ℱ𝓇ℴ𝓂 𝒽𝒶𝓉ℯ 𝓉ℴ 𝓁ℴ𝓋ℯ ℴ𝓃ℯ 𝓈𝓉ℯ𝓅

Дверь спальни с лёгким щелчком захлопнулась за вами, и ты молча развернулась, подходя к нему — глаза полные огня. И не дождавшись ни слова, ни даже взгляда в свою сторону, просто шмякнула ладонью ему по плечу с резким хлопком.

— ЧАН!
— Ай! — он вздрогнул, рефлекторно приподняв руки, — Ты чего?!

— ТЫ ЧТО ТО ПОПУТАЛ?! — ты задышала громче, и голос дрожал не от страха, а от возмущения, — Я понимаю, мы играем, хорошо, я терплю. Терплю, когда ты называешь меня «малышкой» при маме. Терплю, когда тянешь за руку, будто правда имеешь на это право. Но то, что ты сделал — это был, мать его, перебор!

— Эй, — он поднял ладони, будто сдаваясь, но во взгляде мелькала та же упрямая искра, — Я просто… убедительно играл. Родители ведь поверили? Это главное.

— Да пошёл ты со своей убедительностью! — бросила ты, едва не пнув его тапком, — Мне до сих пор щёки горят.

Он хотел сдержать усмешку, но в уголках губ дрогнула ухмылка.

— Чан, — прорычала ты, медленно подходя ближе, указывая пальцем прямо в грудь, — ещё один такой финт, и я сдам тебя родителям. Скажу, что ты — псих с любовной манией. Понял?!

Он прикусил губу, притворно серьёзно кивнул.
— Принято.

Ты прищурилась:
— И без этих своих ласковых «малышек» и «зайчиков». Я не твой питомец.

Он не удержался и всё-таки пробормотал тихо, но с усмешкой:
— Ладно,малыш.

— ЧАН!

Утро выдалось особенно ярким: сквозь шторы лился солнечный свет, на кухне доносился запах жареных тостов и кофейный пар от свежесваренного латте. Ты лежала на краю кровати, спиной к Чану, закутавшись в одеяло как в щит. После вчерашнего "цирка с поцелуем" тебе хотелось либо провалиться сквозь землю, либо провалить его.

Но не успела ты окончательно проснуться, как в дверь спальни тихо постучали, и прежде чем ты что-либо успела сделать — Чан резко сел, притянул тебя к себе, устроил рукой на своей груди и…

— Ма, не входи! — крикнул он громко, но будто сонным голосом, — Она спит еще, малышка устала вчера…

Ты сжала кулаки.
— (шёпотом сквозь зубы) Чан… отпусти меня, пока я не укусила тебя за всё то, чем ты думаешь…

— Молчи, ты ещё спишь, — так же шёпотом ответил он с усмешкой, прижавшись щекой к твоей макушке, — Оскар меня за такое точно вручит.

После недолгих шагов за дверью — голос мамы:
— Ну, тогда позже завтрак принесём, не торопитесь!

Ты выдохнула, уткнувшись лбом в его плечо:
— Поскользнись. Упади. Забудь кто ты.

Он тихо хмыкнул:
— О, ты влюбляешься. Я чувствую.

Ты резко отодвинулась, глядя на него с выражением «ты реально дебил».
— Чан, если ты хочешь, чтобы этот спектакль закончился со скандалом и ударом по твоему прекрасному лицу — ты на верном пути.

Он развёл руками:
— Ладно-ладно, всё. Без поцелуев, без обнимашек. Чисто деловое партнёрство. Брак по контракту. Ты — актриса, я — раздражающее великолепие.

Ты встала с кровати, накидывая халат и бурча:
— Раздражающее — да. Великолепие — на грани удаления из моей жизни.

Он проводил тебя взглядом с ухмылкой:
— Завтракай со мной, любимая?

Ты, не оборачиваясь:
— Только если ты поперхнёшься и надолго.