Глава 14
— Совет риэлтеров назначил премию тому, кто в конце концов продаст этот дом. Новички один за другим терпят неудачу уже в самом начале.
Ее голос опять звучал спокойно. Лиса рискнула взглянуть на Джен.
— Но ведь для вас это не вопрос денег, не так ли? Вы хотите быть тем человеком, который в конце концов продаст дом.
— Я уже пробовала. И к тому же тут нечто личное.
Она приготовилась слушать, но она замолчала. Неужели она думает, что она так просто оставит эту тему после того, что она сказала?
— А что это за история?
— Именно здесь я встретил ....
— Мать Мэй? — Лисе стала понятна ее сдержанность.
— Да. — Ее взгляд по-прежнему скользил вдоль улицы, но было видно, что Дженни ничего не замечает. Она вспоминала свою жену. — Мы оба были начинающими брокерами, решившими продать этот дом, и встретились именно здесь, показывая его. Я занимался с парой, принадлежавшей к богеме, а она пыталась продать его богатому иностранцу.
Лиса засмеялась:
— Она что же, полагала, что у иностранцев нет вкуса?
Дженни невесело улыбнулась.
— Скорее всего, она думала, что этот богач купит дом только из-за престижного района, а потом, наверное, снесет дом.
— И почему иностранец не купил?..
— Кажется, в его стране произошел военный переворот, и он уехал.
— А богемная чета?
— Они предпочли другой район.
А что случилось с ней?Пока Лиса раздумывала, стоит ли ей расспрашивать дальше — ведь Дженни продолжала тосковать по ушедшей жене, к тому же она, по-видимому, оставила мысль о развитии их отношений, — она продолжила:
— Спустя три месяца мы поженились.
— Быстро.
Дженни пожала плечами.
— Я знала, что мне нужно. Она тоже. Незачем было терять время.
Вы — не я, подумала Лиса. Я потеряла уйму времени.
— Она работала в моем агентстве. — Дженни покачала головой. — Вспомнить только, каких невероятных усилий стоило нам встать на ноги. Мы создавали агентство в самое тяжелое для риэлтеров время. Но мы старались не предаваться печальным раздумьям. Мы собирались продать вот этот дом, а комиссионных нам хватило бы надолго.
— Но вы ведь не продали его...
— Пока, как видите, продать его никому не удалось. — Дженни тяжело вздохнула и сжала губы. — она погибла, направляясь сюда: она ехала показывать дом.
Услышанное потрясло Лису. Она попыталась взять Дженни за руку, но она отвернулась и положила руки на машину.
— Автомобильная катастрофа? — прошептала она.
Она отрицательно покачала головой:
— Мозговая аневризма. А машина ее продолжала двигаться и врезалась в кирпичную стену, что тянется вдоль подъездной дороги.
— Какой ужас! Когда...
— ...это случилось? — договорила она. — Почти четыре года назад. Я встретила ее, женился, стала мамой Мэй, потеряла жену — и все это за семь месяцев.
Пока Лиса подыскивала слова, Дженни кивком указала на конец улицы:
— Они приехали.
— Мне пора. — Быстро подойдя к своей машине, Лиса открыла дверцу.
— Лиса? — окликнула ее Дженни, наблюдая за приближавшейся машиной. — Насчет съемок...
Затаив дыхание, Лиса ждала, что она скажет.
— Я буду занят. Но если вы хотите поехать и если Мэй захочет, я не буду против.
Ура! Лиса чуть не вскрикнула от радости.
— Спасибо. — И она поспешила сесть в машину, пока она не передумала. Или пока она не раздумала.
— Я пойду заполню контейнер для льда, — объявила Мэй.
Закрыв глаза и вытянувшись, Лиса лежала на постели.
— А ты знаешь, где холодильник?
За долгим молчанием последовало уверенное:
— Угу.
Врунишка, беззлобно подумала усталая Лиса. И как это Мэй не чувствовала усталости? Скоростной рейс был настоящим испытанием. Интересно, сколько же соленых орешков успела поглотить Мэй за время полета?
— Подожди, я пойду с тобой, — сказала Лиса. Девочка нахмурилась. — Я хочу немного размяться, — пришлось и ей чуть-чуть приврать.
— Вы мне не доверяете, — обиженно протянула Мэй.
Невероятным усилием воли Лиса заставила себя слезть с кровати.
— Я верю тебе, детка, но опасаюсь всяких таинственных злодеев.
— Они что, могут быть возле холодильника? — с надеждой в голосе спросила Мэй.
— К счастью, пока я их там не встречала, — проворчала Лиса, отпирая дверь. Лиса пошла босиком. Ботинки казались тесными и неудобными после путешествия вместе с маленьким ребенком — первого с тех пор, как сама она уже не ребенок.
Мэй побежала по коридору, разыскивая холодильник и сообщая Лисе обо всем, что видела вокруг. Лиса была даже рада, что девочка побегает — все-таки даст выход энергии. Только вот было трудно заставить ее не кричать.
Наконец они нашли холодильник, и прежде чем Лиса успела дать девочке черпак, та принялась руками накладывать лед в контейнер.
— А что мне можно попить?
Быстро оглядев выставленные на полке холодильника напитки, Лиса увидела, что все они содержат кофеин. Не пойдет. И не «Маргариту» же давать ребенку.
— Уже поздно, пора ложиться спать, —Лиса без всякого притворства зевнула, — утром куплю тебе воды.
— А сколько времени? — Мэй схватила Лису за запястье. — Всего только полдевятого. — И негодующим тоном девочка добавила: — Только младенцы засыпают так рано.
— Младенцы и помощники продюсеров, — поправила Лиса.
— Я лягу спать, только когда приедет папа, — заявила Мэй, закрывая контейнер со льдом крышкой.
Лиса внимательно посмотрела на девочку. Разве Дженни не сказала дочери, что не приедет? Не решилась? И предоставила сообщить это малоприятное известие Лисе?
— Ну можно мне попить сейчас?
— Мм... я не взяла с собой кошелек.
— Хорошо, так принесите его.
Лиса шагнула и наступила на кусок льда.
— Ой! — ее голос громко разнесся в комнатке с голыми стенами.
— Шш! — Мэй поднесла палец к губам.
Ковыляя в свой номер и оставляя влажные следы на покрытом линолеумом полу,Лиса ломала голову — как сообщить девочке, что маму ждать не стоит.
— Когда приедет мамочка? — Мэй вспрыгнула на кровать Лисы и потянулась за кошельком.
Взяв его, Лиса быстро пересчитала мелочь. В отеле имелся также автомат для продажи закусок. Может, удастся подкупить Мэй чипсами?
— Когда... приедет... мамочка? — повторила Мэй, с каждым словом подпрыгивая на кровати.
— Ты увидишь маму в воскресенье, когда вернешься домой. Как насчет того, чтобы перекусить? — Лиса задорно улыбнулась и протянула девочке горсть монет.
— Я хочу увидеть ее сейчас. — Мэй взяла деньги и соскользнула с кровати.
— Мама осталась в Сеуле. — Лиса направилась к двери. — Помнишь, как мы летели? — Сама-то она не скоро забудет этот перелет. До Сеула далеко. — Лиса поняла, что взяла неверный тон. — Я не имею в виду — очень далеко, — дала она задний ход, — но на машине нам пришлось бы ехать несколько часов. Вот почему мы полетели на самолете.
Мэй широко раскрыла глаза. Из ее руки выпал и покатился по полу десятицентовик.
— Послушай, пойдем поищем что-нибудь перекусить. — Надеясь, что все образуется, Лиса улыбнулась девочке: дескать, все хорошо. Но это не помогло.
— Я хочу к маме! — Глаза Мэй наполнились слезами, нос покраснел.
— Не успеешь оглянуться, как увидишь ее. Мы перекусим, наденем пижамки и ляжем спать. А завтра побываем на нескольких ярмарках и переспим здесь еще одну ночь. — Лиса говорила все быстрее, она понимала: еще немного — и Мэй расплачется. — Потом мы полетим назад, уже другим рейсом, а дома ты увидишь маму.
Только бы она была дома.
— Я хочу домой!
— Ты обязательно попадешь домой. А сейчас... сейчас... у нас приключение. У нас с тобой приключение во время путешествия. — Лиса стояла у двери, устало улыбаясь. — Сейчас мы поедим всякой всячины, и никто не сможет нам помешать!
Мэй стремительно выбежала в коридор.
— Мэй! — Лиса догнала ее возле лифта. — Автоматы для продажи еды — вон там.
— Я хочу домой. Вы не можете заставить меня остаться! — пронзительно закричала девочка.
— Мэй... — Лиса взяла ее за руку.
В этот момент из лифта вышли мужчина и женщина.
— Нет! — истошно кричала Мэй. — Я хочу к маме! Не хочу оставаться с вами! — Она ударила Лису по руке.
Пара пристально смотрела на них.
— Шш! — Лиса смущенно улыбнулась, но те и не подумали улыбнуться в ответ.
— Ее мама — в Сеуле, — пояснила Лиса, догадываясь, что люди предполагают самое худшее.
Продолжая вопить, Мэй плюхнулась на пол, и Лисе оставалось или отпустить ее, или усесться рядом.
— Я хочу к маме!
Пара застыла на месте, затем мужчина шагнул в их сторону. Дверь одного из номеров распахнулась, и хозяин номера вышел посмотреть, в чем дело.
— Мэй! — Лисе пришлось повысить голос. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой беспомощной. — Пошли позвоним твоему маме. Хочешь поговорить с ним?
Всхлипывая, Мэй кивнула и встала.
Облегченно вздохнув, Лиса потащила ее в их номер. Схватив телефон, она спросила:
— Какой номер вашего телефона? — Номер был записан у нее в книжке, но таким образом Лисе хотелось отвлечь ребенка.
Ким Дженни, только бы вы оказались дома!
Она была дома. Услышав ее голос, Лиса молча передала трубку Мэй.
— Мамочка! — прокричала Мэй.
Натянутая как струна, Лиса села на другую кровать и стала ждать.
Прошло пять минут, десять... Мэй не переставая умоляла маму приехать и забрать ее домой.
Время шло, и Лиса, поражаясь, думала — как еще у нее не началась мигрень? Для этого были все основания.
— О'кей. — Мэй протянула трубку Лисе.
Вот теперь ей совсем не хотелось с ней говорить!
— Алло? — как можно спокойнее произнесла она.
— Что вы с ней сделали?
— Ничего. — Лисе не понравился ее тон.
— Но у нее истерика.
— Что ж поделаешь? — Лисе ли было не знать о состоянии Мэй?
Она услышала, как Дженни вздохнула:
— Мне никак не следовало разрешать вам брать ее туда.
— Не сомневалась, что вы скажете именно это.
— Вам ли упрекать меня?
На этот счет у нее имелись веские соображения, но она решила — лучше промолчать.
— Она приедет? — тихо спросила Мэй, но Дженни, по-видимому, услышала.
— Скажите ей, что я приеду и что она должна немедленно ложиться спать, не то я накажу ее!
— Она спит, — прошептала Лиса.
Было уже далеко за полночь, когда крайне уставший Дженни легонько постучал в дверь. Быстро пройдя мимо Лисы, она подошла к кровати и посмотрел на дочь.
Сейчас она казалась ангелом. Как будто не она недавно пронзительно визжала на весь отель, а Лиса безуспешно пыталась успокоить ее.
Мрачно взглянув на Лису,Дженни жестом поманила ее в коридор. Опустив ключ в карман жилета,Лиса вышла и прислонилась к двери — она приготовилась выслушивать гневные упреки Дженни.
— Что произошло? — встревоженно спросила она. Чувствовалось, что она пытается сдержать гнев.
— Похоже, Мэй надеялась, что вы тоже приедете.
— Кто же внушил ей эту идею?
— В любом случае не я!
Удивленный, она сунула руки в карманы своей кожаной куртки.
— Но она почему-то была уверена, что мы будем здесь все вместе.
— Почему-то?..