𝙱𝚢 𝚝𝚑𝚎 𝚕𝚊𝚠 𝚘𝚏 𝚕𝚘𝚟𝚎 [TMNT 2018]

Логово черепашек ниндзя
Время: 08:48

Все черепахи сидели в гостиной и пытались разобраться с тем, что случилось.
Я лишь нервно смотрела то на Донни, то на Лео, понимая весь масштаб ужаса, что натворила я. Рассказывать им смысла нет, иначе я не смогу заполучить чертежи робота, что ищет мой отец.
-Донни, вспоминай! Как твое «зелье» оказалось внутри нас?!-Начал на Донни кричать Раф, так как он пытался понять в чем дело.

- Я ничего не понимаю! - Сказал растерянный Донни, проводя рукой по волосам, которые недавно были зелёной чешуёй.
Черепашки сидели на диване, их человеческие тела казались такими непривычными. Мускулы стали менее заметными, пальцы удлинились, а на лицах уже не было привычного зеленого сияния. Все это казалось странным и неловким, как будто они не знали, как себя вести в этом новом теле.

- Не знаю, как вам, а я выгляжу отлично! Смотрите на мои кучеряшки и веснушки! - Микки, как всегда, нашел в этом свою радость, пока остальные оставались в растерянности.

- Да, нам теперь придется ходить в колледж как нормальные люди! – с сарказмом сказал Раф, взглянув на меня. Я поспешно отвела глаза, пытаясь не выдать себя.

- Это странно, даже слишком. К счастью, в лаборатории есть камеры. Я схожу и проверю, кто это все устроил, – Донни медленно встал, чтобы пойти в лабораторию, но я поспешила положить руку на его запястье.

- Ты знаешь, я думаю, что вам лучше расслабиться и насладиться этим моментом. Теперь вы не мутанты, а люди! Подумаешь, небольшие изменения. Сейчас монстров не так сильно любят, даже с тем законом о разрешении на учебу и работу... Может, сделаем перерыв и немного насладимся? - Я говорила с максимально уверенным тоном, надеясь, что Донни не будет настойчиво проверять камеры.

Черепахи обменялись взглядами, и, казалось, немного задумались. Взгляд Донни переместился от братьев ко мне, и я почувствовала, как сердце бьется быстрее. Они могли заподозрить меня, но мне нужно было убедить их, что я тут никак не связана.

Лео неожиданно подал голос:
- Ну, с другой стороны, Мари права. Я еще и красавчик, так почему бы не отдохнуть? - с улыбкой добавил он, но был перебит Рафом.

- О, прекрати, Лео. Мы не в центре моды. Нам нужно думать, как исправить это! Вдобавок, Донни, это экспериментальная сыворотка! Что, если она подействует не так, как ты думаешь? - Раф переводил взгляд с Донни на меня, а я пыталась держать себя в руках.

- Вообще-то, да, я не знаю, как долго это продлится или как это повлияет на нас, - признался Донни.

Я почувствовала, как нарастает беспокойство. Раф продолжал наседать, но я быстро вмешалась:
- Ребята, правда, немного расслабьтесь. Это шанс побыть людьми, не нужно сразу паниковать. Можете попробовать понять, как это ощущается. Ведь вы не были людьми никогда!

Микки, как всегда, был на высоте:
- Ну вот, теперь нам можно пойти на тусовки, как нормальным людям, да? Это же круто!

Лео также улыбнулся, как будто сам себе давал добро на эксперименты. Но Раф и Донни, похоже, все еще сомневались.

В этот момент в дверь вошла Лисбет. Она замерла на пороге, увидев нас, и слегка приоткрыла рот.
- Что за...? - начала она, удивленно смотря на черепах.

- Это мы, Лисбет, - ответил Раф, слегка нервно. Лисбет продолжала смотреть на нас с изумлением.

- Интересно... Вы решили стать людьми? -Она казалась растерянной и немного обеспокоенной.

- Вопросы к нашему умнику, зачем он вообще создал такую сыворотку, - сказал Лео с легкой усмешкой, переводя взгляд на Донни.

Он встал, потягиваясь, как только в комнате снова наступила тишина. Лео взглянул на братьев с решимостью и, явно настроенный, сказал:
— Ну, я все-таки собирался в колледж. Учеба не ждет, а задания не выполнятся сами. Надо же что-то делать, пока не вернулись в свои прежние формы.

Донни, стоявший у дивана и пристально изучавший происходящее, сразу же отреагировал, его лицо приобрело ту строгую, почти холодную настороженность, которой не хватало раньше.
— Ты не пойдешь, Лео, — его голос был ровным, но в нем звучала явная угроза. — Пока я не разберусь, что это за сыворотка и как она влияет на нас, ты никуда не пойдешь. Никакой учебы, никакого колледжа.

Лео остановился, удивленно посмотрев на Донни. В его глазах мелькнуло некоторое разочарование, но он все же попытался возразить.
— Да ты что, Донни? Это не серьезно! Мы не маленькие дети, мы можем справиться! Мы всегда справлялись!

Но Донни оставался непреклонным, его взгляд был жестким, а плечи напряжены. Он не собирался отступать.
— Это не вопрос того, можем ли мы справиться, Лео, — сказал он, его глаза не отходили от брата. — Это вопрос безопасности. У нас нет гарантии, что эта сыворотка не сделает с нами что-то непредсказуемое. Пока я не пойму, как она подействует, никто из вас не выйдет за эти двери. И это не обсуждается.

Раф, стоявший неподалеку, поддержал брата:
— Донни прав. Это не шутки. Что если эти изменения — не просто временные? Мы не можем рисковать. Мы не знаем, как эта химия подействует на нас позже.

Микки прищурил глаза, качая головой.
— Ребята, ну вы что, серьезно? — младший выглядел раздраженно. — Мы же люди, а не какие-то мутанты, что теперь с нами будет? Это шанс испытать жизнь по-настоящему! Поищем в интернете, какие у нас права. Неужели вы не хотите посмотреть, каково это — быть настоящими людьми?

Лео, заметив протест Микки, лишь молчал, потирая лоб, а потом взглянул на Донни, как бы ожидая, что тот ослабит свою позицию. Но Донни оставался железно решительным. Он не хотел подвергать своих братьев опасности.
— Вы не понимаете, — Донни выдохнул, пытаясь остаться спокойным. — Не будет никаких "шансов" до тех пор, пока я не разберусь. Мы рискуем не только своим состоянием, но и тем, как это скажется на наших жизнях в целом. Вы не понимаете, что происходит?

Рафаэль вздохнул, сворачивая кулаки в джинсах. Его лицо скривилось, но он тоже молчал, понимая, что Донни сейчас не шутит.

Микки, кажется, еще не до конца осознал серьезность ситуации. Он слабо пожал плечами.
— Ладно-ладно, если это так важно для всех вас, я не буду настаивать. Но один день без учебы точно переживу.

Тишина повисла в воздухе. В комнате чувствовалась неприязнь, но в то же время понимание, что у Донни была причина для его решительных мер. Он всегда был тем, кто держит ситуацию под контролем, и хотя братья не всегда соглашались с его методами, они знали: если Донни что-то запрещает, значит, у этого есть веская причина.

Но я знала, что в этой ситуации даже я не могу сидеть безучастно. Было время действовать. И, несмотря на то, что в комнате царила напряженная тишина, я почувствовала, что именно сейчас нужно было перевести внимание на что-то другое. Я поднялась и осторожно подошла к Донни, стараясь выглядеть как можно более спокойной, хотя внутри буря эмоций готова была выплеснуться наружу. Я коснулась его плеча, и он резко повернулся ко мне, его глаза все еще хранили холод, но теперь в них была какая-то легкая растерянность.

— Донни, — сказала я мягким голосом, чтобы разрядить атмосферу, — ты ведь не хочешь, чтобы все так продолжалось, правда? Мы с тобой не так давно начали встречаться, и я чувствую, что тебе нужно немного расслабиться. Как насчет того, чтобы просто сходить на свидание? Мы можем провести этот день вместе, забыть обо всем и просто быть людьми. Это важно для нас обоих. Ты заслуживаешь немного покоя.

Он не ответил сразу, но я почувствовала, как его взгляд смягчается. Он не был в восторге от этой идеи, но внутри его явно возникало какое-то внутреннее сопротивление. Это был тот момент, когда эмоции начали перехлестывать через край. Он пытался быть хладнокровным, контролировать ситуацию, но у него не получалось скрыть, как его терзают переживания.
— Мари, — его голос стал низким, но твердым, — ты не понимаешь, мне сейчас сложно расслабиться. Я должен разобраться с этим. Я не могу позволить себе... быть уязвимым.

Но его слова не сделали меня слабее. Я положила руку на его плечо, как бы пытаясь передать ему свою уверенность.
— Ты не слабый, Донни. Просто будь с собой. Это не всегда должно быть «напряжение» и «контроль». Мы можем немного отдохнуть. Я обещаю, что все будет хорошо.

Тот момент, когда он, казалось, немного ослабил хватку, был для меня важным. Он действительно нуждался в том, чтобы быть человеком, пусть на некоторое время. И это свидание — для нас обоих.

Донни глубоко вздохнул, и его взгляд стал еще более сосредоточенным, чем обычно. Он явно обдумывал каждое слово, прежде чем произнести его.
— Ладно, — сказал он, его голос был немного тише, чем обычно, но в нем оставалась та же решительность, что всегда присутствовала в его интонациях. — Мы можем сходить на свидание.

Слова Донни, несмотря на их простоту, подействовали на меня как ледяной душ и одновременно как теплое объятие. Я не могла скрыть улыбки, но тут же почувствовала, как воздух в комнате меняется. Я поняла, что его согласие было далеко не таким легким, как могло показаться. Он, как всегда, был напряжен, и я узнала, что не так просто его уговорить. Но, несмотря на это, я видела, как что-то в его взгляде меняется, как будто он, пусть и неохотно, готов был уступить мне.

Только вот, едва его слова растворились в воздухе, как братья сразу же разгоряченно вмешались.
— Что? — Лео вскочил с места, лицо его стало жестким, и в глазах промелькнула ярость. — Почему ты можешь идти на свидание, а мы в колледж — нет? Это что, какой-то особенный вид несправедливости?

Микки не отставал от старшего брата, он нервно теребил край своего футболки, не скрывая волнения.
— Да, именно! Ты на свидание, а нам нельзя в колледж? Ты же сказал, что никто не должен выходить из дома, а сам спокойно собираешься проводить день с Мари? — его голос звучал немного обиженно, хотя он, как всегда, пытался скрыть свои эмоции под слоем шуток.

Донни сдержано повернулся к ним, его лицо было таким же спокойным и неподвижным, как и всегда, но я видела, как его челюсти крепко сжаты, а глаза — сосредоточенные, как никогда. Он не собирался сдаваться. Он всегда был решительным, особенно когда речь шла о безопасности своих братьев.
— Лео, Микки, — его голос был ровным, но от этого не менее твердым. — В чем разница между колледжем и свиданием? Если что-то пойдет не так с этой сывороткой, я смогу оказать себе первую помощь. Я могу не паниковать. Но когда речь идет о вас... — он замолчал на мгновение, как бы давая вес своим словам. — Я не могу быть уверен, что с вами всё будет в порядке. Если что-то случится, что вы будете делать? Не могу рисковать вашей безопасностью.

Он произнес это с таким спокойствием, с такой уверенностью, что все звуки вокруг будто притихли. Я видела, как на лице Лео появилось сомнение, его уверенность пошатнулась, но всё равно он не был готов признать, что Донни прав.
Он открыл рот, чтобы возразить, но его слова как будто застряли в горле. Я чувствовала, как напряжение нарастает, но оно было таким же холодным, как взгляд Донни. Микки продолжал молчать, только его стиснутые кулаки выдавали его внутреннее беспокойство.

В этот момент Раф, который сидел молча и наблюдал за всем происходящим, глубоко вздохнул, поднялся и резко направился в свою комнату. Он был явно раздражен, но я заметила, что он больше не хотел участвовать в этом споре.
— Ладно, — пробормотал Раф, уходя с явным презрением в голосе, — тут бесполезно что-то говорить.

Микки вздохнул и отвернулся, а Лео продолжал смотреть на Донни с немалым упреком. Я ощущала, как постепенно сгущается атмосфера, но Донни оставался неподвижным, его лицо оставалось таким же бесстрастным, как и прежде, хотя я могла бы поклясться, что в его глазах мелькала тень усталости.

Донни начал:
— Лисбет, мне нужно, чтобы ты присмотрела за ребятами, пока меня не будет. Я не могу доверить это никому другому.

Лисбет... Этого я действительно не ожидала. Донни, всегда настолько самостоятельный и независимый, всегда так хладнокровно решавший проблемы, теперь оказался в ситуации, когда ему приходилось полагаться на помощь матери, которая когда-то оставила их. Я почувствовала, как сжалось сердце, когда он произнес её имя, и как невольно опустилось настроение.

Он заметил моё молчание и быстро добавил:
— Я знаю, что это странно, но других вариантов нет.

Я не смогла возразить. И правда, других вариантов не было.
Её взгляд сразу же встретился с моим. Она оглядела гостиную и слегка приподняла брови, как если бы знала, что сейчас будет что-то необычное.

Лисбет кивнула, и я заметила, как её лицо слегка расслабилось.
— Хорошо, — сказала она, — я помогу. И, кстати, я рада, что ты с Мари. Ты заслуживаешь быть с кем-то, кто тебя понимает. Ты же давно заслужил немного счастья.

Донни только тяжело вздохнул, не желая углубляться в разговор. Он не знал, как реагировать на её слова, но я могла заметить, как его взгляд немного мягче, чем обычно.
— Да, я понимаю, — произнес он слабо, но твердо. Затем повернулся ко мне и произнес с едва заметным утомлением: — Мари... Ты правда считаешь, что это так важно?

Я подняла руку к его лицу, слегка коснувшись его подбородка, и с мягкой улыбкой сказала:
— Да, Донни. Это важно. И да, ты должен подготовиться. Немного подстричься, переодеться. Просто немного времени для нас обоих.

Донни с укоризной посмотрел на меня, как будто сомневался, но в конце концов, его взгляд смягчился.
— Подстричься? — он не скрывал своего недовольства. — Это обязательно?

Я твердо посмотрела ему в глаза.
— Да, обязательно. Ты должен быть готов.

Он снова тяжело вздохнул, но согласился. Я взяла его за руку и повела в комнату, зная, что для нас с ним это может стать важным моментом, несмотря на все препятствия.
Когда я привела его в комнату, он не стал возражать, но я видела, как он явно не был в восторге от всей этой затеи. Он стоял у зеркала, глядя на меня с таким выражением, как будто я собиралась заставить его сделать что-то невообразимое. Я улыбнулась, но старалась держать в себе все волнения, которые меня переполняли. Всё-таки это был не просто день, а целый план, который я тщательно разрабатывала.
— Ты уверена, что это нужно? — спросил он, наблюдая за тем, как я достала ножницы. — И почему именно сейчас?

Я мягко взяла его за руку, чуть притянув к себе, чтобы он не вырывался.
— Да, Донни, нужно. Это же свидание, а для таких вещей нужна определенная атмосфера. К тому же, тебе нужно выглядеть... ну, немного лучше, чем обычно.

Он хмыкнул, но не стал спорить. Я аккуратно начала подстригать его волосы, с каждым движением ощущая его напряжение. Его волосы были темно-коричневыми, длиной до плеч, и я решила сделать их короче, чтобы они красиво ложились, а сам Донни мог бы заплести их сзади, не скрывая лицо полностью, но и не оставляя его чересчур загроможденным. Несколько прядей, все равно, как ни старалась, падали ему на лицо, но это лишь добавляло ему некой харизмы и загадочности.

Когда я закончила, он тихо потрогал свою прическу и взглянул на себя в зеркало. Я заметила, как он слегка приподнял бровь и оценил результат, но не сказал ни слова.
— Это не так уж плохо, — наконец, проговорил он, его лицо стало мягче. — Теперь хотя бы не мешает.

Я улыбнулась, несмотря на внутреннее напряжение. Он выглядел не просто хорошо, а даже немного шикарно. И я могла бы поклясться, что эта новая версия Донни заставила моё сердце биться быстрее. Он был менее жестким, в чем-то даже мягким. Я надеялась, что, возможно, эта небольшая перемена поможет нам провести вечер так, как я надеялась.
Тем временем, я принялась за себя. Я открыла шкаф и достала чёрную футболку, простую, но такую стильную, и розовую кофту, которая немного контрастировала с темным цветом. Я, как и всегда, не переборщила с аксессуарами, но мне хотелось, чтобы этот вечер был особенным.

Когда я вернулась к Донни, он стоял у кровати, немного рассеянно глядя на пол, погруженный в свои мысли.
— Ты готов? — спросила я, встав перед ним.

Он оглядел меня с ног до головы, не скрывая легкой улыбки, но его взгляд всё равно был немного настороженным.
— Ты выглядишь... — он замолчал, как будто подбирая слова, а затем кивнул. — Хорошо.

Я слегка покраснела, но попыталась не показывать своей растерянности.
— Ты тоже, — ответила я, чувствуя, как его присутствие заставляет меня терять уверенность в словах.

Донни взял со стола свой телефон и бумажник, проверив, есть ли деньги. В его действиях была какая-то строгая организованность, как будто он точно знал, что должно быть сделано. Всё-таки старший брат, даже если и идет на свидание, все равно не мог избавить себя от привычки заботиться о мелочах.
— Куда мы идем? — спросил он, посмотрев на меня с искренним любопытством, но я заметила, как в его глазах мелькнуло сомнение.

Я ответила с улыбкой, скрывая в голосе легкую загадочность:
— Сюрприз.

Он приподнял одну бровь, как всегда, сдержанный и внимательный, но ничего не сказал в ответ. Мы вышли из комнаты, и я сразу заметила, как Донни еще раз проверил, что всё с собой.
Мы направились к выходу и вскоре оказались на улице, где ветер немного бодрил и поднимал волосы, но день был довольно теплым. Я почувствовала его шаги рядом, но как будто между нами был невидимый барьер, который мы не могли разрушить.

Кафе «Complete Cafe»
Время: 09:14

Через несколько минут мы оказались в кафе. Я выбрала это место специально — оно было уютным, с мягким светом, убаюкивающим атмосферу, но в то же время достаточно открытым, чтобы не вызывать подозрений.

Когда мы вошли внутрь, я почувствовала, как напряжение немного отпустило меня. В кафе было не так много людей, и воздух был наполнен запахом свежезаваренного кофе и ароматных пирогов. Я указала на столик в углу, и Донни последовал за мной, внимательно осматривая всё, как всегда.
— Ну, что думаешь? — спросила я, с улыбкой взглянув на него.

Донни сел, но его взгляд оставался таким же проницательным. Он сдержанно сказал:
— Здесь уютно. Ты хорошо выбрала место.

Я села напротив него, и, несмотря на всю сдержанность, в какой-то момент мне показалось, что мы оба слегка расслабились. Кофе, лёгкий разговор, и, может быть, какая-то доля откровенности — всё, что мне нужно было сейчас, это убедить его, что всё не так, как кажется. И, быть может, этот день мы проведем не только ради меня, но и ради нас обоих.

Как только мы уселись за столик, я не могла не заметить, как Донни тщательно изучает меню. Обычно он бы не стал тратить на это много времени, предпочитая сразу же что-то выбрать по привычке. Но сегодня, в своей новой человеческой оболочке, он будто начал открывать для себя мир с новой стороны.

Я решила сделать заказ проще — салат "Цезарь" и чашку капучино, всё, что мне нужно было для настроя. В то время как Донни заказал что-то сложное, с экзотическим названием, я не могла не удивиться.
— Ты что, правда хочешь это? — спросила я с улыбкой, наблюдая, как он выбирает довольно изысканное блюдо, которое я бы точно никогда не заказала, даже если бы у меня был выбор.

Донни посмотрел на меня, слегка наклонив голову, и его глаза были задумчивыми, как всегда. Похоже, в этой ситуации он был немного более открытым, чем обычно.
— Да, — ответил он, его голос стал более задумчивым. — Я никогда не пробовал ничего подобного. Это... человеческое, ты понимаешь? Раньше у меня не было возможности испытывать такие вещи, а теперь, возможно, это шанс узнать, что значит быть таким же, как все.

Я замерла на мгновение. Он так просто и, одновременно, глубоко объяснил свою мысль. Это звучало не как обычное любопытство, а как попытка познать мир в своей новой роли, как человек. Не могу сказать, что меня это не тронуло. Я посмотрела на него другими глазами, и в тот момент мне показалось, что Донни раскрывается передо мной, больше, чем когда-либо.

Он был не просто умным, не просто холодным — он был человеком с огромным желанием понять себя и мир вокруг. Это был совсем другой Донни, и, казалось, его человеческое обличие открыло не только физический облик, но и его внутренний мир.
— Интересно, — ответила я, улыбаясь. — Ты ведь всегда был человеком в душе, даже если это было сложно понять. Наверное, я тебя не так хорошо знала.
Донни кивнул, не говоря ничего, но его взгляд стал мягче. Вижу, как он отпускает напряжение и перестает быть столь серьезным, хотя его прирученная настороженность никуда не ушла.

Мы продолжили приятный разговор, болтая обо всем и ни о чем. Сидели в кафе, наслаждаясь тем, как время, кажется, немного замедлило ход. Но всё же, не успели мы углубиться в диалог, как я почувствовала, что в воздухе витает некая неведомая мысль. И вот она вырвалась наружу.
— Ты знаешь, Донни... — сказала я, неспешно отодвигая чашку от себя. — Я в главной роли в пьесе колледжа... "Монстр в Париже".

Донни взглянул на меня с интересом, его взгляд был всё таким же внимательным.
— А, ну да, ты мне говорила. Люсиль, если не ошибаюсь, — он кивнул, пытаясь вспомнить.

— Да, — ответила я, чувствуя, как в моём голосе звучит гордость. — Но вот проблема: Оливер, который должен был играть Франкура, не сможет продолжить участие. Он еще не отошел от того инцидента...

Я замолчала, не зная, как продолжить, но вдруг поняла, что сейчас мне предстоит сказать нечто важное. Донни, кажется, уловил этот момент и с чуть приподнятыми бровями ждал продолжения.
— Ты имеешь в виду тот инцидент, когда я... — Он на секунду замолчал и, видимо, догадался, о чем я говорю. — Когда я в порыве ярости бросился на него?

Я чуть не вздохнула, но продолжила:
— Да. Ты... ты в какой-то момент перестал контролировать себя. Я помню, как ты на него напал, и, знаешь, я понимаю, что это было страшно. Но потом ты его возродил, и всё вроде бы стало на свои места. Оливер не может играть Франкура, а я... я подумала, что ты идеально подходишь на эту роль. Ну, в человеческом облике, конечно.

Донни замер, когда мои слова достигли его ушей. Он подавился едой, его лицо стало каменным, как будто его кто-то неожиданно ударил. Несколько секунд он молча глядел на меня, глаза полные недоумения, как будто не знал, что и думать. Его руки замерли над тарелкой, и он осторожно положил ложку, будто боялся, что она отразит его внутреннюю бурю.
— Ты... что? — его голос звучал хрипло, и я увидела, как его плечи чуть дрогнули.
Я заметила, как его глаза сузились, а взгляд стал все более напряженным. Его лицо не выражало радости, а наоборот — скованности и внутреннего конфликта. Он явно был ошеломлен, и для него это предложение прозвучало как что-то, что он не мог сразу понять или принять.
— Слушай, я же не актер, — он откинулся назад в кресле, явно пытаясь вернуть себе хоть какую-то уверенность. — Я программист, инженер, а не кто-то, кто будет играть на сцене. Это совсем не для меня.

Я почувствовала, как в груди появляется легкое беспокойство. Мне не хотелось, чтобы он отверг мою просьбу сразу. И я понимала, что если я не буду убедительной, все останется на месте.
— Но Донни, это же не так сложно! Ты ведь такой умный, ты можешь играть любые роли. Ты просто должен попробовать, ведь Франкур — это не просто "монстр". Это персонаж, с которым можно работать, и ты идеально подходишь!

Он слегка наклонил голову, и я заметила, как его взгляд померк. Его мышцы напряглись, и он не смог удержать раздражения, которое сдерживал все это время.
— Ты серьёзно? Франкур — это монстр, — его голос стал резким. — Ты меня подколола, да? Я не хочу быть монстром, даже если сейчас я не в своей привычной форме. Ты хочешь сказать, что я по сути такой же, как Франкур? Просто потому что теперь человек?

Я почувствовала, как на его словах у меня зазвенело в ушах. Невозможно было не понять, что для него эта идея была далеко не безобидной. В его глазах мелькнула обида, даже злость. Он явно воспринял мои слова как укол в самое сердце.
— Донни, нет! — сразу поспешила я его успокоить. Мой голос стал мягким, но решительным. — Ты не монстр. Это не так. Я не об этом говорила, правда. Ты... ты больше, чем просто внешний облик. Ты сейчас человек. И это совсем не одно и то же!

Он глубоко вздохнул, как будто пытаясь вернуть себе хладнокровие. Но его лицо оставалось напряженным, и я поняла, что он не готов дальше обсуждать эту тему.
— Я не хочу продолжать этот разговор, Мари, — сказал он, его голос стал более жестким. — Сейчас я не готов на это. Пожалуйста, не поднимай эту тему больше.

Я замолчала, понимая, что он серьезно. Не стоит давить. На его лице я видела все — сомнения, страх и неуверенность. Я кивнула, не желая продолжать, но в глубине души мне было тяжело. Я не хотела, чтобы его прошлое так сильно влияло на восприятие настоящего. Но, возможно, я должна была подождать.
Тишина повисла между нами, и я сделала глубокий глоток своего капучино, стараясь не думать о том, что он так закрылся в себе.
Донни продолжал молчать, его взгляд все еще был устремлен куда-то вдаль, как будто он пытался заглянуть в будущее, но не мог найти дорогу. Я ощущала, как между нами возникает напряжение, которое не удавалось разорвать даже легким разговором или очередным порывом легкой шутки. Он словно растворился в собственных мыслях, а я могла лишь наблюдать, как он борется с собой, с тем, что я предложила, с тем, что он чувствует.
Вдруг в моей голове всплыло воспоминание, совершенно неожиданное, как гром среди ясного неба. Я будто вернулась в тот момент, когда Эйприл использовала свои способности и переместила меня в воспоминание Донни. Я увидела своими глазами, но не в настоящем, а в том, что было давно, в далеком прошлом. Это был не его вид сейчас, а тот, каким он был тогда, когда еще был "монстром". И тогда, в этом ужасном воспоминании, я стала свидетелем того, как он, с безумным взглядом, убивал ребенка. Все произошло так быстро, так неестественно. Внутри все сжалось, будто меня парализовало. Этот образ — его жестокость — не давал мне покоя.
Сердце сильно заколотилось. Я почувствовала, как холодный пот выступил на лбу. Мгновенно стало тяжело дышать. Всё вокруг на секунду будто потемнело, и я на несколько мгновений оказалась в плену своих мыслей. Как я могла так спокойно сидеть с ним, разговаривать, когда он был способен на такие вещи? Ведь он отказывается играть роль монстра, но по сути, в детстве творил ужасные вещи. Я не могла с этим совладать.

Донни, казалось, почувствовал, как меня охватил страх. Он резко повернулся ко мне, его глаза фокусировались на моем лице, на моей замершей реакции. Его взгляд был острым, проницательным, и я мгновенно поняла, что он заметил, что со мной что-то не так.
— Мари, — произнес он тихо, но с какой-то настороженностью. — Что с тобой?

Я глубоко выдохнула, пытаясь вернуть себе самообладание. Мои пальцы сжались в кулаки, и я заставила себя улыбнуться. Это была не настоящая улыбка, скорее натянутая маска, которую я накладывала на лицо, чтобы скрыть внутренний страх.
— Всё в порядке, Донни, — я постаралась говорить спокойно, хотя сердце все еще колотилось, и голос дрожал. — Просто... Я немного задумалась. Извини, если показалось, что что-то не так.

Его взгляд стал чуть мягче, но всё равно не отпускал меня. Он продолжал наблюдать за мной, и я чувствовала, как его внимание давит на меня, но я не могла признаться ему в том, что я увидела. Я не могла рассказать, что мне не давала покоя его прошлое, его темные поступки, которые он, возможно, уже давно забыл, но я — нет. В конце концов, он просто кивнул, но в его глазах всё еще оставалась некая тень недоверия.
— Хорошо, — сказал он наконец, но в его голосе была заметна некоторая настороженность. — Если что-то будет не так, скажи.

Я снова кивнула, стараясь, чтобы мои глаза не выдали мне все, что я на самом деле чувствую. Но я знала, что эта тема останется между нами — тяжким грузом, который мне нужно будет вынести. Как бы я ни пыталась избежать мыслей о его прошлом, они снова и снова возвращались ко мне, словно тени, которые не хотят уйти.
Я сделала еще один глубокий вдох, мысленно пытаясь успокоиться, и снова взглянула на него.
— Всё в порядке, — повторила я.