Глава 30
Больше никакие странные темы мы не затрагивали, нам обоим было о чем подумать, а может, Алес просто не хотел нарваться на вопросы. Честно говоря, я тоже боялась, что если мы продолжим, то рано или поздно... Я не успею себя сдержать. В любом случае, всю оставшуюся тренировку наши разговоры сводились лишь к указаниям, поправкам и лекциям. И хотя мое сердце отчаянно не желало успокаиваться, кажется, у меня получилось вести себя нормально...
— На сегодня все, — сообщил Алес, стягивая перчатки. Несколько раз глубоко вдохнув для восстановления дыхания, я тоже расстегнула застежки, но в последний момент остановилась. Полосу отработали, рукопашка, ножи... Стрельба, снайперка, метание — всего коснулись. Кроме одного. Я озадаченно повернулась к Алесу.
— А доверялок не будет?
Он замер, так и не взяв телефон с кресла. Пару секунд постоял... Потом все же закончил начатое и, повернувшись ко мне, как-то... досадливо ответил:
— Смысла нет сейчас что-то делать. Скорее всего, мы просто переругаемся. Давай подождем, пока действие состава закончится, чтобы... не наговорить лишнего.
Толстый намек был понятен и слепому, так что я запоздало отвела взгляд, кивнула, соглашаясь, и тоже стянула перчатки. Мне так вдвойне не надо говорить лишнего, мало ли, что я ляпну... Например: Алес, твои плечи выглядят так классно, когда ты показываешь приемы, сделай это движение еще раз, я хочу посмотреть. Или... В ответ на внезапную шутку отвечу согласием. Так что, да, ты прав, подождем, пока состав не закончится. Только один момент меня беспокоит:
— Кстати говоря... А сколько L-300 действует?
— Сколько? — я подошла ближе, и Алес, повернувшись, нахмурился, — Чуть больше суток, что ли...
Повисла тишина, в которой мы встретились самыми ошарашенными взглядами. О нет.
— Вот блин... — выдал он, а мне оставалось только возмущенно на него взирать. Сутки? Больше?!
— То есть, нас еще и завтра так колошматить будет? — с наездом спросила я, а получив в ответ мрачный взгляд, скорбно возвела очи к небу. За что? Просто за что мне это?!..
— Ну извини, забыл, — буркнул Алес, взъерошив волосы. Нет, ну надо же, он забыл. Я даже понятия не имею, что могу устроить в академии! Сегодня я на Алеса рычала, потом еле сдержалась, чтобы не поцеловать его, когда он слишком близко подошел в спарринге... А вдруг я ту же Эшлин прибью? Сомневаюсь, что в порыве успею себя остановить! А если сорвусь, потом сойду с ума от ужаса... Я вздохнула и, нервно махнув рукой, направилась к выходу. Идиотизм. Ничего не случится, это все моя бурная фантазия... Помотав головой, я скомкала перчатки и решительно прочеканила шаг до Алеса. Он потер шею, потом стянул с волос резинку, явно чтобы переделать хвост... Почему-то он опустил руку, задумчиво растягивая резинку между пальцев, и я невольно проследила за этим странным движением. Он...
— Тебе жаль?
— М?
Алес замер на выходе и, обернувшись, непонимающе посмотрел на меня. Я хлопнула ресницами, запоздало осознав сказанное, но не остановилась. Этот странный жест заставил на секунду забыть о возмущении, и теперь я не могла перестать думать о его причине. Алес все еще ждал меня, поэтому я поспешила выйти в коридор, положила перчатки в карман и, посмотрев на него... зачем-то повторила:
— Мне кажется, или... тебе жаль, что нет смысла заниматься доверялками? Точнее...
Смутившись под его спокойным взглядом, я затихла, в сотый раз ругая себя и свою фантазию, но Алес перебил меня раньше, чем повисла пауза:
— Не совсем...
Я невольно беззвучно выдохнула. Все равно внятно сформулировать мысли у меня бы не получилось. Мозг, будь он неладен, подкидывал то одну идею, то другую, заставляя меня путаться и терять нить размышлений, а от прямого взгляда Алеса мысли одна за другой скатывались к одной плоскости. Что он расстроен, потому что мы поссорились, когда последний раз ими занимались. И потому, что не уверен, что мы не поссоримся снова... Он расстроен из-за меня?.. Эта тихая мысль заставила вздохнуть, поэтому я быстро отмела ее, чтобы не разочароваться... И замерла, едва услышала:
— Просто ты мне в принципе как человек нравишься, и меня бесит, что мои ужасные преподавательские способности испортили все в край, — он невесело усмехнулся и развел руками, — Я для этого не создан, прости... Но мне было бы приятно поработать с тобой, — мы вдруг встретились взглядами, и я забыла, о чем думала, когда Алес обезоруживающе улыбнулся уголком губ, — Если ты захочешь...
Сердце сбилось с ритма еще на той короткой паузе, и снова, когда он продолжил тем тихим чуть хрипловатым голосом, от которого по рукам пробежали мурашки. Он хочет со мной... работать? Если я захочу... Умом я понимала, что речь идет только об учебе, что только я поняла все неправильно, но сердце все еще оглушительно билось. Пару раз хлопнув ресницами, я наклонила голову, чтобы скрыть покрасневшие щеки. Потом посмотрела на Алеса... Хотелось сказать, что мне нравится работать с ним, но вместо этого я посмотрела в черные глаза и...
— Я нравлюсь тебе как человек? — я наклонила голову на бок и чуть смущенно улыбнулась. Было неловко, но он первым начал... Мозг, а ты даже не лезь! Это просто мило. Я просто хотела узнать... К тому же, тут есть та самая волшебная приставка «как человек»!.. Алес расслабленно усмехнулся и покачал головой. Потом спустился на пару ступенек ниже, догоняя меня, и странным тоном выдал:
— Ты маленькая и милая. Мне никогда не нравилось маленькое и миленькое, но как-то последнее время... Мне неожиданно начали нравиться всякие такие штуки, — Алес задумчиво хмыкнул и явно покосился в мою сторону, — Котятки, например...
— Что? Ты меня сейчас с котенком сравнил? — возмутилась я и развернулась к нему лицом, пользуясь тем, что первой спустилась с лестницы. Алес вскинул брови... И вдруг рассмеялся.
— Ох, Кай... — он с улыбкой посмотрел на меня, — А что тебе не нравится? И вообще, котята милые, все любят котиков. К тому же ты идеально под них подходишь: маленькая, обаятельная, а как цапнешь, так хрен отделаешься... Ай! Малявка, не дерись!
Не, ну вот свинья! Вдохновленная попаданием по его плечу, я с самыми подлыми намерениями в очередной раз попыталась достать его ногой, но ничего не вышло. Наоборот, меня поймали за запястья и лишили вообще хоть какой-то возможности двигаться.
— Ну все, все... — успокаивающе сказал Алес, продолжая весело улыбаться, — Беру свои слова назад, довольна?.. — меня смерили внезапно задумчивым взглядом, — Но, если без шуток, ты интересная. Есть в тебе что-то такое... Что хочется разгадать. Я уже говорил сегодня об этом.
Вау... Перестав брыкаться, я замерла, смотря в его глаза... потому что сейчас в них творилось что-то непонятное. И, пожалуй, я бы тоже была не прочь это разгадать...
— Твои преподавательские способности не ужасны.
Он удивленно на меня глянул и, отпустив мои руки, отступил. Тьфу. С чего вдруг я это ляпнула? Разочарованно проследив за руками Алеса и ощутив каждый сантиметр, на который он отодвинулся, я посмотрела на его озадаченное лицо.
— В смысле?
Естественно он спрашивает!.. Собравшись, я попыталась придумать ответ и внезапно поняла, что вообще-то...
— Ты хорошо объясняешь, — немного подумав, призналась я. Сейчас говорить это было легко, правда ведь. Хотя, с другой стороны, стоило признать, что мне просто не хотелось, чтобы он так расстраивался... В душе все радостно дрогнуло от мысли, что именно я была причиной, пока сердце невольно сжималось от жалости, потому что... Стоп. Мозг, прекращай, я его не жалею! Он дяденька взрослый, и наверняка дело вовсе не во мне, и я просто надумала, и... Меня все еще гипнотизировали взглядом, и я, мысленно встряхнувшись, бодро продолжила:
— Честно, некоторые вещи ты объясняешь понятней чем многие преподы.
— Экономику, например, — ехидно подсказали мне и, не выдержав, я хихикнула.
— И ее тоже! — тут я сделала серьезное лицо и, дотянувшись, в порыве вдохновения положила руку ему на плечо, — Но знаешь, скажу по секрету...
Я запнулась, когда он внезапно наклонился, оказываясь со мной лицом к лицу. Просто, так близко... И смотрит прямо в глаза... Или глубже? По спине побежали мурашки, а дыхание перехватило. Пришлось украдкой вдохнуть, возвращая себе способность дышать. Но... Его черные глаза, что сейчас оказались совсем рядом, буквально прожгли насквозь. Ох, Лесса, соберись. Ухмыльнувшись, я приняла его игру и, подавшись ближе, прошептала ему на ухо:
— Если бы ты меньше орал и не проявлял свои садистские наклонности, цены бы тебе не было, — криво улыбнувшись и вдруг поддавшись порыву, я совсем тихо добавила:
— И... я не люблю «когда меня». Особенно следы от ремня...
Алес сдавленно хмыкнул, потом вдруг тоже положил руку мне на плечо и... прошептал, обжигая дыханием мое ушко:
— У меня тоже для тебя есть секрет... Ты просто невыносима, когда засыпаешь на ходу и ленишься. А делаешь ты это круглосуточно, и не реагируешь ни на что... — тут он чуть отодвинулся и насмешливо посмотрел мне в глаза, — Увы и ах, куколка, иначе с тобой никак. Но... — его ладонь вдруг скользнула по моему плечу, большой палец коснулся шеи... — Я тебя услышал. Следы от него и правда... тебе не идут.
Сглотнув, я показательно выразительно фыркнула, собирая улетевшие в далекие дали мысли. Его прикосновение все еще ощущалось на коже горячим цветком, сердце оглушительно билось, а по коже бежали мурашки, но Алес отстранился, и мне захотелось потянуться следом. Отмахиваясь от глупого чувства пустоты рядом, я криво ухмыльнулась и развела руками с язвительным:
— Рада, что до тебя дошло, а про лень... Что есть, то есть, смирись!
— Ага, то есть претензии закончатся? — Алес как-то шкодливо улыбнулся. Пф.
— И не мечтай, — я нагло ухмыльнулась в ответ и, развернувшись, направилась в комнату, — Не знаю, как ты, а я иду спать, — тут я не выдержала и, посмотрев на него через плечо, ехидно сказала:
— Буду завтра та-акой вменяемой, чтобы у тебя даже шанса повопить на меня не было. А если попытаешься... — я наигранно прищурилась, — Конфискую все ремни из гардеробной. Чтобы тебя ждал незабываемый сюрприз!
Злодейски рассмеявшись, я сбежала раньше, чем Алес успел отреагировать, так что возмущенное «что?!» услышала, уже подбегая к собственной двери. Впрочем, может, оно и к лучшему? Мои внезапные порывы сделали меня слишком самонадеянной, и я очевидно наговорила лишнего, но... Алес тоже не отмалчивался!.. Мне вспомнилось его «ты нравишься», потом... Он даже не пошутил про ремень, а сказал, что услышал... И... Алес был расстроен, что мог все испортить. Потому что я нравлюсь ему... Щеки покраснели и, прислонившись к двери, я глупо хихикнула, прежде чем себя одернуть. Как человек, слышишь? Но помечтать мне никто не мешает!..
Продолжая улыбаться, я подхватила полотенце и проскользнула в душ. В теле поселилась приятная усталость, и я не видела смысла корпеть над домашкой, лучше поспать. Проведя руками по намокшим волосам, я снова невольно улыбнулась, вспоминая... Алес был таким непривычным, настоящим. Невероятным... Даже несотря на то, что я постоянно огрызалась и язвила, он не бесился в ответ, а к вечеру... Он стал таким мягким... Поморщившись, я отмахнулась от особенно ярких воспоминаний, но не признать, что да, мне понравилось, не могла. Такая версия Алеса до мурашек мне понравилась... И еще сильнее радовало, что он больше не злился на меня. Мы снова спокойно общались, и я понимала, даже готова была признать: мне этого не хватало. Все его шуточки, подколки, внезапные непонятные поступки, они были так привычны для меня, что теперь я искренне радовалась им...
Тряхнув головой, я постаралась согнать с лица неуместно счастливую улыбку и выключила воду. Быстро обтерлась, закуталась в халат и выскользнула в своей комнате. Взгляд сам метнулся к столу. Заняться, что ли, все-таки экономикой? Если что, можно у Алеса спросить. Нет, это не повод с ним пообщаться, это жизненная необходимость, дабы маленькая я не пала жертвой страшной и ужасной экономической науки, что пожирает мой мозг, как солнце первый снег... Прикрыв глаза, я просушила волосы полотенцем и со смешком качнула головой. Нельзя быть такой коварной. Алес все равно коварнее меня, и если вдруг... Я снова мотнула головой, запрещая себе думать об этом.
Решительно отбросив полотенце, я зашла в гардеробную и переодевшись в пижаму, села перед зеркалом, чтобы немного досушить волосы перед сном. Поискав в ящике расческу, я машинально посмотрела на свое запястье...
«Следы от него и правда... тебе не идут».
Так он заметил? Судорожно вздохнув, я попыталась отвлечься на расчесывание, но зеркало протранслировало мою счастливо улыбающуюся версию. Боже, Лесса! Ты так неприлично радуешься, что у тебя на лице написано: влюбленная дурочка! Не удержавшись от довольного писка, я спрятала лицо в ладонях. А ведь завтра моя тушка с гарантией попадет на утреннее истязание! Нужно взять себя в руки до утра... А что если Алес на деле не такой уж дисциплинированный и проспит? Или я просплю? Покусав губу, я потянулась за расческой... Что если он заявится утром, а я спросонок ляпну, какой он нереальный? Или... Мозг подкинул мне безумную фантазию, где у меня хватило сил затащить Алеса в мой кокон из одеяла, и я аж вздрогнула. Сумасшедшая... Но он же приходил ко мне ночью! И сам...
Отчаянно покраснев и с тихим воплем соскочив с пуфика, я плюхнулась на кровать и ткнулась носом в подушку. И не мечтай! Иначе он сказал бы, что ты просто нравишься ему... Опять тихо запищав, я выкопалась из подушек и со счастливым выдохом уставилась в потолок. Потом завернулась в одеяло, устроилась поудобнее... Тепло-о. Все-таки я жуткая мерзлячка. По крайней мере, по ночам мне жизненно необходимо быть в тепле иначе не засну... Например, мне очень необходимы чьи-то объятия... Я снова тихо хихикнула. И вот что я буду делать, если придется несколько часов к ряду лежать на крыше с винтовкой, ожидая жертву, как пугал Алес? Наверное, умру от холода в первый же такой случай... Хм, интересно, ему тоже приходилось так ждать? Сколько вообще заданий он уже выполнил?.. Почему-то за все время я ни разу не спросила его о том, какие задания он вообще выполнял. Каждый раз возвращаясь под утро Алес либо сразу бросался меня тренировать, либо исчезал в собственной комнате... Ну ладно, это я так, оправдываюсь, просто... Как-то даже мысли не возникало. Но если подумать...
Я перевернулась на другой бок, выкопалась из одеяла и, обняв его, уткнулась взглядом в ночное небо. В памяти всплыли слова Эшли перед вручением аттестатов. Три года... Точнее, уже четыре, как Алес закончил академию. Сколько убийств он успел совершить за это время?.. Я мысленно фыркнула. Учитывая его сегодняшний ликбез на тему отстранения от убийств и работы, вряд ли он считает. Перекатившись на спину, я задумалась, что... ведь и правда знаю не так чтобы много. Возможно, какие-то детали, но далеко не все, причем и те, что мне известны, выданы самим Алесом по большей части, а значит, скорее всего, являются его интерпретацией...
«...хочется разгадать» — вдруг всплыли в памяти его слова. Разгадать... Мои губы снова расплылись в улыбке, а сердце дрогнуло. Я бы тоже хотела разгадать загадку по имени Алес...
Вздрогнув, я повернулась на другой бок и закопалась в одеяло. Глупости. Мне это не нужно... Даже если он сказал, что я... ему нравлюсь... Невольно улыбнувшись, я закрыла глаза, надеясь, что смогу заснуть, и перед внутренним зрением мгновенно понеслись фантазии. Бу-урные такие... «Ты вроде любишь когда тебя, а не ты...» — раздалось мурлыкающее в голове, и перед глазами нарисовалась картинка бурного допроса, в процессе которого я бы разгадала эту загадку. И того, что могло бы быть после... Особенно если отобрать у Алеса его ремень... Ох, блин! Страдальчески застонав, я ткнулась носом в одеяло. Надо думать о чем-то более реальном, чем все мои пошлые грезы! Вот, например, он сказал, я ему нравлюсь как человек. А как... девушка? Одно же подразумевает другое? «Маленькая и милая»... Дураку понятно, что это отговорка! Хотя, про «разгадать» явно была правда... И про обаятельную улыбку... И про...
«И как же мне заслужить твое доверие, Алессандра?»
Ох... Внутри что-то дрогнуло, а щеки покраснели. Мое доверие... И... Мне вспомнился его взгляд в тот момент, глубокий, изучающий... Касающийся каждого сантиметра кожи так нежно, будоража. Я невольно судорожно вздохнула, когда представленное касание стало почти осязаемым, и, резко распахнув глаза, прикусила губу. Еще и имя... Мне нравилось, когда он называл меня Кай, я уже привыкла к своему позывному, да и учитывая мой график, иногда на свое настоящее имя с задержкой реагировала. А сегодня... «Алессандра». Впервые мое настоящее имя прозвучало так прекрасно. Так, что я невольно загордилась, что именно меня так зовут. Что именно он произносит мое имя таким голосом...
С моих губ сорвался новый судорожный вздох, и я себя одернула. Хватит. Это просто романтическая чушь, а я сама хуже пьяной с этим чертовым составом, вот и... Все равно эти фантазии с реальностью ничего общего не имеют, и я сама все так восприняла. Разочарованно прикусив губу, я перевернулась на спину, утыкаясь взглядом в темный потолок. Вот и не мечтай, Лесса. И вообще, у меня... Волосы до сих пор мокрые. Завтра проснусь с гнездом на голове. Я шустро выбралась из постели и направилась к туалетному столику, на ходу включая ночник. Все лучше, чем дразнить себя нереальными фантазиями...
Но, если бы они были реальны, я бы не отказалась.
Черт... Я замерла, задетая собственной мыслью в самое сердце. Вообще, конечно, да. Если вспомнить о том, какой Алес настоящий... такой, каким он сегодня был со мной, то это может быть... необычно. Волнующе... Я невольно с интересом посмотрела в глаза своему отражению. А вообще, что я теряю, если скажу ему, что он мне тоже нравится, хотя бы как человек? Вон, Виа призналась... Мозг тут же подкинул кучу моих доводов против, и, вздрогнув, я тряхнула головой. Ну все. Остановись, Лесса. В лучшем случае тебя просто пошлют, в худшем... Алес — не ангел. И даже не его подобие. Изверг и садист, заботливый временами, но суть от этого не меняется. И откуда ты знаешь, что над тобой не посмеются и не пошлют в грубой форме? Вот-вот. На краю сознания мелькнула мысль, что ведь сегодня я уже сказала ему, что он хороший препод, и он отреагировал адекватно, но я ее проигнорировала. Я ему еще сказала, что он не хладнокровный, после того, как мне заявили, что вопрос был идиотским. Конечно, тебя пошлют, еще и скажут, что влажные фантазии у меня... идиотские. Настроение мгновенно просело, и я опять расстроенно прикусила губу. Достав из ящика фен, резким движением подключила его в розетку и осмотрелась в поисках расчески... Класс. Теперь я начала злиться, потому что нигде не могла ее найти и отвлечься от грустной мысли, что Алес наверняка прекрасно видел мою реакцию и, скорее всего, просто развлекался за мой счет как с чертовым зефиром! И все то, что он сказал... Да плевать! Расческа! Я снова осмотрела стол и раздраженно цыкнула. В ванной ее забыла что ли? Разве я не держала ее в руках только что?.. Нервно обшарив тумбочку и рабочий стол, я озадаченно осмотрела комнату и, плюнув, решила взять другую из ванной.
Ага, сейчас. Я еще раз нажала на ручку и удивленно хлопнула ресницами. Закрыто... Вообще, у этой двери забавная система блокировки: если закрывается одна дверь, то автоматически блокируется вторая. Впрочем, это знание сейчас было лишним: из-за двери доносился шум воды, и вроде бы как надо отойти... Но я почему-то застыла, так и не убрав пальцы с ручки. Предмет моих мыслей снова оказался рядом, и все е еще не успокоившаяся фантазия мгновенно расправила крылья, подкидывая мне картинку Алеса в душе: эдакого стройного бога, окруженного клубами пара, со стекающими по литым мышцам каплями воды... И пусть я вживую никогда этого не видела, но щекам стало горячо, а от двери отлетела как ошпаренная. Мозг! Ты охренел?! Что за непотребщина?! Тряхнув головой, я с тихим выдохом повернулась спиной к двери и даже начала отступать обратно к столику, когда в голову пришло воспоминание о том, как во время тренировок по его шее и плечам стекали капли пота, и вот теперь стало по-настоящему жарко. Меня прошибло током, колени дрогнули и я, судорожно вздохнув, плюхнулась на пол, прислонившись спиной к двери. Мамочки... Я ненормальная... Потому что вместо того, чтобы отвлечься или отойти подальше, я прикусила губу и глупо, очень смущенно улыбнулась. А ведь правда бог... Воинственный, красивый, с длинными изящными пальцами, которые... Касаются так нежно и осторожно... Интересно, если мокрыми пальцами касаться губ, это холодно? А если мокрыми губами поцеловать... От такого реалистичного ощущения прикосновения к собственным губам, я аж вздрогнула, а дыхание сбилось. Глубоко внутри все сжалось, от... Жаркого желания, которое готово было спалить дотла. И, пожалуй, именно оно меня отрезвило. Лесса! Ты с ума сошла! Какого черта ты!..
— Пошли эти волосы лесом... — просипела я, вскакивая с пола и на ходу сбрасывая тапочки. Вихрем промчавшись по комнате, вырубила ночник, с разбегу запрыгнула на кровать и, откинув одеяло, закопалась в него с головой. Блин... И надо было размечтаться так не вовремя! Какого черта ты вообще села под дверью, ты извращенка?! Господи!.. Ладно, вдох-выдох. Дышим, успокаиваемся... Сейчас поспишь, а завтра уже и эта фигня работать перестанет. Ближе к вечеру, конечно, но это не страшно. На свежую голову я вряд ли что-то ляпну, так что можно не беспокоиться, главное заснуть... Закрыв глаза, я попыталась расслабиться, но... Яркое ощущение прикосновения его губ к моим, пламенем вспыхнувшее на коже, теперь разбавлялось появившимся в голове образом их хозяина! Полуобнаженным, с расплескавшимися по рельефным плечам светлыми прядями и... черными глазами, которые смотрели так... Новый судорожный вздох сорвался с моих губ, я, распахнув глаза, подскочила на кровати и, тяжело дыша, прижала одеяло груди. Жуть! И спать невозможно, мозг своей жизнью живет!..
Рывком отбросив одеяло, я ни о чем уже не думая, решительно встала с кровати и метнулась в сторону ванной. Холодная вода, как известно, отрезвляет!.. Дернув ручку, я в последнюю секунду вспомнила, что там было закрыто, и, мысленно порадовавшись тому, что замок разблокирован, сразу рванула к раковине. Пару раз плеснув в лицо, выпрямилась и оперлась на раковину. Я схожу с ума... Однозначно. Плевать на мои тупые чувства! Почему я решила размечтаться именно сейчас, когда!.. В голове тут же всплыла очередная фантазия, и я отчаянно выдохнула, понимая, что попытки бесполезны. Да за что мне это? Почему я выбрала именно его? Осознавать это раньше было намного проще, чем сейчас понимать, что я вляпалась по самые уши... Это все из-за состава. Просто помутнение рассудка...
Зеркальная гладь протранслировала мне растрепанную версию меня, с полыхающими щеками и нездорово блестящими глазами. Да уж, помутнение. У твоего помутнения, Лесса, слишком явные проявления, чтобы действительно так его называть! Губы припухли... Но это не главное. Самое ужасное, что, как только я вздохнула, я наконец-то обратила внимание на... Тяжелый, влажный воздух, в котором ненавязчиво ощущался запах чего-то сладкого, хвойного... Такого знакомого... Он ударил в голову похлеще алкоголя, и я снова втянула воздух, стремясь уловить его. «Это его шампунь?..» Я развернулась и посмотрела на полки с кучей баночек. Даже сделала шаг к ним, когда застыла, пораженная другой мыслью. Я что сейчас, собралась... Понюхать его шампунь? Твою мать, это уже не лаймом с хвоей, а извращениями пахнет!
Окончательно обалдев от собственной неадекватности, я пулей вылетела из ванной. Кажется, у нас в доме водилось успокоительное? Самое время им воспользоваться! Не включая свет, я выбежала из комнаты, забыв про халат и тапочки. Разгоряченную кожу тут же неприятно обожгло холодом, но я проигнорировала, торопливо добежав до кухни в поисках аптечки. Отыскать ее труда не составило. Однако...
— И как здесь вообще можно что-либо найти?! — злясь на саму себя, процедила я, остервенело перекапывая кучу коробочек, баночек, бумажек... Я точно помню, что Алес говорил про успокоительное! Оно должно тут быть!.. Голова начала кружиться, о том, что ноги подкашивались от непонятной слабости, вообще молчу, а это гребаное успокоительное находиться и не думало!
— Да чтоб тебя! — рыкнула я себе под нос и, встав, досадливо ударила ладонью по столу. Идиотка! Тебе нужно было молча лечь спать, а не прокручивать в голове его двусмысленные слова... И тем более тебе не надо было лезть в ванную! Низко наклонив голову, я расстроенно прикрыла глаза и решила переждать очередной приступ головокружения, когда за спиной раздались быстрые шаги и встревоженное:
— Кай? Что случилось?
Не-ет... Еле сдержав отчаянный стон, я в ужасе подняла голову и осторожно развернулась. Алес, с мокрыми растрепанными волосами, в одних брюках и стоял прямо возле меня. Почему-то резко захотелось исчезнуть, а потом... Я скорее машинально мазнула по нему взглядом и... Задержалась на стекающей по шее на ключицы капельке воды с волос. Интересно, а она тоже со вкусом лайма?.. Я еле заставила себя остаться на месте, когда Алес шагнул ко мне.
— Кай? — он внимательно смотрел на меня, видимо, пытаясь понять, что со мной. А ничего со мной! Ты, блин, со мной случился!
— Ты что-то искала?
Он подошел совсем близко и всмотрелся в мое лицо, даже наклонился и попытался заглянуть в глаза... Только я продолжала провожать взглядом капельку, медленно облизывающую его ключицу. В момент, когда в поле моего зрения все же попали встревоженные черные глаза, я вздрогнула, поймав себя на мысли... Что была бы не прочь слизать ее. Черт. Я подняла голову и попыталась понять, что от меня хотят. Мозг работать отказался, поэтому...
— Что?
Алес нахмурился и заставил меня показать ему лицо, взявшись пальцами за мой подбородок. Так близко... Если я встану на носочки...
— Тебе плохо? — строже спросил он, — Что ты ищешь?
Все равно не понимаю! Слова словно мимо пролетают!.. Собравшись, я хлопнула ресницами и попыталась ответить... Но взгляд выскользнул из плена черных глаз, мазнул по его губам, шее... Пресловутой капельке... И я тихо выдала:
— Тебя, — тут до меня дошли мои слова, и, с усилием оторвавшись от созерцания капельки, исчезнувшей в ткани халата, я посмотрела выше, в попытке исправиться, — В смысле, твои губы, — тут я наконец-то вновь встретилась с ним взглядом... Упс.
— А-а, шучу, — чувствуя, как в животе смешиваются страх и возбуждение, я неловко улыбнулась и, подняв руку, коснулась виска, — Просто пыталась решить экономику и теперь еле соображаю.
Лишь бы поверил... Лишь бы...
— Заметно... — пробормотал Алес и отпустил наконец мой подбородок, — А что в аптечке ищешь?
Я мысленно выдохнула и, стараясь не смотреть ему в глаза, честно пробормотала:
— Успокоительное...
— Зачем? — Алес фыркнул и сочувственно глянул на меня, будто зная, что я выдам что-то вроде:
— От этой фигни энергии хоть отбавляй, я так не засну, а вставать рано. Если ты, конечно, не хочешь освободить меня от учебы и завтра или решить задачу за меня.
Тоже почти правда. У меня даже получилось выдавить язвительную интонацию... Осторожно подняв на него глаза, я слабо улыбнулась. Черт, почему ты такой красивый? Как не смотреть ниже твоих глаз?..
— И не мечтай. Тренировки не ждут, — Алес ехидно хмыкнул, покачал головой и присел перед шкафчиком, из которого я вытащила аптечку, — Так...
Алес открыл дверцу и начал копошиться в куче коробочек. М-м... Задумчиво проводив его взглядом, я посмотрела на то, как открылась его шея, когда мокрые пряди упали вперед вслед за наклоном головы... Капелька. Опять. От желания попробовать ее закололо губы... А она как на зло ползла медленно, дразня... Мысли снова завертелись безумным вихрем, сталкивая желаемое и разумное. Мои чувства, фантазии... желание, что плавило изнутри, и доводы разума о временном помутнении, о составе... О нашем положении, о разнице в возрасте... Но ведь хоть стереть я ее могу? Поддавшись непонятному порыву, я шагнула к Алесу и... Мягким движением руки подцепила кончиком пальца капельку. Алес аж дернулся от моего прикосновения и, резко повернувшись, пронзил меня нечитаемым взглядом.
— Кай?
— ...извини, — я вдруг поняла, что сделала и, ошарашенно моргнув, отступила чуть назад. Сердце застыло от страха и... восторга, дыхание перехватило... Правда, маневр не удался: Алес встал и, сделав шаг ближе, навис надо мной, нахмурился... Черт. Нельзя быть таким идеальным!.. Перед моими глазами за секунду пронеслись сначала накачанные плечи, руки, рельефный торс... Стоило неосознанно мазнуть взглядом по этому великолепию, как в голове всплыла собственная фантазия «Алес в душе» и... Черт. Низкая посадка его брюк вполне сойдет за клубы пара, прикрывающие... Я сглотнула. От скрутившего все внутри возбуждения, от пошлости собственных мыслей и от внезапного осознания, что меня, в принципе, уже ничего не смущает. Все сомнения отошли куда-то далеко за грань сознания, а память услужливо подкинула все сказанные недавно Алесом двойные фразы, его взгляды... Может, я не единственная здесь, кто сошел с ума? Зачем еще он намекал на сюрпризы в спальне?..
— Ты уверена, что все нормально? У тебя может быть аллергия на состав или просто специфическая реакция, если так... — Алес подошел еще на шаг и снова попытался поднять мое лицо к свету, даже коснулся моей щеки, когда... Тишину кухни разрезал мой тихий стон. Я прекрасно понимала, как это прозвучало, но... смущение заглушило предвкушением. Хочу. Желать. Рискнуть. Соблазнить... Прерывисто задышав и мысленно коварно улыбнувшись, я прикрыла глаза, подтверждая его мысли о том, что мне плохо.
— Кай! — теперь он не медлил: рывком поднял мое лицо к свету, всмотрелся в мои глаза... И непонимающе вскинул брови, когда мои колени натурально подогнулись, и я попыталась осесть на пол. Ох... План на секунду оказался на грани срыва, когда во всем теле появилась легкость, едва я снова посмотрела ему в глаза, скользнула взглядом по губам... Естественно, упасть мне не дали. Алес подхватил меня раньше, но стоило его рукам коснуться моей талии, как меня прошибло током, а все внутри свело сладким спазмом. И да, в тишине кухни снова прозвучал мой стон, теперь вполне осознанный. Вздохнув, я посмотрела на него из-под ресниц... В черных глазах смешалось беспокойство и... это желание? На секунду показалось, что он раскусил меня, что по четко очерченным губам скользнула предвкушающая улыбка... Внутренне торжествуя, я прикрыла глаза и попыталась выпрямиться, чтобы прижаться к нему, когда мне все же это удалось. Потом снова обессиленно посмотрела на него снизу вверх и слабо выдохнула:
— Извини, видимо, и правда, спе...
Договорить мне не дали, закрыв рот самым... приятным в этот момент образом. Алес прикоснулся к моим губам. Воздух кончился одновременно с очередным электрическим разрядом, пронзившим с ног до головы, и я... Ответила. Подняла руки, зарываясь пальчиками в его мокрые светлые волосы, прильнула ближе, чувствуя, как сердце колотится в груди. Этот поцелуй был в сто, нет в тысячу раз лучше чем те, что подкидывала моя фантазия. Он был лучше тех, что я помнила. Я плавилась, ощущая его тепло всем телом, хотела... Здесь и сейчас я хотела, чтобы каждая моя фантазия стала реальной, готова была принадлежать этому мужчине без остатка... Вот только Алес отстранился. Эй! Разочарованно потянувшись следом за его губами, я все же замерла, когда встретилась с его темным взглядом, от которого внутри все в очередной раз сжалось, а сердце сбилось с ритма. О черт...
— Прости... Не сдержался. Не думаю, что это хорошая идея, — его взгляд блуждал по моему лицу, поэтому... Честно, не убедил. К тому же... Облизнув пересохшие губы, я с затаенным азартом потянулась вперед и... Пользуясь тем, что он до сих пор держал меня в объятиях, чуть склонившись ко мне, все же слизала очередную капельку, что стекала по его шее. Восторг...
— Очень хотела это сделать, — неожиданно хриплым голосом тихо сказала я, поднимая взгляд и расплываясь в хитрой улыбке, — Ты, и правда, как долька лайма...
Доля секунды, когда черные глаза хищно смотрели в мои, и в следующее мгновение Алес подхватил меня под попу, заставляя вцепиться в него руками и ногами. Судорожно вздохнув, я сжала пальцами горячее плечо. Эта поза заставляла быть такой раскрытой ему, прижиматься так близко, так порочно... Только не останавливайся. Только не... Меня усадили на столешницу, но не отпустили. Я же лишь предвкушающе закусила губу, когда вновь встретилась с его взглядом, уже абсолютно точно полным такого же ненормального желания, как-то, что вихрем крутилось в моей груди и пульсировало в висках, заставляя сходить с ума.
— Малыш... — хрипло выдохнул Алес и, окинув меня новым голодным взглядом ухмыльнулся, — Не провоцируй, я не железный.
Я не могу себя остановить, а ты... Каждый раз, когда ты так меня зовешь, внутри что-то вздрагивает. Ты провоцируешь сильнее меня. На секунду опустив глаза, я невинно надула губки, вскинула бровки, а потом подняла на него взгляд и, хлопнув ресницами, честно заявила:
— Не понимаю, о чем ты...
И это даже прозвучало бы почти убедительно, если бы... Если бы голос не был таким томным и низким. Таким же хриплым, как и его.
— Издеваешься? — расплываясь в дьявольской ухмылке, низко сказал он, и от этого внутри меня снова что-то щекотно завибрировало, а после все и вовсе перекрыл жар от нового безумно короткого поцелуя куда-то в шею. Я довольно выдохнула...
— Наглая ложь, — мурлыкнула я, едва Алес отодвинулся, шкодливо улыбнулась и, прижавшись к нему ближе, сама потянулась к его губам, подаваясь вперед, чтобы снова прижаться всем телом. Плечо под моей ладонью закаменело, но меня ничего не смутило, меня все устраивало...
— Лучше остановись, или все будет здесь и сейчас, — так и не дав поцеловать себя, с якобы строгим прищуром сказал Алес. Вот же... Скрыть недовольство не удалось: губы невольно сжались. Я тоже прищурилась, прошлась рукой по его шее, снова зарываясь пальцами во влажные светлые пряди, и, подавшись вперед, с вызовом прошептала ему на ухо:
— Просто поцелуй меня.
— Не сходи с ума, малыш... — не пытаясь отодвинуть меня обратно, снисходительно сказал Алес, и его ладонь мягко скользнула с моей талии на бедро, ниже... Я еле слышно усмехнулась и, нагло пользуясь положением, потянулась к его губам с мурлыкающим:
— Поздно. Мне поцеловать тебя самой?
Эффект взрыва. Тихо хмыкнув, меня неуловимым движением опрокинули на стол, снеся, судя по звону, все, что на нем стояло... Его руки не дали мне удариться, он заботливо придержал меня и уложил на столешницу, обжигая ладонью бедро. Вот только на этом нежность кончилась, потому что Алес больно поцеловал меня в шею, в ключицы, пробираясь ладонями под тонкую майку и жадно сжимая талию, грудь... От побежавшего по телу возбуждения, я снова довольно застонала, опасно откидывая голову через край, выгибаясь вслед за его губами, обхватившими сосок сквозь ткань...
— Хочу тебя, — выдохнул он мне в шею, снова поднимая и прижимая к себе. Теперь уже я коснулась губами его ключиц, ловя очередную капельку, и с чертовски довольной улыбкой прошептала в ответ:
— Ты обещал «здесь и сейчас»...
На меня внимательно посмотрели, тем самым глубоким проникающим взглядом, от которого хотелось застонать и раскрыться еще больше. От которого по телу побежали мурашки, а внизу живота все свело сладким спазмом. И еще раз, когда он криво понимающе улыбнулся и коротко поцеловал меня в шею.
Как мы добирались до его комнаты я не помню. Все, что отпечаталось в моей памяти — горячие руки, блуждающие по моему телу, сводящие с ума губы и безумное желание обладать этим мужчиной. Обладать Алесом... Я хихикнула над своими мыслями, а едва Алес сел на кровать, позволяя мне устроиться у него на коленях, довольно ухмыльнулась.
— Что? — улыбаясь в ответ и ненавязчиво стягивая с меня майку, спросил он. Я только ухмыльнулась шире и, все же позволив ему снять с меня верх, обняла его за шею, жадно целуя. Каждая клеточка плавилась от восторга, когда я провела ладонями по его горячей шее, коснулась большим пальцем той самой линии подбородка, которую гипнотизировала полвечера... Сердце колотилось о ребра, сбивая дыхание, но меня уже ничего не волновало, окончательно осмелев, я скользнула ладошками по литым мышцам. Не удержавшись, задержала ладонь, удивляясь, насколько рельефно они ощущаются, но едва появившаяся в голове связная мысль исчезла, когда Алес, оставив жалящий поцелуй на моей шее, вдруг приподнял меня и, уложив на кровать, навис сверху. Контраст холодной постели и жара нависшего надо мной мужчины... Будоражил. С губ сорвался вздох, когда мы встретились взглядом, и я невольно улыбнулась, увидев помутневшие от желания черные глаза... Он наклонился, и я неосознанно выгнувшись в стремлении почувствовать его касание, получила новый поцелуй куда-то в ключицу, его пальцы коснулись груди... Хотелось большего. Разум застилало желанием, поэтому, когда Алес снова припал к моим губам, я с затаенной радостью ответила ему, вжимаясь в него всем телом, зарываясь пальцами в мокрые пряди волос... Только долго наслаждаться мне тоже не дали. Движение, и его ладонь скользит по моему телу вниз, цепляя шортики, стягивая их... Подчиняясь его желанию, я свела ноги, позволяя себя раздеть, и застонала ему в губы, когда его пальцы нежно погладили внутреннюю сторону бедра, заставляя снова раскрыться. Теперь... Все ощущалось иначе, потому что, как только Алес снова прижал меня к кровати... Я почувствовала его желание, а вкупе с осознанием собственной обнаженности перед ним... По телу вновь пробежало возбуждение смешанное со страхом, заставляя выгнуться в предвкушении, прижаться... Быстрее...
— Как скажешь, малыш... — со смешком прошептал Алес мне в губы, отстраняясь. Потом коснулся местечка за ушком, ниже, опалил дыханием грудь, поцеловал под ней...
— Моя сладкая...
Теперь его губы коснулись живота, прокладывая влажную дорожку ниже... Отпускать его не хотелось. Мои руки по-прежнему обвивали его шею, пальцы путались в волосах, и, когда он коснулся очередным щекотным, но от этого вдвойне приятным поцелуем живота, я невольно сжала волосы на его затылке, выгибаясь под откровенной лаской... Сердце зашлось в бешеном ритме, а на моих губах появилась довольная улыбка, когда он спустился еще ниже. Отпустив его, я убрала руку, едва он осторожно коснулся меня губами, языком... Судорожный вздох сорвался с моих губ, смешиваясь со стоном. С каждым движением его языка, его пальцев внутри меня все сладко сжималось, дыхание обрывалось от удовольствия. Сознание уплывало, и словно в последней попытке удержаться, я невольно сжала руками простынь. Алес... Его ладонь скользнула по моему телу, ложась на живот, будто удерживая на месте, и я не выдержала.
— Алес... — с очередным тихим полувздохом протянула я, запрокидывая голову в момент, когда низ живота свело спазмом, а по венам побежал настоящий огонь, от которого стало жарко. Его руки продолжали дразнить, поглаживая талию, а внутри разгоралось голодное пламя, требующее большего, пока его губы жаляще касались шеи, щеки... Послушно отвечая ему в новом поцелуе, я недовольно прикусила его губу, а едва он отстранился и возмущенно на меня глянул, в тон ему выдохнула:
— Ты издеваешься?
Он вскинул бровь, ухмыльнувшись, наклонился ко мне, чтобы оставить поцелуй где-то за ушком и мурлыкнуть:
— С чего ты взяла?
— Я тебя хочу, а ты дразнишься... — недовольно царапнув его плечи, буркнула я, но он только улыбнулся шире. Ты наглый...
— Дразнюсь?.. — новый поцелуй остался на моей ключице, а следующий момент его палец прошелся по какой-то очень чувствительной точке внизу живота, — Вот так?
Даже не обратив внимания на его тон, я с судорожным вздохом выгнулась и громко застонала, ощущая пробежавший по венам ток. Он однозначно издевается... Мысли утонули в пламени, разгоревшимся от нового поцелуя, жаркого, сводящего с ума и заставляющего буквально растворяться в нем... Его рука вновь дразняще проскользив по моему телу, коснулась меня, заставляя тело мелко дрожать от бесстыдных прикосновений, окончательно теряться в его губах, подчиняясь, открываясь... Мой громкий пошлый стон разрезал тишину спальни, когда Алес, давая мне вздохнуть, коснулся губами моей шеи в новом болезненном поцелуе, а его палец прошелся по какой-то очень чувствительной точке внутри... Внутри? Осознание этого... сорвало крышу, и я снова довольно застонала, едва новая, гораздо более сильная волна удовольствия накрыла с головой. Черт, если ты сейчас ничего не сделаешь, я сама тебя изнасилую!
— Какая страшная угроза, — хмыкнул он, касаясь моих губ долгим, но таким нежным поцелуем, что воинственность схлынула, оставляя только тлеющее желание... Пока я с удовольствием изучала его тело, оглаживая ладошками все, до чего могла дотянуться, а заодно пыталась его раздеть, что мне никак не удавалось, Алес потянулся куда-то в сторону... Явно не дотянулся, потому что через миг я оказалась сверху, а он буквально перегнулся через край, чтобы открыть тумбочку. Ха... Воспользовавшись возможностью, я устроилась поудобнее и коварно потянула вниз резинку его брюк.
— Стоять, не шевелиться, — грозно прокомментировал Алес, задвигая ящик и выпрямляясь. Мои руки перехватили раньше, чем я успела коснуться его, но я не расстроилась: Алес закинул их себе на плечи и одним сильным движением прижал меня за талию. Все тело пронзило сладким током...
— Не-а, так не интересно, — я все же шкодливо улыбнулась и, послушно обняв его за шею, поцеловала, прижимаясь ближе. А мне нравится эта поза...
Впрочем, когда снова оказалась прижата им к постели, ничего против я уже не имела. Мне хотелось большего. Я хотела его. И когда он нашел мои губы и, не прерывая поцелуя, развел мои бедра шире... Я задохнулась от нахлынувших эмоций. Алес не останавливался, медленно заполняя меня до конца. На секунду я вздрогнула от легкой боли, сжала пальцами его предплечье, но он замер, а новый, куда более нежный чем прежде поцелуй заставил забыть обо всем. Я... Не знала, что ты можешь так целовать... Желая сорвать еще один поцелуй, я потянулась ближе, и Алес оставил его на моих губах, прежде чем отстраниться. Его ладонь мягко провела по моему бедру... Он сдвинулся еще, заставляя меня, выгнуться и судорожно вздохнуть.
— Алес... — со стоном хрипло выдохнула я, когда он снова на секунду замер, позволяя мне привыкнуть. Черт, щиплет...
— М? — тихо отозвался он, осторожно приподнимая меня за талию и перекладывая повыше. Мы встретились взглядами, я невольно прикусила губу, чувствуя, как щеки бросило в жар... Алес мягко улыбнулся, наклоняясь ко мне и позволяя скользнуть ладонью по горячему предплечью.
— Дыши глубже, — на грани слышимости сказал он и коснулся губами моего виска, медленно сдвигаясь, заставляя невольно задохнуться. Я... дышу, но почему он... Тихо застонав, я сильнее прикусила губу, чувствуя, как мне не хватает дыхания, но Алес тоже почувствовал это. Прижав меня ближе, он невесомо поцеловал мою скулу, и обжигая дыханием кожу шепнул:
— Малыш, вдох...
Одновременно с моим судорожным вдохом он сдвинулся до конца, и больно поцеловал мою шею. Его рука нашла мою, разжимая мои сжатые на простыне пальцы, забирая их в плен, пока я задыхалась, не в силах успокоиться. Алес переплел пальцы с моими, прижимая мою ладонь к постели и... Несмотря ни на что от нежности в его голосе, движениях защемило сердце. Потянувшись, я с новым выдохом, осторожно поцеловала его. Мне тоже отчаянно захотелось побыть с ним нежной. Он неспеша ответил мне, лаская мои губы, его руки блуждали по моему телу, заставляя терять разум, забывать о границах... Все, что имело для меня значение сейчас, — только я и он...
Алес шевельнулся, выходя из меня, но я даже не успела вздохнуть, как... Он толкнулся вперед, заставляя отзываться на его движение тихим стоном. Новый толчок, и вцепившись в его плечи, я откинулась назад, задыхаясь от удовольствия, зарождающегося глубоко внутри. Его руки, его губы, они были повсюду, такие горячие и распаляющие. Капля нежности исчезла во все ускоряющемся ритме, но... По-прежнему сквозила в каждом хриплом выдохе, в каждом поцелуе, что отмечали сантиметры моего тела. И я отвечала. Забыв обо всем, вместе с ним пропала в быстром ритме, в унисон которому сбивалось сердце, обрывалось дыхание. В котором меня раз за разом заполнял этот невероятный, удивительный мужчина... Тот самый, чье хриплое дыхание вибрирует внутри меня и отзывается моим порочным стоном, в уютной тишине спальни. Тот, кому я отдавалась без остатка, в чьи плечи впивалась ногтями. Кому дарила ответно нежные поцелуи, прикосновения...
Движения становились все резче, затуманенный разум отказывал, выпуская наружу голодное до эмоций желание и поднимающуюся внутри от быстрого ритма уже черт знает какую волну удовольствия. Наше хриплое дыхание, перемежающееся с моими стонами, сузили мир до нас двоих, лишая кислорода и приближая к космосу... Очередной такой жадный поцелуй, как глоток воздуха, потому что Алес делится своим дыханием, возвращая ощущение реальности, потом перемещается на шею, оставляя жалящее касание, и вдруг тихо, еле слышно шепчет мне на ушко:
— Люблю тебя, малыш...
Что?.. Открыв замутненные глаза, я попыталась найти его взгляд, но меня поцеловали раньше. Движение, еще одно...
— Что ты...
— Я люблю тебя... — с улыбкой выдохнул он, коснулся моих губ, проводя пальцами по запястью и прижимая его к постели... Сердце замерло, прежде чем счастливо ускориться, и я ответила на его поцелуй, касаясь пальцев в ответ. Я... Я тоже... С тихим хриплым вздохом, я растворилась. В нем. Сейчас. Навечно...