Контракт на интим🔞

— Не важно, из-за кого, — она встала. — Я соберу вещи сегодня. Квартиру оставляю тебе, мне нужно несколько дней, чтобы найти новую.
Он не стал её останавливать. Просто сидел и смотрел, как она проходит в спальню, достаёт чемодан, начинает кидать туда вещи. Через час её не было в их общей жизни.
Новая квартира оказалась небольшой, но уютной. Диана разложила вещи, села на подоконник с чашкой кофе и улыбнулась. Свобода. Наконец-то.
Она достала телефон, набрала сообщение Кате.
«Жду тебя сегодня. Клиент важный, не подведи. Адрес скину позже»
Отправила и отложила телефон. Пусть знает своё место.
Через час ответа не было. Она позвонила — абонент недоступен.
— Игноришь? — усмехнулась Диана. — Ну-ну.
Она набрала снова. Тот же результат.
— Ладно, — пробормотала она. — С тобой потом разберёмся.
Егор позвонил Кате ближе к вечеру. Гудки шли, но никто не брал. Потом вообще стало недоступно.
Он нахмурился, набрал снова. Тот же результат.
— Странно, — пробормотал он. — Куда она делась?
Вспомнил её взгляд в аэропорту. Больной, пустой, просящий защиты. И то, как он отвернулся.
— Чёрт, — выдохнул он, чувствуя, как внутри шевелится что-то неприятное.
Он набрал снова. Бесполезно.

Катя лежала на больничной койке, глядя в белый потолок. Капельница мерно капала, рука занемела, но боли почти не чувствовалось. Или она просто привыкла.
— Екатерина, как вы себя чувствуете? — спросила медсестра, заходя в палату.
— Нормально, — ответила она безжизненно.
— Вам нужно полежать минимум три дня. У вас серьёзное воспаление, плюс общее истощение. Отдыхайте.
Катя кивнула. Три дня. Три дня тишины. Три дня без него, без Дианы, без этих игр.
Телефон она выключила сразу, как только легла в больницу. Не хотела ни слышать, ни видеть, ни знать. Пусть всё идёт, как идёт. Она больше не может бороться.
Вечер опустился на Москву тяжёлым, холодным одеялом. Егор сидел в своём кабинете, глядя в тёмное окно, и в голове крутилась одна и та же мысль: «Где она?»
Он набрал Катю снова. Абонент недоступен.
— Чёрт, — выдохнул он, откладывая телефон.
В дверь постучали — заходила помощница с бумагами, но он даже не взглянул. Мысли были заняты другим.
Наконец он набрал Диану.
— Алло? — её голос звучал легко, почти беззаботно.
— Диана, — начал он без предисловий, — зачем ты отправила Катю к клиенту сегодня?
Пауза. Потом она усмехнулась:
— А что такого? Она работает в агентстве, клиенты есть клиенты. Или ты забыл?
— Я не забыл, что у неё было на днях, — отрезал он. — Она не в том состоянии.
— Она сама решит, в каком она состоянии, — холодно ответила Диана. — И вообще, Егор, с каких пор ты так печёшься о каждой сотруднице?
Он промолчал. Не хотел объяснять. Не хотел оправдываться.
— Слушай, — сменила тему Диана. — У меня для тебя новость. Я рассталась с Денисом.
— Что? — удивился он.
— Да, сегодня. Собрала вещи и уехала. Сняла квартиру. Новую жизнь начинаю, понимаешь?
Он молчал, переваривая информацию.
— И знаешь, — продолжила она, и в голосе появились те самые, знакомые нотки, — я не жалею. Ни капли. Он был не тем человеком. А тот, кто мне нужен... он, кажется, рядом.
— Диана... — начал он, но она перебила.
— Приезжай ко мне сегодня. Покажу новое жильё. Посидим, выпьем вина. Ты же не против?
Егор смотрел в окно, где за стеклом мерцали огни города. Катя молчала. Диана звала. И он снова стоял перед выбором, которого не хотел делать.
— Ладно, — выдохнул он. — Скинь адрес. Приеду через час.
— Жду, — в её голосе послышалась улыбка.
Егор встал, надел куртку и вышел.
Егор поднялся на лифте, нашёл нужную дверь. Нажал звонок. Сердце билось ровно, но где-то в глубине всё ещё жило беспокойство.
Дверь открылась.
Диана стояла на пороге в кружевном белье — чёрном, почти прозрачном, идеально сидящем на её точёной фигуре. Волосы распущены, глаза горят, на губах лёгкая, победная улыбка.
— Заходи, — сказала она тихо, беря его за руку и втягивая внутрь.
Он переступил порог, и дверь захлопнулась. Секунда — и он уже подхватил её на руки, прижимая к себе. Она обвила ногами его талию, впилась в губы поцелуем.
— Куда? — выдохнул он.
— В ванную. Я подготовилась.
Он понёс её по коридору, ориентируясь по свету, льющемуся из приоткрытой двери. Толкнул ногой — и замер.
Ванная комната утопала в полумраке. Горели свечи — десятки маленьких огоньков, отражающихся в зеркалах и плитке. В огромной ванне плавали лепестки роз — алые, бархатистые, дурманящие. Рядом на бортике стояло ведёрко со льдом, в нём — бутылка красного вина и два изящных бокала.
— Ну как? — прошептала она, глядя на него.
— Охренеть, — выдохнул он честно.
Он опустил её на пол, и она сразу потянулась к пуговицам его рубашки.
— отметишь со мной новоселье, котик, — промурлыкала Диана на ушко. — а то мне больше некого звать...
— и всегда ты у нас так отмечаешь? — усмехнулся Егор.
— нет. Только с тобой я
Расстегнула, стянула с плеч, провела руками по груди, по татуировке. Он помог ей, скидывая остатки одежды, пока она не осталась в одном белье.
— Теперь ты, — сказал он хрипло.
Она повернулась спиной, отводя волосы. Медленно, дразня, он расстегнул застёжку лифчика. Кружево упало к её ногам. Потом его пальцы скользнули к трусикам, потянули вниз. Она шагнула из них, поворачиваясь к нему.
Он целовал её — жадно, долго, смакуя. Шею, ключицы, грудь. Она выгибалась, зарываясь пальцами в его волосы.
Потом он подхватил её и шагнул в ванну. Тёплая вода, лепестки, запах роз — всё смешалось. Она села на него сверху, обвив ногами, и они замерли на секунду, глядя друг другу в глаза.
— За нас, — сказала она, беря бокал с вином, протягивая ему.
— За нас, — повторил он, пригубливая.
Вино было терпким, сладким, пьянящим. Она отпила и потянулась к нему, делясь вкусом на губах.
Вода плескалась, лепестки прилипали к телам, свечи мерцали. Они целовались, касались друг друга, пили вино, и время перестало существовать.
Потом он перенёс её в спальню. Мокрые, пахнущие розами и вином, они упали на прохладные простыни. Секс был медленным, тягучим, как то самое вино. Она стонала, выгибаясь, он двигался в ней, глядя в глаза, и терял голову.
Она кончила первой, с криком закусывая его плечо. Он — следом, с хриплым стоном уткнувшись в её шею.
Они лежали, переплетённые, мокрые, тяжело дышащие. За окном шумела Москва, в комнате пахло сексом, розами и счастьем.
— Останешься? — прошептала она.
— конечно, — ответил он, прижимая её крепче.
Где-то в другой части города, в больничной палате, Катя лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. Телефон молчал. Капельница капала. А на душе было так пусто, что даже плакать не хотелось.
Она не знала, где он. Но чувствовала — не с ней. Как всегда.
За окном больничной палаты светил одинокий фонарь. Его жёлтый свет пробивался сквозь мокрое стекло, рисуя на стене дрожащие тени. Катя сидела на койке, поджав ноги, и сжимала в руках чёрную мужскую худи. Ту самую, которую Егор когда-то забыл у неё. Которая всё ещё пахла им — если принюхаться, если очень постараться.
Телефон зазвонил неожиданно. Экран вспыхнул в полумраке, высветив имя, от которого сердце пропустило удар.
Егор.
Она замерла. Палец завис над экраном. Ответить? Не ответить? После всего, после больницы, после его молчания, после того, как он ушёл к Диане...
Пальцы нажали сами.
— Алло? — голос её дрогнул, выдавая всё сразу.
— Катя. — Его голос, низкий, спокойный. Таким голосом говорят, когда уже всё решили. — что опять происходит? У клиента ты снова не оказалась.
— я тебе говорила, что больше не буду работать.
— в агентстве ты ещё числишься, заявления нет, — сказал Егор.
— через пару дней будет. Пока не могу...