Прийти к тебе

– Макс, Максим, – услышал я сквозь сон, – ты что тут делаешь?

– Сплю, – промямлил я, еле ворочая языком.

– Да я вижу! - нервный смешок. – Но почему здесь?

– Там Катя.

– Что? Какая Катя? – голос, наполненый непониманием, меня сначало изрядно позабавил, но потом я понял, что пора встать и адекватно объяснить человеку.

Я еле разодрал свои беньки (конечно, четырехчасовой сон не есть хорошо)! И увидел недоумевающие серые глаза.

– Короче, там так получилось, у знакомой проблемы... – я потер руками лицо, чтобы хоть как-то прийти в себя. – Она переночевала раз, прости, она позавтракает и уйдет.

– Угу. Ладно. Ты меня немного обескуражил, если честно, но... – удивленно выражение лица Ника, которое так и спрашивало: «Максим, твоя кукуха куралесит на Гаваях?», так и не собиралась изменяться. – Вставай, идем завтракать.

– Спасибо, прости еще раз, что так вышло.

В ответ я ничего не услышал, а только понял, как мило смотреть на его худощавое тело сверху вниз и невольно усмехнулся. В памяти всплыла моя ночная слабость. В груди болезненно кольнуло, а мне захотелось еще раз почувствовать вчерашний аромат, ведь сегодня он снова пахнет какой-то выпечкой...

Так. Нужно записаться в спортзал, а то такими темпами в дверной проем нужно будет проходить бочком.

Первая пара – по психологии... Предмет не очень важный, но преподаватель отнюдь так не считает. Я с усилиями подвелся на ноги и понял, что спать на полу - очень плохая идея: все тело ныло и болело. Кажется, я отлежал руку. Кошмар.

По дороге в ванную комнату я заглянул к своей вчерашней ночной гостье и потрепал ее за плечо, чтобы вставала и топала работать! Екатерина что-то невнятно промямлила и не двинулась с места. Тогда я хорошенько пнул ее и с возмущениями она все-таки встала, укутавшись в мое одеяло. В гостях, но ни стыда ни совести, однако!

Закончив с водными процедурами, я зашел на кухню и уселся за стол в позе доисторического человека – не эстетично, зато удобно. Все еще продолжая отходить от недосыпа, я практически не отдавал себе отчет, поэтому мечтательно уставился на Ника. В его привычных движениях была какая-то уверенная плавность, он точно знал, что будь делать в следующую секунду, четко и без заминок открывал и закрывал шкафчики, баночки и прочие мелочи.

Я задумался над этим, потому что сам так никогда не мог. Вечная рассеянность, некоторая потеряность и несобранность сопровождали меня всю сознательную жизнь. Я никогда не клал вещи на свои места и часто уходили часы на их поиски. Знаю, что это не правильно, но ничего с собою поделать не могу.

Я восхищался такими людьми. Они спокойно могут собираться утром на работу, продуктивно проводят вечера и выходные. Именно такой мой отец: строгий, собранный, спокойный, и всегда знает решение любой проблемы. Иногда мне начинает казаться, что он и не человек вовсе...

Я очнулся ровно в тот момент, когда на кухню «ввалилась» девушка и начала абсолютно непринужденно болтать с Никитой о том о сем, как-будто они давно знакомы. Вкратце рассказала свою историю и начала уплетать завтрак за обе щеки.

– Катя, я надеюсь, ты готовить умеешь?

– Ну да, дай мне рецепт - и я справлюсь, а что?

– Будешь закусон в баре готовить, а то Леха задолбался такси живым трупам вызывать. А, еще уборку делать будешь.

– Максим, спасибо, даже не знаю как отблагодарить тебя.

– Ели тебя не будет в этой квартире - это уже награда, - с сарказмом ответил я.

– Я тебе настолько надоела? – Екатерина обиженно надула губки.

– Да я столько проблем нагреб из-за тебя, что с ума сойти можно. Мало того, что мне придется оплатить коктейль, который ты выпила и сразу уснула, так еще и ответственность брать, если бы «не приживешься» на этой работе.

– Я тебе ключи принесли, козел неблагодарный.

Я ничего не ответил. Она была права, конечно, и я решил заткнуться. После завтрака я оставил Кате номер ее новоиспеченного босса и отправился в универ.

Ближе к часам двенадцати дня я почувствовал дичайшую усталость, поэтому пару по фармакологии собирался благополучно проспать (хотя это была не лучшая идея), но, если что, Санек меня прикроет.

По дороге домой я решил послушать музыку, но не тут-то было... Мне помешал телефонный звонок, и не от абы-кого, а от самого Алексея Заловского! Сегодня же не моя смена...

– Алло.

– Макс, выйди сегодня на мою смену, у меня появились важные дела. Конечно не за «спасибо», это войдет в оплату.

– Ладно, как скажешь, босс, – я немного расстроился, потому что на работу идти сегодня ну никак не планировал.

– Спасибо, до скорого.

– Угу.

***

Стоя за барной стойкой и наблюдая за полупустым несчастным баром, я досмерти хотел спать. Ну честное слово, хоть спички вставляй! Где-то в глубине души я даже успел пожалеть о том, что впринципе устроился работать.

Из кухни ко мне «вырулил» наш новый главный повар и техничка по совместительству Екатерина, с такой же недовольной и скучающей моськой как и у меня.

– Макс, Максик, мне скучно, развлеки меня, – начала приставать надоедливая особа.

– Я тебе что клоун? Вали на кухню, изучай меню, без понятия, что ты там делала, – я и так раздражен, что ей от меня нужно?

– Ма-аксик, посетителей почти нет, у тебя есть сигареты? Пойдем покурим?

– Курение вредит здоровью. – Не то, чтобы я был прям уж против курения, но и не увлекался слишком. Отец наглухо вбил мне в голову, что если хотя бы раз заметит у меня сигареты, заставит меня съесть всю пачку... Хотя сам же выкуривал не менее двух за день.

– Да ладно тебе, зануда, папочки рядом нет, – ехидная улыбка.

Вот же ведьма. Бесит.

Я схватил с прилавка первую попавшуюся пачку и быстрым шагом выскочил на воздух. Сзади слышался раздражающий цокот знакомых каблучков.

Кое-где все еще лежали кучи снега, перемешанные с грязью. Лужи виднелись чуть ли не через каждый метр. Странно, что оттепель началась для меня так неожиданно...

Катя курила и выдыхала серые клубы дыма, от которого драло в горле, и выжидающе смотрела на меня.

Я тоже взял сигарету, сделал несколько тяжек подряд и закашлялся.

– Ты что же ни разу не
баловался никотином, Солнце? – рассмеялась девушка, стряхивая пепел на землю.

– Да было пару раз в четырнадцать... Но эти попытки очень быстро присек отец.

– Ммм, мой тоже пытался, да не вышло. – И через время добавила: – Там на кухне... стоит небольшой диван, если хочешь, можешь подремать немного, я постою за стойкой. Видно, что ты уставший.

– Спасибо, но нет. Спать, конечно, хочется, но смена сегодня короткая, думаю, можно в полночь закрываться. Ты нашла квартиру?

– Да нашла, одна женщина сдавала покомнатно. Почти весь аванс отдала.

– Ясно.

Повисла неловкая пауза. Моя сигарета уже догорала, а я так и не решился затянуться второй раз.

– Слушай, Максим... Я вот все думаю, да спросить не решаюсь... – испытывающий взгляд. – Что у тебя с тем милашкой? Ммм... Никита, кажется?

– Ты о чем? – я насторожился, ведь догадывался, что она имеет в виду. Внутри все похолодело.

– Мальчик, с которым ты живешь... Я видела, как ты смотрел на него утром. Там действительно есть, на что смотреть.

Злость начала вскипать во мне и, не помня себя, я уже держал эту суку за горло. Нельзя, нельзя, моя дорогая, лезть в душу без спросу.

– Как у тебя язык повернулся такое сказать? Я не педик и никогда им не стану. – Ее коготки болезненно вцепились мне в руку. – С чего ты вообще это взяла? Дура, шуруй на кухню и не выползай оттуда, пока я не уйду.

Другой рукой кинул на бетон пачку сигарет.

– Забирай себе.

Отпустил ее, залетел в бар. Меня обдало жаром, будто распахнулись врата в преисподнюю. Я помчался умыться и перевести дух.

Нет. Этого не может быть.

В зеркале отражалось влажное от воды и багровое от ярости лицо. Из носа потекла багровая жидкость, медленно сползая по подбородку и капая на белоснежную раковину. Черт, давление... только бы в обморок не грохнуться. Так, нужно успокоиться. Сделав несколько глубоких вдохов, я еще раз умылся холодной водой, состояние постепенно приходило в норму.

Мысли сумбурно путались в голове, но мелькнувшая одна из них лишь на секунду заставила меня сорваться с места и в мгновение оказаться на кухне. На меня испуганно смотрела девушка, в глазах которой читался испуг и растерянность. Шаг - и я жадно впиваюсь в ее полураскрытые губы, расстегивая рукой молнию на черной юбке.

Я покажу тебе, стерва...