попробую не сбежать, но мне нужен перерыв.
Она только кивнула, с каким-то понимающим блеском в глазах.

Я подошёл к барной стойке. Массивный бармен с пирсингом в брови лениво перевёл на меня взгляд, скинул одну бровь.
— Документы?

Я закатил глаза, но достал из внутреннего кармана аккуратно подделанное удостоверение. Он пробежался глазами, фыркнул и кивнул.

Мари подошла следом и устроилась рядом, подперев подбородок рукой.
— У тебя есть документы? — спросила она, прищурившись.

— Поддельные, — честно ответил я, не глядя. — Сделать несложно, если знаешь, как работать с базами данных и цифровым принтером.
Она хмыкнула, видимо, не ожидая такого простого ответа.

— Ну ладно, — сказал я, изучая полки за стойкой, — и что тут можно выпить, чтобы не вырубило на полпути?

Мари задумалась, но, прежде чем успела ответить, я наклонился к ней чуть ближе.
— А ты вообще пила до этого?

Она резко вскинула брови.
— Конечно! — слишком быстро. — Ну, типа... немного, давно еще..

Я посмотрел на неё внимательнее. Её щеки моментально вспыхнули.
— Ну, ладно! — выдохнула она. — Когда я ещё тусовалась с Карай и Лесли... Они вечно что-то пили, особенно Лесли. Я решила попробовать. Был один раз. Я отпила — и сразу... ну, ты понял.

— Проблевалась? — я усмехнулся.

Она кивнула с мрачной решимостью.
— Да. С тех пор — ни капли.

Я выдохнул, разглядывая бутылки на полке. Цветные этикетки, странные названия, сложные аббревиатуры. У всего своя история. И своя цена — иногда не только денежная.
— Ну что ж, — сказал я, медленно скользя взглядом по бутылкам. — Думаю, начнём с чего-то лёгкого. И, возможно, без трагедии в конце.

Мари слабо рассмеялась, но я видел, как в её глазах мелькает волнение.
Что ж, я тоже был не на своей территории. Но, похоже, в этот раз — мы оба решили рискнуть.

Я только протянул руку, чтобы указать на что-то вроде джина, по ощущениям, не самое слабое, но и не креплёный керосин, как вдруг Мари резко подалась вперёд и, не дожидаясь, пока бармен обратит внимание на меня, бойко заявила:
— Нам огненный змей. Целую бутылку, пожалуйста!

Бармен ухмыльнулся, будто только этого и ждал, кивнул и начал доставать бутылку, украшенную изображением пылающего черепа с золотыми змеями вокруг. Название звучало как вызов, а вид у бутылки был такой, что я бы скорее предположил, что это используют для чистки деталей двигателя.

Я обернулся на Мари.
— Ты вообще уверена? "Огненный змей"? Звучит... небезопасно..
— Всё под контролем, — хмыкнула она. — Мы же пришли сюда, чтобы расслабиться, нет?

Я прищурился.
— Ты даже пить это не будешь, да?

Она невинно хлопнула глазами.
— Посмотрим.

Мне налили стакан почти до краёв. Жидкость была густо-золотой, с лёгким красным отблеском. Пахло... чертовски ядрено. Но я не хотел показаться слабаком. Чёрт, я был гением, инженером, технарём, но сейчас — просто парень на свидании. С девушкой, которая явно получала удовольствие от всего этого.
Я поднял стакан, сделал вдох — и опрокинул в один глоток.
Ошибкой было всё.

Сначала — резкий удар в горло. Потом — жжение, будто я проглотил жидкий огонь, который решил по пути испепелить весь мой пищевод. Я закашлялся, выдохнул резко, оттолкнув стакан от себя, и едва не потерял равновесие на барном стуле.
— Что за!.. — прохрипел я, чувствуя, как всё тело согрелось так резко, будто меня бросили в духовку.

Мари уже откровенно смеялась, прикрывая рот рукой, чтобы не выдать себя полностью, но глаза её сияли.
— Извини, — сказала она, всё ещё смеясь. — Я просто... хотела посмотреть, как ты отреагируешь. Это реально крепкая штука. Типа, "выпил — проснулся через два дня с философским мировоззрением".

Я тяжело выдохнул, не зная, то ли рассмеяться, то ли взять паузу на дыхание.
— Мари, — прохрипел я. — Это был плевок в душу. Если бы у меня остались внутренние органы от прошлого тела — они бы уже сгорели и никакой мутаген бы не спас.

— Значит, отлично работает, — подмигнула она, всё ещё веселясь.

Я мотнул головой, но где-то внутри — в этом пьянящем жаре, в её смехе, в этом диком, шумном клубе — мне стало вдруг... хорошо.
Непривычно. Живо.
Наверное, именно этого она и добивалась.

Я облокотился на стойку, чувствуя, как Огненный змей всё ещё сражается где-то у меня внутри. Горло будто горело, грудная клетка дрожала от резонанса. Я слегка покачал головой, в полушутку, полусерьёзно глядя на Мари.
— Подожди-ка... Ты ведь сказала, что толком никогда не пила.

Она на секунду замерла, потом чуть опустила глаза, проводя пальцем по ободку своего пустого стакана.
— Ну... я и не пила, по-настоящему, — призналась она с небольшой паузой. — Но я помню, как отец пил что-то очень похожее, когда я еще была маленькой.. Он приходил домой поздно, уставший, и наливал себе немного из такой же бутылки... Красная этикетка, ядреный запах, и каждый раз — один глоток, молча, перед тем как сесть у телевизора.

Я наблюдал за ней, и вдруг всё, что только что казалось беззабавной шуткой, приобрело иную окраску.
— И ты... решила проверить, как я отреагирую, — повторил я задумчиво. — Интересно...

Мари усмехнулась, но без задора, каким была полна ещё минуту назад.
— Может, просто любопытство или что-то вроде того. Наверное, я хотела посмотреть, как бы среагировал кто-то другой. Ну, на вкус детства.

Я ненадолго отвёл взгляд, но внутри что-то уже начало складываться в знакомый шаблон.
Поведенческая модель. Символика действия. Ассоциативная память.
— Ты знаешь, — начал я, чуть приглушённым голосом, — это очень похоже на ритуал. Только не осознанный. Типа как когда человек хочет вспомнить кого-то или подсознательно возвращается в определённые моменты через запах, вкус, действие. То, как ты заказала этот напиток... связано с тем, как ты запомнила отца. Это что-то вроде попытки понять... или восстановить. Возможно, даже через другого человека.

Она молчала. В её взгляде мелькнула эмоция — что-то между неожиданностью и признанием.
— Ты слишком умный, — прошептала она с кривой улыбкой, уставившись в свой стакан.

— Нет, просто наблюдательный, — ответил я мягко. — А ты не хуже. Просто не каждый может признать, что за действиями что-то скрывается. Особенно... личное.

Мари вздохнула, облокотилась рядом со мной на стойку, почти плечом к плечу.
— Ну, если ты вдруг решишь использовать свои психоанализы против меня — знай, я умею защищаться.
— Я и не сомневаюсь, — хмыкнул я.

Над нами всё так же грохотала музыка, свет мелькал, отражаясь в бутылках за стойкой, но внутри наступила странная тишина. Теплая. Человеческая.
Я посмотрел на неё и вдруг осознал, что в этом странном, сумасшедшем вечере я начал видеть в ней не только ту, кто меня уговаривал танцевать, но и девушку, у которой есть прошлое, боль, воспоминания, которые она не всегда отпускает... но почему-то хочет, чтобы я был рядом, когда они возвращаются.
И, чёрт, это было важно.
Я всё ещё чувствовал жар от предыдущего залпа, но как-то внезапно в голове стало легче... и тяжелее одновременно. Словно разум немного отпустил поводья, позволив телу действовать так, как оно хочет. Музыка ритмично гудела где-то на фоне, глухо стуча по ребрам.

Я повернулся к Мари, скосив взгляд на бутылку.
— Знаешь что... — сказал я, чувствуя, как губы уже чуть не слушаются. — Думаю... в твою честь стоит выпить ещё один.

— Донни... — Мари подняла бровь, но в голосе не было строгости, скорее мягкое удивление. — Ты уверен? Тебе и первого хватило, судя по кашлю..

— Ага, — усмехнулся я, уже жестом подзывая бармена. — Это было боевое и резкое начало. Сейчас — по-настоящему. За тебя.

Он налил. Я поднял стакан, глянул ей в глаза — и, не думая, залпом отправил в себя второй. Висело тепло, колючее, как электричество. Голова немного покачнулась, я ухватился за стойку и выдохнул, будто изнутри вылетел пар.
— О-о-о... — вырвалось у меня. — Вот теперь точно... началась магия.
Мари рассмеялась, и её смех звенел между световых всполохов, как-то особенно мягко.

И вот тут, сам того не осознавая, я развернулся к ней, подался вперёд и, хрипло, почти с вызовом произнёс:
— Пошли... потанцуем.

— Что?.. — она моргнула. — Ты сейчас это серьёзно?

— Абсолютно. Я... я хочу попробовать. Ну, раз уж мы тут. Надо же, чёрт побери, испытывать человеческий опыт до конца, верно?

Она не удержалась от удивлённой, но светлой улыбки и взяла меня за руку.
Мы прорывались сквозь толпу к центру танцпола. Я чувствовал, как воздух густеет от пота, парфюма и движения. Музыка сменилась, заиграла Marsha, Thank You for the Dialectics. Плотный бит, дёрганные синты и этот хаотичный, почти театральный ритм — всё слилось в безумный фон.
И я... начал двигаться.
Вначале неловко. Как будто я управлял телом дистанционно. Но пульс музыки пробивал всё — через грудную клетку, через затылок, и вдруг ноги сами пошли в ритм. Я скинул лишнюю скованность, начал двигаться — резко, с силой, немного угловато, но с драйвом.

Мари завороженно смотрела на меня, будто не верила глазам.
— Да ты... ты реально умеешь танцевать?! — прокричала она сквозь бит.

— Я просто считаю, что в динамике важно удерживать равновесие! — выкрикнул я в ответ, при этом закружив её вокруг себя.

Я ловко подхватил Мари за талию, приподнял, позволив ей сделать поворот в воздухе, и, не отпуская, позволил ей скользнуть обратно вниз. Музыка качала, и мы вместе с ней. Я не знал, что делаю, но тело будто знало. Двигаясь в такт, я шагнул вперёд, взял её за руку и сделал движение, как в парном рок-н-ролле — она откатилась назад, потом вернулась ко мне, и я поймал её, прижав ближе.
Секунда. Одна секунда, когда её лицо оказалось совсем рядом. Свет мелькнул розовым и синим, волосы её коснулись моего лица, и я, ведомый чем-то более глубоким, чем просто импульс... наклонил её к полу, опуская почти горизонтально, крепко удерживая за спину, и мягко поцеловал.
Вокруг всё замерло. Музыка будто стала глухой, глубже, чем обычно. Она дышала быстро, а я...не мог объяснить, что только что произошло. Только чувствовал, как она прижалась ко мне, не отстраняясь, не удивлённая — а скорее такая, словно и ждала.

Клуб "Birdland"
Время; 23:58

Pov Лео

Я только перешагнул через порог клуба — и сразу понял: вот оно, моё место. Свет мигал, музыка будто била по сердцу изнутри, и воздух вибрировал от танцев, голосов и алкоголя. Я с Микки и Рафом толком ещё не успели привыкнуть к человеческим телам, но, если честно, мне это даже нравилось. Особенно когда ты в кожаной куртке, с распущенными волосами и в новых ботинках, которые приятно цокают по полу.
— Бар, парни. План такой: сначала глотнуть чего-нибудь весёлого, потом — полный отрыв, — сказал я, пробираясь сквозь толпу. — Только не ной, Раф, если я затанцую с какой-нибудь огненной красоткой.

Раф как обычно буркнул что-то вроде «Ты сначала доживи до конца вечера», а Микки сиял, как шар диско, чуть ли не подпрыгивая от восторга.
Мы подошли к стойке. Бармен сразу окинул нас взглядом. Видимо, пытался вычислить, сколько нам лет. Но я достал бумажник и вытащил аккуратно оформленный документ.
Поддельный, конечно. Спасибо, гений Донни.

— Чего желаете, джентльмены? — спросил бармен.
— Бутылку бренди. Погорячее, — ответил я, подмигнув. — И сразу три стакана.

Бармен молча кивнул, а Раф закатил глаза. Через пару минут перед нами уже стояла бутыль, благородная, с золотым отблеском на стекле. Я плеснул себе, Микки и Рафу. Мы чокнулись, и я сказал:
— За ночь, которую мы точно не забудем... если только не напьёмся слишком быстро.
Огонь бренди обжёг горло, но в этом была своя прелесть. Как будто я не просто пил — я прожигал остатки правил, которые на нас накинули в логове. Плевать. Сегодня — наша ночь.

Поставив стакан, я сразу обернулся. Девушки в клубе — это отдельная тема. Я заметил одну у дальней стены: огненно-рыжая, в коротком топе, в глаза бьёт уверенность. Отлично. Именно мой тип.
— Так... — пробормотал я и хлопнул Микки по плечу. — Ты тут пока разогревайся, а я пошёл покорять вершины.

— Лео, ты же даже не знаешь, как с ними разговаривать! — пробасил Раф, но в голосе уже не было злости. Он знал — бесполезно.
— Я? Не знаю? Рафаэль, брат мой, наблюдай и учись.
Я поправил ворот, мазанул рукой по волосам и с наглой ухмылкой пошёл прямо к рыжей. Шум, свет, бренди в крови — всё складывалось в одну прекрасную картину.

Я подошёл к ней уверенно, с той походкой, которую можно спутать с танцем. Ну, или с тем, что я думаю, похоже на танец. Рыжая стояла, прислонившись к стене, с бокалом в руке, оглядывая толпу так, будто искала вызов. А вызов — это я.
— Привет, красотка. — Я усмехнулся, приподняв бровь. — Ты случайно не ангел, сбежавший из Рая? А то я тут уже минут пять ищу выход, но всё равно попал к тебе.

Она моргнула. Один раз. Второй. А потом выдохнула, сделав глоток. Даже не посмотрела на меня.
— Или, может, у тебя карта есть? — я не сдавался. — Потому что я только что заблудился в твоих глазах.

Она подняла бровь.
— Серьёзно? — проговорила она. — Это твой арсенал?
— Ну, я бы мог и без фраз, просто улыбкой... но знаешь, с такими, как ты, лучше перебдеть, чем недо...

— Криста! — прервал меня хриплый голос сзади. — Кто это?

Я повернулся — и чуть не рассмеялся. Передо мной стоял... монстр, и не в переносном смысле. Он был почти на голову выше меня, с массивными руками, плотной кожей с сероватым оттенком и глазами, как у быка, которому только что показали красную тряпку. Одет как обычный парень, но мускулатура будто вышла из какого-то фильма ужасов.
— Это твой... — я указал пальцем, всё ещё не веря в происходящее. — Серьёзно? Ты встречаешься с...  этим?

Криста прищурилась, её губы вытянулись в недовольную линию.
— А что такого? Закон есть закон. Для всех. Или ты из тех, кто считает, что монстры не люди?
— Я из тех, кто считает, что вот такое... — я кивнул на громилу — не должно мешать нормальным парням звать тебя на танец.

Он шагнул ближе. Я ощутил, как пол под ногами будто чуть задрожал. Его руки сжались в кулаки.
— Забери свои слова, кожаный клоун, — прорычал он.
— Не, — я усмехнулся, глядя ему в глаза. — Я говорю, как есть. Закон? Это полное дерьмо. Девушки, особенно такие, как ты, — я снова повернулся к Кристе, — должны быть с красивыми, харизматичными парнями. А не с... чудищами из подвала.

И тут он замахнулся.
Рука со свистом пошла мне в бок, но прежде чем удар дошёл — появился Раф. Схватил монстра за запястье, вжавшись между нами.
— Эй, эй! Спокойно, чувак. Он пьяный. И тупой. В основном — тупой. Мы не хотим драки.

— Я его размажу! — прорычал тот, пытаясь вырваться.

— Я понимаю, что он идиот, — Раф с трудом удерживал его, в голосе было раздражение, но он держался. — Но мы не хотим проблем. Он всего лишь слова сказал, ты же не собираешься из-за этого портить себе вечер, да?

Микки подлетел сбоку, сжав кулаки, готовый врезать — но Раф вскинул руку.
— Микки, не надо!

— Да он же на Лео быканул! — выпалил тот, глаза горели.

— И я с этим разберусь. — Раф повернулся к монстру. — Послушай, давай так: мы уходим отсюда. Просто... забудь это. Окей?

Монстр зыркнул на меня, потом на Рафa. Я чувствовал, как у него кипит внутри. Видел эту злость. Но он не двигался. Стиснув зубы, он, наконец, оттолкнул Рафa и прошипел:
— Убирайтесь с глаз моих, пока я не передумал.

Мы отступили.
— Спасибо, мамочка, — пробормотал я Рафу, потирая затылок.
— Ещё одно слово — и я сам тебя нокаутирую, — пробурчал он. — Микки, держи его подальше от барной стойки.

— Но я только хотел пофлиртовать! — вздохнул я, уже хромая обратно. — Вот и скажи потом, что в клубах скучно не бывает...

Я уже почти отошёл, решил, что можно и не лезть — да ну, вдруг у них правда какая-то романтическая хрень... Но тут он открыл рот.
— Эй, кожаный клоун, — рявкнул он мне вслед, — иди пей своё бренди и не позорься, дешёвый циркач.

Я остановился. Медленно. Повернулся.
Секунда тишины. Даже музыка будто стала тише.
— Чё ты сказал?

Он шагнул ближе, ухмыльнулся, и добавил:
— Тебе мозги в шейкере взбили, или ты правда думаешь, что кто-то вроде тебя может сравниться со мной?

Я даже не думал. Просто дал ему в челюсть.

Звук был — как удар по мясу. Чистый, хлёсткий, и очень удовлетворительный. Его голова резко дёрнулась вбок, и он, пошатнувшись, упёрся в стену. Девушка завизжала.
— Вот теперь мы поговорим! — рявкнул он и бросился на меня.

Я успел пригнуться, но он всё равно зацепил меня плечом — силой, как будто меня грузовик зацепил. Мы рухнули на пол, вокруг нас кто-то начал кричать, кто-то — снимать на телефон, а кто-то, наоборот, с визгом убегал прочь. Клуб моментально погрузился в хаос.
Он замахнулся, я перекатился в сторону, ударил его ногой в грудь, пытаясь оттолкнуть. Но этот гад был крепкий, как танк, и отлетел всего на шаг.

Микки уже нёсся ко мне, глаза горели, кулаки сжаты.
— Я сейчас его!

— Микки, стой! — взревел Раф, подоспевший следом. Он резко встал между нами, руки в стороны. — Хватит! ВСЁ!

Монстр пыхтел, вытирая кровь с губы. Я тоже весь на взводе, дышу, будто марафон пробежал.
— Чё он вообще себе позволяет?! — прорычал я, шагнув вперёд, но Раф снова меня остановил.

— Лео, хватит! — бросил он, повернувшись ко мне. — Ты уже всё испортил, ясно? Если хочешь по морде получить — потом, но сейчас мы уходим.

Pov Донателло

Музыка гремела, свет переливался над головой, как будто мир вдруг стал пульсировать в одном ритме с моим сердцем. Я уже не чувствовал ни пола под ногами, ни чужих взглядов. Только Мари. Мы крутились, смеялись, она закручивалась под моей рукой, и даже я — неуклюжий, «трезвый» гений — сейчас, пьяный и взъерошенный, двигался почти свободно. Почти... красиво?
И вдруг — всё остановилось.
Я заметил, как по периметру танцпола начала расступаться толпа. Люди отходили ближе к стенам, а кое-кто столпился в углу, вытягивая телефоны. Музыка продолжала греметь, но теперь она казалась далёкой, как будто мы смотрели кино, а не жили в нём.

Мари обернулась, нахмурившись:
— Что происходит?.. Донни, это... это не Лео дерётся?

Я прищурился. Увидел знакомые очертания. Язык тела, движения, даже поза в бою — ну конечно. Конечно это был Лео.
И рядом — Раф и Микки. Я зажмурился. В груди закипело.
— Чёрт...

Я пошатнулся, сделал шаг — пол поплыл. Голова гудела, как будто кто-то бил по черепу изнутри. Я попытался стабилизироваться, опёрся на стену, но тело не слушалось.
— Донни, стой, не надо... — Мари потянула меня за руку, но я уже увидел то, что меня добило.

Тот монстр — массивный, с рогами и кожей цвета пепла, похожий на помесь гориллы и носорога — завопил на Лео:
— Ты урод, как и твоя семейка!

На секунду всё стало тише. Будто кто-то выключил звук.
Я даже моргнуть забыл. Лео просто стоял. Молчал.
А потом, неожиданно для всех, медленно достал из кармана небольшой складной нож.
Без истерики. Без выкриков. Просто... резко шагнул вперёд и вогнал лезвие в плечо монстру.
Толпа взвизгнула. Девушка того парня закричала. Монстр зашатался, схватившись за руку, лицо его перекосилось.

Лео застыл. Как будто сам не понял, что только что сделал. Его рука дрожала.
— Лео! — я выдохнул и, сжав зубы, из последних сил сделал шаг вперёд.

Он посмотрел на меня. Глаза пустые, стеклянные.
— Я... Дон, он сам... — начал он, но я не дал договорить.

— Пошли, — жёстко повторил я и повёл его прочь сквозь растерянную толпу. За нами что-то кричали, где-то звонили охране, но я почти не слышал — адреналин перекрывал всё.

Я резко распахнул дверь туалета, почти ввалившись внутрь, и потащил за собой Лео, который до последнего шёл с удивлением на лице, будто всё происходящее — просто дурацкий розыгрыш. Но стоило мне захлопнуть за нами дверь и повернуться к нему, как его выражение изменилось. Он увидел моё лицо — перекошенное от ярости и отчаяния.
— Ты совсем чокнулся?! — выдохнул я с хрипом, в голосе дрожали нервы. — Ты хоть понимаешь, что ты наделал?!

Я навис над ним, руки дрожали, пальцы будто сами сжимались в кулаки. Лео не отступал, но и не огрызался, только нахмурился.
— Ты должен был сидеть в логове. Сидеть. Пока я не узнаю, сколько у нас времени, пока не пойму, как это опасно. А ты... — я резко развернулся, прошёлся по узкому помещению, и снова к нему, — ты вытащил их всех сюда! В клуб! В чёртов клуб, Лео!

Он ухмыльнулся, нервно, почти вызов.
— Ой, ну прости, что захотел почувствовать себя живым. Прости, что захотел нормальной жизни! А то у нас тут Донни-судья, Донни-запретитель, Донни-боженька, решает, кому можно дышать, а кому сидеть в подвале!
— Заткнись. — прошипел я. — Где Лисбет?

Он опустил взгляд. Молчание.
— Где. Лисбет. — повторил я медленно, каждое слово словно гвоздь.

— Дома. Она спит, — выдохнул он наконец. — Я подсыпал ей снотворное. Взял из твоей лаборатории. Подлил в виски.

Мир вокруг меня чуть пошатнулся.
— Ты... — дыхание сбилось, и я сделал шаг назад. — Ты усыпил... её?

Он вскинул голову. Глаза пылали.
— Это была моя идея. Только моя. Раф не хотел— я надавил. Потому что задолбало! Почему тебе можно всё? Почему ты гуляешь с Мари, а мы сидим в логове, как изгои? Ты не лидер, Донни. И никогда им не был. Просто один большой мозг на двух ногах, думающий, что всё знает!

— Я потому и знаю, что думаю! — закричал я. — Потому что если не я — то кто? Кто ещё оберегал вас, когда всё крушилось?! Кто строил логово? Кто вам еду доставал, пока вы играли в Mortal Kombat?!

Голова словно наливалась свинцом. Воздуха становилось всё меньше. Я шагнул вперёд — и тут же споткнулся, вцепившись в край раковины, пытаясь удержаться на ногах.
— Донни?.. — голос Лео стал тише, тревожнее. — Ты чего?..

Я хотел что-то ответить. Объяснить. Кричать дальше.
Но язык не слушался. Слова рассыпались. Буквы плавали перед глазами, а стены вдруг поехали, как в кривом зеркале. Ноги подогнулись, и я повалился вниз, ударившись плечом о стену.
— ...я... — только и смог выдохнуть.
И провалился в темноту.

Сквозь мрак я слышал, как доносится голос.
Паника.Сломанная, резкая.
— Микки! Раф! Сюда! Он вырубился! Донни в обмороке!
Дальний, будто из-под воды. Шаги, грохот, двери. Но я уже падал. Глубже. В ту тишину, из которой не выбираются с криком.