ℱ𝓇ℴ𝓂 𝒽𝒶𝓉ℯ 𝓉ℴ 𝓁ℴ𝓋ℯ ℴ𝓃ℯ 𝓈𝓉ℯ𝓅

Ночь. Всё ещё тёплая и тревожная.

Чан почти не спал. Он лежал рядом, слушая твоё дыхание, иногда лёгкое постанывание во сне. Каждые полчаса он прикладывал ладонь ко лбу, поправлял прохладную салфетку, и даже вставал пару раз — обновить её, принести ещё воды, посмотреть на градусник.

Термометр показывал 38,6. Его челюсть напрягалась каждый раз, когда он на это смотрел.

Он смотрел на тебя в полутьме — растрёпанную, с покрасневшими щеками, тихо сопящую в простынях, с разбросанными по подушке волосами. Такой ранимой и хрупкой в этом состоянии.

— Ты вообще когда-нибудь будешь беречь себя?.. — тихо выдохнул он, поправляя край одеяла, чтобы лучше укрыть тебя. — Или ты думаешь, я просто так буду с тобой всю ночь сидеть?

Ты чуть пошевелилась, глаза приоткрылись, мутные от температуры.

— …Чан?.. — прошептала ты.

— Тсс, спи. Я рядом, — ответил он почти автоматически, привычно, будто вы всегда были вместе.

Ты снова уткнулась в подушку, бормоча что-то вроде "бесишь" и "отстань", но к нему всё равно подалась ближе.

Он слабо усмехнулся.

— Вот ведь… даже в горячке характер показываешь — прошептал он, но голос был тёплый, почти ласковый.

И он остался рядом. До самого рассвета.

Сначала ты просто вертелась в кровати, под одеялом становилось то жарко, то холодно. Потом начала дышать тяжелее, и где-то ближе к трём часам ночи, Чан проснулся от того, что ты тихо всхлипывала во сне и жалась к подушке.

Он сел, щёлкнул браслетом на руке, чтобы проверить температуру в комнате — было прохладно. Подумал, что ты просто замёрзла, но когда он дотронулся до твоего лба, его губы тут же сжались в тревожную линию. Обжигало.

— Боже, ну конечно, — пробормотал он себе под нос. — Ходила босиком по кухне, как назло, да?

Ты что-то невнятно промычала, не просыпаясь.

Он быстро поднялся, тихо прошёлся по комнате, открыл аптечку. Аккуратно сунул градусник тебе под мышку, прижал твою руку, чтобы не уползла. Сам сел на край кровати, взъерошив волосы и глядя на тебя с досадой и беспокойством одновременно.

— Упрямая… как всегда, — тихо выдохнул он.

Когда температура показала почти 39, он чётко и молча начал действовать: таблетки, прохладное полотенце на лоб, воду через трубочку в полусне. Потом сел рядом, прижав ладонь к твоей щеке.

— Нютик, если ты меня слышишь… я тебя убью, если ещё раз пойдёшь по кафелю босиком, — шепнул он, почти ласково.

Ты тихо, во сне, что-то буркнула, и он, вздохнув, лёг рядом, не отрывая от тебя взгляда. Всю ночь Чан не сомкнул глаз — каждые 30 минут проверял твоё состояние, снова и снова менял полотенце и укрывал, когда ты сбрасывала одеяло.

А утром… он выглядел как зомби, но глаза его светились, потому что температура начала спадать. И в этот момент он только шепнул:

— Вот и попробуй не привязаться к тебе.