Осторожность не помешает.
Время спокойное. Дел - никаких. Пока Хёнджин готовится уезжать, Феликс гуляет по городу в надежде встретить кого-нибудь из своих. Прямо из-за угла в него врезается стражник Чонина, явно куда то спешащий. На того, кого он чуть не сбил он бы и не посмотрел, если бы его не окликнули тихим: "Меня ищешь?". Повернувшись, перевоплащённый ангел тут же разворачивается и кланяется ангелу более высокого ранга, но вот их земное обличие этого не предполагало. Служащий выглядел явно лучше, имея богатого господина.
-Простите - простите! Я должен передать вам.. - начал тараторить стражник.
- Тише! - прошипел Феликс, - перестань кланяться!
- Чонин передаёт, что его время на земле только до полуночи завтрашнего дня. Сейчас он направляется в город на северо - восток, путь до него займёт именно столько времени! Дальше вам придётся действовать самому! - шёпотом, но с глубоко озабоченный тоном проговорил стражник.
- Понял. Вернись на своё место. - Феликс дежурно поклонился, развернулся и ушёл.
***
Через час карета хозяина, а за ним две повозки с богатым товаром выехали из города. Когда их маленький караван въехал в лес и пропал из виду, из ворот выехала ещё одна повозка - пустая для краденного товара с двумя спутниками. Ехали, как обычно, в тишине. Но не прошло и пол часа, как напряжение между ними стало ощутимым, и стоило начать хоть какой-то разговор.
- Как тебя зовут? - Хёнджин спросил, не обернувшись.
- Феликс, - он слегка улыбнулся, - смешно, что ты решил узнать это только сейчас.
- Повода не было.
- А сейчас есть? - ангел смотрел горящими глазами, явно пытаясь довести разговор до правдивого признания.
- Ты задаёшь слишком много вопросов. Я передумал с тобой разговаривать - Хёнджин, кажется, специально изводил Феликса, но говорил совершенно серьёзно.
Ангел обиженно надул губы, отвернулся, но через минуту уже забыл об этом.
Они ехали по лесной широкой тропе, держась на значительном расстоянии от преследуемых. Они ещё не походили на лучших друзей, но барьер в общении все же преодолели. Теперь их точно можно было услышать, смех Феликса и возмущённые вскрики Хёнджина иногда разносились гулом по лесу, отталкиваясь от стволов деревьев.
~Казалось, между ними появлялась прочная связь. Однако в разные стороны отходили другие нити, которые мешали сближению. И у Феликса они были гораздо длиннее.
***
Лес сменялся полями невысоких холмов. Пейзаж был потрясающим: с вершины холма были видны другие - иногда зелёные, иногда жёлтые или красные, всё зависело от цветов, от которых в глазах пестрело. Солнце нещадно сжигало землю, облаков не было. Скоро воздух нагрелся, и находится под открытым небом было невозможно. Феликс изнывал от жары - на небесах светило ослепляет так, что ни один смертный бы не выдержал. Но жара от него не было. Или, на ангелов она не распространялась? Феликс не знал. Да и думать сейчас было тяжело. Температура тела поднялась на несколько градусов.
Хёнджин часто находился в подобных путешествиях, и хоть чувствовал себя не лучше, переносить жару было чуть легче.
Он посмотрел на Феликса - красного, как помидор и почти потерявшего сознание. Масла в огонь подливала повозка, качающая из стороны в сторону.
- Иди сядь под тент. Если сейчас свалишься - оставлю здесь.
Феликс обернулся назад. В телеге не было ничего, кроме сложенных тканей - матрасов и мешочка с едой.
- Останови, я залезу под тент - промямлил ангел, казалось, из последних сил.
Ничего не сказав, Хёнджин дёрнул лошадь. Феликс, пошатываясь, слез с места и обошёл повозку. Сзади проход был открыт, чтобы телега сильно не нагрелась. Феликс вскарабкался на доски и сел, прижавшись спиной к стене и вытянув ноги.
Лошадь тронулась дальше.
В скором времени вода кончилась, ангел в полуосознанном состоянии был готов распластаться по доскам и умереть прямо тут. В телеге не было прямых лучей, но воздух был не свежий, без даже самого лёгкого ветерка. Поверхность нагревалась очень сильно, и было невыносимо душно.
Кажется, Феликс спал. Или валялся в обмороке. В любом случае, пролежал так он до вечера.
Ближе к закату они вновь заехали в лес. Дорога была одна единственная, поэтому даже не видя каравана, свернуть не туда было очень сложно.
От уходящего солнца и тенью над головой стало наконец легче. Лесной воздух был абсолютно свежим, и почти сплавленная голова перестала болеть. Нужно найти воды, без неё они долго не смогут. Хёнджин сквозь шум колёс и копыт пытался расслышать звук ручья. Однако большого толка это не принесло, и было решено остановиться.
Хван остановил лошадь, заглянул в повозку. Феликс всё ещё лежал. Но оставлять его одного было нельзя.
- Феликс, вставай. Надо найти воду. - Хёнджин желал увидеть хоть какой-нибудь отклик но в ответ получил лишь мычащие недовольства. - Я оставлю тебя здесь одного, и на тебя нападут, - с этими словами Хван спрыгнул и пошёл вглубь леса. За его спиной зашевелился Феликс и выбежал следом.
Долго искать не пришлось: в тишине журчание воды было хорошо слышно, и совсем скоро они наткнулись на ручей. Набирали много: все ёмкости, в которых можно было держать жидкость были заполнены. Вышло четыре кувшина и фляга. Вернувшись к повозке, второй раз к воде Феликс повёл лошадь. Хёнджин остался на дороге.
С лошадью было сложно пробираться между низкими ветками и упавшими деревьями, но лошадь словно внимала каждому его движению, и до ручья они дошли. Ангел сел на корточки и стал ждать, пока животное напьётся.
Сидел, рассматривал жучков на листьях и не заметил, как лошадь начала медленно пятиться назад.
- Что такое? - обернулся Феликс на лошадь и понял, что за ручьём кто-то стоит. По глазам животного стало понятно, что напротив него стоит зверь.
Хищники не любят резких движений. Феликс, пытаясь сохранить самообладание, пытался судорожно вспомнить правила по встрече с каждым лесным животным. "Волк - не смотреть в глаза, кабан - не поворачиваться спиной и залесть на дерево, лось - покинуть территорию не поворачиваясь спиной, тигр - что же там такое было??" Феликс не помнил, но точно знал, что это на небесах рассказывается всем.
Медленно, едва заметно ангел начал поворачивать голову. Лохматый коричневый ком. Медведь. Феликс поднял глаза. Огромный зверь даже не смотрел на обомлевших от страха путешественников, увлечённо рассматривая что-то в стороне.
Медленно стараясь переставлять ноги назад Феликс, все ещё на корточках, неотрывно смотрел на медведя. Лошадь, отходя назад, уперлась в низкую ветку, от чего та хрустнула. Зверь обернулся. Теперь их глаза изучали друг друга, и ангел боялся прервать этот контакт. Расстояние между ними было небольшим, около четырёх метров.
Казалось, так может продолжаться вечно, если бы медведь не решил наступать. Он поднялся и медленно поставил переднюю левую лапу, затем правую. Феликса охватил ужас, тело онемело так, что он уже не мог пошевелиться.
Щелчок. Медведь пронзён длинной стрелой. Ангел отводит взгляд: Хёнджин держит глаз на прицеле арбалета, убирает и говорит:
- Вы долго. Как ты так нарываешься на неприятности? - Хван тут же развернулся и пошёл назад. Феликс, вдруг резко вскочив, стал догонять его. Ангела вдруг настигла жалость о звере.
- Зачем ты его убил?? Он же ничего не сделал, Хёнджин?! - голос уже хрипел от крика, но останавливаться Феликс не собирался, - Хёнджин! Хватит слушать меня спиной! Отвечай! Хёнджи-ин!
Хван резко повернулся, не ожидая, что Феликс был уже прямо за его спиной, и схватил его за плечи.
- А как ты собирался уйти от него без меня, а? Он бы напал! Что бы я тогда делал?? - после этих слов Феликс удивлённо поднял брови, обрадовавшись услышанному.
- Я имел ввиду.. без лошади. Без лошади я бы не дошёл.
Но счастливую физиономию Феликса уже было не убрать, он словно и не слышал последних слов.
- Ты за меня боялся? Не сможешь жить без меня, да? - весело подбегая в Хвану с разных сторон болтал ангел, - я так и знал!
- Сказал же, лошадь нужна. - ответил Хёнджин и подошёл к повозке, зацепляя тягловое животное. Феликс подбежал и сел на место. Хёнджин подошёл, запрыгнул, сел рядом и обоз тронулся дальше.
***
Ночь снова встретила их в поле. С холма было видно, как перед пролеском устроились на ночь повозки Чонина. Феликс отошёл от обрыва. Хёнджин сидел у небольшого аккуратного костра. Привлекать лишнее внимание было ни к чему.
Феликсу хотелось спустится к своим. Посидеть, поболтать немного. Земля очень тосклива, о задании вспоминать не хотелось, а убийца, который постоянно рядом, перестал казаться чужим.
Феликс сел на матрас. Хёнджин вручил ему две палки с насаженными мёртвыми тушами.
- Это кто? - спросил ангел слегка уставшим голосом.
- Кролик, - Хёнджин посмотрел на жалобный взгляд и усмехнулся, - можешь не есть.
Хван встал и пошёл в сторону деревьев. Было очень темно, Феликс продолжал сидеть у костра и держать мясо над огнём.
Фигура Хёнджина долго не выходила из темноты, и вскоре ангелу стало не по себе. Он поджал ноги к животу и продолжил всматриваться в сумерки. Каждый раз, когда рядом раздавался хоть какой-то звук, Феликс вздрагивал.
- Хёнджин? - неуверенным, тихим тоном Феликс попытался позвать спутника, - Хёнджин, если ты хочешь меня напугать, то это не смешно. Хёндж.. ААА! - от неожиданности ангел подпрыгнул на месте. Следом раздался заливистый смех Хёнджина, стоящего сзади Феликса.
- Да не смешно это! Я теперь заикаться начну! - от обиды он то-ли скрывался на крик, то-ли на плачь и истерику.
- Не кричи, услышат, - Хёнджин затих и сел возле костра. Выглядел он, как будто только что выполнил свое предназначение.
- Не кричи?! У меня чуть сердце не остановилось! О чем ты вообще думал?! - все таки побеждала истерика, и в уголках глаз уже появились слезинки, на существование которых указывал блеск от костра. Хёнджин никак не ожидал такой сильной реакции, и уже сам начал беспокоиться.
- Ты плачешь? - Хван просмотрел прямо в глаза стоящему над ним Феликсу.
- А ты что хотел?! У меня теперь... - договорить ангел не успел, сильная рука потянула его вниз и он упал, наполовину сидя на Хёнджине. Последний тут же прижал голову Феликса к своей груди и обнял, не давая шанса на сопротивление.
- Успокойся. - говорил он тихо, но четко.
Ангел, не ожидавший такого поворота, почти перестал дышать. Ещё страннее было получать порцию нежности от "того самого убийцы".
-Хёнджин..?
- Тебя могут услышать. - Отрезал всякие мысли Феликса Хван, словно найдя оправдание своим действиям.
Так они просидели минут пять, после чего Хван высвободил Феликса и пересел на другой матрас. Короткое: "Извини". И всё. Он уже улегся спать, закутался и отвернулся от костра. И от Феликса.
Ещё минуты две ангел пребывал в полушоковом состоянии. Потом медленно лёг, лицом к костру, и закрыл глаза.
***
Контраста со вчерашнего дня не произошло. Проснулся Феликс также под палящим солнцем. Был уже полдень, Хёнджин собирался в дорогу. Ангел сожмурил глаза, но поднялся и свернул постель. Через высокую траву пробрался к обрыву. При дневном свете стали видны тропинки, вытаптанные животными, дорога для телег, леса вдалеке.
Жарко, и лёгкий ветерок навеял необычайно приятные ощущения. Вот здесь, словно на краю пропасти, чувствуешь себя свободным и совершенным. Хочется оставаться здесь всегда: строить собственную жизнь, наполненную тишиной и умиротворением. Жаль, что мало кто вправе вершить своей жизнью и судьбой. Мы все жертвы.
Устраиваясь на ночь вчера, обоз свернул с дороги, поэтому теперь нужно было вновь пробраться через густую траву. Шли пешком, рядом с лошадью. Затем, выйдя на дорогу, перед главами появился спуск - не то чтобы крутой, но садиться на телегу не хотелось. Хёнджин с Феликсом продолжили идти по две стороны от лошади,изредко пересекаясь взглядами и встречаясь руками на спине животного. Сейчас они выглядели, как свободные странники, живущие в свое удовольствие. Может, смотря на них или читая о них такой текст, невольно появится лёгкая улыбка. Просто от вида вроде бы счастья. Да только один Бог знает, что у кого внутри.
Примерно через два часа все же было решено сесть на место. По-прежнему сели рядом, поехали. Молчали. Но молчание не было тяжёлым. Это было что-то вроде немой поддержки, или ментальной связи, как ещё можно назвать? Когда вроде и не знаешь человека полностью, не залезал в самые тайные углы сердца и почек, но кажется, словно он может ответить тебе даже на вопрос, заданный в мыслях.
В таких немых вопросах прошел весь день. До города оставалось ещё пол суток, может чуть меньше. Обоз с вроде бы желанными ценностями иногда показывался на горизонте. Феликс спал, иногда сталкиваюсь затылком с стенкой повозки от сильной тряски.
***
- Хах, да, знаешь, этот убийца хоть и жуткий, но до чего приятной внешности, - выкрикивал один из стражников обоза, пытаясь перекричать толпу.
- Да, стоит смотреть, чтоб Феликса не соблазнил! - смеялся второй, - как думаешь, Чонин?
- Радуйтесь, что он вас не слышит. Он самый преданный ангел из ангелов, таких упертых поискать надо. Скоро на небеса вернётся.
- Как он справится? Ну, без нас?
- Не знаю. Нужно будет, скажет, - Чонин потёр амулет, - смотрите, чтоб ещё кто не напал. А то развернутся ещё наши преследователи.
-Ага, если им уже не надо ничего будет, - прошептал стражник и засмеялся.
- Глупые вы. С таким не шутят. Если Феликс ослушается, либо жить в страхе, либо пошлют кого-нибудь убить его.
В караване продолжалось веселье.
Они определены в будущем. Может, наградят даже, за помощь на задании. Хорошо им. Пока Феликс изнутри себя сгрызает.
Поздним вечером караван остановился у стен городка. Отъехал с главной дороги. Стали ждать. Ждать пришлось долго, Чонин начал испепелять средство связи взглядом.
И это сработало. Чонин открыл амулет, из него вылетел огрызок бумажки, с надписью из непонятно каких чернил, и чернил ли вообще. Прочитав, Чонин скомандовал:
-Идём, последнее дело перед возвращением домой. Деньги возьмите. А вы, - он указал на двух последних, отвозите все телеги в лес, спрячьте где-нибудь. Или продайте, только не городским.
***
Повозка въехала в город. Остановились у гостиницы, сняли комнату. Вели себя не как в прошлом, так как город не был таким знакомым. Но караван точно должен быть здесь - больше идти некуда. Да и сами говорили, что в город идут.
Феликс пошёл в комнату, Хёнджин - искать телеги с золотом.
Феликс знал, что долго он не проходит. Они приехали заполночь, ангелы уже вернулись. Телеги убрали. Золотом...подкупили. Теперь не оставалось ничего.
Ангел с измученным видом сидел на кровати, в руках держал флакон с зелёной густой жидкостью. Все казалось иллюзией. Слезы наворачивались на глаза. Не хотелось больше врать, не хотелось стремиться к тому, что перестало быть важным. Но он словно не мог больше свернуть.
Ему не хотелось ничего: он забыл о месте среди верховных, о родителях, о любимых садах и помнил лишь... О сестре. Рывок. Резким движением, чтобы не передумать, открывает флакон и выпивает содержимое.
Лёгкое головокружение. Порядок. Подействует через полчаса. Теперь он не может отступить, потому что уже давно подошёл к краю. К обрыву, который не был свободой, а был лишь местом, откуда нельзя уйти. Нельзя свернуть и исправиться, если подписался. Если родился ангелом.
______________________________________
Я устала.
Вот вам фоточка.