Episode 11
Лера не любила, когда к ней лезли в душу. Это напоминало ей о матери, которая всегда контролировала каждый шаг дочери, но, на минуточку, на самом деле не интересовалась её жизнью по-настоящему — только контролировала и тем самым проявляла свою власть. Не любовь. Как бы девушка ни понимала, что в её постоянном дерзком поведении и стервозном отношении ко многим виновата мама, Лера уже не могла иначе. Она так привыкла, и это была её зона комфорта. Ещё не появился в её жизни человек, который бы раскрыл её. Конечно, к Ане, например, она старалась относиться спокойно — девчонка правда хорошая и ещё ни разу не сказала Лере, что та ведёт себя как сучка и стерва. В какой-то степени это было даже приятно. Какой бы человек ни был колючий и грубый, что-то его к этому привело. Не иначе. У людей так.
У Артёма и Леры воцарилась тишина в машине, когда они ехали к Москвину на такси. Они несколько минут назад обсудили бар, который проехали мимо. Он точно был построен Москвином — вывеска висела для самых зрячих. Обоим было немного волнительно: их отправили на такое непростое дело. Москвином не занималась полиция уже несколько лет и, видимо, даже не собиралась. Всё-таки неприятно, когда, например, Сергея Разумовского обвиняли в том, что он не сам всё построил и достиг, а Москвину Вячеславу Артёмовичу всё сходило с рук. Марина Кудрявцева, мать Леры, по сравнению с ним была почти невинной.
— О чём задумалась? — поинтересовался Артём, просматривая в телефоне чаты, а после придвинулся к водителю с заднего сиденья. — Можете окно открыть, если курите?
— Тебе прям всё расскажи, — фыркнула Лера и посмотрела в окно, наблюдая, как меняется пейзаж. У города был самый пик суеты и активности — впрочем, эта суета никогда не прекращалась.
— Для кого ты открыта, Лер? — Артём наконец облокотился на сиденье, когда водитель приоткрыл окно и в машину потянуло свежим воздухом. — Колючая, как…
— Стерва? — перебила Лера и сощурила тёмно-зелёные глаза, в которых вспыхнул огонёк вызова. Её это ничуть не задевало, она уже привыкла. — Для меня это уже комплимент, Тёма.
— Да не может быть, — закатил глаза парень, губы его скривились в лёгкой усмешке. — Какой девушке приятно, когда в ней видят только сучку и стерву?
— Такой, как я, — равнодушно пожала плечами Лера, короткие светлые волосы чуть качнулись. Она не желала продолжать эту тему. У неё не было к Артёму какого-то особого отношения, симпатии. Ей сейчас не до этого.
Миронов ничего больше не сказал — Лера всем своим видом показала, что разговор окончен. Просто поговорить ни о чём можно, но заходить глубже она не позволяла. Многим людям неприятно, когда кто-то лезет в душу без позволения. Не каждый готов открыться, имея в прошлом предательства или что похуже. Боязнь получить нож в спину преследовала людей и не давала раскрыться. Это и плохо, и, к сожалению, логично — учитывая разные причины.
— Я начну говорить с Москвином, — предупредил Артём, когда они вышли из такси перед роскошным домом и остановились на каменистой тропинке, ведущей к открытым воротам.
Он работал больше Леры и имел большую практику. Предпочитал заходить издалека, тогда как Кудрявцева сразу напирала.
— Хватит меня об этом предупреждать, — повела плечом Лера и шагнула к воротам одновременно с коллегой. — Я помню. Ты начинаешь.
— Никогда не думала, что нам везёт бывать на территории олигархов? — усмехнулся Миронов, оглядывая фонтаны, скошенную зелёную траву и обилие цветов. Видимо, жена Москвина хотела украсить двор.
— Не вижу в этом везения, — Лера тоже осмотрела просторный двор. Дети только не играли в мяч — он одиноко лежал на траве. В телефонах и компьютерах проводили своё время. Такой век.
— Эх, ладно, вынужден с тобой согласиться, — Артём поднял с травы мяч и легонько кинул Лере. Девушка поймала. — Детям Москвина не сдался этот мяч.
— Забери себе, — хмыкнула блондинка и вернула мяч. — Никто не заметит.
— Это футбольный мяч, — парень откинул его куда-то в сторону и заранее достал телефон. Блокнот в этот раз использовать не хотел. — Был бы баскетбольный — я бы ещё подумал.
— Надеюсь, Соколов предупредил Москвина о нашем прибытии, — увидев вдалеке охранника, Лера вопросительно посмотрела на Артёма. Миронов пожал плечами.
— Вячеслав Артёмович, — напомнил Артём и усмехнулся, — а то сейчас как по фамилии обратишься — он почувствует себя в Америке. Там же частая фамильярность.
Это было последнее, что бросила Лера, прежде чем протянуть руку молодому охраннику в идеальном классическом костюме.
— Здравствуйте. Мы к Вячеславу Артёмовичу.
— Здравствуйте, да, Вячеслав Артёмович ждёт вас в гостиной.
Не представившись, мужчина повёл журналистов к крыльцу, предварительно сказав, чтобы они не снимали обувь — прислуга всё равно каждые несколько часов моет полы. Артём с Лерой переглянулись и разуваться не стали.
— Здесь так пафосно, что я не знаю, какой вилкой себя заколоть, — пробормотал Артём. Лера тихо хмыкнула. Ну правда, было роскошно и красиво — Миронов не сдержался от шутки, которая передала его состояние и мнение.
— Проходите, проходите! — Москвин был немолод, лет шестидесяти, с аккуратно подстриженными седыми волосами и короткой густой щетиной. В руках он держал массивную трость с резной рукоятью, опираясь на неё с трудом — недавняя операция на коленях давала о себе знать. Казалось, зачем такому человеку столько баров и борделей, если он едва передвигается? — Меня предупредили о вашем приходе. Как вас..?
— Я Артём Миронов, а она Лера Кудрявцева, — парень протянул пожилому мужчине руку, пожимая. Он начал первым, и блондинка послушно промолчала, только улыбнулась. — Спасибо, что разрешили зайти, а то не хотелось бы говорить на улице.
— Мне не сложно, — Москвин махнул рукой и обаятельно, почти по-отечески, улыбнулся, хотя в глазах читался расчёт. — Присаживайтесь. Я отвечу на любые ваши вопросы.
— Как продвигается ваш бизнес? — спросил Артём, присаживаясь в кресло напротив дивана, где сидел Москвин. Лера опустилась в соседнее кресло.
— Очень хорошо, — на упоминании бизнеса пожилой мужчина довольно улыбнулся. Ещё бы — когда в его руках столько баров и борделей, только такая улыбка и появится. — Через две недели у меня открытие нового клуба. Многие поддержали эту идею, так что реализации долго ждать не пришлось.
— А можете сказать, кто поддержал вашу идею? — уточнил Артём, доставая телефон, открывая заметки. Лучше всё записать.
— Ну как же? — олигарх показательно вскинул руки. — Все мои коллеги по бизнесу.
Простых людей снова не спрашивали.
— А где вы собираетесь открывать ваш новый клуб? — спросила Лера, уловив красноречивый взгляд Артёма: можно задавать вопрос.
— Я нашёл свободное место недалеко от школы №25, — Москвин говорил об этом с таким спокойствием, что это задевало только простых людей. Некоторые богатые даже улыбались, понимая: у них есть разрешение делать подобные постройки около детских учреждений, и им за это ничего не будет. — Конечно, детей мы туда пускать не будем, но не стоит им мешать познавать взрослую жизнь.
— Хорошо, — Лера очаровательно улыбнулась, скрывая фальшь. — Вы уже начали постройку?
— На том месте, где мы хотим построить клуб, было кафе вперемешку с показом каких-то картин — их приносили сами посетители и просили выставлять, — простодушно сообщил Москвин и предвкушающе улыбнулся. Пальцы его сильнее сжали набалдашник трости. — Кафе решило прикрыться… Я не стал терять возможность и сразу решил построить там клуб. Он хорошо окупится!
— Несомненно, — подтвердил Артём, постукивая пальцами по краю телефона. — А если дети старших классов захотят пойти в этот клуб, как вы будете отстраивать свои правила и законы, запрещающие несовершеннолетним проходить в такие заведения?
— Будет охрана, — проговорил Москвин так, будто это было очевидно. — Несовершеннолетних пускать не будем.
— Надеюсь, — Лера многозначительно улыбнулась, не подавая вида, что не верит ни единому слову. В её голове пронеслось: «Конечно, они не будут пускать в клуб школьниц, побитых жизнью в таком молодом возрасте, желающих залить боль и проблемы в обществе взрослых мужчин и алкоголе и не понимающих другой жизни. Глупо».
— А почему кафе закрылось? — уточнил Артём.
— Не знаю, — Москвин состроил невинный взгляд, пальцы на трости побелели. — Есть много причин. Например, окупаться перестало или налоги не оплатили. У нас в городе всё возможно!
Кафе закрылось, да… Рядом со школой. Не окупалось.
— А что необычного будет в вашем очередном клубе? — Лера снова очаровательно улыбнулась, наклонив голову. Москвину она явно понравилась — он усмехнулся.
— Частым посетителям бесплатный алкоголь, первые два стакана, — да, конечно, рассказывал Москвин все «необычности» своего нового клуба. Бесплатный алкоголь — слишком банально.
— Оригинально, — кивнул Артём, в голосе — лёгкая ирония. Он сдержался, чтобы не переглянуться с Лерой. — Может, вы потом придумаете ещё что-нибудь, а то писать статьи о вашем клубе будет сложно.
— Всё в процессе, всё будет…
Туманно ответил Москвин и улыбнулся. Разговор вышел коротким: олигарх выставил открытие клуба невинным и простым, даже не намекнув на что-то незаконное. Лера и Артём должны теперь копаться в этом деле. Полиция такими мелочами не займётся — в клубах, барах и борделях почти всё нелегально, полиция устанет их прикрывать. Проще не обращать внимания, тем более богатые люди сразу начнут оправдываться и давать взятки.
— Школа? — насмешливо усмехнулся Артём, когда они с Лерой уже ждали такси у дома Москвина.
— И детский сад рядом, — хмуро добавила Лера, брови сошлись на переносице.
— Сейчас живёт много мужиков с извращённым взглядом не только на женщин, но и на детей, — парень нахмурился, потирая подбородок. — Опасненько, нет?
— И это не утолить простыми запретами, — Кудрявцева усмехнулась, губы скривились в горькой усмешке. Она машинально потёрла переносицу — выдавая усталость.
— Верно… Будем копать в направлении детей, — пожал плечами Артём. — Если Москвин ничего с этим не свяжет, поищем в другом.
***
В это же время в своём роскошном особняке Вячеслав Артёмович Москвин нервно прохаживался по кабинету. Визит журналистов из «Стоп-новостей» и их настойчивые вопросы о новом клубе вывели его из себя. Он прекрасно понимал, что такие «копатели» могут нанести серьёзный ущерб его репутации и, что важнее, теневому бизнесу. Недолго думая, Москвин достал защищённый телефон и набрал номер, который использовал только в самых крайних случаях. На другом конце провода послышался спокойный, чуть насмешливый голос, ледяной и отстранённый.
— Прошу прощения за беспокойство, у меня тут… неприятность, — начал Москвин, голос его полз скрытым раздражением и лёгким подобострастием. Тот, кто был на той стороне, не был партнёром — скорее тем, кому приходилось платить дань за «спокойствие» в определённых сферах. — Эти журналисты из редакции «Стоп-новости» начали копать под мой новый клуб. Лезут, куда не следует. Могут создать серьёзную шумиху, а мне это сейчас совсем не нужно.
Мужчина на той стороне лишь усмехнулся.
— Журналисты, говоришь? «Правдолюбы»… И что ты предлагаешь, Вячеслав Артёмович? Мои люди сейчас заняты, да и я пока не в городе.
Москвин, почувствовав намёк на цену, поспешил ответить.
— Я готов компенсировать. Мне нужно, чтобы они прекратили. Чтобы редакция перестала быть проблемой. Вы же контролируете определённые потоки, транспортные узлы. Может, можно надавить на их поставщиков? Или… что-то более прямое?
Мужчина сделал паузу, наслаждаясь моментом. Он прекрасно знал, что Москвин боится, и это было приятно. Проблема Москвина — лишь мелкая деталь в чьих-то грандиозных планах.
— Давление — это всегда вариант, но «Стоп-новости» — это не просто ларек. Они шумные. И у меня есть свои планы на Петербург. Твоя проблема, Вячеслав Артёмович, может стать частью моего решения. Я займусь этим. Но ты должен понимать: это не просто услуга. Это инвестиция.
Москвин облегчённо выдохнул, но в голосе всё ещё слышалась настороженность. Плата будет высокой, но альтернативы нет.
— Я понимаю. Полностью. Что потребуется?
Мужчина откинулся на спинку кресла в своём удалённом офисе, глаза его прищурились, предвкушая будущие события.
— Пока ничего. Просто жди. И убедись, что твои новые проекты будут готовы к моему приходу. Мне не нужны лишние задержки. И да… Передай своим — не лезть в мои дела.
Москвин поспешно заверил, что всё будет сделано. Тот отключился, не дожидаясь прощания.
***
Вечер. Аня собиралась встретиться со своими близкими друзьями и провести время вместе после работы. Это хорошо отвлекало от суеты. Никакой выпивки! Майорова не пила алкоголь, а остальные, видя, что она не пьёт, тоже не стали. Девушка добралась до дома на такси — попросила, чтобы водитель была женщина, — и переоделась в более свободную одежду. Не хотелось надевать рубашку после целого дня её ношения.
Переодевшись в белые укороченные штаны из лёгкой ткани, белую футболку и такого же цвета кроссовки, Аня взяла телефон, поправляя перед зеркалом свои длинные, блестящие волосы. Волосы распустила — Кирилл Иванович не разрешал распускать волосы, только пучок. Девушка пыталась объяснить Соколову, что волосы никак не могут мешать её работе, на что он привёл несколько примеров, когда Майорова отвлекалась и рассматривала своё отражение в экране компьютера. Глупый аргумент! Это правило уже в школе толком никто не соблюдал, а здесь Кирилл Иванович упрямо приказывал.
К восьми часам за Аней приехало такси и доставило в кафе, где она собиралась встретиться с друзьями. Она не любила опаздывать, но иногда время было не на её стороне — она зашла в кафе и уже обнаружила, что друзья сидят за столиком. Кто с чем… Кто с колой, кто с кофе, кто просто с водой. На губах девушки невольно появилась тёплая, искренняя улыбка, карие глаза засияли. Как же она любила свою жизнь!
— Всем привет!
Одновременно с приветствием Аня присела на мягкий диванчик рядом с Викой и обняла её за плечи, прижавшись на несколько секунд щекой к чужой щеке.
— Ты опоздала на целых пять минут, — отметила с многозначительной улыбкой Вика и подвинула Ане стакан с кофе. Заказала подруге, зная, какой та любит.
— О нет, как мы это переживём? — Майорова коротко посмеялась и улыбнулась остальным.
— Хотя говорят, что девушкам можно опаздывать, — проговорил Виктор. Одноклассник Влада, работник музыкального магазина, он умел играть на гитаре, поэтому в отсутствие покупателей часто играл на инструментах. Его пальцы сейчас непроизвольно постукивали по столу, имитируя ритм. — Почему такая дискриминация, девочки?
— Вы сами в этом виноваты, — отметила Каролина с усмешкой. Она была одноклассницей Ани и Вики и их хорошей подругой. Втроём они не дружили, но и не ревновали друг друга — это не в их стиле.
— Разве? — уточнила Вика, вскинув бровь.
— Надо было возмущаться, когда женщины только начали пользоваться этой привилегией, — объяснила Каролина с умным видом. Парни отнеслись скептически.
— На вас, девушек, повозмущайся, — Влад насмешливо усмехнулся и облизал губы. — Сразу губки дуете.
— Так может, не надо так резко? — фыркнула Вика.
— То резко, то мягко вам подавай, — проговорил Вова Нестеров с вечно скептическим выражением лица и чуть закатил глаза. — Никогда не понимал и не попадал.
— Потому что не стараешься, — цокнула языком Вика, отпивая кофе.
— Ну, это не повод сейчас ссориться, — осадила их Аня и простодушно пожала плечами.
— А мы не ссоримся, Ань, — Илья улыбнулся ей и провёл пальцами по вискам. Он здесь был самым спокойным по характеру и по жизни. Его движения — плавные, голос — всегда ровный, словно он был невозмутимым наблюдателем. — Всё спокойно.
— Что бы мы делали без такого спокойного, как камень, Ильи? — в шутку бросил Виктор и подтолкнул Архипова в бок.
— Камни передвигаться умеют, — отметил Илья и посмотрел на всех, ожидая реакции. — Знали?
— Это ещё в школе проходят, — усмехнулся Влад. Он небрежно рассматривал сидящую напротив Аню. Даже не мог оставаться с ней наедине — это было бы слишком эгоистично по отношению к его чувствам. Пусть на расстоянии, но одновременно достаточно близко. Пальцы его машинально комкали край салфетки.
— Не умничай, — махнул рукой Илья и посмотрел в окно. Дождь начинался. Только не это… Архипов не любил такую погоду.
— Кто рестораны любит? — спросила с интересом Каролина, включив экран телефона. — Просто новый ресторан открылся недалеко отсюда.
— Нет, а что о нём говорят? — уточнила Вика, заговорщицки улыбнувшись. Она любила рестораны и повод красиво одеться.
— Говорят, там очень вкусно готовят, но цены кусаются, — пожала плечами Каролина.
— Впрочем, так везде сейчас, — фыркнул Виктор, вскинув руки. — Если в этом ресторане тоже будут такие цены…
— Они будут, это же заработок, — перебила Вика, посмотрев на него как на дурака.
— Ты же цены в музыкальном магазине не понижаешь, — отметила с доброй улыбкой Аня. — Это заработок. Логичные цены за хороший товар.
— Не факт, что в том ресторане будет хорошее обслуживание, — Влад усмехнулся, заметив взгляд Виктора, который напрягся, подумав, что речь пойдёт о его магазине. — Думал, я про твой магазин скажу?
— Напрягся, — отмахнулся с усмешкой Виктор. — У меня хороший товар.
— Тебе нужно было гитару свою взять, — Илья сделал жест рукой, будто играет на струнах. — Сыграл бы нам что-нибудь.
— Любитель музыки, — усмехнулся Вова на Илью.
— Скорее не музыки, а просто басов, — Вика улыбнулась. — Как сядешь к Илье в машину, у него вечно играют басы электрогитары.
— Мне не нравятся просто басы, — покачала головой Каролина. — Это как-то странно…
— Кому как. Ты, значит, точно не меломан, — прокомментировал Влад и посмотрел на Аню, которая не переставала улыбаться.
— Как просто ты сделал обо мне вывод, — фыркнула недовольно Каролина и закатила глаза.
— Влад только так и делает, — усмехнулся Вова, сложив руки на груди.
— Это что, собеседование? — усмехнулся Коновалов. — Только так и делает?
— Покажи, что ты умеешь? — Виктор сложил руки на столе, глядя на Влада.
— Да иди ты нафиг, — хмыкнул Влад.
— Поздравляю, вы приняты в Госдуму, — с важным видом бросил Виктор и тихо посмеялся.
— В Госдуму не так принимают, — посмеялась Аня над шуткой.
— Я, например, не ношу шапку зимой, — Вика горделиво вскинула подбородок. — А как вы проявляете дерзость?
— Выйдешь зимой без шапки, а бабушки у подъезда, которые знают тебя почему-то как облупленного, начинают научать со своей колокольни, — высказал Вова.
— Бабушек никогда не надо обижать, — Аня, можно сказать, заступилась за пожилых людей. Её тоже постоянно комментировала бабушка, сидевшая у подъезда на лавочке. Такое чувство, будто лавочки около подъездов специально для бабушек ставили.
— Ты об этом не узнаешь, — Влад усмехнулся и больше ничего не сказал. Он прекрасно знал, что Аня слишком сердобольная.
— Я недели две назад видел НЛО, — проговорил Виктор после нескольких секунд молчания, отпивая кофе. В его глазах читалось то ли удивление, то ли лёгкий испуг.
— Ого! Серьёзно? — Каролина в изумлении посмотрела на друзей, её ложка замерла над десертом. — А что вообще такое НЛО? Ну, кроме того, что это летающая тарелка?
— Инопланетяне, конечно, — махнул рукой Вова, словно это очевидно. — Или, может, обман правительства, чтобы отвлечь нас от чего-то поважнее.
— Хах, Вов, ты как всегда в своём репертуаре, — улыбнулся Илья, кивая. — Но Аня, я думаю, у тебя есть своя, более… глубокая версия?
— Скорее, это нечто большее, чем просто инопланетяне или заговор, — Аня слегка улыбнулась, привлекая внимание друзей. — Я бы сказала, это своеобразная религия и вера.
— Поподробней, — заинтересовался Виктор.
Влад провёл рукой по волосам, поймав взгляд Ани. Тут же отвёл глаза, убеждая себя, что это ничего не значит. Взрослые люди не влюбляются от одного взгляда, верно?
— Вообще я правда думал, что НЛО — это инопланетяне, — проговорил тихо Виктор, когда Аня выключила телефон и убрала его, словно только что закончила что-то важное.
— Ну, я, скорее всего, не вижу в этом опасность, — простодушно пожал плечами Влад, и Вова кивнул. — Летают себе и летают.
— Каждому приходит понимание по-разному, — Аня улыбнулась, переводя тему на что-то лёгкое, но потом снова вернулась к НЛО. — Но если говорить серьёзно, то НЛО, инопланетяне и космические корабли — это не более чем проявление того, во что человек верил. Это проявление некой силы, которая учитывала веру человека.
— То есть, — заговорила Вика, ближе всех общавшаяся с Аней и её семьёй и больше всех знавшая про религию, — ты имеешь в виду, что это… ну, как бы, духовный мир? Инопланетяне — это демоны?
— Да нет, Вик, ты чего? — удивилась Каролина выводу Вики, чуть нахмурившись. — Демоны? Это уже перебор.
— Ну, не совсем так прямолинейно, Каролин, — вздохнула Майорова, кивая. — Но да, Вик, ты близка к истине.
— Логично, — усмехнулся Илья, кивая. Он вообще был более склонен к подобным разговорам с Аней, находя в них что-то для себя.
— А зачем такие ухищрения? — перебил Аню Влад, взгляд его стал скептическим. — Зачем им притворяться инопланетянами?
— Ну, мне кажется, это специально, — спокойно начала Аня, взгляд серьёзный, но без излишней уверенности. — Я вот читала, что их главная фишка — это обман. Они хотят, чтобы люди поверили в какую-то другую историю, отвернулись от того, что… ну, что считается истиной. Если бы они действовали открыто, многие, наверное, сразу поняли бы, что это нехорошее. А так, под маской «прогрессивных инопланетян», они могут незаметно влиять на умы, навязывать свои идеи. Это, как мне кажется, гораздо тоньше и, возможно, опаснее, чем просто хаос. Мой отец, например, часто говорит, что это такая… ну, духовная война за души.
— Демоны? — уточнил Виктор, голос его стал чуть тише.
— Да, — подтвердила Аня, глубоко вздохнув. — Духовный мир очень и очень большой, мы даже понятия не имеем, что именно там происходит.
— То есть, это как… ну, как в фильмах ужасов, когда что-то притворяется чем-то другим? — Виктор нахмурился, пытаясь осмыслить.
— Думаю, да, — кивнула Аня. — И я слышала истории, когда люди, которые сталкивались с этим, говорили, что всё начинается с каких-то странных явлений дома, а потом появляются синяки и порезы. И только потом они понимали, что это не инопланетяне, а что-то… другое. И что это можно остановить, если знать, как.
— Я пробовала один раз карты Таро насчёт своего парня, — сообщила Вика и посмотрела Ане в глаза. — Мне их выкинуть?
— Ну, Вик, это же логично, как по мне, — Аня повела плечом и облизала губы.
— Это твои религиозные взгляды? — уточнил Вова, неотрывно глядя в карие глаза.
— Это факты, Вов, — Майорова нервно хмыкнула и покачала головой.
— Звучит как сюжет для блокбастера, — пробормотал Виктор, задумчиво постукивая пальцами по столу.
— Да уж, «блокбастер» — это мягко сказано, — Вова скептически хмыкнул, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на беспокойство.
— Просто советую не увлекаться тем, что связано с оккультизмом, даже если это кажется невинной игрой, — посоветовала Аня друзьям, но не звучала особо категорично.
***
Когда встреча друзей подошла к концу, Аня уже собиралась сесть к Илье в машину, чтобы он её довёз, но в этот момент на телефоне высветился знакомый контакт — Тима. Сердце Ани ёкнуло от радости, на лице расцвела широкая улыбка. Она помахала Илье рукой — он может уезжать.
— Ты едешь домой?! — тут же радостно, почти сбивчиво, спросила Аня в трубку, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. В голосе звенела неподдельная надежда.
— Полегче, — на той стороне послышался приятный, глубокий мужской смех — такой знакомый и родной. — Ты сейчас где?
— Около кафе рядом с Белым Домом, — мигом ответила Аня, улыбка стала ещё шире, бесконтрольной. — Ты уже в городе, Тим?
— Жди.
Это были последние слова перед тем, как он отключился. Радости Ани не было предела. Она еле сдержала счастливый писк, продолжая топтаться на месте, словно пружина. Ждать пришлось долгие двадцать минут, которые показались вечностью. Девушка вся извелась, то и дело поглядывая на дорогу, нетерпение росло с каждой секундой.
Через некоторое время к кафе, словно яркое пятно в сумерках, припарковалось такси красного цвета. Дверца распахнулась, и из машины вышел высокий голубоглазый парень с чуть растрёпанными русыми волосами. Его широкие плечи и уверенная походка выдавали человека, привыкшего к самостоятельности. На лице играла лёгкая, но искренняя улыбка, а в голубых глазах светилась радость встречи, смешанная с лёгкой усталостью от долгой дороги. Он поправил лямку рюкзака на плече — жест, знакомый Ане до мелочей.
— Наконец-то ты прилетел! — отстранившись, проговорила Аня с сияющей улыбкой, глядя снизу вверх на своего старшего брата. — Родители тебя заждались. И я тоже! Тебя так долго не было…
— Я часто забываю, что тебе уже двадцать три года, — Тимофей обхватил её лицо ладонями, прикосновение — нежное, полное братской любви, и улыбнулся. — Малая.
— У нас всего два года разницы, — посмеялась девушка, глаза блестели от счастья. Она положила ладони поверх его рук.
— А выглядишь ты как подросток, — отметил Тима с усмешкой, скользнул взглядом по её лицу и убрал руки.
— Бывает, — отмахнулась Аня. — Ты надолго к нам?
— Пока не знаю, но вещи с собой взял, — чуть повернувшись, парень показал рюкзак.
— Что-то как-то мало вещей, всего один рюкзак, — голос Ани чуть поник, улыбка стала менее яркой. — Ты ненадолго?
— Как пойдёт, но в Москву я пока что совсем не хочу. Здесь мне больше нравится.
Аня улыбнулась, кивая, надежда снова разгорелась.
— Потому что здесь ты свой человек, и у тебя здесь больше знакомых и друзей, — одобрила она его вывод, внимательно рассматривая лицо брата, словно пытаясь запомнить каждую черту. — Поехали к родителям?
— Не поехали, а пошли, — Тима с усмешкой раскинул руки: — Я без машины вообще-то.
Аня тихо посмеялась, вспоминая, что они с родителями хотели подарить ему машину, но пока ничего не получалось. Придётся попозже. Девушка искренне надеялась, что Тима снова не уедет, что на этот раз он останется надолго.