Глава 31
Лексан
Она моя. Она вся моя от синих глаз до кончиков тонких пальцев. Я придурковато улыбнулся и снова посмотрел на Кай. Длинные ресницы отбрасывали вытянутые тени на бледное личико со слегка покрасневшими щечками, алым костром рассыпались по подушке и по моему плечу волосы... Казалось, она вот-вот исчезнет, как мираж. Картинка была нереальной.
С удовольствием погладив нежную кожу на талии Кай, я прижал ее крепче. Моя девочка... Опять тупо улыбнувшись, я убрал с порозовевшей щеки немного влажную прядку. Устала... Нет, не могу поверить, что она моя. Наверное, я сплю. Или состав опять дал качественный глюк, и сейчас я в очередной раз переспал с Сиан... Тревога неприятно царапнула сознание, и я беззвучно вздохнул. В прошлый раз мои глюки крайне сложно отличались от реальности, и это осложняло мастеру задачу. Повезло, что сегодня, кажется, их почти не было... Даже думать не хочу, как странно выглядел, пока постоянно молчал и думал, мне послышалось или это реально прозвучало. Но она не может быть глюком. Или... Вздрогнув, я потер лоб свободной рукой. Не-ет... Я снова посмотрел на Кай, мягко погладил нежную кожу пальцами, и именно ощущение ее обнаженного тела под боком позволило поверить, что все произошедшее — реальность. Блаженно улыбнувшись, я перевернулся на бок, обнимая ее и утыкаясь носом ей в волосы. М-м...
Вообще, когда я пришел утром домой, мне казалось, что ничего не выйдет. Кай обратила на меня внимание, только когда я пошел непосредственно к ней, и очень долго соглашалась. В чем-то я мог ее понять: когда мой мастер приперся ко мне и поставил на стол колбу, я тоже сначала решил, что меня хотят травануть, вещь не самая безобидная. Состав был переработан нашим научным отделом уже очень давно и активно использовался в разных дозировках для разных целей, но в основном для допросов. Как сказал мой мастер, в академию его спустили, когда поняли, что зашугали какой-то поток так, что они под страхом смерти о себе лишнего слова сказать друг другу не могли, А потом он разошелся среди студентов, которым его доставали мастера интровертных операторов. Так что раздобыть его тогда было не сложно, и мой мастер, когда увидел, что моя оператор от меня шугается после всех собранных по общаге слухов, притащил две колбы и отправил нас в свободное плавание. Сначала мы мирно занимались своими делами, пока я не начал разговаривать сам с собой, подумав, что пропустил тренировку у Элиен. Подорвавшись с места, я, как думал, умчался на тренировочную площадку, а на деле... Девчонка, которая никогда не видела, как тренируют киллеров, в итоге вообще заперлась в чулане, когда поняла, что я словил особо качественный глюк, и решила, что сейчас ее прикончат. Пришлось, едва прийдя в себя, вытаскивать ее оттуда, потому что она сдуру перекодировала замок, а через пару часов вырубилась и забыла пароль напрочь. Кто ж знал, что она на самом деле жаворонок и в восемь вечера ее рубит!.. Мастер потом с нас ржал еще неделю. Зато испытание мы прошли нормально: сложно шугаться человека, который спас тебя из чулана, выломав дверь и подсунул валерьянки в ответ на вопли о помощи. Хотя мастер мне долго мозги промывал, что я не успокоил несчастную девушку. А я терпеть не могу женские слезы!..
Раздраженно поморщившись, я хмыкнул и опять машинально погладил хрупкое плечико, прижимая его к груди. Неожиданно и мы... Использовали. С пользой, как мне кажется. И случившееся вечером тут не главная польза. Кай... Оказалась не такой тихоней и паинькой, какой пыталась казаться. Любопытство и упрямство остались прежними, только ничуть не портили, наоборот, делали ее... живой. Та Кай, с которой я провел день... Ей можно смело давать звание дьяволицы, которая не полезет за словом в карман, вежливо объяснит, куда тебе засунуть свое мнение на ее счет и насмешливо проследит за попытками хоть как-то на нее воздействовать. Причем, она явно сдерживалась. Я усмехнулся, вспомнив, те внезапные ответы на мои шутки, которые заставляли удивленно подвисать. С одной стороны, она неуправляема, но с другой... Она восхищала. Именно той самой бесшабашной смелостью и уверенностью в том, что она может это сказать и, главное, ответить за свои слова и действия. Бесподобный характер. Ироничный, насмешливый...
Почему-то в голову лезли мысли о нашем разговоре, и я вспомнил о трущобах. Все же это слишком. Или нет, если она и мелкая такая же была, то вполне могла бы так попытаться привлечь к себе внимание. А оно было ей нужно: ее неосознанные жесты, обиженный тон и буквально претензии, мол, как же меня не отметили во время тренировки, раскрыли то, что она, вероятно, скрывала еще тщательней, чем свой отвратительный, с точки зрения адекватного человека, характер. К счастью, я адекватным тоже не был, поэтому даже немного загордился, что у меня такая боевая девочка. Разве что отчаянно одинокая, но и это я исправлю... Лично.
Вновь улыбнувшись, я поправил упавшую на лицо Кай прядку и с довольной ухмылкой отметил проявляющийся засос на ее шее. Моя... Вот уж теперь точно моя. Правда, стоило признать, я испугался, когда услышал шум из коридора, а проверив камеры, обнаружил, как она, пошатываясь, копается в аптечке. Сначала даже подумал, что все, хана, непереносимость компонентов состава или не та дозировка, и надо экстренно вызывать скорую, когда внезапно в ней что-то поменялось. То она отводила глаза, зависая и выдавая всякий бред, от которого мое сердце пропускало удары, то вдруг в полуобморочном состоянии осела в мои объятия. А вот то, как она меня соблазняла... Стало неожиданным сюрпризом. Причем я даже не поверил сначала, принял за глюки, но нет... Этот ее взгляд из-под ресниц, явно проверяющий мою реакцию, сказал мне больше, чем все представление с обмороком. Нет, не отрицаю, может, голова у нее и впрямь кружилась, но явно не из-за состава, а из-за банального возбуждения, которое Кай совершенно перестала скрывать, будто решив что-то для себя. А вот я... Сначала думал, чем мне это грозит, потом терзался, мол, что мне мешает, она ведь сама хочет, затем в голове появилась мысль, что воспользоваться ее желанием сейчас это еще хуже, чем спать с пьяной девушкой, которая вообще не понимает происходящего. Вот только Кай все прекрасно понимала и откровенно говорила об этом. Она... Она хотела меня не меньше, чем я ее. Вот и... Вышло. Сам в шоке, но я, черт возьми, ни о чем не жалею!.. Снова довольно улыбнувшись, я вдохнул запах ее волос... И почему опять чувствую себя последним придурком? Еще и признался ей в последний момент. Я посмотрел на Кай, невольно вспоминая, удивленный взгляд затуманенных удовольствием синих глаз, как приоткрылись припухшие губы... Я не дал ей ответить, безумно хотелось ее поцеловать, но теперь я почему-то об этом пожалел. С одной стороны, я понимал, что Кай не стала бы... Если бы я ей не нравился, она бы так себя не вела. Но что если утром она скажет, что это все из-за состава? Или что это была ошибка? Или еще что-то?
Я внезапно открыл глаза и нервно вздохнул. Этот гребаный... L-300 может вытащить что угодно, в чем я сегодня еще раз убедился. А Кай... Может передумать, банально испугаться, включить свои предрассудки. Да и вообще, она совершенно наивная девушка, девочка... Моя девочка... Новую блаженную улыбку я задавил на корню и задумался. В голове у Кай иногда творится непонятно что, а значит, надо как-то не дать ей поменять свое решение насчет меня. Можно было бы намеренно соблазнить, запудрить мозги, но не хотелось. Несмотря на царапающиеся в голове опасения, с ней так поступать казалось некрасивым, она все же... особенная. Настоящая. И ее любовь тоже должна быть настоящей. Значит... Будем предельно честными, а там подождем ее решение. Тем более, что сегодня я уже пообещал ей отвечать честно на все ее вопросы... А чтобы исход был в мою пользу, придется отключить все свои барьеры и выпустить собственническое «я», требующее постоянно опекать мою аловолосую малышку. Я посмотрел на нее и провел пальцами по линии позвоночника. Ты же не испугаешься еще больше?.. Ты же сможешь... полюбить меня?
Эта мысль заставила с бессильным выдохом откинуться на подушку и мрачно уставиться в потолок. Последний раз в жизни я балуюсь с наркотой, в любом ее виде! Ненавижу эту сопливую версию себя. Конечно я нравлюсь ей... «Просто поцелуй меня», — снова прозвучал в сознании ее неожиданно низкий, соблазнительный голос. Я подарю тебе столько поцелуев, сколько ты захочешь. Придурковато улыбнувшись, я невесомо коснулся ее волос губами и снова с тихим вздохом посмотрел в потолок. В отличие от Кай, упавшей мне в руки без сил и заснувшей на моем плече раньше, чем я успел донести ее до душа, мне аукнулся выпитый вечером кофе, и теперь в голову лезло все подряд. Большая часть мыслей все равно вертелась вокруг Кай, но мне стоило наконец взять себя в руки. В конце концов я затеял это не для того, чтобы услышать, что она хочет меня поцеловать! Раздраженно цыкнув, я прикрыл глаза и, взъерошив волосы, шумно вздохнул. Все верно. Мы сделали это, чтобы она смогла мне довериться. Для этого у меня теперь есть другие идеи... Хотя, забавно, конечно, получилось. Думаю, если бы каждая пара мастер-ученица или наоборот, ученик и мастер-девушка, так налаживали отношения, то половину академии пришлось бы выгнать, а киллеров не осталось бы в помине. Или нет, это только мы такие ненормальные. Невольно хмыкнув, я вновь ткнулся носом в макушку Кай и вздохнул. Что там она сегодня сказала, лайм? Так меня еще не оскорбляли, но блин, приятно, когда твой парфюм нравится любимой девушке настолько, что она пробует тебя на вкус. Прижав ее чуть ближе, я заставил себя вернуться из воспоминаний к делам насущным. Завтра попробуем сделать чертовы доверялки, да и нужно-то, чтобы она просто привыкла. Со временем до нее дойдет, что подчиняться оперу нужно безоговорочно, но пока с ней работаю я... Еще на кухне я заметил, что она фактически тянется вслед за моими руками, а это, как по мне, показатель того, что бояться или отвергать меня пока никто не планирует. Да и смелости в отношении меня ей не занимать, так что, пусть привыкнет ко мне, и тогда, по идее, все получится. Все, что ей мешает — мысли, которые она постоянно скрывает.
Что еще важнее... Пока я размышлял о промежуточных, доверии и Кай, в голове назойливо вертелась мысль, что теперь все очень плохо. Не в плане чувств или устава. Просто я осознал, что после этой ночи потерять свою малышку уже точно не могу. И раньше бы не смог, настолько сильно был к ней привязан, а сейчас и вовсе на секунду замер, едва представил, что с ней что-то случится. Позволить убить Кай? Мою нежную, хрупкую девочку, с невероятным характером? Да черта с два, кто-нибудь к ней хоть пальцем прикоснется. Оторву палец вместе с рукой. Я невольно сжал зубы, и, судя по тому, что Кай завозилась, ее тоже. Пришлось успокаиваться, отпускать... С новым тяжелым вздохом я улыбнулся, ощутив, как Кай прижалась ближе ко мне и ткнулась лбом в мою грудь. Нет, никто и никогда у меня ее не отнимет. Кивнув своим мыслям, я снова уткнулся носом в ее макушку, вдыхая неожиданно родной аромат. Впрочем, почему неожиданно? Моя малышка, мой самый близкий человечек... Между нами витало такое умиротворение, что я сам не заметил, как наконец-то заснул...
Чтобы проснуться по будильнику. Недовольно вздохнув, я отпустил Кай и дотянулся до тумбочки, где оставил телефон. Почему я не подумал об этом вчера? Где вообще справедливость? Имею я право проспать до обеда и разбудить любимую девушку поцелуем?! Все равно никакой работы в таком состоянии мне не светит... Эта самая девушка даже не проснулась, лишь вздохнула и спрятала лицо у меня на груди, спасаясь от света, льющегося из окна. Ох... Разве это не мило? Улыбнувшись, я отключил еще несколько будильников, которые ставил для себя на всякий пожарный, а потом заметил сообщение от Дейма с очередным требованием рассказать ему, что такого мне сказал Харм. Ну да... Файлы-то на почту давно упали, но без комментариев их бывшего владельца структура оставалась совершенно непонятной. И пусть опер пристроил что-то по логике, но не согласиться с тем, что уже пора вернуться в работу, я не мог. Вот только разберусь с Кай и все... Ну ладно, признаюсь, просто ничего делать прямо сейчас не хотелось, но вот вечером обязательно этим займусь. Или днем. В общем, сделаю. Я даже себе напоминалку поставил. Потом отложил телефон, вернулся к Кай, снова обнимая ее... и чуть не вздрогнул, когда она шумно вздохнула. Проснется? Блин, неужели разбудил? Она же любит поспать подольше... Но нет, моя девочка все еще спала. Более того, она скользнула руками по моей талии и обняла меня, прижимаясь крепче. Я резко выдохнул, ощутив, как ее грудь касается моей, но сдержался, ограничившись лишь ответным объятием. Потом закутал нас в одеяло и, прикрыв глаза, все же провалился в долгожданный сон.
Лесса
Тепло... Оно обнимало мягким покрывалом, даря уют и спокойствие. Тихонько довольно вздохнув, я шевельнула затекшим плечом и неосознанно прижалась ближе... к Алесу, которого обнимала за талию. Ой. На секунду щеки потеплели от смущения, потому что во сне не только он умудрился обнять меня и придавить своим телом к постели, но и я... Я снова осторожно вдохнула его запах и, приоткрыв глаза, подняла голову. Спящий Алес... Такой безмятежный и красивый, что дух захватывает. Идеальный. Аккуратно, стараясь не потревожить его, я вытащила руку, с восторгом обвела контур его бровей и, коснувшись виска, заправила светлую прядь за ухо. В голове невольно всплыли воспоминания о прошедшей ночи, и я, неприлично радостно улыбнувшись, снова покраснела. И о чем я только думала? Точнее, понятно, о чем и о ком, но... Черт, я это сделала! Несмотря на мое несколько шоковое состояние, мозг проснулся и подкинул самые яркие воспоминания вчерашнего вечера... Моей репутации конец. Она рассыпалась просто в прах, но... В голове всплыло сказанное хриплым шепотом «люблю тебя...» Меня... любят?
Судорожно вдохнув, я скользнула пальцами к его подбородку, четко очерченным губам... Он любит меня. Он дважды это сказал!.. Алес вдруг сонно вздохнул, заставляя меня внутренне дрогнуть, и открыл глаза, чтобы встретиться со мной взглядом. К собственному удивлению, стыдно не было, зато глубоко в груди что-то вспыхнуло, разливаясь тихой радостью.
— Доброе утро... — хрипло сказал Алес и улыбнулся уголком губ.
— Доброе, — уподобившись эху, отозвалась я и невольно улыбнулась в ответ. Алес... Провел ладонью по моей спине, тоже коснулся рукой моей щеки и тихо спросил:
— Как ты?
— Все... хорошо.
Я не выдержала и, снова обняв его за талию, все же спрятала лицо, уткнувшись лбом ему в грудь. Только смущенная улыбка все равно расцвела на губах, а в сердце поселился пушистый комочек счастья... Ух, кто б знал, что можно вот так запросто проснуться в одной постели с человеком, который тебе нравится! С ума сойти... Меня снова погладили по спине и прижали ближе. Потом подумали и коснулись моих волос губами.
— Тебя отнести в душ?
Я отрицательно мотнула головой... Потому что от его простого жеста все тело покрылось мурашками. Да и выбираться из постели не хотелось. Точнее, из его объятий... Алес тихо выдохнул, вновь коснулся губами моих волос, погладил талию... и, перевернув меня на спину, оставил поцелуй на моей шее. Подумал секунду и уткнулся лбом мне в плечо, поцеловал в ключицы, снова шею...
— Эй, стой... — сдавленно, еле слышно пискнула я, понимая, что сейчас сгорю. Его губы... такие нежные, дарили нереальные ощущения, но... Я не готова к настолько быстрому развитию событий! Или нет, меня все устраивает, но если ты не остановишься...
— Почему? — глухо спросил Алес, не думая отрываться от моего тела. Наоборот, он лишь еще раз поцеловал меня куда-то в плечо, огладил талию...
— Ты... меня смущаешь, — все же призналась и, зажмурившись, отвернулась. Руки Алеса снова скользнули по моей талии, выше, и от этих прикосновений внутри начал разгораться едва утихший огонь, который ярко вспыхнул, едва я услышала приглушенное мурлыкающее:
— Я безумно счастлив это слышать...
Замерев, удивленно повернулась к нему, встречаясь с его мягким взглядом. Счастлив?.. В голове снова вихрем пронеслись его слова, и... Он был таким искренним, что я невольно забыла о собственных эмоциях, подняла руки и, обняв его за шею, зарылась пальцами ему в волосы, в стремлении... Показать ответную симпатию. Мне все еще было страшно признаться, что я... его люблю, но... да. Окончательно и бесповоротно. И это факт, который уже не то что обжалованию не подлежит, он уже и на практике доказан... Блин, и почему думать об этом так смущающе?.. Я невольно улыбнулась, внутри шевельнулось любопытство, и, несмотря на что-то странное, что происходило между нами, я тихонько спросила:
— Почему?
— Потому что ты рядом, — Алес с хитрой улыбкой сел и, словно куклу, прижал меня к себе, — В какой-то момент я испугался, что мне приснилось, малыш...
Я таю... Просто плавлюсь от умиления. Сердце замерло, в животе вспорхнули довольные бабочки, и с очередной улыбкой, я обняла Алеса за талию. Потеревшись носом о его грудь, я довольно проурчала:
— Куда же я денусь...
Он тихо рассмеялся и, отстранившись, положил руку мне на затылок, пока в его глазах бушевали такие разные чувства... Страх, радость, желание и... Любовь? Почему я никогда не замечала ее раньше, ведь... Он уже не впервые смотрит на меня так и... Все мысли вылетели из головы, едва Алес наклонился ко мне и снова поцеловал, жадно лаская губы, распаляя желание внутри меня, роняя на постель и так будоражаще нависая надо мной. Сразу чувствуется опыт... Разозлившись на мелькнувшую в голове мысль, я царапнула Алеса по спине и, выдохнув, прижалась ближе, кусая его губу. С чего вдруг я думаю о его опыте? В конце концов, он же сказал, что любит меня, да и сейчас тоже, он рад тому, что я рядом!.. Он со мной, а не с кем-то еще... Алес скользнул губами по моей щеке, поцеловал в скулу, в уголок губ, снова в щеку, а у меня... От совершенно неуместной ревности смущение снова вылезло из подсознания, и я покраснела до кончиков волос.
— Блин, ну вот что ты опять делаешь... — недовольно пробормотала я, пытаясь увернуться от нового щекотного поцелуя в висок.
— Наслаждаюсь, а что? — тихо мурлыкнул Алес. А-а... Мы встретились взглядом, я окончательно смутилась, покраснела и, отведя взгляд, прикусила губу, чтобы не улыбаться так широко.
— Ты издеваешься... — еле слышно промямлила я и прикрыла глаза. Потому что в моей голове мгновенно всплыл очень похожий диалог и... Уф, я горю! Алес тихо мурлыкнул:
— А ты бесишься. С чего бы?
Очередной щекотный и такой волнительный поцелуй остался на моей шее. Уже ни с чего, просто продолжай. Или нет, остановись и дай мне осознать происходящее... Мысли спутались, не давая ответить. Да и что я могла бы сказать? Я просто... Как я могла это объяснить? Тихонько застонав, я закрыла глаза, сдаваясь. С одной стороны безумно хочется почувствовать его еще раз, с другой... Разве можно так сразу? Совершенно не понимаю, что делать!..
— Ничего не делай. Просто успокойся и расслабься... — опять мурлыкнул Алес, заставляя замереть под его понимающим взглядом, улыбнулся шире и легонько погладил меня по спине. Черт, я опять сказала это вслух. Смирившись со своей незавидной участью, я выдохнула и, посмотрев на него, проворчала:
— Легко сказать...
— Разве нет? Ничего криминального не случилось, малыш, — новая светлая улыбка озарила его лицо, он упал рядом и обнял, устраивая меня у себя на груди и заставляя меня вновь зависнуть, созерцая... Сдавшись, я улыбнулась, но зачем-то капризно пробормотала:
— Ну конечно...
— Все хорошо, — поддаваясь моей игре, усмехнулся Алес и нежно поцеловал меня в макушку. И еще раз, в висок. Хорошо! Тебе может и хорошо, а я, а у меня... А у меня, может, мир ломается! У меня, может... любовь и ревность к тебе с неловкостью борются. И... Мне так хотелось снова спросить, не послышалось ли мне! Правда ли... Что он любит меня... И это тоже смущало! Мысли метались в голове, сводя с ума и заставляя судорожно искать пути отступления. Вот только их не находилось...
— Куколка, ты начинаешь меня пугать. Скажи уже, что ты там придумала? — Алес вдруг рассмеялся, когда я завозилась в попытке отвернуться, чтобы успеть взять себя в руки, и прижав к себе не дал сбежать. Тихо пискнув, я надулась. Кто еще кого пугает! Знал бы...
— Да если б ты знал, какие идеи мне иногда мозг подкидывает! Вот что реально пугает... — буркнула я, прикусывая губу и прижимаясь к нему ближе, чтобы он ненароком не увидел мои полыхающие щеки. Еще и вспомнился последний раз, когда эти самые идеи вылились в наш глобальный скандал... Как стыдно! Сейчас он узнает и точно опять начнет смеяться?.. Сверху выдали задумчивое «хм».
— Например?
Блин! Приз тебе, Алес, за худший вопрос. Прикусив губу еще сильнее, я отчаянно зажмурилась и буркнула:
— Не скажу.
Он озадаченно замолчал. Его пальцы будто машинально щекотнули мне спину, поправили волосы... И вдруг Алес интригующе мурлыкнул мне на ушко:
— А давай ты скажешь мне, а я тебе...
На секунду забыв о смущении, я подвисла, потом недоверчиво глянула на него, но Алес только улыбнулся шире и очень многозначительно добавил:
— Что? Я тоже о тебе думал.
У меня от удивления приоткрылся рот и раньше, чем успела себя остановить, я с азартом выпалила:
— А что?
— А ты? — Алес приподнял бровь, а в черных глазах заплясали смешинки. Ах ты!.. Интригуешь и молчишь?! Пронзив его возмущенным взглядом, я обиженно надулась и, легонько стукнув его ладошкой по груди, буркнула:
— Ты первый!
Его улыбка стала совсем издевательской, я покраснела... Ну вот, опять обманул! А я, маленькая и глупая, поверила!.. Расстроенно опустив взгляд, я прикусила губу и попыталась уткнуться носом в подушку. Вместо нее нашлась только рука Алеса, на которой я лежала... Очень захотелось укусить этого тихушника, но я сдержалась. Так не честно... Алес снова тихо засмеялся.
— Ладно, малыш, не дуйся. Ты так забавно возмущаешься, как я мог сдержаться? — он щекотнул мою талию, провел ладонью ниже и, вздохнув, обнял крепче, — Всегда разное, но во всех моих мыслях есть кое-что общее... Каждый раз смотря на тебя, я думаю, что однажды утону в твоих синих глазах. Может, никогда не разгадаю, что в них кроется, но знаю, что раз за разом буду тонуть в них, в твоих эмоциях, что так отчетливо сквозят в них... И знаю, что девушкой именно с этими синими глазами я хочу обладать. Одна проблема, — Алес как-то странно усмехнулся, и мне достался невесомый поцелуй в макушку, — Эту девушку так сложно поймать... Правда, боюсь, что ты мне приснилась, малыш. Я даже не мог подумать, что это возможно. И от этого лишь сильнее хочу тебя. Хочу, чтобы ты была моей...
Что? Приснилась? Тонуть... Хочет меня?.. Я осторожно посмотрела на него из-под ресниц. Алес задумчиво гипнотизировал пустоту, но, видимо, повисшая тишина была слишком долгой, потому что он внезапно наклонился и с улыбкой посмотрел на меня. Прямо в глаза.
— Почему?
Вопрос прозвучал не очень логично, и я хлопнула ресницами, осознав, что сказала. А... Алес еще секунду смотрел на меня, не меняясь в лице, потом улыбнулся...
— Потому что люблю тебя, куколка. Или ты спросила, почему я тебя хочу? — его улыбка стала шире, и Алес наклонился, упираясь ладонью в постель рядом с моим плечом, — Ты... — его потемневший взгляд скользнул по мне, — Такая соблазнительная, такая опасная... О тебе невозможно не думать. Особенно теперь...
Внутри все перевернулось, когда он наклонился, чтобы поцеловать меня, а слова... как-то резко закончились, оставляя меня наедине с непонятным чувством в груди. Потянувшись, я обняла Алеса за шею, отвечая на поцелуй, позволяя ему стать жарче, глубже. Неосознанно прижавшись ближе, я судорожно вздохнула, едва Алес отстранился, посмотрела в черные бархатные глаза...
— Я... — мысли окончательно спутались с моими противоречивыми эмоциями, и я совсем тихо прошептала:
— Что я должна на это сказать? Что ты тоже не идешь у меня из головы?..
— Я не против, — он вдруг тепло и очень довольно улыбнулся, — Мне нравится, когда ты такая честная... И так очаровательно краснеешь...
Смущенно улыбнувшись, я прикрыла глаза, утыкаясь лбом ему в плечо. Алес лег обратно, привлекая меня к себе, и между нами повисла тишина, в которой лично я наконец отпустила свою нервозность. Просто... Алес машинально поглаживал меня по спине, и его прикосновения, невольно успокаивали.
— Так что ты обо мне думала? — в какой-то момент вдруг снова спросил он, заставляя меня вернуться в реальность, — Ты... — он на секунду запнулся и с подозрением добавил:
— Фотосессия, тогда... тоже? Или у тебя был коварный план?
О-о, нет, ну зачем? Зачем ты об этом напомнил?! Вспыхнув, я прикусила губу. Не-ет, я не готова в этом признаваться. Но Алес... Ему нравится, когда я честная, да и он же... Он же рассказал мне свои мысли. Эти его слова... Если он смог быть таким откровенным, то и я могу?.. Дура, ты уже в его постели! Он уже признался, что... Он любит тебя... Тихонько вздохнув, я прижалась крепче к его груди, чтобы скрыть полыхающие щеки и довольную улыбку.
— Ну... Я... — я все же замолчала, не решаясь. Сердце бешено колотилось, и я всерьез испугалась, что Алес услышит его грохот, но отступать было поздно. Отчаянно застонав, я выдохнула:
— Блин, Алес!.. Просто смирись, ты заставляешь меня сходить с ума. И сейчас снова это делаешь! Да, я тоже думала о тебе, и... Черт, это так тупо!.. Я не могу тебе рассказать, что именно! Ты сочтешь меня идиоткой...
Алес молчал, и теперь я уже начинала жалеть о том, что только что сказала. Зачем, Лесса, ну зачем?.. Невесомый поцелуй в макушку заставил остановиться вихрь моих отчаянных мыслей. Что...
— Это так... мило, — Алес будто сам удивился тому, что сказал, и я аж застыла. Как на это реагировать? Что я должна на это ответить?! Блин, Алес, ты хочешь, чтобы я свихнулась, да?! Смущение стремительно улетело на задворки сознания, а его место заняло жгучее возмущение.
— Извини, — снова прерывая мой мысленный поток, тихо сказал он, — Я в тот раз правда просто... Не сдержался.
Вот тут настала моя очередь молчать и хмуриться. Не сдержался? В плане? Он про тот... эротический фарс? С губ само слетело непонимающее:
— То есть?
— То и есть, Кай! — простонал Алес и со смешком ткнулся носом мне в макушку, — Ты бы видела свое лицо: щеки красные, глаза блестят, губы припухшие, и дышишь будто... Я тебе клянусь, когда ты придвинулась и сжала мне волосы, я чуть было не поцеловал тебя. Нет, не так: хотелось закинуть тебя на плечо и запереть в своей спальне... — он опять хмыкнул, тихо добавив:
— Ты дрожала так, будто мы уже сделали это несколько раз, сдержаться было невозможно... И вообще! — от его низкого соблазнительного тона не осталось и следа, меня ущипнули за талию и съязвили:
— Одна маленькая наглая девочка любит дразниться, но не любит думать о последствиях. А я не железный.
Что?!.. Чем дальше он говорил, тем тише я дышала, сердце замирало, но... Что значит, я дразнюсь? Я?!
— Так! — возмущенно возопила эта самая «девочка», отчаянно выпутываясь из его объятий. Как ни странно, но меня отпустили и я, подскочив, недовольно уставилась на него, — Что значит «думать о последствиях»?! Это ты начал превращать фотосет в фарс! И в смысле, «ты не железный»? А я что, робот?! Да ты!..
— Оно само... — оправдывающийся Алес — за гранью понимания, но даже это отошло на второй план, когда я вспомнила, о чем думала в тот момент. Щеки снова вспыхнули, и это не осталось без внимания.
— Кажется, не я один там мыслями грешил, — Алес как-то довольно улыбнулся и, привстав на локте, прищурился, — Значит, ты тоже дрожала... Потому что «не робот»?
Черт... Не знаю, что отразилось на моем лице, может, досада или еще что-то, но Алес оборвал себя на полуслове, вмиг перестал улыбаться и внимательно всмотрелся мне в глаза.
— Я ничего не имел ввиду.
Верю! Помотав головой, я резко выдохнула и, обличительно ткнув в него пальцем, вернулась к волнующей теме с возмущенным:
— Имел или не имел, а непонятно что творил ты! Зачем надо было сначала хватать меня, прижимать, а потом!.. Вот ты думаешь, у тебя одного с фантазией отлично? Да я там что только не представила, после всех твоих шуток и выходок, да после всех твоих поцелуев в шею у меня там крыша ехала, а ты! Ты!.. Взял и поднял меня, заставив!.. Сползать... по тебе... — голос предательски сел к концу фразы, и в итоге «по тебе» было больше похоже на невразумительный писк. Да в общем-то я вся наверняка сейчас выглядела невразумительно, потому что окончательно смутилась и, судорожно вздохнув... Черт. Прижав край одеяла к груди, я смерила Алеса возмущенным взглядом и, прикусив губу, отвернулась, пытаясь спрятать пылающее лицо за волосами. Вот опять! Он сам меня провоцирует!.. Но с другой стороны... От того, что я это сказала, стало легче, потому что, даже несмотря на состав, вчера быть реально откровенной в этом вопросе я все равно не могла. Зато сейчас... Сейчас наши чувства не были тайной, а значит...
Алес вдруг привстал и сгреб меня в объятия, прижимая ближе к себе и лишая остатков дыхания. Черт! В этот момент я отчетливо ощутила весь спектр чувств от соприкосновения обнаженной кожи с его горячим телом, и мне поплохело. Или нет. Или да! Но, в любом случае, эта слабость и дрожь...
— Прости, — с улыбкой выдохнул он мне куда-то в шею, а в следующий миг... его губы коснулись моих. Я даже опомниться не успела, как мимолетное касание исчезло, оставляя меня ошарашенно хлопать ресницами. Что это сейчас...
— Я правда не удержался, — он так довольно улыбался, что его покаянный тон совершенно не вызывал доверия, — Не думал, что это вызовет у тебя такую реакцию...
Меня снова гладили по голове, будто успокаивая... и я поддалась. Поддалась его нежности, его заботе. Прижалась ближе, неловко обвила руками его талию и обиженно прошептала:
— А какую реакцию ты ждал? Я бы посмотрела, как ты среагировал на такое, если бы тебя почти месяц с лишним мучали разные фантазии больного воображения!..
— Смотрела, вообще-то...
О как. Поднять голову не получилось, его объятия оказались слишком крепкими, но вот спросить... Никто не запрещал!
— Что ты... — начала я, но меня прижали крепче, и дыхание резко закончилось.
— Тихо, это секрет, — заговорческим тоном сказал Алес. Секрет? Что за глупости?! К коктейлю из бабочек в животе и ревности прибавилась обида.
— То есть из меня все выуживать можно, а сам — нет? Тихушник... И ты обещал отвечать на любой вопрос честно! — недовольно пробормотала я, чувствуя, как от крепких объятий на самом деле постепенно перестаю злиться. Губы сами расплывались в довольной улыбке, и продолжать обиженно пыхтеть становилось сложно... Алес наконец буркнул:
— Ты сочтешь меня извращенцем.
— Я тебя и так им считаю.
— Маленькая наглая девочка... — обиженно отозвался он и прикусил кожу на моей шее. Твою ж! Невольно тихо застонав, я дернулась от пронзившего меня разряда и снова ощутила весь спектр от слабости во всем теле до предвкушающий дрожи. Организм!.. Вот уж кому неловкость хозяйки и всякие мысли не помеха!
— Может, ну их, эти разговоры, а? — тихо спросил Алес, целуя только что покусанную им же шею. Прикусив губу, я запрокинула голову, открывая больше пространства и выдохнула, когда Алес оставил еще пару поцелуев на нежной коже. Сердце ускорилось, в теле поселилась приятная сладкая дрожь, и я сжала пальцами крепкое мужское плечо, надеясь на еще один поцелуй... Сознание начало ускользать, но чуть подавшись назад, я все же посмотрела в эти... Наглющие черные глаза и наигранно возмущенно выдала:
— Вообще-то это ты хотел говорить!
— Я передумал, — соблазнительная улыбка в его исполнении... почти возымела действие, но я стоически выдержала. Правда, сердце, кажется, скоро вылетит из груди, а я сама наброшусь на Алеса... Пришлось взять себя в руки и свести брови.
— А я нет! Что ты имел ввиду?!
Черные глаза прищурились, на их дне мелькнуло недовольство...
— Что я в тот момент о тебе думал. И до этого тоже. И фантазии у меня, уверен, похлеще твоих. Довольна? — он хищно улыбнулся и, спустившись ниже, куснул мое плечо, посмотрев на меня снизу вверх. О черт... Если можно за секунду лишиться дара речи, то я это сделала. Потому что... Вот так просто признаться? Я в шоке... Или в этом нет ничего такого? Может, я накрутила непонятно что из своих предрассудков? Алес опять навис надо мной, привычно склонил голову к плечу, наблюдая за моей реакцией, а я... не знала, как отреагировать. С одной стороны, это смущает, с другой...
— И все же... — он вдруг задумчиво прищурился и провел пальцами по моей щеке, — Знаешь, мне интересно... А что именно ты думала? Как я умудряюсь... сводить тебя с ума?
Угадайте, кто покраснел до корней волос? Угу, я. И тем самым дала ему повод удивленно вскинуть брови, а после расплыться в многозначительной, но от этого не менее довольной улыбке.
— Даже так? И как так вышло? — все еще улыбаясь, но без намека на издевку спросил Алес, пока я пыталась хоть как-то совладать с собой. Как, как... Молча! Я точно должна отвечать?! Нервно прикусив губу, я прикрыла глаза. Потом потянулась, легко касаясь губами его подбородка, провела ладонями по обнаженному торсу и, сладко улыбнувшись...
— Может, ну их эти разговоры, а? — я повторила его фразу в надежде, что мне не придется признаваться. Вот только маневр не удался: Алес лишь улыбнулся шире и, проведя ладонью по моему бедру, выдохнул на ушко:
— Ох, малыш... Такие слова прокатывают только вкупе с поцелуями. С очень долгими поцелуями... Так что, увы, — снова отстранившись, он с кривой усмешкой щелкнул меня по носу. Напоследок улыбнулся и снова стал адекватной версией себя, то есть успокоился, — Мне правда интересно.
Я в этот момент пыталась не дать мозгу улететь в непонятные дали, так что на его слова отреагировала не сразу. Даже не так, я их осознала с задержкой. Интересно... В сотый раз прикусив несчастную губу, я посмотрела на Алеса...
— А что будет, когда узнаешь? — делая вид, что совсем не смущаюсь, я лукаво прищурилась. Алес, с интересом проследив за мной, вскинул бровь и вдруг совершенно спокойно пожал плечами:
— Ничего, просто узнаю... Буду вспоминать перед сном и улыбаться? М-м... — он подался ближе и понизил голос, мурлыкнув:
— Предложу попробовать?
Он тихо засмеялся, а я, выдохнув и невольно заразившись его весельем, прикрыла глаза, тоже тихо усмехнувшись. Поколебавшись, вздохнула... И, очень осторожно подбирая слова, сказала:
— Просто... Там... Кое-что случилось, и вот...
— Вот? — Алес еле сдерживал улыбку, и из-за этого я почему-то ощутила себя глупой. Черт. Мрачно зыркнув на него, я отрезала:
— Вот. Мне показалась интересной мысль на тему...
А-а, нет. Или да. Или нет. Нет, не буду говорить. Или буду. Что может случиться, если скажешь? Все самое «страшное» уже позади, вот она ты, сидишь, обнаженная, между прочим, рядом с предметом собственных мыслей... Который терпеливо ждет, пока ты примешь решение. И даже пытается не улыбаться... А еще он тебя любит, и ты его... любишь...
— Каково было бы... с тобой... — я отчаянно покраснела и замолчала. Потом опустила голову, прикусила губу и ну очень тихо закончила, — ...встречаться. И пока я думала про это, моя фантазия зашла слишком далеко... А потом ты меня ночью поцеловал, и фантазия совсем вышла за рамки...
Тишина-а... Нет, я все же хочу видеть его лицо! Осторожный взгляд из-под ресниц... протранслировал крайне удивленного Алеса. Даже не так, ошарашенного. Оглушенного сказанным мной.
—Ты не спала?.. Нет, не важно, мне не стыдно, я не мог удержаться. Важнее: и каково? — наконец выдал он и внимательно посмотел на меня. Теперь настала моя очередь непонимающе вскидывать брови, и Алесу пришлось пояснить:
— Каково со мной встречаться?
— Эм... — я озадаченно нахмурилась, — Не знаю? Меня смущали эти мысли, да и остальные были больше...
Мое бормотание стихло, я задумчиво посмотрела на скомканное пальцами одеяло, которое все еще прижимала к груди. Все остальное было глупыми влажными фантазиями, а это... Откуда ж я знаю? Что за вопрос? Как я могу знать, если это просто была идея?.. Я машинально посмотрела на Алеса, продолжая задумчиво обкусывать губы. Стоп. Почему он так ухмыльнулся? Так, мне это не нравится!
— Ка-ай... — с обольстительной улыбкой протянул Алес, но я быстрее него испуганно сглотнула и, увернувшись от потянувшейся ко мне ладони, категорично выдала:
— Нет.
— Но ты же не дослушала...
Его голос обволакивал, затягивал в черную вселенную его глаз, заставляя терять нить рассуждений, но... нет. Не настолько я сошла с ума... или настолько? Если вдуматься, то... Я все же отрицательно помотала головой. Морально я пока не готова к настоящим отношениям. Пусть он хоть сто раз мне нравится, но... Это же будет по-настоящему! И я даже не могу представить, что именно!.. Алес только укоризненно сжал губы.
— А если все же послушать?
— Все равно нет.
Черные глаза прищурились, отчего внутри все дрогнуло, а в следующее мгновение Алес резко перевернулся, схватил меня за талию, укладывая на постель, и навис надо мной, игнорируя испуганный писк. Я прижала одеяло к груди, как последний оплот защиты, но Алес хищно улыбнулся и, ненавязчиво пробравшись пальцами под мою ладошку, потянул ткань на себя...
— А может, все же подумаешь? — мурлыкнули мне на ухо и коснулись губами нежного места за ушком, — Немножко...
— Н...
Кто бы мне еще дал договорить! Не желая слушать возражения, Алес поцеловал меня и снова заглянул в глаза. Мозг мгновенно отключился, а я завороженно застыла, уже заранее приготовившись согласиться на все...
— Я тебя люблю. Я хочу, чтобы ты была рядом. Всегда... — он улыбнулся шире и мурлыкнул:
— Малыш, я не шучу. И все, что я сказал до этого, — тоже не шутка. Может, все же подумаешь? М?..
Меня поцеловали за ушком, его губы скользнули по скуле, находя мои... И Алес вдруг выдохнул в них тихое проникновенное:
— Пожалуйста, малыш...
Не-ет, к этому невозможно было подготовиться!.. Я чуть не застонала от отчаяния, когда поняла, что мне очень даже нравится его идея, а сердце плавится от переполняющих чувств. Блин, я хочу согласиться, но это же... Безумство какое-то!
— Дай мне шанс... — снова склоняясь к моей шее, хрипло прошептал он, и... сердце дрогнуло. Мысли снова завертелись в бешеном вихре, среди которого... Ну очень выделялись собственные выводы из разряда «ценит», «понимает», «сводит с ума»... И я понимала, что если подумаю чуть дольше, то действительно сдамся. В общем-то... Слишком сложно не сдаться, особенно когда эти черные глаза буквально прожигают насквозь, заставляя задыхаться от невероятных эмоций... К тому же... Что мешает мне попробовать? Не каждый день выпадает такая удача! Не задумываясь о том, какие последствия меня ждут, я на секунду прикрыла глаза и выдохнула:
— Только один.
Его губы снова коснулись моих, заставляя задохнуться от чувств. А уж когда он отстранился и с нереально счастливой улыбкой посмотрел на меня... В груди всколыхнулась ответная радость, и, не удержавшись, я вдруг подняла руку, и, прикоснувшись кончиками пальцев к его щеке, скорее подумала, чем сказала:
— Тебе идет такая улыбка...
Он удивленно вскинул брови, а потом поймал мою руку и поцеловал пальцы. Ох... От этого внутри что-то вздрогнуло, а щеки вспыхнули от новой волны смущения. И еще раз, когда он снова меня поцеловал, скользя ладонями по моему телу, касаясь своими длинными пальцами разгоряченной кожи... Я отчаянно покраснела, сжала его плечо, но... Алес все понял. Убрал руку, возвращая ее на талию, а потом внезапно ткнулся лбом мне в ключицы и тихонько фыркнул. А после вообще подхватил меня на руки и направился в ванну, игнорируя мой испуганный вздох.
— Ох, куколка моя, — тихонько рассмеялся он, открывая дверь и ставя меня на теплую плитку. Мне достался многозначительный взгляд, нежный поцелуй в плечо...
— Почему я кукла? — возмутилась я, едва ощутив опору под ногами, и посмотрела в смеющиеся черные глаза. Алес хмыкнул, потом тягуче провел руками от моих бедер по талии вверх и, чуть наклонившись, сказал:
— А как иначе? Маленькая, синеглазая, невинная... Настоящая кукла, — он довольно ухмыльнулся и, чмокнув меня в губы, добавил:
— Моя куколка. И я готов ждать свою девочку сколько угодно.
Торжественно выдав все это, Алес развернулся и направился обратно в комнату, оставляя меня в какой-то растерянности и... снова разжигая внутри огонек счастья. Как он догадался, что я смущаюсь? Нет, он мысли читает? Приду в себя и обязательно поцелую его... Довольно улыбнувшись, я посмотрела ему вслед, скользнула взглядом по накачанной спине... Невзирая на смущение, я прикусила губу и судорожно вздохнула. Какой же ты чертовски красивый. Сильный... сексуальный... Хочу видеть это каждое утро... Алес вдруг остановился. Ой черт, опять вслух?! Испугавшись собственного высказывания, я вздрогнула, едва Алес глянул на меня вполоборота и, хищно прищурившись, вкрадчиво спросил:
— Хочешь принять душ вместе?
— Нет! — покраснев, выпалила я и отвернулась. Ох блин... Сзади хмыкнули, и вскоре я услышала звук закрывшейся двери. Блин, какой же он все-таки... чуткий. Зря отказалась. Надо было соглашаться... На губах невольно вспыхнула улыбка, и я в кои-то веки даже не пыталась ее согнать, упиваясь... собственным счастьем.
Оставшись в одиночестве, я все же умудрилась справиться со смущением. Просто отсутствие одного белобрысого индивида в обозримом пространстве очень способствовало мыслительному процессу. Так что пока принимала душ и приводила спутанные волосы в порядок... расставила для себя все точки над «и». Пусть на одной чаше весов все еще тяжело лежала наша разница в возрасте и устав, на другой — собственные чувства и... Они перевешивали. Это не важно. Если Алес и раньше вполне успешно обходил этот несчастный устав, то и сейчас все будет хорошо. А разница в возрасте... Да он же иногда ведет себя хлеще моих ровесников, так что какая разница? Нам ведь было комфортно общаться все это время, и... Алес действительно единственный, кто знает меня настоящей, кто реально заботится обо мне, но не считает беспомощной. И он... Любит меня. То, что моя влюбленность не безответна, делало меня еще счастливей и возвращало уверенность. Ну, а то, что было ночью... Жуть, конечно, как я умудрилась на это решиться, но, черт побери, оно того стоило! Офигеть, я с ним встречаюсь. А-а! Я ненормальная...
Выключив воду, я завернулась в полотенце и, продолжая мечтательно улыбаться, подошла к раковине за расческой. Интересно, а что-нибудь во мне изменилось? Теперь я помню все, и по моим ощущениям за ночь я не то что переплавилась, была создана заново. Его руками... Предвкушающе прикусив губу, посмотрела в зеркало... Эм. Я ошарашенно хлопнула ресницами и даже подалась вперед, рассматривая щедрую россыпь засосов на моей шее, ключицах. Нет, я, естественно, не могла не заметить пару характерных кровоподтеков на груди, но... Кошмар.
— Алес, блин, зверь какой-то... — пробормотала я, касаясь пальцами особо крупного синячка. Надеюсь, учебу я уже проспала, потому что некоторые засосы не скроет даже высокий ворот! Собственно, именно мысль о вороте породила в моей голове очередную шальную мыслишку. Передумав идти к себе, я накинула халат и, открыв дверь в комнату Алеса, смело шагнула вперед, чтобы обнаружить его расслабленно валяющимся на кровати с самой дебильной из улыбок. Мое появление незамеченным не осталось: он приоткрыл глаза и, посмотрев на меня, удивленно вскинул брови.
— Что случилось?
Я сжала губы, чтобы не улыбаться очень широко и, присев на краешек кровати, с прищуром спросила:
— Я же твоя... девушка? — ух, как сложно мне далось это слово, но... как же оно приятно звучит в таком контексте!
— А ты уже сомневаешься? — Алес резко подскочил и нахмурился. Я его напугала? Хм...
— Нет, но раз на то пошло, то я требую у тебя рубашку в фонд моего гардероба!
Мои губы все же растянулись в широкой хитрой улыбке, когда физиономия моего новоявленного... парня вытянулась.
— Прости? — на меня посмотрели удивленно, и пришлось снисходительно пояснить:
— Хочу твою рубашку. Делись.
Он странно на меня посмотрел, потом хмыкнул и, покачав головой, упал обратно, сквозь смех отозвавшись:
— Можешь выбрать любую, я тебе разрешаю... Только покажись в ней, я хочу на это посмотреть.
Не волнуйся, увидишь... Вообще, я втайне надеялась, что он выберет что-нибудь со мной, но... При мысли, что окажусь в его гардеробной в одиночестве, все внутри дрогнуло. Довольно улыбнувшись, я встала и бодрым шагом прошлепала в нужную комнату. Хм... Планировка почти ничем не отличалась от моей, разве что тона другие, да плюшевых пуфиков не наблюдается. Зато... Пахнет его одеколоном. Чуть прикрыв глаза, я с затаенным наслаждением втянула воздух. Кажется, у него и шампунь чем-то подобным пах... Лайм с... С чем же? Что-то очень знакомое... Можжевельник? Надо будет спросить у Алеса. Но... При мысли о шампуне, в голове услужливо всплыли мои вчерашние самовольства, даже вкус его шеи, и я отчаянно покраснела. С другой стороны... Это было забавно. И приятно... Чуть тряхнув головой, чтобы откинуть лишние мысли, я прошла к ближайшему шкафу и, открыв, обнаружила ровные ряды пиджаков, пальто... Не то. Следующий шкаф порадовал стопками футболок и прочего. Зато в третьем мне уже было чем поживиться. Ха, прям охотник за мужскими рубашками. Осторожно перебирая вешалки, я скользила взглядом по одежде... Вообще, Алес довольно часто появлялся в рубашках, но еще чаще я видела его в футболках. Хотя, ему и то, и другое идет... Замерев, я коснулась пальцами черного воротничка. Вот в этом я, пожалуй, его еще не видела, хотя она бы ему пошла... Невольно представив Алеса в черном, я судорожно вздохнула. Этому хищнику только в ней и ходить... Блин, Лесса, ты зависаешь над его одеждой, как маньячка! Но ведь это так будоражит... Снова помотав головой, я перебрала еще пару вешалок и наконец-то выудила одну из них. Сойдет. Тем более, она длинная... Хотя, ладно, они все длинные, Алес сам по себе вон, длинный. Везде... А-а, ну что за пошлые мысли!
Окончательно покраснев и глупо улыбаясь, я вышла из гардеробной со своим трофеем и под внимательным взглядом Алеса ретировалась к себе. Ух... Я реально собралась надеть его рубашку! Взбудораженная этой мыслью, я вышла в своей комнате, окинула рассеянным взглядом с ночи развороченную постель... И в голову пришли мои вчерашние размышления. Вот только давать им пространство для развития не хотелось, поэтому я лишь тряхнула головой и прошла к туалетному столику. Сев перед зеркалом, решительно взялась за фен, баже включила, прежде чем в мозгу вновь всплыли совсем неуместные вопросы...
Например, а правильно ли я вообще сейчас поступаю? Нет, конечно, я со всем согласилась и даже дала ему шанс, но если вдуматься... Алес прожженный бабник, который девичьи мысли читает, как любимую книжку, и даже цитирует без подлинника. Одни его шуточки чего стоят. А от тебя ему нужно было пресловутое доверие, точнее, не оно само, а успешно пройденное испытание с ним... Я прикусила губу и тяжело вздохнула. Боже... О чем я думаю. Несмотря на попытки отвлечься, в груди разлилась обида, а уголки губ невольно поползли вниз. Он мог просто специально это сделать, воспользовавшись моей наивностью? Я себя выдала, и он решил..? Выключив фен и бессильно опустив его на колени, я напряженно посмотрела в глаза своему отражению. Черт. Я мотнула головой, в попытке отбросить все лишнее. Как бы правдоподобно он не врал, сейчас ему это просто невыгодно. Он не сможет притворяться так долго, ведь мне еще учиться полтора года, и работать нам вместе. Стал бы он так подставляться? Вот и я думаю, что нет. Или хочу думать... Нет, я права. Вчера я не могла ни о чем думать, уверена, он был в таком же состоянии, и именно тогда... Он сказал, что любит меня.
Подозрительные мыслишки все равно крутились на краю сознания, и я резким злым движением схватила расческу, запретив себе сомневаться. Быстро привела волосы в порядок и, подскочив, повернулась к постели, куда кинула его рубашку. Просто... Даже если меня обманули, я хочу попробовать!.. Я судорожно вздохнула, улыбнувшись, подцепила с кровати белье и... А? Ошарашенно моргнув, я тут же забыла, о чем думала, и тупо уставилась на свои ноги. Браслета не было!