ℱ𝓇ℴ𝓂 𝒽𝒶𝓉ℯ 𝓉ℴ 𝓁ℴ𝓋ℯ ℴ𝓃ℯ 𝓈𝓉ℯ𝓅

— Я не верю, что я на это согласилась.
Ты сидела в его кабинете за массивным деревянным столом, глядя на лист контракта с печатью. Настоящий. Юридически оформленный. С подписями.
Брак.
На месяц.

Чан, вальяжно откинувшись в кресле, медленно потягивал холодный чай и с довольной миной изучал твои муки.
— Можешь считать, что продала душу дьяволу. Только я куда сексуальнее.
Он подмигнул.
Ты закатила глаза и бросила ручку на стол:
— Это не брак. Это — каторга. С розовыми сердечками.
— Каторга с бесплатными завтраками и возможностью ночевать в обнимку со мной. Я бы сказал, ты ещё и в плюсе.

Ты скрестила руки на груди, откинулась в кресле и холодно прошипела:
— Если ты хоть раз скажешь при ком-то «моя жена» — я ударю.
— Хорошо… жёнушка.

Ты с шумом встала.
— Считай, ты уже вдовец.

Вечер. День заключения сделки.
Ужин с его родителями. Свадебные кольца — ненастоящие, но блестящие. На пальце чужой холод.
Ты стояла в длинном светлом платье, которое мама Чана радостно тебе вручила "для символичности", а он — в расстёгнутом пиджаке и с широкой ухмылкой.

— Давайте сделаем семейное фото! Вы теперь муж и жена, хоть и совсем недавно!

Ты стиснула зубы.
Он приобнял тебя за талию, прижал к себе ближе и склонил голову к твоей щеке.
— Улыбнись, жёнушка, — прошептал он, и ты услышала в его голосе... нечто тёплое, не такое ехидное, как обычно.
Ты непроизвольно замерла.
На фото получилось: он — сияющий, ты — с криво скривленным ртом, в полупанике.
— Отлично вышло! — воскликнула мама Чана.
— Да, как настоящие... — тихо сказал он.

Ты отвернулась и сжала кольцо на пальце.
Месяц. Один. Месяц. Я это переживу. Я должна.

Первые дни "супружеской жизни"
Контракт подписан. Кольца надеты. Родители счастливы.
Ты — на пределе.
Он — слишком доволен собой

Ты стояла на кухне в своей  футболке, которая почти доходила до колен, разогревая воду на чай. Волосы спутаны, настроение — как погода в ноябре.
Позади раздался зевок, а потом — руки замкнулись у тебя на талии.
— Доброе утро, жёнушка.
— Чан…
— Ммм?
— Если ты ещё раз назовёшь меня женой — я засуну этот чайник тебе в…
— В чашку? — подсказал он с невинной улыбкой. — Так и знал, что ты заботливая.

Ты раздражённо сбросила его руки, но он всё равно влез на кухонный стул рядом, не отводя взгляда.
— Ты следишь за мной, или у тебя просто нет жизни?
— Моя жизнь — это ты, детка.
— Господи, ну ты и идиот…

День второй.

Ты пыталась переодеться в комнате, уверенная, что он ушёл на встречу.
Но стоило тебе застегнуть молнию на спине, как сзади раздался голос:
— Ты бы попросила меня помочь, а не мучилась.
Ты подпрыгнула.
— ЧАН!!
— А? Я же твой муж, разве не могу любоваться?
— Ты случайно не хочешь закончить свою жизнь сегодня?
— Неа. У меня через 10 минут видеозвонок. Надо, чтоб жена на заднем фоне была. Для убедительности.

Ты выдохнула и натянула первый попавшийся свитер.
— Это ненормально.
— Это романтично.
— Это — ад.

День третий.

Вы приехали в магазин за продуктами — вроде бы обычная пара.
Пока ты выбирала хлеб, Чан подошёл сзади, обнял за плечи и прошептал:
— Хочешь того багета, который с кунжутом? Или тебе уже хватит одного длинного и вкусного мужа?
Ты резко обернулась:
— ЧТО ты сейчас сказал?!
— Я уточнял про багет, — ответил он с ангельским лицом. — Люди, между прочим, слушают…

Прохожие действительно смотрели на вас с улыбками.
Ты потянулась за батоном и легонько ударила его по голове.
— У нас фиктивный брак. Фик-тив-ный.
— Да, но фиктивные эмоции не означают, что я не могу влюбиться в фиктивную жену.

Ты замерла.
Он уже отошёл к отделу с кофе, а у тебя внутри… что-то ёкнуло.