Глава 38
Что?! Мигом слетев со стремянки, я подбежала к двери и посмотрела на экран домофона. С чего вдруг?
— Он тебя предупреждал?! — нервно спросила я у Алеса и требовательно уставилась в черные глаза. Прямо сейчас меня не очень заботило, как это звучало, потому что... Потому что кое-кто вдруг решил активно поучаствовать в моей жизни! Родителя изобразить. Запыхтев, я снова бросила взгляд на экран. То есть не общался со мной с самого показа, а тут нате! Снова будет заботливые сопли изображать!..
— Ничего мне сказать не хочешь? — вкрадчиво поинтересовались сверху. Я исподлобья глянула на Алеса, но он лишь вскинул бровь. Пф. Независимо передернув плечами, поджала губы.
— Нет, не хочу.
— Кай?
— Что?!
В дверь снова позвонили и теперь мы оба повернулись к экрану. Потом помолчали...
— Вы поссорились?
Я закатила глаза. Блин, Алес, я тебя люблю, конечно, но не до такой степени, чтобы посвящать в семейные дела. Сделав вид, что не услышала вопрос, я собралась отойти обратно к ёлке и даже кинула: «Нас нет дома, не открывай», когда меня перехватили поперек туловища и, вернув на место, смерили пристальным взглядом.
— Мы с тобой потом пообщаемся. Горло у кофты поправь, засос видно.
Чего? Когда он у меня появился?.. Пока я, краснеющая, недовольная, но поправляла воротник, Алес уже открыл дверь и почти дружелюбно выдал:
— Посмотрите, кто до нас снизошел. Привет.
— Посмотрите, кто сейчас получит приветственный подзатыльник, — ехидно отозвался папа, — Где Лесса?
Глубоко вдохнув и призвав себя к спокойствию... Я развернулась к двери и выглянула из-за Алеса. Даже нашла сил улыбнуться.
— Привет, пап.
— Привет, солнце, — он тоже улыбнулся и, шагнув ко мне, сходу крепко обнял. Да вашу ж... Отчаянно скривившись, я условно обняла его в ответ и попыталась отстраниться. Правда, едва меня отпустили, пришлось нацепить улыбку...
— Ага, а меня значит проигнорировал? Ну, я запомню... — проворчал Алес, закрывая дверь и обходя нас по дуге, — Ты с важным сообщением или на чай задержишься?
Я мысленно фыркнула. Не знаю, почему Алес такой дерзкий, но мне нравится. Так его. Будет знать, как игнорировать меня, а потом изображать заботу... Внутри поднялось недовольство, едва я вспомнила, как папа позвонил мне позавчера ночью. Хотя, по-хорошему, на Алеса тоже стоило разозлиться, это же он на меня донес, точнее про меня... Пока я внутренне злорадствовала и аккуратно, по шажочку, отодвигалась в сторону гостиной, папа смерил Алеса взглядом, подошел ближе и... Обнял. Э... Ошарашенно смотря на то, как мой отец тискает Алеса, я немного зависла, а вот Алес наоборот был не впечатлен и начал отмахиваться.
— Ты ж наш малыш, обиделся, да? Ну, я тебя сейчас тоже обниму, на десять лет вперед... — язвительно сюсюкал папа, пока Алес с диким шипением пытался вывернуться.
— Прекрати меня позорить! Я, блин, твою дочь учу, какого хрена, Алекс!
— Пф, учи сколько влезет, она все поймет, — папа наконец-то отпустил Алеса и подмигнул мне, — Он у твоей мамы учился, с двенадцати лет со мной ошивается, считай свой, так что если он начнет злорадствовать на занятиях, зови, я ему отомщу. Говорил же, сто лет его знаю... Неужели он все это время был паинькой? — он окинул Алеса задумчивым взглядом и деланно прищурился. Я стиснула зубы. Как же, зови. История повторяется, ты и год назад мне это сказал! А потом просто ушел в игнор, и никакой помощи!.. Алес с матерным шипением переделал хвост и, зыркнув на отца, поправил футболку.
— Я знаю, — мрачно пробормотала я, переводя взгляд с одного мужчины на другого. И что за бред вообще здесь происходит? Впервые в жизни такое вижу, это нормально? Раньше они так...
— Да? А откуда? — папа удивленно вскинул брови, — Я вроде пока об этом не напоминал...
— Я сказал, — отозвался Алес, включая кофемашину, — Чай, кофе, потанцуем?
— Шутник... Кофе, — хмыкнув, папа сел на стул и, раздвинув упаковки, оперся на столешницу. Видимо, разговор все же будет... Поняв, что сбежать к моей мишуре сейчас не получится, я подошла к Алесу и тихо уточнила:
— Тебе помочь?
Он отрицательно мотнул головой. Блин. Тяжко вздохнув я развернулась к столу... Чтобы мгновенно поймать внимательный взгляд отца. Блин! Сделав невозмутимое лицо, села напротив него и тоже оперлась о столешницу.
— Ну, как дела у моего солнышка?
Угу, и смотрит. Да что ты на меня смотришь?! Я не билась в истерике сутки, у меня не дергаются глаза, не лопнувшие сосуды и не опухшие веки, нос не красный, и вообще, я вполне нормальная. Зачем вот это все надо?
— Все хорошо, — сдержанно улыбнулась я и подергала неизвестно откуда взявшийся заусенец, — Заняла второе место на экзаменах, но в следующем семестре исправлюсь. А у тебя?
— Разрабатываю имитацию линеек под сладости, чем я еще могу заниматься, — он фыркнул, открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Тем более, к нам подошел Алес, поставил перед ним чашку с кофе, а мне под нос подсунул стакан с соком.
— Какие планы на каникулы? — все же нашелся с речью папа. А действительно, какие? Я выжидающе уставилась на Алеса, с невозмутимым видом попивающего кофе.
— Я тебе потом расскажу, а то для Лессы это пока секрет, — он коварно ухмыльнулся, а едва я прищурилась, папа засмеялся и кивнул. Потом снова посмотрел на меня, явно собрался что-то сказать, снова передумал...
— Лесса, покажи Алексу архитектурный шедевр, который я из твоей комнаты сделал.
— Ты про то розовое безумие? — буркнула я, понимая, что мне только что непрозрачно намекнули на то, чтобы я шла в комнату и поговорила с отцом. А вот не хочу! Не буду я с ним разговаривать! Он со мной не хотел общаться, а теперь у меня желания нет. Мрачно уставившись в черные глаза, я сложила руки на груди, но мне недвусмысленно указали глазами на коридор и, сдержав все нецензурные комментарии, я поднялась с места.
— Ладно...
— Да уж, раскомандовался ты... — протянул отец и встал со стула, — Но я бы посмотрел, если у тебя там ничего криминального на видном месте не лежит.
Я совсем скисла, а вот Алес тихо хмыкнув, съязвил:
— Это ты на ее экипировку намекаешь?
— На что ж еще. Вы ж у нас все такие секретные, я ж, наверное, от жены ничего за всю жизнь не узнал, — ехидно подкололи нас, но мы синхронно сделали невозмутимые лица и переглянулись.
— Ничего не знаем, — сказал Алес, и я таким же тоном отозвалась:
— Не знаем. По крайней мере у меня там точно ничего не лежит.
Потому что в комнате я последний раз была позавчера, а экипировку вообще с последней тренировки не трогала. Из рюкзака с экзаменов тоже так ничего и не вынула... Но разговаривать-то как не хочется!
— Тогда вперед, веди, — меня подхватили за руку и решительно потащили в коридор. Эх... Тоскливо посмотрев на Алеса, я получила в ответ непреклонный взгляд и, недовольно скуксившись, почапала дальше. Вот я не понимаю, что ему дались наши отношения с отцом?.. Или он так себе баллы набивает? Вот между прочим, про нас он ему не сказал, так для чего баллы?!.. С другой стороны, я бы тоже не сказала. Во-первых, у меня по уставу такие отношения запрещены, а во-вторых... Я открыла дверь и нахмурилась. У них какие-то странные отношения, не понимаю, как папа вообще может отреагировать, если я скажу, что мне нравится... Алес.
Стоило мне закрыть дверь и пройти в комнату, как между мной и отцом повисла напряженная тишина, которую я не собиралась разряжать. И не подумаю. Достал. Папа окинул взглядом комнату, хмыкнув над цветочными гирляндами и воздушными занавесками, без особого интереса заглянул в гардеробую... Я присела на край стола и, сложив руки на груди, с каменным лицом уставилась в стену. Папа вышел из гардеробной, остановился рядом...
— Лесса... — все же через пару минут начал он, — Ты уверена, что в порядке? Все же ты...
Начинается... Сжав зубы, я досчитала до трех, а потом развернулась и прямо посмотрела на него.
— А ты не мог бы прекратить? — тихо, но отрывисто сказала я, смотря в синие глаза.
— Что? — он нахмурился и окинул меня удивленным взглядом. Бесит. Закатив глаза, я выдохнула, снова посмотрела на него и со смешком сказала:
— Пап, можно ты не будешь ломать комедий и делать вид, что тебе интересно? Ты меня игнорировал месяцами. Тебе появляется до меня дело, только когда речь о работе, на звонки ты не отвечаешь, а приходишь, только когда тебе надо что-то сказать... — он попытался меня перебить, но... меня понесло. Мало того, что из-за него я, уже почти успокоившись, сорвалась позавчера, скатилась в истерику, так ведь... Я для него как инструмент!
— Ты либо и дальше придерживайся деловых отношений, либо хотя бы на звонки отвечай раз в месяц! — процедила я, делая шаг вперед, — Тебе рассказать, сколько раз я звонила тебе с мая? Ты ни разу мне не ответил! Но пришел чтобы сказать об этом гребаном Салерно! — я нервно рассмеялась, — Этот Оскар старый извращенец! У нас десять лет разницы, а он меня взглядом облизывает, это мерзко! Еще и на другую обстановку намекает! Ты меня продать пытаешься, или что? «Чтобы ты была счастлива»? — я сделала большие глаза и с сарказмом прошипела:
— Пап, я буду очень счастлива, если ты наконец-то вспомнишь, что я не вещь. И прекратишь совершать совершенно смешные и нелогичные поступки, ты просто какой-то клишированно плохой отец!..
Тяжело дыша я закончила тираду и поняла, что в глазах уже стоят слезы. Блин! Недовольно нахмурившись, резким движением вытерла щеки и отвернулась. ...
— Лесса... — папа замолчал, потом шагнул ко мне и коснулся моего плеча, — Прости. Я... Ты же меня знаешь, постоянно в работе, я даже не думал, что...
Папа нерешительно замолчал, но мне уже было все равно. «Постоянно в работе». Я эту фразу слышу чаще чем собственное имя!
— Солнце, ты никогда не была для меня вещью, — меня вдруг обошли и обняли, — Я правда беспокоился за тебя вчера, ты выключила телефон, Лексан что-то непонятное бормочет и кормит своим «все хорошо»... Я ведь знаю, как ты ранима, хотя и делаешь вид, что это не так, — он изобразил улыбку, но я раздраженно отмахнулась от его рук, — И то что я говорю про работу — не отговорки, все действительно так. Большой проект требует много времени, много сил, я уже живу в мастерской фактически! — он всплеснул руками и снова попытался меня обнять, — Прости за звонки, у меня правда не было возможности... Но я всегда в курсе, что у тебя происходит. Знаю, что ты всегда первая, знаю, что ты делаешь успехи, знаю, что у тебя есть друзья и ты проводишь время с ними. Лекс мне все рассказывает... Просто так получается.
Устало выдохнув, я прикрыла глаза. Непривычно. За два года я уже отвыкла так стоять в объятиях отца, да и вообще от него отвыкла, да и... Глухое раздражение медленно перерастало в обиду, от которой защипало в носу. Сжав губы, я вздохнула и глухо отчаянно возмутилась:
— Пап, у тебя всегда так получается! А мне что остается? Быть выгодной невестой? Или инструментом, который подстраивается под твои проекты? Я не хотела быть моделью, но ладно, мне объяснили, зачем мне это нужно и почему надо запихнуть недовольство подальше. Хорошо. Но просто приходить и ставить перед фактом... — я на секунду прикрыла глаза, чтобы успокоиться, — Ты даже какие-то личные вопросы задаешь для проформы. Ты не думал спрашивать у меня, а не у Лекса? Ты даже почту мою попросить не удосужился!..
— Лесса, это не так, — он отстранился и по-доброму улыбнулся, — Мне правда интересно.
Ну конечно... Я, не скрываясь, закатила глаза, на что получила веселое:
— Нет, ну какая ты подозрительная, а? Это ты от Лекса заразилась? Вот так и знал, что из вас адская смесь выйдет: один, безбашенный невоспитанный тип и вторая, себе на уме с вредным характером... — тут я уже открыла рот чтобы возмутиться, но папа вдруг серьезнее продолжил:
— Я услышал тебя, солнышко. Нам явно стоило поговорить об этом раньше, но... как вышло. Давай закроем тему тебя, как вещи, твоей свадьбы и будем говорить о деловом в рабочее время... Или вообще буду это только с Лексом обсуждать? Хочешь?
— Нет не хочешь, я тоже человек и тоже существую! Не надо все через него! — я выпуталась из его объятий и возмущенно всплеснула руками, — У меня тоже есть телефон, просто позвони и спроси, если хочешь! И свадьба... Откуда вообще это взялось? Что за глупости?!..
Папа немного удивленно приподнял брови, потер шею... И, пожав плечом, спокойно отозвался:
— Мы с Себастьяном разговаривали на эту тему, и он предложил, а я согласился... Возраст позволяет, да и компании поддержка не помешала бы. Ты все равно кроме учебы ничем особо не увлекаешься, так что...
— Что? — я аж опешила и еле успела поймать свою челюсть, — С дедушкой? Вы что, с ума сошли? И в смысле я не увлекаюсь? Ты мне от скуки замуж выйти предложил?!
Увидев мое возмущение, папа непонимающе приподнял бровь, склонил голову к плечу... Нет, ну вы посмотрите на них! Они поговорили и согласились! Что за... Да что за дебилизм такой? Это идея ради идеи? Из разряда «а почему нет»? Да даже Алес со всей его неадекватностью и то реальнее задачи ставит!
— Солнце, это нормально, — он подозрительно присмотрелся ко мне и попытался пояснить:
— Ты же дружила с Хезер? Ее родители договорились о помолвке еще в прошлом году, разве с ней что-то случилось?..
Это он под моим взглядом запнулся, ага. Причем тут Эшли? Во-первых, мы никогда не дружили, у нас мирный нейтралитет... был! А во-вторых, если ее такое устраивает — пожалуйста! В моих глазах это убивает ее умственные способности окончательно. Киллер, вышедший замуж за обычного парня? Чушь какая-то!.. Я вдруг посмотрела на папу, вспомнив про маму и... Вот это пример, почему это бред. Он ничего не понимает! Папа уже собирался сказать что-то еще, но я мгновенно взвилась и уставилась на него самым яростным взглядом из всех. И брови свела для грозности, но тут уж он возмутился и сложил руки на груди.
— А ты чего так реагируешь, неужели мы кого-то подвинули? — он прищурился и недовольно процедил:
— Риана опять сводней подрабатывает? Сколько еще ты будешь с ней дружить? Мне мало было тебя из полиции забирать, теперь еще и с ее тусовок вытаскивать?..
— Нет, не подрабатывает, и никого не двинули, — перебив его, жестко ответила я, поняв, что с темы надо свернуть и без подробностей, — И что значит «из полиции»? Один раз было, и вытаскивал меня не ты, а деда! К тому же, с твоими идиотскими идеями это даже в сравнение не идет!
Папа вдруг скривился, развел руками и криво улыбнувшись, примирительно сказал:
— Я уже это заметил, прости. Я понял, что идея со свадьбой была не вовремя, видимо, тебе рано... — он внезапно прищурился, — А что, говоришь, Оскар сделал?
Я мгновенно фыркнула и скривилась, едва вспомнила этого медведя. Идея не «мне рано», а идиотская! И не думая покрывать любителя нежнятины, я сложила руки на груди и без зазрения совести выдала:
— Весьма неприличный намек на «в другой обстановке», — я противно спародировала мужчину и махнула рукой, — Плевать, я все равно никуда выходить не собираюсь, и времени у меня на эти самые обстановки, даже при желании, нет. Особенно после его сальных взглядов.
Я демонстративно презрительно дернула плечом, папа нахмурился, но ничего не сказал, лишь хмыкнул и, шагнув ко мне, снова сгреб меня в объятия. Да что такое? Ну что? Я его еще не простила...
— Я тебя понял, солнце, — он тихо хмыкнул и погладил меня по голове, — Никаких парней, никаких свадеб, у тебя учеба, карьера... Кого кстати карьера в итоге? Официально.
— Кого-кого, — сдавленно отозвалась я, высовывая нос наружу, к воздуху, — Модели, наверное... У нас был недавно разговор на тему зарплат, если ты понимаешь, и я подумала... Что мне проще будет с тобой работать, чем искать что-то новое. Хотя я все равно считаю, что это странно, киллер и модель... С другой стороны, — уже совсем тихо пробормотала я, — В эту сферу кроме нас точно никто из ВАНУ не сунется, и можно не беспокоиться, что встретишь кого-то знакомого... — тут я вздохнула и, вспомнив кое-что важное, возмутилась:
— Но «Люмени» это подстава!
— Не подстава, а путь к развитию, — наставительно прозвучало сверху, — Но я рад, что ты определилась.
Промычав что-то в согласие, я обреченно вздохнула, понимая, что меня не выпустят, но... Подведенным итогом осталась довольна. К тому же, о работе я правда думала: пока распутывала гирлянды, по инерции размышляла обо всем услышанном от Алеса и вот... Он прав, со «своим» работодателем, тем более, что это мой папа, работать намного проще. Да и зачем брыкаться, если вот, уже принесли возможность на блюдечке, как говорится? Поэтому да, я смирилась, нашла плюсы и задумалась о том, чтобы серьезнее отнестись к этой профессии. Время бы еще на все это...
— Предлагаю проведать Лекса, а то мы его там в одиночестве кинули, — заговорчески сказал папа, и я фыркнула. Скорее, это Алес меня с тобой кинул, подставщик... Кстати о нем! Меня отпустили и направились к двери, а мне один вопрос покоя не давал. Поэтому, выйдя в коридор, я подозрительно уточнила:
— Пап, а что это за шоу с тисканьями? Это вообще... Ну... Нормально?
— М? — он удивленно вскинул брови и вдруг ехидно ухмыльнулся, — Я же говорю, Лекс у нас дома давно ошивается, почти родной, так что не подколоть его, когда есть возможность? Не смеши, тем более, что он сам напросился. Будет знать, как мне язвить. Взрослый парень, а все детство в одном месте... — тут он посмотрел на меня, — И ты туда же. Вон, смотри, какая выросла, а все с гирляндами бегаешь, взрослая ты моя.
Меня, кажется, немножко перекосило, потому что папа, посмотрев на меня, хмыкнул. Нет, ну в смысле? Надувшись, пробормотала:
— Хочу и бегаю, имею право, и вообще, в смысле, как родной?
— А ты представь, что было бы, если бы у Лекса была жена? Вот примерно так.
При мысли о том, что у Алеса могла бы быть жена, меня перекосило еще больше, а самого Алеса захотелось почему-то стукнуть... Еще и блондинка та припомнилась. С другой стороны, до меня дошло, что хотел сказать папа, поэтому вопрос о том, как он отреагирует, когда я скажу, что встречаюсь с Алесом, становится еще актуальнее...
— Ты кому там меня уже сосватал, а? — раздалось от великого и ужасного собственной персоной, когда мы зашли на кухню. Покосившись на папу, я заметила его широкую ухмылку и только покачала головой. Да уж. Как выяснилось, не только я могу подвергаться таким внезапным подколкам, наш суперопасный, самый смертоносный садист этой участи тоже не избежал. Тут даже пистолеты не помогут...
— Пока никому, но если ты хочешь... — невозмутимо отозвался папа, и мы с Алесом чуть ли не синхронно вздрогнули.
— Спасибо, обойдусь, — язвительно отбрил он, и я встретилась с внимательным взглядом черных глаз. Что, заставил меня с ним поговорить и волнуешься? Вот и волнуйся. Независимо передернув плечами, я прошла в гостиную и, усевшись на пол, взялась за гирлянды. Один момент:
— Пап, ты так и не сказал, ты с чем-то важным или на чай?
— Я думаю, ты поняла зачем я пришел, но если мне тут не рады, то я могу и уйти, — ехидно отозвался он с кухни. Повернувшись, я смерила скептическим взглядом идиллическую картину: Алес с папой за столом и с кофе, оба умиленно на меня смотрящие. Фыркнув, я не выдержала и, отвернувшись, громко выдала:
— Если вы продолжите на меня так смотреть, я просто встану и уйду, чтобы вас не смущать. Либо подарите мне уже погремушку и запихните в манеж!
Сзади повисла тишина, а потом они синхронно хмыкнули.
— Больно ты нужна, смотреть на тебя... — ехидно отозвался Алес, а папа согласно угукнул. Ах ты... Возведя очи к небу, я смиренно вздохнула. Алес он Алес и есть, белобрысый садист и ехидна...
Пока я разбиралась со своим богатством, мужчины о чем-то тихо переговаривались, но у меня желания вникать в их разговоры не было. Все равно, если это будет иметь отношение ко мне кто-нибудь из них потом мне все перескажет. Меня больше волновал разговор с папой и... Выводы. Перебирая все по косточкам, я была вынуждена признать, что он, в общем-то, был вполне искренен, да и пришел ведь лично. Было бы ему все равно, позвонил бы... На грани сознания все равно царапалась мысль, что все предыдущие поступки забывать бы не стоило, но... Но. Настроение было хорошее, я уже оттаяла и в общем-то... На первый раз прощу. А дальше тоже к дедушке пойду жаловаться, раз они там совещаются. Кстати, а этот мужчина мне когда вообще последний раз звонил?! На день рождения в том году? Или перед выпускными экзаменами? Что за наглость?!..
— Лесса, ты придумала, как день рождения отметишь? — словно подслушав мои мысли, спросил папа, отвлекая меня от злобного комкания гирлянды. Тьфу. Отлепив от пальцев мишуру, я встала и, подхватив с собой связку шариков, забралась на стремянку. Устроилась поудобнее и, все же повернувшись к ним, склонила голову к плечу.
— Нет. Наверное, я буду спать или работать, потому что это будут либо каникулы, либо проект твоего обожаемого «Люмени»... — тут я нахмурилась, — Лексан, а он у нас надолго, этот проект?
Алес приподнял бровь, но отставил чашку, подхватил со стола смартфон...
— Чуть больше двух недель. Или нет, почти три.
Почти три... Я мысленно прикинула, но поняла, что у меня с этим все равно проблемы. Задумчиво почесав кончик носа, снова уточнила:
— А с какого числа?
Видимо, не я одна занималась подсчетами, потому что Алес сосредоточенно смотрел на экран, а когда поднял голову, сказал:
— Увы, мы все еще будем во Фларене.
Расстроиться ли мне? Я озадаченно нахмурилась. С одной стороны, восемнадцать исполняется раз в жизни, с другой... А оно мне надо? В том году хорошо тортик скушали, и в этом я на тортик согласна...
— Я про то, что если ты ничего не планировала — это отлично.
Не успев понять, кто это сказал, я подняла на них мрачный взгляд. Ага...
— Пап, а может без твоих идей? — поморщившись, устало попросила я и посмотрела на Алеса в поисках поддержки. Мне ответили понимающим взглядом...
— Не обсуждается, — папа ухмыльнулся и отпил кофе. И как не давится? На него уже и Алес смотрит пристально. Но нет, папа спокойно отставил чашку, развел руками...
— Не моя идея. Себастьян настаивает, говорит, такое событие на тормозах не спустит.
— Надо позвонить и дедушке тоже провести разъяснительную беседу, — пробормотала я под нос, — А вот почему он со мной это не обсудил? Он вообще куда пропал? Все еще путешествует? И когда его ждать обратно?
Была у него такая мечта, которую он успешно осуществил, когда я пошла в академию год назад. Собственно, скорее всего поэтому смс-ка от него и была только на день рождения и то одна, ибо находился он где-то в глуши. А тут... И свадьбу мне он придумал, и праздник... Либо папа так прикрывается, либо кому-то надоели путешествия и он пытается вернуться в привычную стезю. Интересно, а в академию деда не вернется случайно? От такой перспективы по позвоночнику скользнул холодок, и я вздрогнула. Ой. Ой!..
— Вроде бы вернулся, я до него еще не успел доехать, — отозвался тем временем папа, и я, на секунду побледнев... Неверяще улыбнулась. Что-о? Деда уже вернулся?!
— Это тот Себастьян, который Шали? — вдруг вклинился с уточнением Алес. Папа меланхолично отпил кофе и кивнул. Потом подумал...
— Вы вроде так и не познакомились, да? — он дождался кивка от Алеса и покачал головой, — Ну, вот и будет возможность.
— Па-ап! — тут же заныла я, но он поднял руки, показывая, что не собирается слушать. Нет, ну что за жизнь такая?! Всплеснув руками, я взвыла:
— Давай я с дедой чай попью, я только за, но день рождения!..
— Алекс, ты когда в следующий раз на чай зайдешь, лучше сразу говори, что у тебя новости, от которых у нас будет забот по горло, — в тон мне проворчал Алес, а я мысленно согласилась. Лучше предупреждай сразу, мы тебе яду подсыплем и решим все проблемы разом!..
В повисшей тишине на меня очень странно посмотрели оба, и я вопросительно вскинула брови.
— Кхм, — с неопределимой интонацией выдал Алес и, потянувшись, похлопал папу по плечу, — Она иногда вслух от усталости говорит, не обижайся...
— Надо было отдавать куда-нибудь в менее опасное направление... — пробормотал папа в ответ и опять покосился на меня, — А то так ведь и отравит...
— Не отравит, у нее и яда нет, и отчислят, если убьет кого-то... — буднично ответил Алес, причем, скорее на автомате, потому что запнулся и глянул на отца. А тот что? По очереди смерив нас очень многозначительным взглядом, он демонстративно поставил чашку и, махнув рукой, вообще из-за стола встал. С крайне оскорбленным видом.
— Злые вы оба. Одна ядом, второй про убийства... Я от вас пойду, — презрительно выдал он, — Тем более, что мне через полчаса надо быть вообще в другом месте, а я тут у вас уже второй час сижу.
— Если считать, сколько ты тут был за последние два года, то и полчаса не наберется, так что можно считать это расплатой, — пробормотала я себе под нос, но в тишине меня все равно услышали. Папа шумно вздохнул.
— Я же извинился...
— А? — я сделала вид, что ничего не говорила, но когда повернулась, поняла, что ни отец, ни Алес мне не поверили. Первый смотрел уже возмущенно, а вот второй... Тихо ржал в сторонку! Правда, быстро успокоился и серьезно произнес:
— Алекс, мы тебя поняли, приняли, простили, не забыли и ждем еще в гости. Иди с миром, тебе тут всегда рады, яд я у нее отобрал, она теперь безопасная... Еще бы шариками не кидалась, цены б ей не было. Ты хоть метче кидай!
Угу, это он на меня так отреагировал, а точнее на недолетевший до них елочный шарик, который радостно проскакал по полу и укатился под диван. Фыркнув в ответ на насмешливый взгляд Алеса, я вообще отвернулась. Мужчины! Ни единой здравой мысли, одни проблемы да головная боль! И после такого они требуют любви?
— М-да, весело у вас тут... — папа хмыкнул, — Лесса, а обнять?
— Не пойду, — буркнуло мое обиженное величество. Потом посмотрела на отца, впечатлилась его разнесчастным взглядом, и пришлось слезать.
— Вот, так-то лучше, — довольно улыбнулся он, прижимая меня к себе и заставляя на секунду затихнуть, — Хороших вам каникул.
— Угу, — я выпуталась из кольца его рук и криво улыбнулась. И улыбнулась шире, когда папа раскинул руки и с ухмылкой направился в сторону мгновенно исчезнувшего из-за моей спины Алеса.
— Вредина, — ехидно прокомментировал его побег папа, еще раз напоследок чмокнув меня в макушку, и направился к двери, — С новым годом, дети, я ушел.
— Пока...
— Это кто тут «дети»?
Я удивленно вытаращилась на Алеса, с вызовом возмутившегося в закрывающуюся дверь. Вот от кого не ждали... На меня тоже внимательно посмотрели. Ага. Алес шагнул ближе, явно собираясь устроить допрос...
— Я не буду это обсуждать! — тут же заявила я и попыталась ретироваться к елке, но меня поймали и поставили обратно.
— А я и не собирался, — Алес тихо хмыкнул и заглянул мне в глаза, — Вы помирились?
Пришлось кивнуть... И на этом он остался доволен. Кивнул в ответ, отпустил и больше даже тему не поднимал. Наоборот, старательно от нее уводил: подшучивал, просто вел пустые беседы... В общем, всячески переключал меня на пресловутую мишуру, не позволяя приближаться к кухне. Первое время я еще пыталась понять, что он такое там делает, и лелеяла коварные планы узнать, что ждет нас на каникулах, но Алес отмалчивался и делал таинственный вид. Пришлось уйти к елке, бросив на изверга обиженный взгляд. Прошла пара минут, сзади раздались шаги...
— Тебе понравится, — отвечая на все мои расспросы разом, мурлыкнул Алес и чмокнул меня в макушку, пользуясь тем, что я украшала нижние ветки. Покраснев, я смущенно улыбнулась...
А уже ближе к ночи, нарядная и довольная жизнью, была встречена космически хитрым взглядом. Честно, на мгновение почувствовала себя кроликом, попавшимся в клетку. Причем, моя явно захлопнулась и на замок закрылась еще в момент, когда я так опрометчиво согласилась на авантюру Алеса с отношениями. Ну, а сейчас... Если честно мне было глубоко наплевать на взгляды и замки.
Приглушив свет, мы устроились в кресле, чтобы посмотреть на салюты, и, пока они не начались, включили гирлянды. Хотя это я тоже отмечала только краешком сознания. Было так уютно, что ничего уже не хотелось. Положив голову на плечо Алесу, я сонно следила, как мягко загораются и гаснут огоньки, чувствуя его тепло и слыша его дыхание. Так необычно... Ни капли алкоголя, а в голове пусто, как в космосе. Не удержавшись, я потерлась затылком о теплое плечо, а потом, так и оставшись, посмотрела на Алеса. Он все это время с расслабленной улыбкой наблюдал за моими странными движениями и теперь, едва мы встретились взглядом, вопросительно вскинул бровь, отчего невольно хотелось улыбнуться.
— Что? — тихо спросил он, привычно склоняя голову к плечу. По коже пробежали мурашки, и, улыбнувшись шире, я так же тихо ответила:
— Смотрю.
— И как?
— Красивый, — я смущенно хихикнула и, опустив голову, спрятала лицо у него на груди, под его тихий смех. Потом потерлась об него носом... М-да. Не надо было разрешать ему сразу надевать этот свитер, он колючий. Но надо же мне было потребовать хоть что-то на очередное слово «сюрприз»? Мне пообещали раскрыть в чем же суть моего подарка, который пока оставался тайной, завтра. Это интриговало и заставляло строить предположения, над частью из которых Алес от души посмеялся. Впрочем, до утра еще есть время, так что не важно...
За окном еле слышно громыхнуло, и краешек видимого нам неба расцвел салютом. Что? Так мало...
— Хм, они сменили место? Обычно отсюда видно... — задумчиво отозвался Алес, — Можем выйти на улицу, если не лень.
Подскочив, я возмущенно посмотрела на него. Это кому еще лень! Сам вставать не хочешь. Решив сделать это первой, я слезла с его колен и требовательно посмотрела на него. В ответ мне скорчили страдающую рожицу, но встали и в нужную сторону пошли. Даже за ручку взяли... Я смущенно улыбнулась, невольно глянув на наши руки, а через миг поежилась от ледяного ветра. Ух...
— Н-да... Я не учел, что на улице так холодно, — досадливо проворчал Алес, останавливаясь в дверях, — Подожди, за куртками схожу, что поделать...
Кивнув, я нетерпеливо пробежала дальше, оперлась на перила, смотря как ночное небо расцвечивают новые яркие огни. Красиво... Выдохнув облачко пара, я широко улыбнулась, посмотрела вниз, дальше на реку, высотки... В полной темноте огни Скай-Джи выглядели словно море светлячков. Салюты расцветали за сверкающими гранями высоток один за другим, превращая мир передо мной в космос. Я восторженно вздохнула, а моя улыбка... Стала шире, когда сзади раздались тихие шаги. Я спиной ощутила, что Алес подошел ближе, и не обманулась: мне на плечи легла куртка. Не медля, я сжала края пальцами и повернулась к нему лицом... Встречаясь с космосом его глаз. В их черной глубине отражались вспыхивающие огни, и черт, дыхание резко кончилось, так что пришлось сделать аккуратный вздох.
— Ты же не видишь, — Алес мягко улыбнулся, приобнимая меня за талию, а потом и вовсе обнимая. Теплый... Я восторженно вздохнула, обнимая его в ответ и тихо тая. Сзади вновь раздался грохот и, все же обернувшись, я посмотрела на небо. Почему-то осознание того, что вот там внизу кипит жизнь, а у нас здесь тишина и уют заставило улыбнуться. Потому что это наш уют...
— Мне нравится так стоять... — тихо сказала я, когда в небе сверкнула последняя россыпь искр, очень далеко внизу раздались восторженные крики, а мои щеки окончательно замерзли. Алес уже давно ткнулся подбородком мне в макушку, и теперь только промычал что-то в согласие. Без ярких вспышек река показалась непривычно темной, и я повернулась лицом к Алесу. На меня продолжали просто молча смотреть, но... нам и не нужны были слова. В голове всплыли мои мысли о фотографии, сделанной Шери, и я невольно улыбнулась уголком губ. Может, мне податься в провидицы? Целый мир... Не знаю на счет мира, но одна персональная вселенная уже затянула меня безвозвратно...
Черная бездна его глаз как-то неуловимо приближалась, затягивая глубже и я поняла, что Алес осторожно наклонился ко мне. Стоило нашим губам встретиться, как внутри вспыхнула и затлела тихая радость. Теплая, как солнышко, и такая нежная... Как его губы... Мысленно довольно ухмыльнувшись, я ответила на поцелуй. Чувства пьянили, порождая в голове безумные мысли, которые я отгоняла все эти несколько дней. Руки сами пробрались под его свитер, оглаживая слегка дрогнувшие мышцы живота под тонкой тканью футболки, но Алес не двигался, лишь хмыкнул мне в губы, принимая правила моей игры и вновь целуя. Хм, то есть можно?.. Последнее время мне позволялось явно больше, чем раньше, и сейчас в сознании появилось совершенно коварное желание... Опробовать границы. Моя внутренняя собственница идею поддержала, к тому же... Могу же я быть... Чем-то большим? Тем, что заполнит его сознание, что заставит забыть обо всем? Хотя бы на одну ночь... Звучит соблазнительно. Я невольно улыбнулась, снова ответила на поцелуй Алеса и... легким касанием пальцев прокралась под его футболку, заставляя его снова вздрогнуть. Горячая кожа под пальцами покрылась мурашками, Алес на секунду отстранился, чтобы заинтересованно посмотреть мне в глаза... Я совсем хищно улыбнулась и, ответив предвкушающим взглядом, сама потянулась к его губам. Его ладонь легла на мою талию, прижимая ближе, пока второй он подхватил мою руку на своем животе и... Потянул выше, будто намекая, что я могу позволить себе больше. Я судорожно вздохнула. Осмелев, невесомо царапнула литые мышцы, слегка подтолкнула Алеса в сторону двери и внутренне возликовала, когда он, снова отстранившись, хитро прищурился. Загадочно улыбнувшись, он послушно сделал пару шагов назад, а потом и вовсе позволил увести себя по коридору. Только... Когда, все так же снисходительно на меня посматривая, Алес закрыл дверь и прислонился к ней, выжидая, я... покраснела. Он позволит сделать все, что захочу?.. В голове тут же возникла куча неприличных фантазий, и я прикусила губу. Нет, я не могу... Кхм. А это неплохая идея... Мой взгляд метнулся к его брюкам, и я с неожиданной досадой куснула губу сильнее. Почему, когда он мне понадобился, этого треклятого ремня нет на месте...
— Что-то не так? — вкрадчиво уточнил Алес и, положив ладонь на мою талию, притянул меня ближе. По инерции качнувшись вперед, я уперлась ладошкой в его грудь, подняла глаза... Алес криво ухмыльнулся и, наклонившись, скользнул пальцами по моей щеке, губам...
— Мне безумно нравится, как ты их кусаешь...
Его пальцы чуть потянули мою губу, заставляя отпустить ее, мягко нажали... По коже пробежали мурашки, в животе все дрогнуло, а я, беззвучно выдохнув, решила больше не медлить. На секунду задумавшись, я развязала тонкий пояс своего платья и, вытащив его из петель, молча протянула Алесу, не отводя взгляда. Он медленно опустил глаза...
— Ты серьезно, куколка?
— А что, страшно? — я хитро прищурилась, чувствуя, как колотится сердце... Сдерживая смех, Алес вскинул бровь и, улыбнувшись шире, прижал меня вплотную. Коленки тут же ослабли от возбуждения, я сжала пальцами немного колючую ткань его свитера... Что ж, попытаться стоило. Я прикрыла глаза, мысленно сдаваясь и ощущая, что краснею до самых кончиков волос, но... Алес вдруг тихо вздохнул и, наклонившись...
— Ладно, ты меня уговорила. Только сегодня.
Шепот, раздавшийся у самого уха, заставил мое сердце замереть и гулко стукнуться о ребра. Да?.. Алес взял пояс, погладив пальцами мою ладошку и, не обращая внимания на мой пораженный взгляд, покорно шагнул в сторону кровати. По дороге скинул на пол куртку, потом сел и, кинув на меня очередной хищный взгляд, завязал глаза. Застыв на месте, я продолжала рассматривать совершенно невероятную картину. Нет, правда? Можно?.. Я не думала использовать это как повязку, но идея и правда... Видимо устав ждать, Алес хмыкнул:
— Доминировать — явно не твое, малыш, — он уже начал подниматься, когда я, очнувшись, дрогнула, в два шага дошла до кровати и, слегка надавив на широкие плечи, заставила его сесть на место.
— Вообще-то, я хотела связать тебе руки, но раз ты сам решил... — попыталась съязвить я, — И вообще, не всем же быть тиранами?..
Алес хмыкнул, очевидно услышав, как к концу фразы мой голос дрогнул и дал хрипотцу. Еще бы! Алес добровольно мне подчиняется, да еще и не видит при этом, что я похожа на помидор от всех своих неуемных фантазий. От такого только сильнее размечтаться можно!..
— Да? Хм... И что же мне сделать? — он широко ухмыльнулся, расслабленно оперся о кровать, откидываясь назад, и явно собирался продолжить, но тут уж я поняла: еще немного, и смелость кончится. Поэтому быстрым движением оперлась коленом о постель и коснулась пальцами его губ, заставляя замолчать. Тишина отдавала удивлением. Я судорожно вздохнула. Не верю своим глазам... Сглотнув, я прикусила губу и, скрывая ликование, протянула:
— Для начала, перестань меня провоцировать... — я скользнула взглядом по его лицу с тонкой синей полоской пояса вместо повязки, невольно погладила кончиками пальцев четко очерченные губы... Будто издеваясь, Алес улыбнулся шире и бесстыдно поцеловал мои пальчики. Сладкая дрожь пробежала по предплечьям, и я отдернула руку от неожиданности. Его улыбка стала насмешливой... Ах так?
— Хочу... Чтобы ты разделся. — не знаю, откуда взялась смелость сказать это, но улыбка, мелькнувшая на его лице, придала мне уверенности. Я оттолкнулась от постели, поднимаясь и встала перед ним, чтобы дать пространство для маневров.
— Может, разденешь меня?.. — провокационно мурлыкнул Алес, склоняя голову к плечу, но я осталась непреклонна:
— Нет.
Тихо посмеиваясь, Алес тоже встал и с завидной грацией начал снимать уже порядком надоевший мне свитер, попутно поигрывая мышцами и ухмыляясь все ехиднее. Он знал, что я смотрю не отрываясь и, признаю, мне понравилось! Не спуская с него глаз, я стянула с себя куртку, осторожно расстегнула платье... Не глядя уронив одежду на пол, я тихонько вздохнула, чувствуя, как разгоряченную кожу лизнул прохладный воздух, а внутри все сжалось. Нервно поправив кружевную лямку белья, я небрежно собрала растрепавшиеся волосы...
Наблюдать за ним было одно удовольствие. Пусть Алес не был пышущим тестостероном качком, но в этом... Есть что-то особенное. Гибкое, хищное... Оставшись в одних боксерах, Алес замер, а потом попытался сложить руки на груди. Хм, кому-то некомфортно? Это заставило улыбнуться. Шагнув ближе и поймав его за запястья, я все же опустила ему руки и, обойдя Алеса, провела руками по напряженной спине вдоль позвоночника, мягко массируя плечи. Ох... Если когда-нибудь меня спросят, почему я, несмотря на его свинский характер, пускала на Алеса слюни аж с первого курса, просто вспомню эти мышцы. Сдержав довольный писк, я обняла его, прижимаясь всем телом, и тихо мурлыкнула:
— Расслабьтесь... мастер.
Алес шумно недовольно вздохнул и угрожающе начал:
— Я же просил...
— М-м... Не помню, — снова мурлыкнула раззадоренная я, а потом и вовсе лизнула его в позвоночник. Ух, это мурашки? Я крута. Алес так и не сказал ни слова, пока я изучала его словно в первый раз. Честно получая удовольствие от прикосновения к горячей коже, я толкнула его на кровать и опустилась на пол. Я прикусила губу. В тот раз ты сводил меня с ума, а теперь... Я тоже хочу попробовать. Когда коснулась его сквозь ткань, пришлось сдержать вздох. Алес продолжал делать невозмутимый вид, но его и так чуть сбившееся дыхание на секунду прервалось. Внутренне торжествуя, я победно улыбнулась и, осмелев, скользнула ладонями по его коленям, придвигаясь ближе. Я осторожно поцеловала его живот, чувствуя, как по телу жаркой волной пробегает возбуждение, спустилась ниже... М-м... Интересно, получится? Чувствуя, как волнительно ускорилось сердце, я невольно сглотнула, заметив его возбуждение и ощутив его ладонью. Мой взгляд метнулся к его лицу... Все такой же спокойный. Скользнув ладонью по его груди, к животу, я, вдохновившись примером Алеса, приподнялась, смело ставя колено на его ногу, и коснулась губами его шеи...
— Как ты оставляешь засосы? — хрипловато спросила я, понимая, что просто укусить — это не то.
— М? — не слишком вменяемо ответили мне. Потом хмыкнули и все же добавили, — Целуй взасос, малыш. Если у тебя полу... Кхм.
Напоследок лизнув его кожу, я отстранилась, рассматривая дело рук... губ своих. Еле заметное покраснение заставило нахмуриться. Нет уж. Снова поцеловав его шею, я попыталась еще раз, и еще... Мои руки бездумно скользили по обнаженному животу, плечам, пока я раз за разом чувственно касалась губами его шеи, ощущая привкус его кожи, бьющийся под ней пульс...
— Кай... Кай, хватит, ты мне там синяки оставишь, а не засосы, они же не сразу проявляются... — уже буквально простонал Алес, и я, шумно дыша, отстранилась, удивленно осознавая его интонации. Ему понравилось? Довольно улыбнувшись, я тихо хмыкнула и снова поцеловала его шею у самого подбородка. Новый сдержанный стон отдался сладкой дрожью в теле... Отстранившись, я выдохнула и коварно улыбнулась. Неожиданно, но мне понравилась его реакция. И раз уж есть возможность, кто знает, когда еще мне удастся все это провернуть?.. Игнорируя его ладонь, которая обожгла мое бедро, я начала опускаться ниже, проводя языком по шее, груди, прессу...
— Та-ак, я понял, что ты задумала, куколка... Не дразнись.
Ага. Сейчас-сейчас...
— Я всего лишь хочу тебя, — я наклонилась к его уху и, усмехнувшись, низко выдохнула, — Ты разве не должен меня учить, а, мастер? У тебя есть отличный шанс...
Алес сжал зубы с такой силой, что желваки дернулись, но я лишь ехидно хихикнула и, нагло скользнув пальцами под резинку, приспустила его белье. Ладонь на моем бедре напряглась, Алес сжал его, но я, беспрепятственно мягко соскользнув на пол, устроилась между его ног и довела до конца то, что боялась сделать сначала. Медленно, изучая, я обняла его ладонью, провела по нему рукой, чувствуя горячую пульсацию под ладонью. Черт... Почему-то я не подумала, что он такой... У меня вообще получится?
— Если ты меня укусишь... — вдруг тихо протянули сверху, вырывая меня из напряженных раздумий.
— Ты укусишь в ответ? — нагло хмыкнула я, и решившись, взяла в рот головку, почувствовав, как напряглись мышцы его пресса под моими руками. И как не задеть... Хм. Это оказалось сложнее, чем я себе представляла, но оно явно того стоило. Сверху раздалось сдавленное «Именно», и, постаравшись расслабиться, я все же двинулась вниз и взяла глубже, еще и еще раз, медленно, пытаясь доставить удовольствие. Пытаясь услышать новый сдавленный, очевидно еле сдержанный стон... В какой-то момент, я поняла, что в мои волосы мягким движением вплелись длинные пальцы Алеса, и, сама того не заметив, подчинилась заданному им ритму, краем уха отмечая шумное мужское дыхание и внутренне ликуя от осознания этого факта. Он мягко сжал волосы у меня на затылке, прижимая ближе, я зажмурилась, пытаясь расслабиться и позволить... Дыхание кончилось, я подалась назад, выпустила его изо рта и, судорожно вздохнув, неосознанно облизнулась. Странный вкус... Тяжело дыша и снова посмотрев на Алеса, я вдруг задалась соблазнительной идеей довести его до конца, и даже качнулась обратно, когда раздалось хриплое:
— Лучше бы ты связала мне руки.
В следующий момент, меня подхватили под руки, и я сама не поняла, как оказалась прижата Алесом к кровати. Я судорожно сглотнула, вздрагивая от внутреннего предвкушения и с досадой провожая взглядом соскользнувшую с накачанного плеча темную ленту пояса. Хищно ухмыльнувшись, Алес подхватил мое колено, закидывая себе на бедро и навис сверху, не позволяя двинуться.
— Я же говорил, — мурлыкнул он, целуя меня в ключицу и открывая ящик тумбочки, — Не дразнись. Ты со мной не справишься...
Ох... Ну, если ты прервал мое вхождение в роль доминантки для этого, то я не против. Только можно поскорее?.. Прикусив губу, я поерзала, встретилась взглядом с потемневшими хищными глазами, и внутренне предвкушая реакцию, с кривой улыбкой выдохнула:
— Я знала, что ты не сдержишься... Мастер.
Недовольно сверкнув глазами, Алес ехидно ухмыльнулся, но легко коснулся моих губ поцелуем. Его руки скользнули по моему телу, заставляя вздрогнуть от желания, едва он мягко, но сильно сжал грудь, спускаясь и оставляя поцелуй на шее, и еще один... Меня вдруг отпустили, и я возмущенно распахнула глаза...
— Ку-уколка, — протянул Алес, встречаясь со мной потемневшим взглядом, в котором сквозило неприкрытое возбуждение, и с тихим шелестом вскрывая презерватив, — Я говорил тебе... Меня так не называть.
Он хищно улыбнулся, его ладонь подхватила мою коленку, подтягивая ближе и!..
— А... — я задохнулась, чувствуя, как дрогнули прижатые к его телу колени, едва он резким толчком вошел в меня, сходу, явно из мести, задавая темп, от которого сознание мгновенно помутилось. Вздрогнув, я выгнулась, откидывая голову назад, сжимая пальцами простынь...
— Ах... Алес...
— Видишь, я тебя все-таки научил... Маленькая наглая девочка, —удовлетворенно мурлыкнул он, наклоняясь и кусая мое плечо. Черт. По коже прошла волна сладкой дрожи, от которой все тело ослабело, но я все равно расплылась в предвкушающей улыбке. Класс...
— Тебе нравится? — хрипло, но очень довольно спросил Алес, опаляя меня дыханием, оставляя влажный поцелуй за ушком, и я сквозь стон выдохнула тихое «Да», чтобы услышать:
— Тогда... Как ты должна меня назвать?
— Мастер? — я не выдержала и, снова вздохнув и широко улыбнувшись, посмотрела ему в глаза. Алес прищурился, и в следующий момент я дернулась всем телом, не сумев сдержать громкий стон, когда он прижал меня к постели и резко толкнулся вперед. Всхлипнув, я вцепилась пальцами в его плечо. Дышать... Воздуха не хватало, от него мутнел рассудок и...
— Ка-ай... — игриво мурлыкнули над ухом, неожиданно замедляясь и проводя пальцами по моему напряженному запястью, — Последний шанс...
Судорожно выдохнув, я ткнулась лбом в горячее плечо и, прикусив губу, когда тело пронзило щекотным удовольствием от нового неторопливого движения, тихо простонала:
— Алес... Быстрее...
— Договорились, малыш, — довольно усмехнулся Алес и, прикусив мое ушко, сжал мою ладонь, покорно ускоряясь. Черт... В следующий раз... Свяжу ему руки!