Глава 10 Неожиданности
— Ирина Игоревна ! И…Ир… Ирина Игоревна! В тренажёрном зале уже полчаса никакого движения. Найдёныш туда вошла и совершенно точно не выходила. Я отсмотрел весь коридор и прилегающие… всё отсмотрел. А в тренажёрах на камере какой-то чёрный шнур висит. Меховой… И никого… Посмотрите сами… Ирина Игоревна медленно сохраняется, закрывает файл, над которым работала. Она сердита настолько, что ей надо время, чтобы прийти в состояние духа хотя бы такое, чтобы можно было спокойно разговаривать. Хоть как-нибудь разговаривать. Медленно открывает окно трансляции из тренажёрного зала. Да, Нео прав: перед объективом болтается, как его назвал Нео, меховой шнур. Чёрный. Красивый. Закрывает окно с видео. Выходит из системы. Преувеличено аккуратно ставит мышь на её законное место.
Только сейчас Ирина Игоревна встаёт из кресла, поднимает на Нео ледяной взгляд: — Нео, блядь! Какое слово из фразы: «Только я должна видеть трансляцию с камеры в тренажёрке» тебе непонятно? — Я подумал… — Ни хрена ты не подумал, чёртов гений! Ты ослушался прямого приказа! Нео чувствует как всё его тело под ледяным взглядом буквально сковывает льдом. Если лазутчикова будет смотреть на него так ещё хотя бы пару минут, он превратится в ледяную статую. Внезапно Ирина Игоревна успокаивается. В конце концов, она тоже хороша: за полчаса ни секунды не нашла, чтобы взглянуть, как там дела у лизы: — Ладно. Раз уж ты всё равно теперь в курсе… Сейчас отключи камеру в тренажёрке, спускайся и следи за тем, чтобы никто туда не зашёл. Пока я не выйду оттуда. Ты понял меня? Каждое слово? — Да, Ирина игоревна. Всё, Ирина Игоревна. Понял, Ирина Игоревна. Всё сделаю… — Хватит. Выполнять. — Ирина Игоревна? Она уже вышла из кабинета. Нео, галантно уступив дорогу даме и начальству, выскочил следом. Обернулась, выгнула бровь вопросительно. — А что происходит? — Полагаю, когда ты будешь затирать запись за последние полчаса, ты всё поймёшь. — Затирать? Ага. Понял. Никогда ещё гений экспертного отдела Особого Экспертно-Расследовательного теперь уже Управления не чувствовал себя таким идиотом.
***
— лиза? Лиза, — Ирина Игоревна разглядывает леопарда. Хорошо, что дома. Это случилось. В первый раз лиза превратилась или как там? Трансформировалась в леопарда. Дома и с Ириной Игоревной. Красивая огромная кошка сидит неподвижно. Только немного подрагивает нервно толстый чёрный хвост, ходят бока от тяжёлого дыхания и одна задняя лапа пытается забраться на скамью, но всё время срывается. — Ммррау,
— повторяет леопард испуганно. Да, она совершенно очевидно перепугана насмерть. Вон, и зрачки зелёных кошачьих глаз расширены, хотя в комнате светло. Ирина Игоревна протягивает руку, почти дотрагивается до чёрного зеркала носа: — Можно?
Вместо ответа пантера тычется в руку головой, немного не рассчитывает и клюёт носом резко вниз, рискуя свалиться со скамейки. Тут уже не до вежливости. Ирина игоревна реагирует быстро: шаг, подхватить зверя руками за шею и плечо, чуть вверх. Разъезжающиеся передние лапы собрались и снова вцепились когтями в скамью. — Другой центр тяжести. Другой баланс, — улыбается Ирина Игоревна. — Тебе придётся привыкать. Садится рядом с лизой, кладёт длинную ладонь на голову между круглыми прижатыми ушами. Проводит пальцами по шерсти, перебирает нежно. Успокаивает, говорит тихо, спокойно. Она удивлена, да что там — шокирована. Испугана и совершенно сбита с толку. Её привычный мир из-за этой невыносимой девчонки в очередной раз перевернулся, смешался и рухнул. Она прагматик, криминалист, реалист, атеист. Она не верит в чудеса с глубокого детства. Но вот, пожалуйста: рядом с ней, на обычной скамье обычного силового тренажёра сидит леопард, который был её любимой девочкой, лизой, Найдёнышем ещё несколько секунд назад. Попереживать по этому поводу она успеет позже. Возмущаться, сердиться, анализировать, не верить собственным глазам — что там ещё делают в таких ситуациях? Разберётся, в общем. И не с таким разбиралась. Хотя как раз с таким и не разбиралась… к чёрту! Сейчас гораздо важнее успокоить дрожащего зверя — вон, трясётся так, как будто в скамью встроили вибромассаж. Ей очевидно сейчас гораздо хуже, чем лазутчиковой. Ирина Игоревна, по крайней мере, не размахивает хвостом нервно. Был бы — размахивала бы, скорее всего. Но бог миловал — или кто там за это отвечает? — Испугалась? Кошка тычется носом в плечо. Опять не рассчитывает и чуть не сшибает Ирину игоревну со скамьи. Прижимает виновато поднявшиеся было уши, прячет глаза, подаётся назад. — Не переживай. Другое тело, другой центр тяжести. Тебе просто надо привыкнуть. Ты же не хотела меня свалить? Трясёт огромной башкой отчаянно. Опять пытается поставить заднюю лапу на скамью. На этот раз ей удаётся. Чуть покачивается, подтягивает вторую. — Ну вот. Смотри, сидишь себе, как вполне добропорядочная кошка. Огромная только. Но красивая. Леопард вертит головой, пытается заглянуть за спину — разглядеть себя целиком — и всё-таки падает со скамьи:
— Ва!
— скорее от удивления, чем от боли.
— Жива?
Встаёт, отряхивается. Переминается с лапы на лапу — тестирует. Чуть наклоняет голову вбок, настораживает уши. Аккуратно делает шаг, ещё. Получается! Вскидывает взгляд на Ирину игоревну — видела? Она видела. Улыбается: — На полу-то удобней, чем на узкой скамейке? Ещё шаг. Тело послушное, сильное. Даже сильнее, чем человеческое. Чуть подпрыгивает — ух ты, как на пружинах! Здорово! Чуть прижимается, выпускает когти и резко выпрыгивает вперёд. Вау! Вот это мощь! Да она же теперь ещё круче станет!
Ирина Игоревна чутко улавливает настроение своей… девочки? Кошки? Чувствует, что лиза успокоилась и теперь изучает свою новую игрушку — новое тело. Улыбается. Удивительная способность у девчонки — всё, что бы с ней ни происходило, принимает, адаптируется мгновенно. Не сетует, не жалуется — живёт. Лазутчикова разглядывает резвящуюся пантеру. Та подпрыгнула, пробежала пару шагов, перескочила через беговую дорожку. Вдоль. Пару раз прыгнула в высоту с места. Ещё пробежка, прыжок, прыжок. Как котёнок — выгнула спину, распушила хвост и боком, боком. Застыла. Села. Подняла лапу, повернула подушечками вверх. Чёрные. Выпустила когти, как выкидные ножи. Внимательно рассмотрела, убрала. Поставила лапу. Рванула вверх с места, заизвивалась в воздухе, поймала хвостом баланс. Да она же восхитительна!
Лазутчикова любуется. Да, удивительно красивый окрас. Только на спине, в районе левой лопатки, уродливое грязно-белое пятно в виде… ну да, оно полностью повторяет контуры шрама. Ну, что ж. Попробует и Ирина Игоревна, как лиза. Просто принять свершившийся факт. Можно, конечно, предположить, что она сошла с ума и пантера — галлюцинация. Но этот факт, во-первых, неприятен, а во-вторых, с ним она тоже ничего поделать не может. Значит, вернёмся к первому варианту. О поездке в Питер речи, конечно, уже не идёт. Кстати, поездка: — Кандауров пусть едет, — бормочет Ирина Игоревна, доставая телефон — зря он, что ли, подполковник и мой заместитель? — и в трубку. — Саша? Привет. Пока разговаривает по телефону, краем глаза отмечает, что пантера замерла и внимательно прислушивается. — Всё. На месте замещает Куркумаев. Да, Куркумаев. Вызови его и проинструктируй перед поездкой. Я пару дней недоступна. Формулируй — семейные обстоятельства. Да. Пара прыжков и леопард уже трётся о её ноги, радостно задрав хвост. Ну, совершенно как домашняя кошка. Только весом в сорок килограмм. Мурлычет. Боги, да она мурлычет! Не как обычная кошка — это, скорее, отрывистое фырчание. Но эмоциональную окраску передаёт точно. — Подслушала? — гладит узкой ладонью огромную голову, принимает радостную ласку. — Да, не поеду. Будем с тобой разбираться. Наклоняется, чешет пантеру за ухом и чмокает во влажный чёрный нос. Лёгкое мерцание. Как будто рябь перед глазами, едва заметная. Нос становится обычным. Перед ней сидит лиза. Голая, довольная. Тянет лицо, подставляет
— целуй.
— Ага. Значит, так это работает? — Целоваться, ира,
— обнаженная, возбуждённая, разгоряченная
— как устоять?
***
У длинных ног есть неоспоримое преимущество — ширина шага. Если, конечно, не в узкой юбке. На Ирине Игоревне брючный костюм, поэтому шагает она широко. Торопится в тренажёрный зал Отд… тьфу ты, никак она не привыкнет. Управления. Что-то, видимо, лизу разозлило или испугало и спровоцировало трансформацию. А сама она из этого состояния выйти, видимо, не может. Ну, конечно. Трансформация в общественном месте. Девочка напряжена, вот и не может вернуть человеческий облик. Нужна помощь, а Ирина Игоревна закопалась в своих бумагах и проморгала. Ладно, исправим. Интересно, куда все помощники подевались? Ни Пуума, ни виолетс не появлялись больше. Спасибо за предупреждение, конечно, но вот именно сейчас их помощь была бы весьма своевременна. Но нет. Никого. Ладно, сами разберёмся. Никто не обязан им помогать. В тренажёрном зале тихо. По дальней стене, во всю ширину, недавно установили скалодром. Прокачивает все мышцы, тренирует гибкость, выносливость. В общем, лиза была убедительна и смогла доказать даже Василию Михайловичу, что это самая необходимая в хозяйстве Управления вещь. Сверху — полка, заходит в слепую зону. Даже перекрёстные камеры не достают один угол. Угол как раз над одной из камер. Там и устроилась лиза. Разлеглась, повернулась, устроилась поудобней. Свесила хвост прямо перед объективом, чтобы, значит, сигнал подать. Ирина Игоревна была уверена, что эти камеры будет видеть она одна. Надо будет прибить Нео. — лиза! Слезай, Нео выключил камеры. Поднимает огромную круглую башку, смотрит вниз, оценивает. Свыше четырёх метров. В Управлении хороший тренажёрный зал. Прыжок! Прямо с полки, из-под потолка. Ирина Игоревна даже ахнуть не успевает — лиза уже внизу, трётся о ноги, мурлычет. Радуется. Ирина Игоревна присаживается: — С ума сошла? С такой высоты скакать? С чего на этот раз перекинулась? Испугалась чего-то? Гладит чёрную голову, чешет за ухом, разрешает ткнуть довольной мордой в щёку. Улыбается. Замечает знакомое уже мерцание… Нео врывается в тренажёрку как раз, когда красивая огромная пантера… нет, леопард… нет, пантера. Красивая окраска — как будто на леопардовую шкуру яркого, насыщенного, почти красного оттенка, накинули плотную чёрную противомоскитную сетку. И вот эта леопард странно мерцает, как будто покрывается рябью и исчезает. На её месте на четвереньках обнаженная Найдёныш. Лицо Нео — красивое лицо сероглазого японского бога — становится комично похоже на лицо удивлённого персонажа из японского же аниме. Узкие миндалевидные глаза расширяются, округляются, рот принимает форму буквы О, смешно морщится нос. — Нео, ёб твою мать! — устало говорит Ирина Игоревна. Она помогает лизе подняться, скидывает пиджак и укутывает голую девчонку: — Вещи свои куда дела?
Лиза кивает — прикопала под скамейкой, чтобы их было не видно. — Иди, одевайся, — и, обращаясь к Нео. — Я просила тебя проследить, чтобы никто не входил. Как ты планировал сделать это с этой стороны двери?